Глава 4. Хозяйка Мертвого озера
Джейн еще некоторое время стояла за камнем, не решаясь пошевелиться, и только поняв, что дракон улетел, отжала мокрое белье, быстро оделась, следом поспешила натянуть футболку, джинсы и кроссовки, обрадовавшись тому, что не выкинула вещи.
Чувствовала она себя превосходно, как будто не было долгих скитаний по черному тоннелю и страшного полета… падения на спину белому ящеру. Грохнувшись с такой высоты, она должна была разбиться насмерть, но этого не случилось. Как будто какая-то сила смягчила удар – и она выжила. Но еще удивительнее, что ни одного синяка не осталось на теле.
И все можно было забыть и пережить, но… как забыть пылкие сладостные речи незнакомца, с которым встретилась здесь Джейн? Как забыть его нежные поцелуи и ласковые руки? Как забыть его сильное тело, от воспоминания о котором у нее все внутри скручивается в сладкой истоме? Она тряхнула головой, отгоняя волнующие мысли, и поспешила на выход.
Выйдя из пещеры, посмотрела на раскинувшееся перед ней озеро, уходящее далеко за горизонт, чем-то оно напоминало Черное море. Но вот что-то было странное и чуточку пугающее в синеве воды.
Легкий ветерок ласкал волосы Джейн, прибрежные заросли камышей шуршали от его игры, но воды озера не откликались на его забаву. В воде, словно в зеркале, отражались голубое небо и пушистые, плывущие по нему облака.
Джейн подошла к самой кромке воды, постояла, всматриваясь с тревогой в синюю гладь, и присела на песок. Чужой мир вызывал тревогу, да и от встречи с незнакомцем осталось разочарование – ушел и не вспомнил о ней!
Тяжко вздохнув, Джейн положила голову на колени, наконец, осознав, что осталось жива. Она смотрела на ровную, словно стекло, гладь воды, перебирала пальцами белый теплый песок, а сердце грызла тоска по друзьям.
«Как там Сашка и Глеб? Бедные вы мои, рветесь и мечетесь в поисках меня. Но только мы уже никогда не увидимся. Никогда. Этот странный мир, в который я попала, неизвестен никому. Не видно самолетов, линий электропередач, не слышно гула и рева машин, я уже опасаюсь вспоминать дерущихся драконов и того необычного незнакомца».
Ее взгляд замер на воде, которая медленно подползала к кроссовкам. Джейн нахмурила брови, сердце застучало от страха, она подтянула ноги под себя, глядя на странное явление. Слишком завораживающим и смертельным было оно. Вода, будто почувствовав напряжение сидевшей на берегу девушки, отхлынула и вновь замерла в тысячелетнем штиле.
Джейн еще некоторое время смотрела на озеро, но его поверхность оставалась такой же спокойной и безмолвной.
– Странная ты какая, вроде вода, а трогать страшно.
Она тяжко вздохнула и вновь посмотрела на воду, но не заметила больше никаких перемен и подтянула к себе рюкзак. Воспоминания о друзьях задели ноющую рану на сердце от разлуки с ними. Джейн достала свой паспорт, который больше ей не понадобится, и одинокая слеза скатилась по ее щеке. Девушка быстро вытерла ее и, порывшись в рюкзаке, вытянула из него сувенир в виде прозрачного стеклянного шара. Туда был помещен небольшой домик, рядом с ним росли несколько елей, наряженные в белый пушистый снег.
Джейн тряхнула сферу и тысячи мелких снежинок заполнили шар, кружась, они падали на дом и ели, покрывая их белым слоем. Девушка раз за разом трясла сферу и с грустью смотрела на белый снег, вспоминая зиму в Москве, и как она маленькая, открывая рот, подставляла язык, ловя холодные снежинки. Может, поэтому, увидев в лавке этот сувенир, и купила его.
