Глава 13

На самом деле квест был одним из простейших, да и вообще – целью был не квест, а самое что ни на есть низменное любопытство – узнать, как она выглядит. Увиденное приятно поразило – не было ни ног от ушей, ни запредельного размера груди, ни тонны косметики на лице. Обычная человеческая девушка с пухлыми губками и доверчивыми глазками.

Эта самая доверчивость и подкупала больше всего.

А уж принимая во внимание тот факт, что один он уже больше трех месяцев и сейчас Тася висела на нем, как обезьянка на пальме, прижимаясь всем телом, то…

Его тело на ее близость среагировало очень правильно.

– А мы куда летим?

– Думаю, в воду.

Предположение было логичным и подтвердилось практически сразу, едва Фэрридан его озвучил, так что к погружению он был готов. В отличие от той же Таси, которая от неожиданности отпустила его в воде. Вместо того чтобы сосредоточиться, задержать воздух в легких и начать всплывать, девушка испугалась и хапнула ртом воду.

Демоны!

Рванув к запаниковавшей спутнице и дернув ее на себя, Фэрридан всплыл и, одной рукой придерживая кашляющую Тасю на поверхности, второй погреб к берегу. Быстрее!

– Прости… – Не став уходить далеко, мужчина сел у самой кромки воды и, грамотно придерживая трясущуюся всем телом девушку, чтобы она откашлялась и отчихалась, попутно крепко прижимал ее к себе. – Надо было заранее тебя предупредить, я просто не подумал… Ты не умеешь плавать?

– У… умею… Апчхи! – На самом деле в рот попало не очень много воды, но тут сыграл эффект неожиданности. – Я умею, просто не думала…

Было неловко и даже немного стыдно. Ну, точно неумеха.

Закашлявшись снова, я была прижата к мужскому телу еще сильнее, отчего стало не только стыдно, но и жарко. Вообще-то я не планировала купаться в одежде, и сейчас белая футболка просвечивалась настолько нескромно, что стоит Фэрри отстраниться, и тут же станет видно кружево на бюстике. Господи, ладно мне хватило ума вообще его надеть!

– Прости. – Меня пару раз профессионально стукнули по спине, чтобы прошел кашель, а затем там же погладили. – Надеюсь, водных аттракционов больше не предвидится, но если что, я тебя буду страховать.

Да-да… От меня самой меня кто страховать будет? Я ж уже не знаю, куда руки деть! К себе прижимать глупо, на него складывать – бесстыдно.

Куда? Куда деть эти чертовы руки?

– Ну? Все? Пришла в себя? Продолжим путь или еще немного передохнем? – Фэрри уверенно сменил мое положение, и теперь я сидела у него на ногах, причем вполоборота, а его руки располагались на моей талии, крепко прижимая и не позволяя отстраниться. Затем мне пытливо заглянули в глаза и абсолютно неожиданно убрали мокрую прядку со щеки.

И все… Я пропала.

Если он сейчас не прекратит на меня так смотреть, то я…

Додумать, что я сейчас сделаю, не успела – мужские пальцы переместились на мой затылок, легонько надавили, сам он подался вперед и…

И поцеловал.

Уверенно, властно.

Четко зная, чего он хочет.

И я бы рада ответить тем же, потому что я тоже знала, чего хочу, причем знала это довольно давно, но…

Но также я знала и то, что позволить ему соблазнить себя сейчас не имею права. Он не позволит мне свернуть на полпути четко до того момента, пока не решит сделать это сам. И если я взбрыкну, он просто прикажет, и я не посмею ослушаться.

Так что нет, не хочу никаких двусмысленных ситуаций, пока от него завишу.

– Фэрри… – Сумев прошептать, когда его губы пустились в путешествие по моему лицу и шее, я надавила на его плечи и тем самым привлекла его внимание. – Не надо. Я не хочу. Пожалуйста, прекрати…

И, казалось бы, такие простые и правильные слова, но сказать их было откровенной мукой. А уж увидеть в его глазах непонимание, а затем и досаду – самой настоящей болью.

И тут Фэрри спросил:

– Почему?

Оставить вопрос, заданный таким требовательным тоном, без ответа я не имела права, но и сказать всю правду не могла. А если он решит воспользоваться привилегией хозяина? Что тогда?

