Эпилог

Четыре дракона плавно разрезали своими крыльями воздушные просторы мира Тистрела. На их чешуе играли огненно-красные всполохи заходящего за горизонт солнца. Если на белом и двух черных драконах, от их плавных телодвижений отблески переливались, то красный, казалось, находился в кровавом зареве.

Драконы плавно опустились на гладкое плато в горах, на котором Хоргос впервые повстречал двух красных драконят. Чуть меньше года четверо представителей королевской крови устраивали переговоры вдали от дворцовой суеты. Совершив оборотничесвтво, мужчины переглянулись.

Увидев восторженное сияние в глазах старшего сына, Эттнер не вытерпел.

– Что за радостную новость ты нам хочешь сообщить?

Глаза короля клана Черных драконов наполнились гордостью.

– Ясиния носит под сердцем нашу дочь, – губы Сакрана разошлись в счастливой улыбке.

Не менее радушные улыбки засияли на лицах стоящих рядом мужчин.

– Брат…поздравляю тебя, – Редгар зажал старшего брата в тисках своих рук, смеясь, чуть приподнял.

Отпустив Сакрана, Редгар отошел на пару шагов, давая возможность отцу и Хоргу поздравить с радостной новостью Сакрана.

– Сын…я так рад за тебя, – поздравил Эттнерр, не упомянув Ясинию, лишь по одной причине, он так и не смог простить ей, той ненависти, что она испытывала к Джейн и её детям. «Кто бы мог подумать, что в тихой и скромной на первый взгляд драконицы, проявится столько зависти и злобы. А хотя свой взрывной характер, она стала проявлять уже сразу, как только обвыклась во дворце».

Король нисколько не пожалел о том, что так рано оставил трон Сакрану, а сам занимается воспитанием внуков. Но, хотя любимицей так и осталась Александра. Она уже стала мамой, и он с удовольствием нянчится с её первенцем. Уголки губ Эттнера чуть приподнялись от воспоминаний, как внучка, будучи маленькой, спокойно преодолевала все защитные заклинания. «Пока сообразили, какой магией она наделена… Кто бы мог подумать, разрушительница заклинаний. Практически с лёгкостью развеяла проклятье на Хоргосе…а ведь я тогда чуть не умер от понимания, к кому отправилась внучка».

По коже короля прошёлся табун колких мурашек от всплывшего в памяти образа одного красного дракона под чарами.

Посмотрев на Хорга, Эттнер вновь улыбнулся, одними уголками губ. «Сильный и мудрый правитель. Многие драконы пожелали поселиться под его «крылом» и не только те, у кого истинными парами оказались люди. Король Красных драконов рьяно защищает свои владения, поэтому на границах его земель теперь выставлены сторожевые заставы. Хоргос не скупится на содержание своей армии. Слишком поучительным был урок убийства клана Красных драконов. Вот и печётся новый правитель о спокойствии своих подданных, в том числе и семьи. Так что же все-таки случилось…? Не стал бы Сакран собирать нас всех здесь лишь для того чтобы порадовать новостью».

– Какие еще новости? – зашел издалека Эттнер.

На лицо Сакрана сразу набежала тень.

– Мертвое озеро…как бы это лучше описать? Озеро словно протухло и стало издавать зловонный запах. Поверхность его вод заволокла зеленная пузырящаяся масса.

Между черными бровями Эттнера пролегли две глубокие складки.

– Так может это оттого, что купальный сезон закрыт? – вынес свое предположение Хорг.

– Не думаю… – почесав пятерней подбородок, погрузившись в задумчивость, ответил король.

– Нужно своими глазами осмотреть, что там происходит? И Джейн пригласить не мешало б, они с Валессой подруги, – обведя всех сосредоточенным взглядом, произнес Редгар. С нотками напряженности в голосе, добавил. – Вы летите к Мертвому озеру, а я в замок за женой…

Выслушав мужа, Джейн поцеловав трехмесячную дочь, уложила ее в кроватку. Глядя, как их Ахана во сне причмокивает пухлыми губками, лицо молодой женщины осветила улыбка.

– Нужно к Александре заглянуть. Мы так провинились перед Валессой. Совсем забыли, когда у нее были. То беременности, то заботы с детьми, – с трудом оторвав взор от дочери, вымолвила Джейн.

Редгар с не меньшим обожанием любовался их крохой. Такие же, как у старшей сестры волосы, а вот о магических дарах ещё рано говорить.

– Давай поторопимся, что-то тревожно на душе, – подхватив под локоть мужа, Джейн повела его на выход.

Оставив малышку на нянек, они из своего замка, перенеслись порталом во дворец Красного дракона. Найти старшую дочь не составляло труда. Она беседовала с экономкой, добротной драконицей из клана Коричневых драконов.

– Что случилось? – спросила Александра, увидев напряженные лица родителей.

Редгар вкратце рассказал то, что услышал от брата, и замолк в ожидании ответа дочери.