Ее мысли прервал всплеск, она взглянула на озеро и замерла, увидев перед собой прозрачную живую девушку, только всю из воды. Тонкие белые пальчики, струящиеся по плечам бирюзовые волосы, нежно-голубое личико со сжатыми до синевы губами и длинное платье, скрывающее ноги цветом бушующего штормового океана… все было из воды. Девушка казалась живой, судя по разумному взгляду ее бирюзовых глаз, смотревших с изумлением и восхищением на руки Джейн, державшие сферу.
***
Самого появления в небе непрошеного гостя Валесса, не отрывая взгляда, следила за драконом и девушкой. Вид приближающегося к ее водам ящера наполнил сердце ликованием. В последние несколько сотен лет ей не приносят дары. Лишь случайные жертвы падают в воды, и она не считала это подношениями.
Валесса, хозяйка волшебного озера, не любила убивать, но несколько тысячелетий назад в озеро упало столько мертвых драконов, что воды его надолго окрасились в алый цвет, уничтожив все живое в ее владениях.
С тех пор сердце хозяйки озера оледенело и умерло. Она беспощадно расправлялась с любым, кто пытался искупаться в ее водах и кто отваживался на корабле пересечь их. Вначале драконы и люди хотели задобрить сердце водной хозяйки, но все их попытки были напрасными. После убийства Красных драконов, кости которых до сих пор лежат на дне озера, Валесса тоже умерла, но до конца не осознавала этого.
Поэтому хозяйка озера и обрадовалась летящему дракону – ведь было понятно, что он решил закончить свою жизнь в ее водах. Слабое, едва уловимое прикосновение к воде вмиг покрывало кожу черными язвами, которые разрастались с быстротой молнии. Смотреть, как человек или дракон чернеет и корчится в предсмертных муках, было одно из любимых занятий госпожи этих мест, но в последнее время охотников искупаться в озере не было. Да и дары в виде жертвоприношений и драгоценностей тоже прекратились.
Валесса замерла в напряжении и ожидании, но к ее разочарованию дракон не упал в воды озера, а из последних сил долетел до пещеры богов.
– Вот уж эта пещера! – фыркнула Валесса, нахмурив брови, и замерла у кромки воды, внимательно следя за действиями белого дракона.
Он заполз в пещеру, и хозяйка озера слышала его стоны от полученных ран и даже чувствовала запах его крови, стекающей в белый песок.
Валессе сделалось дурно от вида яркого алого перелива в пещере, этого света она не видела много тысяч лет. Это было так тревожно и необычно, а почему – она и сама не могла понять, да и вода вокруг нее вдруг стала теплой.
Каково же было ее удивление, когда из пещеры послышались совершенно другие стоны, от которых вода вокруг забулькала, нагреваясь.
Хозяйка вод уплыла подальше, на самое глубокое место озера, чтобы остудить свое холодное сердечко, вдруг ставшее горячим. Но вскоре вспомнила о том, что дракон был один, и ее охватило любопытство, заставившее вернуться к пещере.
«Если дракон был один, – подумала она, – то кому он шептал такие жаркие ласковые слова? Кому дарил нежные страстные поцелуи? И тот, другой стон – он был слишком тонким для драконицы, интонацией больше похоже на человека... Но как такое возможно, чтобы дракон занимался любовью с человеком, да еще в пещере богов?»
Хозяйка озера едва не распадалась на молекулы воды от раздирающего ее любопытства. Она лежала у самого берега и слушала все, что происходило в пещере. Некоторое время стояла тишина, ее нарушало лишь тяжелое и спокойное дыхание дракона. Дыхание человека было совсем легким и едва уловимым, но в какой-то момент изменилось, стало учащенным и взволнованным.
Валесса услышала тихие, медленные шаги и обрадовалась, что наконец увидит девушку, с которой провел ночь дракон. Но шаги, наоборот, удалились и вскоре затихли. Недовольство хозяйки озера росло, она металась, нервничая, но это никак не отражалось на глади воды, все такой же спокойной и мертвой в своем тысячелетнем безмолвии и обездвиженности.