– Потому что… – Я лихорадочно пыталась придумать приемлемый для нас обоих ответ, но в мужских руках очень плохо думалось. А точнее, совсем никак.

– Ладно, спрошу иначе. – Тон не предвещал ничего хорошего, что подтвердилось следующими словами: – И заранее прости за давление, но я хочу узнать всю правду без лжи и утайки. Тася, отвечай, почему ты говоришь, что не хочешь продолжать, хотя я чувствую твое желание?

– Потому что в реальности я шиншилла, потому что я от тебя завишу и потому что не смогу противиться твоему праву хозяина, если ты решишь продолжить и озвучишь свое желание как требование.

Я сказала все, что он хотел, причем без запинки и без раздумий. Да и отвечала не я, а мой язык.

Вырвать его, что ли…

– Вот так, да? – На меня посмотрели долгим, оценивающим взглядом, а затем Фэрри недовольно поморщился. Ссадив меня на песок, сначала он встал сам, поднял меня и, растягивая слова, продолжил: – Да, ты права. С моей стороны это было бы бесчестно. А сейчас последний на сегодня бесчестный вопрос: как ты ко мне относишься? Честно и полно. Отвечай.

Это было подло. Настолько подло, что я сумела лишь возмущенно пискнуть, прежде чем рот открылся и я сказала:

– Я в тебя влюблена. Ты мне нравишься как мужчина. Мне очень нравится твой характер и внешность. Ты очень заботливый и ответственный. У тебя очень серьезная, но жуткая работа, и я за тебя очень переживаю. Но я боюсь, что это не мои собственные эмоции, а побочный эффект привязки джинна к хозяину. А еще я очень боюсь, что ты узнаешь о моих чувствах и воспользуешься мной как рабыней и… и заставишь…

Слезы покатились градом, и дальше я уже физически не могла говорить – в горле стоял такой жесткий и колючий ком, что я лишь хрипло дышала и сипела, всхлипывая и пытаясь протолкнуть наружу хоть звук.

Но не пришлось.

– Все, замолчи. Ни слова больше.

Неожиданные и невероятно крепкие объятия оказались как никогда вовремя, потому что хотелось рухнуть на колени, сжаться в крохотный комочек и хорошенько прореветься. Было больно и обидно. Ужасно больно и дико обидно.

Фэрридан все-таки воспользовался правом хозяина… Не в первый и наверняка не в последний раз. И как быть дальше? Как смотреть ему в глаза, после того как он услышал от меня эти слова? А ведь впереди еще почти год…

– Так, давай присядем… – Меня уронили на свои колени, еще крепче прижали к себе и тихо, но настойчиво заговорили прямо в ухо: – Не обижайся и не злись. Это гадко, я понимаю, но зато мы не будем месяцами ходить вокруг да около. Да, я не образец кротости и миролюбия, но я никогда не заставлю тебя отвечать взаимностью против твоей воли. Обо мне нельзя сказать, что я безусловно благороден, но тем не менее и насильником я никогда не был. Твои страхи и опасения понятны, так что постараюсь ответить так, чтобы их развеять. Первое – мне льстит твоя влюбленность, но, пока ты в реальности шиншилла, я не могу ответить тебе тем же. Сложно испытывать столь серьезные чувства к животному. Твой сетевой образ очень мил и приятен, но сама понимаешь – это всего лишь сетевой образ. Второе – мне приятно твое общество и приятно знать, что это в какой-то мере взаимно. Третье… Да, я действительно слегка поторопился, потому что… В общем, поторопился. – В ухо мне сдавленно хмыкнули и закончили: – И наконец, четвертое – я обещаю, что никогда не заставлю тебя делать то, чего ты сейчас боишься.

Хотелось бы поверить, но не верилось. Слезы высохли, но ощущения до сих пор были довольно гадостные. Властный характер не позволит Фэрридану сдержать свое обещание.

Конечно, я могу ошибаться…

Но если для меня он весь мир, то я для него всего лишь шиншилла.

– Игру обязательно заканчивать или можно выйти из Сети в любой момент? – Смотреть ему в глаза и тем более продолжать играть я не могла, поэтому сразу же потянулась к клипсе, когда Фэрри ответил, что можно выйти.