– Вы пока летите к озеру, а я дам указания на счет предстоящего бала в честь рождения Кииана и чуть позже отправлюсь порталом вслед за вами.

Саша вышла из портала практически одновременно с прилетом родителей. Поводив носом от витающего в воздухе запаха гниения водорослей и протухшей воды, Александра замерла. Она, с недоумением разглядывала зеленоватую пузырящуюся поверхность, Мертвого озера, закрывающую все пространство когда-то синих вод. В данный момент оно больше напоминающего болото.

С не меньшим изумлением озеро рассматривали стоящие на берегу короли, прибывшие чуть ранее.

– Что происходит? – едва слышно прошептала Александра.

Джейн не стала высказывать свои догадки, подхватив подол платья, она зажала его в руке, и, зайдя в воду чуть ниже колен, ударила ладошкой другой руки по зловонной жиже. – Валесса! – крикнула она с тревогой в голосе.

Темно-оливкового цвета брызги разлетелись во все стороны, несколько из них попали на нежно-коралловое платье, а пара из них на лицо. Джейн не обратила на них внимания. Она с волнением смотрела на пенящуюся хромово-зеленную массу, которая стала еще больше пузыриться, издавая смрадный запах, словно мстя, нарушительнице спокойствия.

– Валесса! – с напряжением в голосе вновь выкрикнула Джейн. – Буду звать тебя до тех пор, пока ты не появишься. Или сама нырну в твои вонючие воды.

Редгар мгновенно оказался возле жены, подхватив ее на руки, вынес из протухших вод.

– С тебя станется, нырнуть в эту смрадную жижу, но ты не должна забывать о наших детях.

– Редгар…, – Джейн, с испугом в глазах, посмотрела на мужа. – Я не понимаю, что с ней могло случиться?

Словно ответив на ее слова, пузырящаяся зеленная масса всколыхнулась. Из глубин озера раздался скрипучий стон, напоминающий скрежет ржавого металла.

Недалеко от берега над темно-зеленой поверхностью показалась голова девушки, и вскоре она появилась полностью. Царица вод, сейчас напомнила Джейн, кикимору болотную из русских сказок.

Обвешанная гниющими водорослями, в платье под цвет болотного мха, хозяйка вод, не спеша вышла на берег, с грустью в глазах окинула гостей, потревоживших ее одиночество.

– Дарья, – синяя слезинка соскользнула с ресниц Валессы, оставила чистую дорожку на ее лице ставшим цвета зеленого папоротника. – Саш-ш-а, – давясь слезами, промолвила царица и, закрыв лицо руками, заплакала.

Джейн и Александра не сговариваясь, бросились к подруге, обняв ее с двух сторон, подхватили в унисон, ее рыдания.

– Валесса, родненькая, прости нас. Совсем с малышами закрутились.

Четверо мужчин хмуро поглядывали на плачущих девушек, дожидаясь, когда у них иссякнет поток слез. Вскоре он и правда прекратился.

Шмыгнув носом, Валесса отстранилась от Джейн. С грустью в глазах, прошлась рукой по ее вымазанному в тине лицу. Но сделала только хуже, размазав еще больше жижу по бархатной, оливкового цвета коже подруги. Посмотрев на грязное лицо и испорченное платье Александры, тяжко вздохнула.

– Вы все перепачкались, – шмыгнув носом, царица озера тоскливым взглядом окинула четверых мужчин с напряжением на лицах, смотрящих на них. Слезы вновь заструились потоками по ее лицу, выдавая душевные терзания и настроение.

Обняв подругу, Джейн вывела ее из воды, присев на песчаный берег, увлекла за собой.

– Давай садись и рассказывай, что у тебя стряслось? Только сначала будь добра, убери это зловонье, а то скулы сводит в рвотном позыве, словно у меня начался очередной токсикоз.

Ничего не сказав в ответ, Валесса, выпустила с ладони сине-голубой ручеек. Не впитываясь в прибрежный песок, тонкий журчащий поток влился в зеленую жижу. В одно мгновение с глади воды озера исчезла вся зеленая пузырящаяся масса. В воздухе еще некоторое время витал зловонный запах, но вскоре и он исчез.

Мужчины хмуро переглянулись, вдохнув полной грудью чистый воздух.

Редгар задействовал на девушек бытовое заклинание очищения. Удивился, тому, что волосы царицы не изменили своего оттенка, так и выглядели цвета зеленого мха.

– Говори уже не томи, – Джейн с лаской прошлась по волосам подруги.

Опустив голову на плечо Дарьи, Валесса смотря, как поблескивает синяя гладь родных вод, глотая подступивший к горлу комок, шепнула.

– Он ушел…а я ждала, так ждала, а он так и не появился больше, – смахнув очередную бежавшую по щеке слезу, Валесса в который раз тяжко вздохнула.

– Кто он? – чуть повернув голову, Джейн с непониманием смотрела на подругу.