Хозяйка озера вновь метнулась к кромке воды и замерла, увидев молодого, рослого и совершено голого мужчину, что вышел из пещеры. Валессу мало интересовало человеческое тело, но этим могли часами любоваться богини. Да что там любоваться... Хозяйка озера вздрогнула, когда мужчина побежал и прыгнул, обернувшись в воздухе белым драконом, взмыв в небеса.
Водная царица наблюдала за улетающим драконом, пока тот совсем не исчез в белых пушистых облаках.
«Но как же так?! Ведь вчера еще он желал покоиться на дне озера, а сейчас полон сил… да и оборотничество совершает одним махом? А может, он провел ночь с богиней?»
Хозяйка озера вновь подалась вперед, когда из пещеры вышел молодой человек.
– Что за шутки?!
На лице водной хозяйки отразилось изумление. Юноша постоял и направился прямо к ее берегу. Когда он подошел, вздох облегчения сорвался с губ Валессы, она увидела обтянутые тканью округлости девичьих грудей.
«Еще не совсем мир рухнул», – сказала сама себе царица и стала рассматривать девушку. Совсем молоденькая, худенькая как тростиночка, она не спеша шла по песку и остановилась у самой кромки воды. Сев, девушка поджала ноги. Перебирая рукой песок, она смотрела перед собой, а взгляд зеленых глаз мутнел и тонул в тоске.
Водная дева занервничала.
«Девушка расстроена, ее терзают тяжкие воспоминания, она должна войти в мои воды. Мне скучно уже много лет. Но почему же она сидит до сих пор?!»
Водная царица попыталась сама дотянуться до ног девушки и утащить ее к себе. Она тихонько стала подгонять свои воды к ногам незнакомки, но та, как назло, нахмурилась, увидев подползающее озеро, и отодвинула подальше ноги. Валесса закричала, лицо ее исказилось от гнева.
«Хочу эту жертву!» – кричала она и металась. Но синие воды озера были все так же безмолвны и тихи.
Никогда еще Валесса не жаждала так сильно принять в свои воды человеческое тело. И сама пока не понимала, почему с ней начались такие перемены. Но гнев резко стих, когда она увидела, как девушка вытащила из мешка диковинную вещь. Сколько всяких золотых и серебряных украшений хранится в сокровищнице на дне озера, но ни одна не притягивала так взгляд царицы. Ни одна не вызывала желание любоваться часами игрой неизвестных белых мелких частиц, помещенных внутрь стеклянного шара. Но кроме этих частиц, внутри находилось что-то еще, прежде не виданное Валессой. Не выдержав, хозяйка озера приняла свой истинный облик.
***
Джейн вздрогнула, когда поверхность воды всколыхнулась и напротив нее оказалась красивейшая девушка, только не живая, а созданная из воды. Девушка эта, не отрывая взора, смотрела на стеклянную сферу в руках Джейн. Ее губы сложились в маленький бантик, бирюзовые глаза без хрусталика одновременно пугали и завораживали своей бездонной красотой. Девушка протянула руку, пытаясь коснуться сферы, но как только ладонь ее появилась над сушей, то сразу исчезла, пролившись водой на песок. Лицо призрачной девушки исказилось от досады, и она исчезла в синих водах.
Джейн сидела, не шевелясь и не веря в то, что увидела.
«Вот и первые галлюцинации от голода, привидится же такое».
Маленькая голова, чуть светлее, чем воды озера, всплыла над гладью, и вскоре перед Джейн вновь стояла призрачная девушка. Цвет глаз ее стал темно-синим, и она с восхищением смотрела на сферу.
Джейн немного удивилась, она ничего особенного не видела в сувенире, который держала в руках, эта была лишь память из ее родного мира. Теперь она в другом мире и этот предмет будет лишь терзать сердце воспоминаниями, да и незнакомка так жалостливо смотрит, может, подарить ей шар?
И Джейн осторожно положила сферу у кромки воды и толкнула ее в озеро.