– Подожди. – Мою руку перехватили на полпути, а пальцы второй руки взяли подбородок и развернули голову к себе. Лицо мужчины было хмурым, брови – сурово сдвинутыми, а взгляд – напряженным. – Только не вздумай замыкаться в себе и считать меня своим врагом. Признаю, ситуация очень двусмысленна и неприятна, но я надеюсь, что это не встанет между нами и нашими приятельскими отношениями.

И снова приказ…

Но душе не прикажешь.

– Хорошо. Как скажешь. Уже поздно…

Мою руку отпустили, и я тут же сжала клипсу, чтобы через секунду прийти в себя в гостиной. Рефлексы и тело действовали быстрее все еще заторможенного мозга, и пока Фэрри принимал решение, как лучше всего поступить, мои лапки уже спрыгивали вниз и я сломя голову неслась куда подальше от того, на чьем животе очнулась.

Понятно, что целовать и обнимать шиншиллу он не будет… Но общаться с ним, как это было всего несколько часов назад, я бы сейчас не смогла.

Время. Нужно время, чтобы хотя бы не дергаться и не ждать от него очередного личного вопроса, на который я не могу не ответить. Господи, теперь Фэрридан знает, что его ручная шиншилла в него влюблена… Господи, как жить дальше?!

Я взобралась уже на седьмую ступеньку, когда позади кто-то недовольно хмыкнул, без лишних слов догнал и подхватил на руки.

– Куда бежим?

– Спать.

– Кто-то говорил, что выспался…

– Я… Это было давно.

Его настырность была неуместной и неприятной. Было бы в разы логичнее, если бы сейчас я была в человеческом теле, но я сама прекрасно понимала, что в облике шиншиллы не имею права на ответные теплые чувства. Да вообще на чувства! Я – животное размером с ладонь Фэрридана! Какие чувства могут быть между нами?!

Пока я мысленно психовала, моя личная головная боль дошла до спальни и, не выпуская меня из рук, завалилась на свою кровать, устроив меня на своей груди и придерживая, чтобы я не убежала снова.

И зачем? Будет требовать, чтобы я не вела себя так, как веду?

– Ты выглядишь как мягкий меховой комочек, но все равно ведешь себя как самая настоящая девушка. Я же извинился.

Что ж, откровение на откровение. К тому же в меховом облике мне гораздо проще отвечать на скользкие вопросы – не приходится ждать, что Фэрри начнет распускать руки и приказывать немыслимое.

– Я принимаю твои извинения, но сейчас мне очень муторно и хочется побыть одной.

– Почему тебе муторно? – Вопрос снова из разряда «убейте меня, но отвечать я не хочу». А Фэрри смотрел и явно ждал, что я отвечу.

– Потому что ты большой, сильный и хозяин. Ты теперь знаешь мои сокровенные мысли. Теперь ты можешь воспользоваться ими в своих целях.

– Тася, опять? Я же сказал, что не буду пользоваться своим положением хозяина! – Фэрри откровенно вспылил, и на секунду на моей спине довольно болезненно сжались его пальцы, впрочем, сразу разжавшись. – Сказанного и сделанного не вернуть, но почему ты не можешь понять, что я тебе не враг? Да, я поступил не так, как можно было, но я извинился и понял свою ошибку! И согласен, было бы в сотни раз проще, если бы ты не была моим питомцем и я не был твоим хозяином! Ты бы просто ушла к себе домой, громко хлопнув дверью, и я бы даже не подумал тебя догонять! Но ситуация в корне иная, пойми!

Под конец Фэрри практически рычал-кричал мне в мордочку, сверкая багровыми глазами, а я с трудом удерживалась от того, чтобы не запищать от страха. Его аура сейчас была настолько раздраженной и подавляющей, что психика маленькой шиншиллы не выдерживала.

