Глава 7
Машка подскочила, забыв, что простыня под ней, а она сама – безо всего. И завизжала, сорвав голос. Заметалась, ушибив мизинец на ноге о ступеньки, и снова взвыла. Потом задрапировалась, как в тогу, и отступила к стене, прямо к электрической каменке.
Численное превосходство неприятеля налицо! Два здоровых мужика, один подозрительно знакомый; второй, впрочем, тоже. Какой-то татарин. К счастью, не нагишом, с полотенцами на бедрах.
Она что, забыла закрыть дверь?
– Не подходите!
– Не будем, – отступил на шаг первый мужик.
Маша вдруг с ужасом узнала в нем Золотова. Только он был без привычных очков, и она в первый момент не поняла, что это он.
– Вань, пошли, – сказал татарин и доброжелательно улыбнулся. – Девушка, мы уходим. Можете выходить.
– Так, я не понял, – ответил вражина. – Наше время началось десять минут назад. Что она тут делает?
– Что-о?!
Маша чуть не упала от такой наглости. Какое такое «его» время? У нее еще почти полчаса в запасе, чтобы высушиться и одеться.
– Ну, знаете ли, – изрекла она, смерив его взглядом. – Ваши накладки меня не касаются. У меня до половины восьмого. И как хотите!
– Не пойму, я вас где-то видел? – прищурился Золотов.
– Вы меня выпустите или нет? – ощетинилась Маша. – Я тут скоро сварюсь.
Не хватало еще, чтобы он признал в ней ту самую гардеробщицу. Будет еще один повод для вечного смущения при встрече.
– Да-да, – наконец дошло до мужиков, и они расступились.
Девушка метнулась мимо, стараясь пройти побыстрее, поскользнулась на скользкой плитке и полетела лицом вперед.
– Ах!
Не долетела. Поймал татарин, когда она уже готовилась поцеловаться с напольной кафельной плиткой. Так же осторожно, как фарфоровую, он поднял ее и отпустил. Вернее, отдернул руки, как ошпаренный, встретившись взглядом с Мешей.
– Осторожнее надо быть, – буркнул он и как-то задумчиво посмотрел на нее. – Так можно калекой остаться.
Девушка смутилась от такого пристального внимания. Вдвойне, потому что мужчина был интересный, что называется, видный. Смуглый, кареглазый, высокий. Чье-то счастье. И еще с отличной реакцией.
– Сп…спасибо.
До нее вдруг дошло, чем все могло закончиться.
– Я пошла?
– Да, идите.
Она метнулась к душевой, пустила воду и, не снимая простыни, наклонилась и смыла с волос маску. Потом, оглядываясь, пошла в рекреацию. Опасения были напрасны. Мужики уже скрылись в сауне. Так что Маша, быстро натянув белье, легинсы и топик, включила настенный фен и начала сушиться. Хорошо, что волосы теперь короткие!
Скорей, скорей! Закончить и выметаться, пока незваные гости ничего не сообразили. Она уже оделась в длинный свитер и собирала сумку, когда из сауны вышел Золотов. Наверное, он решил, что посетительница уже ушла, и никого нет. Сбросив полотенце, он пошел к бассейну.
У Маши просто челюсть отвисла. Она видела немного, только сбоку и вид сзади, но даже он впечатлял!!! По лицу, которое уже приняло нормальный оттенок, снова разливался жар от прилившей крови. Красивый, шельмец! Мышцы играют при каждом движении. Совсем не перекаченный. В одежде было не понять, что и как, а теперь стало ясно.
– У-у… вражина.
Даже тут несправедливость. Почему одним все, а ей ничего? Кажется, действительно пришло время записаться на фитнес. Ее окружали подтянутые, безупречные киборги, среди которых Маша смотрелась аморфной амебой.
Девушка решительно застегнула молнию, взяла сумку и пошла на выход. Сделать это предстояло, пройдя по кафельной дорожке вдоль сауны и турецкой парной. И мимо плещущегося в бассейне мужика.
Она прошла половину пути, когда Золотов вынырнул. Он уставился на проходящую мимо девушку.
– Не обращайте на меня внимания, – махнула она рукой. – Я уже ушла!
Дверь в сауну распахнулась, и вышел татарин.
– Да что же это такое!!! – Машка ринулась к спасительному выходу.
– Эй!
Второй мужик что-то ей крикнул, но она уже не слышала. Захлопнув дверь, она отдышалась и пошла в гардероб. И тут до нее дошло. Она забыла про ключ! Второй раз.