– Вот… – Валесса вытянула вперед руки, демонстрируя на них витиеватый похожий на водоросли рисунок темно-бордового цвета.

– Это, что…брачная вязь? – с изумлением в голосе выразила свое предположение Саша.

– Да, – едва слышно вымолвила царица.

– Вот это дела…и когда ты только успела?! Прости…– с сожалением в голосе промолвила Джейн. – Давай рассказывай все по порядку, иначе я ничего не понимаю из твоего лепетания.

– Да чего рассказывать, нашел меня Тритон…

– Чего…?! – одновременно выкрикнули мать и дочь.

Валесса окинула их виноватым взглядом, и продолжила пересказ сладостных моментов в ее жизни… – Я сначала мечтала, что он вернется. Потом в ожидании замирала, думая, что у меня, как у вас после первой ночи любви ребеночек будет, но время шло и ничего, – закрыв лицо руками, царица вод вновь расплакалась.

Присев рядом с Валессой, Александра, шмыгая носом, поглядывала на пенящиеся волны, набегающие на берег.

Первой не вытерпела Джейн. Вскочив, сжав ладони в кулачки, она нервно заходила по берегу.

– Вот гад, поматросил и бросил.

– Он, что, от истинной пары отказался? – Редгар не скрывал своего изумления.

Три короля, не меньше его были поражены услышанным.

– Так…вы тут сидите, а я быстро на Землю смотаюсь. Возьму у теть Саши успокоительного, да и совета спрошу, – не дожидаясь, когда муж сообразит, куда она направилась, Александра быстро скрылась в портале.

После ухода жены Хорг, сжал кулаки до побеления костяшек пальцев и с замиранием дыхания стал дожидаться ее возвращения. С облегчением выдохнул, когда любимая вышла из портала. В одной руке супруга держала за ножки бокалы, а в другой зажимала бутылку.

– А вот и успокоительное! – с весельем в голосе выкрикнула она, с прищуром поглядывая на Валессу. – Теть Саша мне такой дельный совет дала…она просто кладезь всяких нравоучений. Все-таки жизнь на Земле отличается напряженным ритмом от нашей жизни. Любимый, открой-ка нам бутылочку, – подмигнув немного ошарашенному мужу, увидевшего жену впервые в таком игривом настроении. Добил Хорга звонкий смех Александры и пляшущие в ее глазах искры озорства.

Раздав бокалы мужчинам, и вручив один Валессе, Саша улыбнулась.

– Нам с мамой нельзя, мы все-таки кормящие матери. А вы, все, давайте выпейте за предложенную теть Сашей авантюру.

Хорг дернулся, когда пробка со свистом вылетела из бутылки, проследив за ее падением, с недоумением посмотрел на улыбающихся трех подруг.

– Шампанское, – поводив кокетливо плечами, вымолвила Александра. Дождавшись, когда Валесса, прищурив свой аккуратный носик, уже с повеселевшим взором посмотрит на нее в ожидании.

Широкая улыбка расползлась на лице Саши, когда она стала пересказывать предложение заботливой маминой подруги, о, наказание Тритона…

Плечи четырех мужчин подергивались от рвущегося смеха, губы разошлись в широкой улыбке.

– Ох, и мастерица ваша тетя Саша…знает тонкости мужской душевной натуры, – не удержавшись, Эттнер добродушно рассмеялся.

– У меня даже есть на примете два отъявленных ловеласа, – поддержав смех отца, вымолвил Сакран, – проходу ни одной драконице не дают.

– У меня тоже найдется с десяток не женатых драконов, – решил внести свою лепту в исполнение задуманного Хорг. – Демобилизую их на фотосьемку.

– Надеюсь, нам журнальчик дадите посмотреть, – со смешинками в глазах Редгар посмотрел на жену.

– Посмотрим на ваше поведение… да Валесса, – Джейн с любовью смотрела на подругу, в глазах которой плясали синие бесенята. – Так-то лучше, а то плакать она вздумала из-за какого-то Тритона. Мы ему устроим райскую жизнь. Что ж, откладывать в долгий ящик ничего не будем. Завтра собираемся все в это же время, а пока устроим девичник. Саш, сходи во дворец за едой и журналами мод, желательно со свадебными нарядами…

Неделя ушла на съемки Валессы в окружении полуобнаженных мужчин. Еще неделя, на выбор самых лучших цветных кадров и выпуск глянцевого журнала.

Царица вод с восторженным видом осторожно перелистывала страницы, с восхищением рассматривая себя на руках то у одного дракона, то в окружении нескольких. И если честно, то ей даже понравились съемки, но тоска по Тритону, нет-нет да и накатывала горячей волной.

После хозяйки озера, журнал посмотрели все, кто принимал участие в его создании и в предвкушении передали Александре.

Не раздумывая, Саша открыла портал и, подбросив журнал, придала ему ускорение пинком, со словами. – Лети родимый, взбудоражь эту глыбу льда!