– Я п… понимаю…

– Плохо понимаешь! – Рыкнув снова, Фэрри скрипнул зубами и прикрыл глаза. А спустя минуту напряженного молчания уже тише и спокойнее продолжил: – Как ни крути, мы с тобой связаны годичным контрактом, назовем это так. Но раз уж получилось, что эта ситуация стала для тебя непреодолимой преградой, то поступим максимально гуманно. Первое – я открываю в Сети счет на твое имя и перевожу туда определенную сумму, которой тебе хватит на обучение и на все необходимое. Второе – чтобы у тебя не было повода дергаться и подозревать меня в домогательствах, я больше не буду ходить в Сеть, пока ты там. И третье… – Пауза была долгой и зловещей, но продолжение оказалось еще хуже, чем я себе уже надумала. – Это будет приказ. Как только ты вырастаешь до человека и станешь самой собой, а это произойдет уже через несколько недель, я сделаю тебе документы, дам денег, и ты переедешь с этой планеты на любую другую и забудешь обо мне и о том, что срок контракта еще не истек. Ты станешь свободной и независимой. Приказ не обсуждается. А теперь иди спать. Молча.

Рука была убрана, и я, ощущая себя не просто униженной, но вообще втоптанной в пол, как сомнамбула, развернулась, дошла до края кровати, спрыгнула на пол и направилась к подстилке.

Чувств было очень много, но вот чего среди них не было, так это благодарности. Если Фэрри думал, что своими решениями облегчит мне участь, то он ошибся. Он только усложнил и без того неприятную ситуацию, указав мне мое место и заставив выполнять очередной приказ.

А ведь я, наверное, так и не соберусь с силами, чтобы сказать ему, что вдали от него не стану ни свободной, ни независимой… Невозможно стать независимой от мужчины, который живет в твоем сердце.

Хотя…

Да, пожалуй, он прав. Проще вырвать кусок сейчас, чем потом уничтожать сердце целиком.

Но хватит ли мне сил?

Я легла на подстилку мордочкой к стене, закрыла глаза и только тогда услышала, как Фэрри встал с кровати и спустился вниз. Бросил. Он просто бросил меня наедине с моими гадкими мыслями.

Что ж, Ксюша. Девочка ты взрослая, за мужиками никогда не бегала, и если тебе четко и уверенно сказали, что рядом тебе не место, значит, вариантов нет и сил вполне хватит.

На все.

Ты ведь джинн, а они всесильны.

Только почему мне сейчас кажется, что это не так…

Лишь внизу, на свежем воздухе, пройдя не меньше километра по ночной пустынной улице, Фэрридан понял, что только что сам, своими руками, а точнее, своими словами уничтожил шанс на благополучное разрешение проблемы.

Кровавая пелена спадала, а на ее место приходило осознание величайшей ошибки.

Что он сделал? Что он только что сделал?!

Замерев на месте, Фэрридан закрыл глаза, перед которыми встала серенькая испуганная мордочка. Сквозь эту мордочку отчетливо проглядывали женские черты. Напуганные глаза, полные слез. Полные обиды и разочарования.

– Демоны! – Прошипев сквозь зубы, мужчина сжал кулаки.

Вот поэтому Стражи не женятся и не заводят долговременных отношений, пока не уйдут на пенсию и не вытащат из тела большинство имплантов, влияющих на психику.

Хотя кому он лжет? Самому себе? Глупо. Он просто чокнутый монстр, не контролирующий себя в ярости. В ту секунду он не мог ни ударить, ни убить, да и противник был совсем иным, и поэтому он уничтожил ее морально – словами.

Казалось бы, такими правильными и благородными…

А на самом деле подлыми и эгоистичными. Сказать влюбленной девчонке переехать на другую планету и забыть о предмете своих грез – самое жестокое, что он мог сделать вообще.

Хотя нет… Еще гаже было оформить свои слова приказом.

Мысль развивалась, настроение становилось отвратительнее с каждой секундой, но до окончательного коллапса дело не дошло – внутренний маяк засек скорейшее открытие плавающего портала, причем совсем близко. Оскалившись не хуже демона, Страж бегом отправился на место встречи с противником.

Появилась новая цель. Объект, который можно уничтожить, и на время забыть о том, что он сам немногим лучше. Об этом знали все, кто, так или иначе, сталкивался со Стражами. Наконец об этом узнала и Тася.

Только почему ему впервые настолько дерьмово?

Следующий день был самым гадким за все время моего пребывания на этой планете. Мы не разговаривали, меня не гладили, меня ни о чем не спрашивали. Меня минимально носили на руках, и только вечером, когда мы с работы заехали в магазин всяких крутых электронных штучек, уточнили:

– Сегодня пойдешь в Сеть? Я уже записал тебя на первые необходимые курсы.

– Да.

Глупый вопрос, если уже записал.