Чем же они запираться будут? Или у них там есть дубликат? Наверняка оплатили посещение у администратора, и он им дал ключик. А вдруг нет? Вернуться? Нет уж.
– Тимон, – потеребила она администратора. – Можешь отнести ключ в баню? Я присмотрю, пока тебя нет.
– Не могу, – отказал он. – Эмма отошла, я один. Сейчас фитнес-леди пойдут. Ты же не сможешь в баре разобраться.
– Черт.
Взбивать коктейли и управляться с кофе-машиной она не умела. А заведующая баней сейчас занята на втором этаже и не сможет помочь. Придется вернуться. Мария завернула к Катерине, оставила там сумку и на неверных ногах поплелась обратно в баню.
***
– Ау! – окликнула Маша в приоткрытую дверь.
Ей ответило гулкое эхо, плеск воды и приглушенный гул вытяжки. Она осторожно зашла внутрь. Прошмыгнув мимо сауны, она зашла в рекреацию и положила ключи на стол. Сами догадаются, от чего ключики, не дураки.
Девушка пошла обратно, когда из сауны опять вышел распаренный самец. И-и-и… Не смотрю! Да не смотрю же!!! Иду по стеночке. И мужской смех вслед, ну и дела.
– Девушка, куда же вы? – окликнул ее татарин. – Оставайтесь, с нами хорошо!
Вышла, привалилась к стеночке и выдохнула.
– Цирк какой-то.
Им смешно.
Маша вернулась к Катерине. Она не стала докладывать, что у нее случилось, просто заторопилась домой, пока «эти» не закончили и не пришли переодеваться.
– Жалко, так бы Макс нас забрал и подбросил тебя до дома, – загрустила приятельница.
Маша смотрела и не могла понять, что в ней изменилось. А, точно! Линзы. На сей раз какие-то странные, серо-зеленые, прямо как свои. И такие теперь делают. Она похвалила, и Катерина засмеялась:
– Ой, Маш, удивила. Свои и есть. В смысле, наигралась я. Теперь бесцветные. Максу сегодня будет приятный сюрприз.
– Почему? – не поняла Мария.
– Он спал и видел, чтобы я их выкинула.
Так-так-так... Значит, адвокату нравится естественность? Выходит, что так. Девушка хотела еще немного поболтать, но повалили потоком посетительницы за своими шубами, и пришлось прерваться.
Маша решила не ждать, оделась, помахала рукой и пошла домой. Время еще детское, так что идет пешком, сжигает калории. Ляжет пораньше. «Сон красоты».
Она шла, и вместо заснеженного города перед глазами все вертелась мускулистая спина и попа «вражины». И почему-то серые глаза без очков, которые вдруг ни с того ни с сего превращались в смеющиеся карие, как у того татарина! Где-то она его уже видела…
– Ой! – Маша замерла как вкопанная.
Точно. В отделении. Это же он принес потерянный смартфон! Мужчина, к счастью, тоже ее не узнал. Наверное, она была красная, потная и вообще голышом. Отвлекающий фактор. Сообразив это, девушка перестала расстраиваться, что так вышло. Что ни делается, все к лучшему. Ну, посмотрели разок. Не умерла. Можно подумать.
Другие вот на работе так ходят. Катерина недавно рассказывала, как сходила на пробное занятие с пилоном, чуть не умерла. Тяжело. Тренер там в купальнике рассекает, а ее питомицы работают в ночном в клубе почти безо всего. Все зависит от того, как это воспринимать.
Пять минут позора, и впереди вся жизнь.
– Дзен.
И творожок с зеленью и огурцами на ужин.
***
Сны были сумбурными. Мария была на выпускном балу. Только вот где, непонятно. Это был какой-то особняк или дворец типа екатерининской резиденции. Горели огни, гуляли под ручку нарядные пары. Одна она стояла в гордом одиночестве, чего-то ожидая. Или кого-то?
Во сне она была не полноватой девушкой, а стройной сильфидой. И платье без труда сошлось на тонкой талии, превращая ее в принцессу. Она была не хуже других на этом празднике жизни.
Потом Маша танцевала. Сначала с высоким брюнетом, у которого были раскосые смешливые глаза, а потом с его полной противоположностью – сероглазым серьезным офицером, как в кино. С голубой орденской лентой поверх мундира и приколотым к ней сияющим бриллиантами крестом.