Посмотрев на проделки жены, Хорг покачал головой, любуясь ее раскрасневшимся лицом, белыми прядями волос и до боли притягательными кораллового цвета губами.

– Валесса ты только не скучай, каждый день кто-нибудь из нас будет к тебе наведываться, – обняв с теплотой подругу, с улыбкой на лице, Джейн посмотрела на мужа. С прищуром в глазах, любующейся своей истинной парой.

Проводив взглядом улетающих драконов, царица вод подхватила журнал и в очередной раз, принялась с упоением листать его страницы…

***

Насвистывая клювом очередной мотив, пока его никто не слышал, Жарон переставляя щупальца своих «ног» по гладкому полу тронного зала, в приподнятом настроении направлялся в кабинет его величества. Неожиданно его по голове приложило чем-то тяжелым. От помутнения в глазах и испуга, щупальца разъехались в разные стороны и, не удержав равновесия, первый секретарь короля, шмякнулся на мраморный мол. Потерев «рукой» шишку на голове, Жарон покрутил головой, выискивая, что лишило его равновесия, и заодно обдумывая, за что его хотели убить?

Вид лежащего на полу журнала, удивил. Перебирая щупальца, секретарь подполз к толстенному изданию. Обдумывая пару минут, чьи это проделки, пришел лишь к одному выводу. «Это Наинь. Отомстила за то, что заставлял несколько раз переписывать прошение на ремонт лаборатории. Скоро с ее разработками нищими станем».

Подхватив «рукой» увесистый иллюстрационный сборник, удивившись его весу. Жарон окинул взглядом тронный зал, выискивая место, где он может уединиться и разглядеть красивые блестящие рисунки. А то, что журнал иллюстрирован картинками, он успел убедиться, из любопытства открыв его, и изумился необыкновенной красоты деве.

Увидев ломберный столик на вычурных кривых ножках, секретарь в предвкушении, поспешил к нему.

Положив журнал на гладкую ровную поверхность, Жарон подхватил присоской лист и впился взглядом в полуобнаженную девушку, сидевшую на руках у молодого человека, благо хоть тот был в брюках. Королевского секретаря не интересовали мужчины, а вот красивые девушки будоражили воображение, да и не мудрено, он один единственный в своем облике и виде. Русалки с брезгливостью поглядывали на его шесть извивающихся щупалец, а девушки-осьминоги с изумлением рассматривали его непонятного вида лицо с клювом. Не человек и не осьминог, да порой он и сам не понимал к какой категории или виду себя отнести. Перевернув очередную страницу, Жарон издал звук клювом чем-то похожим на причмокивание. Деву с длинными зелеными волосами обнимали два атлета, смотря на нее с вожделением в глазах.

Не дождавшись секретаря, царь Океании направился на его поиски. И без того паршивое настроение с каждым днем все больше ухудшалось. Посмотрев на затухшую витиеватую водную лиану на своей руке, Тритон злорадно ухмыльнулся. «Думали, оплели руки травой и вот я весь ваш. Не затем я столько лет не допускал к себе женщин, чтобы после ночи с одной из них, жениться. Не на того напали».

Обойдя практически все кабинеты дворца, царь заглянул в библиотеку, но и там не найдя секретаря, призадумался. Куда тот мог подеваться? Вспомнил, что Жарон любитель сокращать свой путь через тронный зал, и направился в том направлении.

Сказать, что Тритон удивился, значит, ничего не сказать. По залу раздавался восторженный клекот осьминога. Все его шесть щупальцев извивались, словно змеи, и, как показалось Тритону, находились в возбужденном состоянии. Кстати, никогда еще за свою жизнь царь Океании не видел, чтобы присоски так сосредоточенно были направлены в одном направлении. И Тритон мог поклясться хоть перед кем, что бестии внимательно что-то рассматривали.

Тихонько подкравшись, гроза океана никем не замеченный и не услышанный, встав за Жароном, наклонился, чтобы рассмотреть, что так увлекло его секретаря?

Первый секретарь, услышав раскаты грома, ненадолго отвлекся от разглядывания красочных иллюстраций с девушкой в журнале, и продолжил дальше изучать картинки. На одной из них, он заострил более тщательное внимание. Ибо удлиненный разрез на платье, из тончайшего шелка, практически открывал вид двум налитым высоким грудям девушки. Выставленная напоказ ножка в красивом черном кружевном чулке притягивала взгляд и будоражила мысли смотрящего, воображением и желанием пройтись рукой по красивым изгибам.

От сверкнувших одной за другой за окнами молний, Жарон подпрыгнул. А от раскатистого грома, в котором слышались рычащие нотки их царя, чуть не поседел и обрадовался, что лишен этой поросли. От горячего учащенного дыхания обдавшего его с ног до головы, секретарь, втянул все свои две тысячи присосок. Не понимая чем прогневил царя Океании, решил быстро скрыться под единственное место доступное ему сейчас, но не успел улизнуть, как тут же был схвачен, властной пятерней правителя.