Валесса как завороженная посмотрела на сферу, скрывшуюся под водой, перевела удивленный взор на Джейн, не веря.
Джейн с любопытством наблюдала за тем, сколько у озерной девы эмоций на лице.
Валесса, все еще не веря в то, что столь желанный ею предмет лежит в ее водах, переводила свой недоуменный взгляд то на сферу, то на девушку.
– Что же ты боишься? Бери. Мне действительно не жалко!
Мелкая рябь прошла по лицу Валессы, и хоть она не понимала, о чем говорит девушка, но по ее легкой улыбке и доброму взгляду изумрудных глаз догадалась, что незнакомка подарила так заинтересовавший ее предмет. Валесса схватила сферу и прижала к себе, как самое ценное сокровище. Теперь в синих глазах ее заблестели искры радости, голубая гладь воды вздрогнула и прошла волной по поверхности озера.
***
На берегу утеса, в замке, построенном две тысячи лет назад, у окна стоял Верховный маг Турнар Лоуэн. Маг смотрел на мертвую гладь воды, и его плечи поднимались от тяжких вздохов. Столько лет, просыпаясь, он бросал взгляды на синее озеро в надежде увидеть хотя бы малейший всплеск его вод?
Он часто вспоминал себя молодым, полным надежд и веры в то, что ему удастся раскрыть секрет Мертвого озера. Он перечитал множество рукописей, ездил по разным странам в надежде найти хоть малейшую зацепку и узнать, почему умерли воды. Но, кроме того, что озеро стало безжизненным после последней битвы драконов, ничего найти не удалось.
Ох уж эти драконы! В летописях говорилось, что озеро умерло от крови Красных драконов, упавших в его воды. Их было столько, что все окрасилось в алый цвет, затем почернело… и все, что было живое в озере, умерло. И с этим можно было смириться, но вода уже столько веков оставалась мертвой... Недавно на глазах мага упал в озеро пьяный кучер. Воды проникли под его кожу и разъели плоть, будто серная кислота. Крик кучера до сих пор стоял в ушах Верховного мага, и он винил себя в том, что не нашел до сих пор средства оживить озеро. А сколько было попыток…
Маг вновь вздохнул, его плечи опустились под тяжестью невзгод.
Прошлое до сих пор тяготит. Маг уже был в расцвете лет, когда ехал мимо одной деревеньки, и ему навстречу вышла сгорбленная сухотелая старуха. В руках она держала посох. Взглянув на молодого мага своими бесцветными глазами, она ухмыльнулась и проговорила чуть хрипловатым грубым голосом:
– Ищешь, как вернуть жизнь озеру?
Он тогда посмотрел на старуху с презрением: «Всякая мразь будет лезть под копыта моей лошади и корчить из себя предсказательницу. Не знает старуха, что я уже не раз посещал храм верховных жриц, ища ответ на свой вопрос, но жрицы молчали, потупив взоры, и напоминали такое же безмолвное Мертвое озеро».
– Жить не хочется! – заорал он. Его лицо исказилось от злости, конь от испуга встал на дыбы и маг чуть не вывалился из седла.
– Да что моя жизнь… она уже к концу подходит, а вот твоя вся пройдет в терзаниях, если не оставишь попытки узнать, как расколдовать озеро. Вот и решила я пожалеть тебя да рассказать, когда Мертвое озеро вновь оживет.
Злоба сошла с лица мага, он с подозрением смотрел на сморщенную старуху, стоящую перед ним, но потом подумал и, с презрением оскалившись, проговорил, наклонившись:
– Передай моим завистникам, что я не поддался на их уловку! Так что можешь оставить свои предсказания при себе. Я как-нибудь и без них обойдусь!