Маша кружилась, кружилась в вальсе, и вдруг взлетела, так ей было хорошо. Оказавшись на облаке, она утонула в нем, как в пуховой перине. Рядом был ее партнер по танцу, но вот какой, она не могла разглядеть. Оба, и мужчина и девушка, были обнажены. Приятная тяжесть придавила ее сверху, и хотелось большего…
Незнакомец поцеловал ее глубоким, жадным поцелуем. Руки его скользили по ее телу, словно отлично знали каждую выпуклость и впадинку. Девушка застонала. Он раздвинул ее ноги и… и…
Проснулась она на самом интересном месте, потому что кто-то правда давил на грудь и дышал ей в лицо.
– Ой!
На нее уставилась серая кошачья мордашка. Шеба взобралась сверху и топталась по ней, пытаясь добудиться. Кошка хотела кушать.
– Сейчас, сейчас… Уже встаю.
Мария увидела, что с постелью случилось что-то ужасное, словно по ней прошелся Мамай. Простыни сбились, одеяло перекрутилось в пододеяльнике. Наверное, она металась во сне. Тело ощущалось странно, и хотелось чего-то нового. Ну, хотя бы довершить то, что началось во сне.
Не век же ей монашкой куковать! Странно только, что все случилось после вчерашнего. Если уж идти до конца, то с любимым человеком, а не с этими грубыми мужланами. Вот же самодовольные самцы!
– Шеба, кушать.
Кошка ела. Маша поставила на кухне настолько зеркало с подсветкой и принялась рисовать глаза. Стрелки сверху, как она подсмотрела в журнале у парикмахера. Глаза сразу кажутся больше, а лицо – не таким круглым. Еще нежно-розовые румяна под скулы переходом на виски, вот так.
– О! Супер, – полюбовалась она на результат.
Хотя, может, не в косметике дело. Вернее, не только в ней. На щеках наконец-то появились естественные впадинки. Лицо тоже похудело вместе с ней. Только вот ноги и руки подкачали, не поддаются. Надо «сушиться». И мышцы пресса укреплять. Решено, сегодня же покупает абонемент.
– Мрр?
– Сейчас.
Сыпанув корма и потискав пушистика на прощание, Маша пошла одеваться. Костюм из искусственной замши, бежевые брючки и длинный жилет до бедер – то, что надо! Поверх тонкой черной кофточки с длинным рукавом. Стройнит и подчеркивает высокую грудь.
Девушка решила прийти пораньше, до смены, чтобы обсудить подробности с Катей и администраторами. И денег взяла. Она сомневалась, какой абонемент ей нужен, так что взяла с запасом.
На работу тоже пешком.
Каждый шаг приближал ее к желанной цели.
***
На работе обсудили и коллегиально решили, что надо брать анлим.
– Ну, посуди сама, – убеждала Катя. – Разница в три тысячи, зато можешь не отрабатывать занятия, а просто посещать фитнес с другими группами, когда тебе удобнее. У меня такой же абонемент. Если тысячу доплатишь, дадут пополняемую карту с красной полосой, можно ходить в тренажерный зал. Полторы – также можно и в вечерние часы.
Маша лихорадочно принялась вспоминать, по каким дням ходил туда «вражина». Вроде бы, не пересекаются. А вообще можно выяснить у тренера. Хотя… Он ведь может подумать, что ей Золотов понравился. Хотя все было как раз наоборот, и ее цель – не встретиться с ним во время занятий.
– Еще сауна там, экономия получается.
– Вот как… Баня – это хорошо.
Это очень хорошо. Когда без посторонних.
– Ладно, уговорила, – мысленно крича от ужаса, решилась Маша. – Беру!
Она вернулась на ресепшен, отсчитала нужное количество купюр и получила заветную карту. Эмма объяснила, как ее прокатывать при каждом посещении. Тут Катерине пришло время уходить.
Эту неделю работали по сокращенному режиму, потому что приближались праздники. Люди готовились и реже посещали. Рабочий день урезали на час, но, к счастью, на зарплате это никак не отразилось. Катя сделала ручкой, и сменщица заступила на вахту.
– Пожалуйста, ваша куртка… Ваш номерок. Да, конечно, повешу на плечики…
Руки работают – голова отдыхает. Потом, когда поток посетительниц схлынет, можно сесть, передохнуть и выпить воды. Потом включить ноутбук и начать перепечатывать с ксерокопий в недописанную дипломную работу. Мария шла ускоренными темпами. Уже практическая часть. Хорошо, когда столько свободного времени, и все как-то само пишется. Первую закончит – и вторую будет дописывать.
Примеры выбрала из «Гипериона» Китса. Раз уж так вовремя вспомнился. Написала про особенности перевода, и что «выя» Кроноса, которую Богиня обняла – вовсе не то, что думают испорченные студенты, а шея. И так далее… И тому подобное.