Гром и молнии участились, и к ним добавился ураганный ветер и шторм. Стихия за окнами буйствовала, с каждым вздохом Тритона набирая обороты.

– Ты…

Жарон пожалел, что появился на этом белом свете. В единственном слове сказанном правителем был приговор его дальнейшей жизни. Находясь в крепком захвате, секретарь с жалостью в глазах посмотрел на разгневанного правителя, не понимая, что могло вызвать такую ярость у царя Океании?

– Ваше величество, простите, что задержался…вот журнальчик нашел, решил картинки рассмотреть. А там, дева сказочной красоты. Я хоть и не мужчина, но и мне не чужды внутренние порывы свойственные нашей братии.

– Что…?

От ядовито-шипящего голоса царя, две тысячи присосок Жарона в диком ужасе вытянулись по струнке, затем задергались в истерике решив покинуть место своей дислокации. Сам хозяин был с ними полностью солидарен. Задергавшись в крепком захвате, он обессилено повис, отдавшись на волю судьбе. И она в тот момент оказалась к нему благосклонна.

Отшвырнув от себя Жарона, гроза Океании перевел свой взгляд на стол. От вида полураздетой Валессы сидевшей на руках сразу у двух полуобнаженных красавцев, внутри разгоралось пламя ревности. В омутах глаз Тритона закручивались водовороты гнева. От вида тонких пальчиков его жены, прикоснувшихся к твердым мышцам мужской груди, вспышки молний и раскаты грома лавиной обрушились на мир Океании.

Схватив журнал, Тритон, призвал к себе трезубец, и со всей силы зажал его в пятерней. Направив символ власти на пространство перед собой, разрезал его магическим потоком золотого перелива, и шагнул в образовавшийся портал…

Сколько будет блуждать в просторах вселенной журнал с ее фотографиями, Валесса не представляла? Да и если честно сказать, настроение после фотосессии изрядно поднялось. Просмотрев не один журнал по психологии, царица вод все больше убеждалась в мыслях, что свет не сошелся на одном лишь Тритоне. Кругом столько молодых драконов готовых к ее ногам мир кинуть…

Расстелив теплый плед на прибрежном песке, Валесса скинула халатик, оставшись в одном бикини, состоящим из стрингов и двух узких полосок закрывающих лишь ореолы ее грудей. Решив отдохнуть, а заодно и позагорать под жаркими лучами солнца выдавшегося в этот день, царица, легла на плед, с мечтающей улыбкой на лице.

В этот раз девушка решила полистать журнал посвященный убранству комнат. Царица удивлялась, насколько разнообразна была архитектура строений на Земле. Залюбовавшись очередным замком с вычурной лепниной потолков, Валесса лежа на животе, подрыгивала ногами в такт раздающейся из наушников музыке. Еще одна забава людей пришлась ей по душе.

Гнев Тритона не утихал, а казалось, все больше разгорался в предвкушении встречи. Выйдя из портала, он с прищуром окинул водную гладь. Брачная вязь на руках вспыхнула не меньше, чем бушующее пламя ярости в его груди. С прищуром, царь Океании, окинул синие воды и, устремив взор на береговую линию, направился к едва видневшейся темной точке среди желтого песка. В том, что это была его жена, нисколько не сомневался.

Бесшумно выйдя из воды, Тритон подошел к лежащей на берегу девушке и почувствовал, как его нижняя челюсть изрядно потяжелев, поехала вниз.

Вид красной полоски над оголенными выпуклыми задними полушариями, вызвала прилив жара и вопрос. Зачем вообще нужна эта тряпка, если она ничего не прикрывает? Порадовала пересекающая спину такого же цвета тесьма. «Хоть свои передние полушария прикрыла бесстыдница».

Злорадно ухмыльнувшись, гроза Океании, теперь уже более внимательным взглядом прошелся по бархатной коже жены. К подергивающей ступне взгляд «приклеился», жгуче захотелось прикоснуться губами к пяточке, исцеловать каждый крохотный пальчик, каждый ноготок. В жарких прикосновениях пройтись по белой нежной коже, расцеловать впадинки под коленями, устремив свой взор и желание к заветному месту вожделения.

Все попытки доказать себе, что ему не нужна вот эта хрупкая чаровница, рухнули в одночасье. За одну только ночь любви эта маленькая девушка проросла корнями в его душу и сердце. И он изголодался по прикосновениям ее рук и губ.

Валесса нахмурилась, поежилась от прохлады. Нависшая над ее телом тень, загородила солнце, вызвав дискомфорт.

– Слушай…ты, – хозяйка вод повернулась, и слова застыли у нее на полпути так и не успев вырваться.