Старуха истерически захохотала, удивив мага ровными и красивыми белыми зубами. Насмеявшись, она резко замолчала и открыла свой рот лишь для того, чтобы сказать то, что хотела:
– Моя жизнь скоро прервется, поэтому мне нет надобности врать тебе, маг. Мне жаль тебя, ты еще молод, можешь еще бросить свое семя и вырастить потомков. А не корпеть над ненужными свитками и книгами. Слушай меня, неверующий маг. Слушай. Морскую царицу смогут оживить три подарка. Но подарка непростых.
Мага в предвкушении ухмыльнулся.
– Подарки непростые… первый подарок должна захотеть заполучить сама царица. Второй подарок должен ее удивить. И третий подарок отдающий должен оторвать от своего сердца.
– Что за бред ты несешь старуха, – нахмурив брови, злобно произнес тогда маг.
Предсказательница говорила загадками. И это злило.
– А ты не злись, молод еще, послушай лучше старуху и живи спокойно.
– И как же я узнаю, что царица получила первый подарок?
Старуха ухмыльнулась.
– Глупый, глупый Верховный маг. А этого я тебе не скажу. Сам поймешь.
И старуха ушла, а конь мага нервно заходил под ним, и мужчина принялся успокаивать его легкими похлопываниями по крупу, потом поднял голову, а старухи и след простыл. Тогда маг лишь посмеялся над глупостью старухи, назвавшей его Верховным.
Прошло много лет. Вот уже и вся голова белая, по замку бегают его внуки, а он стоит и часами смотрит на мертвые воды, каждый раз вспоминая предсказание старухи.
Турнар Лоуэн стоял у окна, замерев в своей любимой позе – с руками, отведенными за спину и сцепленными в тугой замок. Тело расслабленное, а в карих глазах угасает последняя надежда на то, что маг когда-нибудь увидит, как оживет озеро. Обманула старуха, а он как глупец поверил.
По позвоночнику пробежали колкие мурашки страха, когда старик увидел, как по озеру прошла мелкая рябь. Верховный маг расширенными глазами смотрел и не верил в то, что видит. Его пальцы сжались со всей силой, и дыхание замерло. Рябь на озере быстро успокоилась, как будто ничего и не было.
Маг разжал затекшие и побелевшие пальцы.
«Глупец, столько смотреть, и не такое может померещиться».
Сфера, стоящая на столе, ярко вспыхнула, и он увидел расстроенное и немного недоуменное лицо своего врага, Депера Таклера, вечно мечтающего о кресле Верховного мага.
– Турнар.
Брови Верховного мага поднялись в недоумении, никто не смел так фамильярно обращаться к нему.
– Турнар, – вновь прошептал Депер, – озеро… озеро… оно наконец ожило. Ты это видел?
Верховный маг замер, не отрывая взора от магического шара.
– Я видел. Но что это нам дает?
– Ты не понимаешь?! Озеро ожило! Наш мир спасен!
– Думаю, пока еще рано радоваться, – ответил Верховный маг и отвернулся, вновь обратив свой взор к озеру.
– Что ты хочешь этим сказать?!
– Только то, что хозяйка озера получила лишь первый подарок. А их должно быть три.
– О чем ты говоришь? – удивленно спросил Депер – он был почти такой же старик, как и Верховный маг.
– О предсказании одной старухи, которую я встретил много лет назад.
– Так ты знал о том, что должно случиться?!
– Ты прекрасно знаешь, что предсказания сложно понять! – с раздражением бросил Верховный маг и отвернулся к окну, словно говоря этим, что больше не желает обсуждать случившееся на озере.
***
Царица озера держала сферу в руках и внимательно, с неверием рассматривала диковинку. Она поднесла ее к лицу, пытаясь рассмотреть, что находится внутри, а когда разглядела, бросила удивленный и непонимающий взгляд на незнакомку.
На лице Джейн появилась грусть, уголки губ опустились, глаза наполнились тоской от воспоминаний о родителях.