Кронос – неприступное хтоническое чудовище, воплощение времени; Богиня – не меньшее чудовище, только страстное, живое, полное огня, и она нарушает привычный уклад и бег времени. Маше это виделось именно так. Бедный, короче, древний бог. Так бы жил не тужил, но встретил ее, и понеслось. Вернее, это она его встретила и разбудила, после чего соблазнила.
Это если не вдумываться. Но потом оказывается, что богиня Тейя – супруга Гипериона. А уж если по батюшке Урану, то она сестра Кроноса. Да, в принципе, Гиперион ей тоже брат по отцу. Короче, у них там в древнегреческих мифах особо не смотрели, кто и с кем крутил любовь. Богам можно то, что простым смертным категорически противопоказано.
Если читать поэму, не вдумываясь, видится одно. А на деле другое. Это она вынесет в пояснения. Список литературы дополнит тоже.
А теперь на два столбца цитаты на двух языках.
– Уф… – она сохранила файл.
Почти закончила. Скоро доберет необходимый объем, составит план на предзащиту и все. Получит вторую половину от заказчика.
– Девушка, – раздался голос в окошке. – Мария?
– А, что?
– Это вам.
Маша удивленно подняла глаза от компьютера и увидела того-самого-татарина. Он улыбался и протягивал ей коробку конфет. Бельгийских шоколадных трюфелей, о, Боже! Девушка их просто обожала.
– Ой! – растерялась она.
Она захлопнула крышку ноутбука и встала.
– Здравствуйте, – сказала она. – Зачем?
– Вы нас извините, – повинился мужчина. – Моего друга особенно. Он иногда такой дурак.
– Кто дурак? – вдруг послышалось ей.
Вражина? Он что, тоже там? И все слышал, ага. Видимо, друг его нисколько не стеснялся, раз устроил тут флирт.
– Не буду я это есть! – прошипела Машка, отодвигая коробку от себя. – Я на диете.
Это стотыщпятьсот калорий. И вообще, пусть не думает, что так легко отделается.
– То-то сердитая такая, – улыбнулся и сверкнул глазами татарин. – Худеть вредно. Характер портится.
– И ничего не портится, – проворчала она, отлично осознавая, что он прав.
Конфеты манили неудержимо. Прямо как оазис в пустыне.
– Меня Тимур зовут, – представился посетитель. – Думаю, мы еще не раз увидимся.
Увидятся, ага. Тоже, что ли, решил сюда ходить в качалку? Вот незадача.
– Ваш номерок, пожалуйста, – ледяным тоном сказала неподкупная Маша. – Вы уже разделись?
Татарин кивнул и протянул свою куртку, а потом пальто друга. Девушка выдала второй номерок. Золотов в это время сидел на диване в холле и кому-то названивал по тому самому смартфону.
– А конфетки все-таки возьмите, – улыбнулся на прощанье татарин.
Это была взятка.
И он знал, что девушка не устоит.
***
Маша дописывала дипломную работу и доедала трюфели. Половину отложила для Катерины. Напишет записку. Калорийная бомба, но как же классно. И татарин вроде не такой уж козел… Не то что его дружок, который даже не извинился.
Потом потоком пошли дамы, и девушка заметалась, вытирая с пальцев шоколад. Не хватало еще испортить чью-то шубку или белую куртку! Нет, все-таки это был подкуп и скрытое вредительство. Срыв диеты. Придется завтра же приступить к занятиям. Абонемент не действует, так что купит разовое посещение.
Дамы получили свою одежду и покинули фитнес-центр. Наступило спокойствие. Еще час – и домой! Ура! Скорей.
«Эти» скоро пойдут обратно. Тимур и Золотов. Кстати, странно, что татарин сам представился, а ее даже не спросил, как ее зовут. Откуда узнал имя? Администраторы, что ли, сказали? Она вышла в холл и спросила, но Эмма отпиралась. Ничего она не говорила посетителям, и вообще за кого ее Маша принимает?
– Ох, вот же я глупая!
Скорее всего, Золотов обсудил свое дело с татарином, когда все трое встретились в полиции. А она администратора мучает.
– А ты чего не уходишь? – спросила Эмма. – По компьютеру только двое остались.
Да, действительно. Осталось всего одна куртка и пальто. Золотов и татарин задерживались. Все к лучшему. Только она оделась и собралась уходить, как оба вдруг нарисовались в коридоре. Гардеробщица выдала одежду, выключила свет и пошла на выход.
– Мария! – окликнул ее вслед татарин.
– Вы меня? – переспросила она, хотя и так было ясно, что других Марий тут нет.
– Вас подвезти?