Черные омуты глаз мужа, смотрящие на полупрозрачные ленты, едва прикрывающие ореолы ее грудей, вызвали у царицы неописуемый восторг. Но и одновременно зажгли огорчение, что не поддалась на уговоры Александры загорать топлесс. Не подав виду, какие бури закручиваются у нее внутри, Валесса хмыкнула. Встав, она накинула на себя халатик, с легкостью перекинула концы пояса, небрежно обвела взглядом стоящего перед ней мужчину.

– Что привело царя Океании в мои воды?

Тяжело сглотнув, Тритон с усилием оторвал свой взор от пылающих алым цветом губ жены, прошелся по высокой притягательной груди. Остановил свой взгляд на коротенькой длине халатика, едва закрывающего то самое место, на которое дозволено смотреть только ему. И та лента, что сейчас надета на искусительнице, мало прикрывает части ее тела, а наоборот предоставляет откровенный к ним вид…

Издав внутриутробный рык, гроза Океании, схватив жену, перекинул ее через плечо. Не слушая визга, со смехом, ощущая учащенные удары кулачков на своей спине, довольно улыбаясь, разрезал трезубцем пространство и с клокочущим внутри предвкушением бурного воссоединения семьи, шагнул в портал.

Александра, выйдя из своего портала, успела увидеть огромного красавца, шагнувшего в исчезающий портал, с царицей вод на плече.

«Значит, придав ускорение отправленному в портал предмету, можно рассчитывать на его быструю доставку потребителю. Молодец тетя Саша. Правильную тактику выбрала. Нужно обрадовать маму, и с Хоргом новостью поделиться».

С улыбкой на лице Саша скрылась в портале, обдумывая в какой части Вселенной, находится покрытая сплошными водами планета?

Жители мира Океании не успевшие прийти в себя от разбушевавшейся стихии, вылезли из всех укрытий, затихнув, навострили уши, на раздающиеся женские крики, из покоев императора. Что крики! В ход пошли звуки бьющихся ваз и коллекция королевских статуэток (разновидность рыб) вылетающих из разбитых окон.

Русалы вздрогнули, водные жители, вначале открывшие рты из любопытства, быстро скрылись в синих водах, от вида выросшей в одно мгновение горной площадки, на которой появился их царь, крепко держащий на руках девушку.

– Жители Океании, хочу сообщить вам радостную новость! Я женился! Свадьба завтра!

Громогласный баритон царя, разнесся над просторами планеты. Русалки молчаливо переглянулись, рыбы в любопытстве вновь вынырнули из воды.

– Как завтра?! А гости! А свадебное платье!

Гневный голос их будущей царицы, придал страху жителям Океании, и они поспешили спрятаться от разъяренной девицы. Ещё бы. Жарон говорил, что дева несколько тысяч лет дожидалась, когда их царь исполнит супружеский долг. Вот поэтому и нервная. Прославившуюся коллекцию рыб в гневе окно выкинула.

– Не хочешь завтра, тогда даю на подготовку неделю, – в синеве глаз Тритона вновь закручивались водовороты, только теперь уже страсти. – А сейчас-с-с, – с придыханием прошептал царь. – А сейчас исполнение супружеского долга. Соскучилась?

– Вот еще, – фыркнула Валесса. – Меня такие мужчины окружали.

Тритон глубоко вдохнул.

– Мужчины окружали, но любишь-то ты меня.

Вся бравада в миг, слетела с царицы. Она прильнула лицом к груди супруга, всхлипнув от воспоминаний дней одиночества.

Испытывая на себе душевную боль жены, Тритон ругал себя последними словами, за упрямство и дурь.

– Выходит, не любишь? А вот я тебя до безумия люблю. Моя ты воительница. Подхватив подбородок девушки, царь с нежностью коснулся ее губ. – Не плачь моя красавица, я вымолю у тебя прощение, – прижав Валессу, Тритон скрылся в портале…

***

Жарон, очнулся через несколько часов, после грубого соприкосновения со стеной тронного зала. Голова, да, и все тело изрядно болело, словно его вытащили из-под обломков горы. Потрогав рукой лоб, нащупал капельки пота. Секретарь призадумался о проступивших каплях не воды, а крови и решил, убедиться в своем подозрении.

Открыв глаза, он некоторое время с недоумением смотрел на человеческую руку, застывшую перед его глазами. Пошевелив пальцами, Жарон тяжело сглотнул и вновь закрыл глаза, подумав: померещится же всякое. Дождавшись, когда ломота в теле утихнет, секретарь царя, вновь открыл глаза, заскользил щупальцами по стене и полу, обдумывая, как бы вновь не попасть под горячую расправу правителя.