Царица озера прижала сферу к сердцу и стала впитывать в себя всю информацию, касающуюся данной вещи. Она как губка считывала наложенные на сферу, никому не видимые энергетические поля. Первым пришло понимание, как создавалась вещь, которую она держит в руках. Затем – как сфера оказалась на прилавке магазина. Проходящие мимо люди иногда останавливали взгляды на шаре и улыбались. Некоторые шли молча, некоторые разговаривали, многие протягивали непонятные бумажки, и стоящая у прилавка женщина отдавала им разные предметы, что окружали сферу.
Водная царица шептала губами, изучая неизвестный ей язык, и вскоре уже понимала, о чем говорили люди нового мира. Она увидела момент, когда девушка, очень похожая на сидящую у озера незнакомку, остановилась напротив сферы и попросила продавца показать ее. Единственным отличием между девушками был цвет волос, и у покупательницы сферы была замысловатая прическа.
Царица посмотрела на сидевшую возле воды девушку и увидела, как из ее глаз бегут по щекам капельки воды.
Джейн глянула на сферу, вспоминая зиму, родителей, катающих ее на санках по снегу. Бабушку, хлопочущую на кухне, которая жарила воздушные оладушки, и Джейн даже показалось, что она чувствует их запах и ощущает вкус ванили. Боль разлуки заполнила ее так, что не осталось сил на борьбу с этой болью. Никогда ей не стоять возле их могил и не класть на холмики цветы. Джейн вздрогнула, когда услышала голос, больше похожий на журчание воды.
– Что бежит по твоим щекам?
Джейн попыталась вытереть слезы, но воспоминания разбередили старую рану, и она была не в силах справиться с тоской.
– Это слезы. – Джейн смахнула их со щеки и попыталась улыбнуться, но ее улыбка получилась кривой и измученной. А слезы продолжали течь, оставляя дорожки на бледной коже.
– Слезы? А что это такое?
– Ты не знаешь, что такое слезы?
Джейн удивленно вскинула брови, глядя на девушку из озера.
– Говорят это рыдания души.
– Души?
– Да.
– Интересно. Покажи мне ее.
– Душу невозможно показать. Хотя ее вообще никогда никто не видел, обычно так говорят образно. Ой, а ты, оказывается, разговариваешь на моем языке!
– Да, я считала информацию с этой сферы и выучила твой язык. Совсем немного магии. А можно, я их потрогаю, твои слезы?
Джейн опешила от такой просьбы, но потом, подумав, согласилась и, тихо вздохнув, прошептала:
– Дарю, мне не жалко. У меня такого добра заешь сколько, просто завались.
Шмыгнув носом, встала, чтобы подойти поближе к воде. Ей не хотелось еще раз увидеть, как девушка из озера остается без руки, пусть и состоящей из воды, все-таки зрелище неприятное.
Хозяйка озера поднесла свою прозрачную руку к щеке Джейн и дотронулась до нее. От прикосновения рук водной царицы по коже девушки сразу пошли черные разводы. Почувствовав легкое жжение, она приложила свою ладошку к щеке и не видела, как от ее руки идет светлое свечение, заживляя рану.
Маленькая слезинка Джейн слилась с водной стихией хозяйки озера. Валесса стояла с широко раскрытыми глазами, прижимая к себе сферу. Ее лицо опечалилось и стало совсем прозрачным, бесцветным от грусти и боли.
– Какая она маленькая, твоя слезинка, немного соленая, но такая жаркая. Она вся горит от переполняющих ее боли и крика. Это крик отчаянья и тоски.
Хозяйка озера упала потоком воды в свое озеро и по нему прошла небольшая волна.
– Вот и ты ушла, оставив меня одну. А я даже не спросила, в какой мир попала, – посмотрев на солнце, Джейн только сейчас поняла, что оно намного больше привычного ей земного. Всплеск воды заставил очнуться, перед ней вновь стояла призрачная дева.
– Твоя слезинка такая горячая, я не смогла выдержать заложенную в нее информацию боли. Странно, а я никогда не плакала.
Джейн улыбнулась.
– А там, откуда я, говорят, что море и озера тоже плачут. Их слезы – это белые маленькие жемчужинки, которые они прячут в ракушках.