Внимательно слушая, как Фэрридан общался с консультантом и подбирал для меня оптимальные по размерам и по объемам всякие-разные штуки, через пару минут их разговора я окончательно потеряла мысль, запутавшись в специфичных терминах.

А затем мы приехали домой, мне к ошейнику прислонили крохотную черную штучку и приказали:

– Сделай так, чтобы она была внутри ошейника и ты могла ею пользоваться по своему желанию.

Сделала, причем ничего не почувствовав и сообразив, что все получилось, только тогда, когда Фэрри убрал палец.

– Теперь запоминай. Как только войдешь в Сеть – зайдешь в свой интерфейс и активируешь информатизатор. Ссылку на оптимальный я тебе уже скинул. Выбирай такой формы, чтобы было удобно пользоваться, – перчатку или браслет. В нем довольно много функций, но, думаю, ты справишься – там имеются обучающая программа и функция голосовой подсказки. После того как разберешься, станет очень просто скидывать на него всю необходимую информацию.

Тон Фэрри был настолько сух и официален, что тоска, за день немного отошедшая на задний план, нахлынула снова, и я могла лишь кивать, боясь выдать голосом, как мне на самом деле плохо.

После того как Фэрри все объяснил, мы поужинали, и я сумела взять себя в руки настолько, чтобы ровно попросить:

– Нажми, пожалуйста, клипсу.

Нажал. И даже не спросил ничего. Хотя что тут спрашивать? Понятно, что моя задача – оправдать его ожидания и выполнить приказ. А чтобы стать максимально свободной и независимой, я просто обязана выучиться максимально быстро и максимально эффективно.

Чем и занялась, с головой уйдя в учебу и освоение иномирной Сети, не забывая и о том, что в первые недели необходимо контролировать время своего пребывания. Но я нашла выход: закачивала терабайты информации на свой виртуальный информатизатор и то, что не успевала изучать ночью под руководством голограммы-преподавателя, читала и перечитывала днем, активируя МГС лишь частично.

Ночью я ожидаемо выросла, причем именно так, как мы и хотели, – в шиншиллу большего размера, так что следующие девять дней с молчаливым и отстраненным Фэрри жила уже килограммовая меховушка.

И все бы ничего, но я упустила десятый день – день очередного превращения. Когда меня вспучило днем прямо у Фэрри на рабочем столе в офисе, то сначала я дико перепугалась и, лишь упав на пол да запутавшись в своих конечностях, поняла, что произошло.

Замерла, сжалась в компактный комочек, отдышалась и осторожно открыла глаза. А Фэрридан уже сидел на корточках рядом и настороженно меня разглядывал:

– Все в порядке? Как ощущения?

– Да… Уже нормально. Спасибо.

Его участие после почти десяти дней игнора немного насторожило, но как только я встала на ноги и довольно уверенно прошлась по полу до окна и обратно, Фэрри снова сел на свое рабочее место, занявшись документами.

Эх…

Ну и черт с тобой!

Интересно, а кем я стала?

Попытка рассмотреть себя новую провалилась с треском, потому что зеркал в кабинете не было, а одной в туалет идти нет смысла – там зеркало довольно высоко. Единственное, что поняла: я белая, у меня пушистый хвост и размерами я больше средней кошки.

Но не кошка.

Собака? Нет, ощущения немного не те…

Черт, кем я стала? Мы ж пока домой дойдем, меня любопытство съест!

А этот… молчит и даже не подглядывает. И вообще – делает вид, что весь такой работает. Ну и тьфу на него! Три раза!

Пренебрежительно фыркнув, я легла на пол у окна, потому что теперь на столе мне уже не было места, и задумчиво уставилась в никуда. Курсы по обучению письменности я закончила, и довольно успешно, так что сегодня вечером надо записаться на другие. Наверное, из восьми необходимых и основных сначала я выберу расу загадочных ящеров… Вот уж чья история насчитывает как минимум десять тысяч лет осознанного существования, причем максимально изобилующего уникальными древностями, периодически находимыми то тут, то там.

Потом, пожалуй, изучу орков, после – эльфов, потом – гномов… Да, так и сделаю. А на некоторых самовлюбленных монстров у меня нет ни времени, ни желания. Пусть и дальше гоняется за своими демонами. Мне на это на-пле-вать!