То, что Тритон с каждым днем становился все раздражительней, это поняли не только он, а и все жители Океании. «Хм. Даже забыли о просьбах. Кроме Наинь, ей – гению все дозволительно. Что же так разгневало царя? Подумаешь, журнальчик во время рабочего времени полистал. Зачем же так сердиться»

Кинув взор в очередную начищенную до блеска пластину ракушки, Жарон заскользил дальше. Увидев в отражении незнакомца, отметил про себя: «И кто это может быть?». Обернувшись, к своему изумлению секретарь отметил, что находится в тронном зале один. Проползая мимо очередной зеркальной поверхности раковин, Жарон притормозил, вновь увидев незнакомца. Некоторое время они рассматривали друг друга.

– Ты кто? – секретарь решил покончить с молчанием, а заодно узнать откуда появилось существо такого странного вида?

Вырвавшийся из горла хрипловатый голос, удивил. По ужимкам лица да еще человеческого, в какой-то момент Жарон догадался, что это он отражается в зеркально-блестящей поверхности. С испугом рассмотрел свои две руки, худощавый торс и оставшиеся ниже пояса шесть щупальцев. Приподняв одну из них, от вида мужского органа, как у русалов, грохнулся в обморок…

Три дня первый секретарь царя не вылезал из своих покоев. И на возвращение правителя Океании никак не отреагировал. В груди кипела обида. «Ну, припечатал о стену. Всякое бывает. Зачем же из меня полу осьминога делать? А ведь я его другом считал…».

Вскоре обиды позабылись, да и взгляды русалок на его обнаженный торс придали ему уверенности. А ко дню свадьбы Тритона с Валессой, Жарон был измотан так, что минуты считал, когда это веселье закончится? Услышав голос царицы, ухмыльнувшись, секретарь покачал головой о всяких рассказываемых ею приметах.

– Мне рассказали об одном знаке судьбы во время свадьбы. Сейчас все незамужние девушки, выстраиваются в полукруг. Я стану к вам спиной и брошу букет. Считается, что та девушка, которая поймает букет, в этом году выйдет замуж.

Тритон с недовольным прищуром смотрел, как пол тронного зала заполняется незамужними русалками. «Сначала цветущую метелку поймают, потом дом заставят строить». Проследив за полетом букета, гроза Океании направил на него магию, и с ее помощью переправил цветы в лицо Жарона.

Руки секретаря дернулись, и он поймал перевязанный пучок цветов с одновременно прогремевшему по всему огромному строению, вскрика разочарования. Жарон расплылся в ехидной улыбке, от устремленных на него завистливых женских глаз русалок.

– Теперь еще один развлекательный конкурс, но для мужской половины населения. Валесса кокетливо состроила глазки мужу, приподнимая подол свадебного платья, наблюдая за его мгновенно меняющимся лицом.

– Сейчас жених снимает с ножки жены подвязку. Увидев, как напряглись широкие плечи супруга, царица звонко рассмеялась. – Нет. Нет. Руками не трогать. Можно использовать губы, ну и еще некоторые части тела.

Тритон залез под пышную юбку свадебного платья жены. Хоть было и неудобно согнуться в три погибели, но что не сделаешь ради любимой.

В своем стремлении снять подвязку, царь вод начал свои поцелуи от узких щиколоток, обвитыми золотыми браслетами с подвеской из трех сапфиров, и устремился выше не забывая покрывать губами стройные ножки любимой, закрытые белоснежным капроном. Дойдя до подвязки в виде кружевных лент, со свисающей на ней каплей изумруда, поцеловал. Обратив взор чуть повыше, надолго завис от вида прозрачной полоски, едва прикрывающей черный треугольник волос. Впившись губами в провокационную деталь одежды, Тритон хмыкнул, услышав сдавленный стон Валессы. Решив, после всеобщего веселья, продолжит наслаждаться в покоях, и пока жена приходила в себя от его поцелуев, правитель Океании аккуратно снял руками подвязку.

Выбравшись из-под платья, царь обвел русалов хмурым взглядом, хищно смотрящих на его добычу, зажатую в руке. «И эти туда же. Строй им потом дом. А если женятся неудачно, то еще строение попросят». Развернувшись, Тритон швырнул через голову подвязку, придав ей ускорение магией и направив в сторону первого секретаря.

Изумруд, заехавший в лоб Жарону, заставил его подпрыгнуть, и машинально схватить рукой еще один приз, но теперь уже от жениха. Разобидевшись на его величество, секретарь решил покинуть свадебное веселье, а заодно избавиться от прилетевших в руки даров. Горечь от насмешливых взглядов гостей жгла грудь.

Скользя щупальцами по полу, человек-осьминог покинул тронный зал и направился в сторону береговой площадки…

***

Лайаль в очередной раз прислушалась к тишине вокруг, которая так страшила. Многие уже и забыли, каково это пережить ужасы катаклизма, а вот она нет. Едва успев появиться на свет, испытала на себе стихийное бедствие. А к нему, еще и световые разряды, после которых тело долго ломало. Ее, вместе с оставшимися жителями океана, подхватила какая-то неведомая сила и поместила в воздушный пузырь, а затем переправила в совершенно незнакомую водную стихию.