Дева из воды недоверчиво посмотрела на гостью своего мира.
– Я не верю тебе!
Джейн залезла в рюкзак и достала оттуда небольшой пакетик. Открыв его, извлекла ракушку, повернула ее и высыпала на ладонь две белые жемчужины. Этот был подарок отца на день рождения, она так мечтала побывать на море, вот он и подарил ей его дары, объяснив, что, приложив ракушку к уху, можно услышать, как шумит море. А две белые жемчужины считаются его слезами, добавил тогда отец.
Валесса с восхищением смотрела на раскрытую ладонь Джейн, на которой лежали два белых шарика.
– Отдай их мне!
– Я не могу, понимаешь, это подарок родителей, он мне очень дорог.
– Не хочешь отдать, так продай или обменяй, я засыплю весь этот берег золотом или серебром, выбирай сама.
– Извини, но я не могу.
Водная царица замерла в недоумении. Как человек может отказаться от золота?
– Ты не понимаешь, мир, в который ты попала, очень схож с твоим миром только природой. В остальном они совершенно разные, этот мир пропитан магией, живут здесь и обычные люди, и маги, а еще магические существа, о которых ты даже не слышала и, конечно же, не видела. Вот хотя бы драконы…
– Драконы? – перебила ее Джейн, вспомнив дерущихся в небе ящеров.
«Может, эта дева и права. Пора идти к людям. Тот парень, с которым я провела ночь, ушел… и если бы хотел, то давно уже вернулся. Я совершенно не знаю этот мир, может, попаду к плохим людям, а для этого мира жемчуг может показаться большой диковинкой. Но ведь это единственная память о родителях и мире, в котором я жила. Как не хочется расставаться с ней».
Джейн металась от душевных мук, не зная, как поступить.
«Пусть лучше мой жемчуг будет в руках у этой девушки, она кажется такой одинокой и печальной. Как и я».
Тяжко вздохнув, Джейн протянула ракушку, с грустью на нее глядя, а в сердце пылал пожар тоски.
– Возьми, это тебе подарок от меня. Хотя у нас говорят, что дареное не дарят, но все равно у тебя он будет целее.
Дрожащей рукой хозяйка озера взяла ракушку и вытряхнула оттуда себе на ладонь две жемчужины. Было странным видеть, что жемчуг лежит на воде как на твердой поверхности.
– Ты можешь приложить ракушку к уху и послушать, как шумит наше море.
Водная царица осторожно поднесла ракушку к уху и замерла, слушая легкий шум, доносящийся из раковины. Ее бездонные голубые глаза меняли свой цвет от небесного до лазурного. В них плескалось и бурлило удивление, восхищение и неверие.
– А отчего оно шумит?
– Как отчего? Море почти всегда бурлит, ветер гоняет волны или играет с ними, образуя на поверхности белые пенные барашки. Когда ему надоедает игра, он улетает, тогда на море наступает штиль. Как на этом озере... А вот когда ветер гоняет волны, то эхо от удара разносится далеко, в самые глубины, и даже ко дну, на песках которого лежат прекрасные раковины. Внутри они пустотелые и поэтому шум волн проникает в них и остается там песней моря. Разве ты никогда не видела, как играют волны с прибрежным песком?
– Может, и видела, но не помню.
– Какая ты смешная.
Джейн встала.
– Тогда догоняй.
Она легко побежала, оглядываясь на смотрящую на нее с недоумением водную девушку. Когда силуэт Джейн стал едва различим, хозяйка озера кинулась ей вслед и быстро догнала. Водная царица хотела уже обдать своими брызгами непослушного человека, но девушка неожиданно развернулась и побежала в обратную сторону. При этом она уже не хмурилась, по ее щекам не текли горячие слезы, незнакомка весело смеялась, забавляясь игрой.
Хозяйке озера передалось веселье, и она, пенясь и плескаясь, бросала свои воды вдогонку. Вскоре на озере гуляли невысокие волны, весело бились о берега, пенясь и радуясь вместе с царицей.