Осьминожка сразу и не поняла, что стала другой. Вылезла из укрытия на охоту и повстречала собрата, но тот в брезгливости быстро уплыл от нее. И тут она заметила, что у осьминога нет таких рук, как у нее, но ведь всякое случается. Маленькая осьминожка решила разобраться в этом вопросе и отправилась на поиски себе подобных. Но все осьминоги ехидно посмеивались над ней, тыкая щупальцами в ее сторону.

Обидевшись, Лайаль рванула к светлым водам и там повстречала себе подобных. А, то, что у них вместо щупалец – хвост с плавником, так ведь этим они не сильно отличаются, но и тут ее ждало полное разочарование. Русалки тоже посмеялись над ее внешним видом и поспешили уплыть.

Что оставалось делать маленькой осьминожке? Она уплыла в самые дальние воды Океании, подальше от насмешливых глаз русалов. Единственное, что успела, так это составить себе имя из двух услышанных имен русалок.

Так и жила девушка-осьминог в одиночестве. Незаметно выросла, привыкла к своему внешнему виду, но и никому не показывалась на глаза.

Те, кто увидел ее совсем еще крохой, быстро забыли, о ее существовании, а те, кто не видел, и представить не могли, что в Океании проживает такой интересный индивид.

Воспоминания о катастрофе все больше разжигали страх, да и тишина вокруг только усугубляла его. Нарушив все свои правила, Лайаль вылезла из укрытия и отправилась на поиски жителей Океании. Но чем дальше она удалялась от места своего заточения, тем тревожней становилось у нее на душе. Девушка-осьминог хоть и не общалась ни с кем, но и остаться совершенно одной в темных водах, ей совсем не хотелось.

Было странно, что рыб и тех не было видно. И когда она увидела место их скопления, неимоверно обрадовалась. «Ну, хоть кто-то». Проскальзывая между косяками рыб, девушка-осьминог недоумевала. «Что так привлекло чещуйчатых?».

От громогласного голоса царя Океании Лайаль вздрогнула, и в первое мгновение пустилась бежать назад, но в какой-то момент сработал здравый смысл и она вернулась.

Подплыв к каменистой возвышенности, на которой располагались дома русалов и дворец повелителя, девушка-осьминог затихла, вслушиваясь в смех и шум раздаваемого из-за стен самого красивого сияющего в световых огнях строения. Увлекшись праздничным весельем, Лайаль не сразу услышала спускающегося по ступенькам русала и если б не его бормотание, то он бы увидел ее во всей красе.

Девушка-осьминог, быстро заскользила по камням и осторожно скрылась под толщей воды, но уплыть не смогла, мешали стаи рыб, скопившиеся сплошным косяком в данном месте.

Оказавшись на краю плато, Жарон с брезгливостью выкинул в воду букет цветов, а затем с ехидством и подвязку. От звука бульканья изумруда в душе разлился сладостный бальзам. «Вот где все ваши приметы. Может, какая рыба и подберет и тогда ей выпадет удача». Хмыкнув, Жарон уже хотел развернуться, но от вида выползающих из воды щупальцев осьминога на одной из которых была нанизана та самая подвязка которую он выкинул – выпучил глаза. Секретарь наблюдал, как за щупальцами из воды появилась женская головка с длинными голубыми волосами, а за ней и сама хозяйка с прекрасным телом и очаровательными обнаженными полушариями. От вида прижатого к груди незнакомки букета невесты, Жарон тяжело сглотнул.

Осьминоги девушка и мужчина, с изумлением рассматривали друг друга.

Вид букета и подвески у девушки, Жарона совершенно не радовал. Зато девушка-осьминог, впервые получившая от завидного собрата подарки, раздумывать не собиралась и так столько лет в одиночестве. Обхватив мужчину-осьминога щупальцами, потянула его в воду, и ничего, что некоторое время он удерживался присосками за камни. Стоило только залезть ее щупальцу в сосредоточение мужского естества и все, присоски сразу обмякли. Обвив добычу щупальцами, Лайаль потащила его в свою берлогу, знакомить со своим подземным дворцом и заодно познавать прелести семейной жизни…

***

Дочитав очередное письмо от Валессы, находясь все еще под впечатлением от новостей, Джейн с улыбкой на лице смотрела в окно.

Прервал ее думы, вошедший в покои муж.

– Какие новости от царицы Океании?

– Ждут первенца. Вся Океания в восторге, но больше всего Валесса. Наконец-то, она познает счастье материнства.

– Понятно, – поцеловав жену, Редгар приподнял ее и, посадив к себе на колени, заглянул в глаза. – Скажи, ты сильно скучаешь по Земле?

Бывают моменты, захлестывает тоска, но быстро отступает, – прикоснувшись губами к губам мужа, Джейн, прильнула к его груди. – Я нахожусь среди любимых мне людей и самого восхитительного во всем мире Тистрела дракона, которого я люблю до безумия.