Уставшая Джейн, тяжело дыша, опустилась на песок рядом с рюкзаком, в ее горящих от веселья глазах отражались лучи солнца. Она посмотрела на взволнованную поверхность воды, на пенистые барашки волн.
– Смотри, как красиво! – восхищенно проговорила Джейн.
Хозяйка озера повернулась и замерла, не веря в то, что видит. Ее озеро, столько столетий молчавшие в мертвом сне, ожило. Волны, гонимые легким бризом, весело наползали на песчаный берег и откатывались назад. Голубая гладь воды переливалась и блестела от солнечных лучей, словно россыпь разноцветных камней.
Если бы Валесса могла видеть берега всех своих водных владений, то была бы удивлена еще и людям, которые все подходили и подходили к волшебному озеру. Люди не верили сначала тому, что видят. Кто-то, осторожно ступая по берегу, подошел совсем близко к воде, да так и замер с поднятой рукой, боясь коснуться водных барашков. Кто-то плакал от счастья, понимая, что ожившее озеро изменит их жизнь к лучшему. Наконец, нашелся смельчак, который с разбегу нырнул в лазурные воды. Стоявшие на берегу люди замерли и уже похоронили храбреца, когда он неожиданно вынырнул из прохладных вод, весело крича. Часть людей бросились назад, подальше от смертельного озера. Их лица были искажены от страха, и беглецы толкали тех, кто только шел посмотреть на чудо.
Вскоре на берегах озера стояли крик, ор и визг. В этой неразберихе часть детей, увильнув от присмотра старших, последовали примеру смельчака и, весело визжа, уже купались на мелководье, пока матери, все еще боясь зайти в воду, кричали, чтобы дети немедленно вылезали из воды.
Но в сердцах всех людей постепенно разгоралось пылающее счастье. Слезы радости бежали по их щекам, люди обнимались от ликования.
Верховный маг Турнар Лоуэн стоял на краю утеса, и его глаза сияли, как воды озера, возле которого он жил. Его грудь высоко поднималась от тяжелого дыхания.
– Столько лет и веков, – шептали его губы.
Его глаза увлажнились, он вытер их рукой и осторожно потрогал потемневший от влаги камень. Когда на ладони попали брызги воды, маг закрыл глаза от наслаждения. Облегченный вздох вырвался из его груди.
– Вот и ожили воды Мертвого озера, но я так и не узнал, какие подарки получила их царица, – в его голосе скользила грусть, в глазах затухли искры счастья.
Сама хозяйка только сейчас поняла, что смеялась и радовалась впервые за много лет.
– Ты вернула меня к жизни и оживила мои воды. За это я…
– Мне ничего не надо, – перебила ее Джейн. – У меня в этом мире никого нет, если ты не возражаешь, то будь моей подругой.
– Подругой? – Валесса обрадовалась. – Я согласна.
Джейн вошла в воду и обняла царицу озера, сразу намокнув с ног до головы, но не расстроилась, а лишь весело рассмеялась. – У меня впервые в жизни подруга, состоящая из воды.
– Я не просто девушка, я хозяйка этого озера и зовут меня Валесса.
– Валесса. У тебя красивое имя, а меня зовут Джейн или Дарья, какое имя тебе больше нравится, тем и называй. А теперь мне пора уходить, к сожалению, долго без еды я не протяну.
– Прощай, землянка Джейн, как только нужна будет моя помощь, обратись ко мне, глядя в воду, и я тут же появлюсь. Или приди к моему озеру, ударь ладошкой по поверхности воды, произнеся мое имя, и я откликнусь.
– У нас на земле не прощаются, когда уходят, а говорят «до свидания». Это значит – до новых встреч, Валесса.
Джейн подхватила рюкзак, перекинула его через плечо и зашагала прочь от озера. Не оборачиваясь, помахала рукой хозяйке озера, все еще смотревшей ей вслед.