Глава 14
И только дома у меня появилась возможность разглядеть себя во всей красе. Разглядеть и захрюкать от осознания того, что я ни много ни мало, а песец. Беленький, пушистенький… песец.
А этот бука даже не погладил меня ни разу. Даже не смотрит, предпочитая уткнуться в тарелку. Бяка!
– А можно мне тоже мяса?
С сомнением рассматривая свою овощную пайку, сегодня лежащую на полу, я ощущала дикую несправедливость. Между прочим, Джайло он дал сырого мяса на кости.
– Сырого?
– А есть?
– Есть.
– Дай, пожалуйста…
Казалось бы, странно, ведь сознание во мне человеческое, но тело было стопроцентно животным, и сырое мясо не вызвало ни единого протеста. Наоборот – было с удовольствием съедено, а затем и вылизано начисто то место, где лежал кусок.
Эх, жизнь почти прекрасна!
Еще бы погладил кто…
Скосив глаза на уже не очень своего мужчину, я тут же отвела взгляд и отправилась в гостиную. Если не видеть, то меньше хочется. Доказано десятью днями жизни в подвешенном статусе нежелательной гостьи. Единственная проблема – каждый вечер мне приходилось просить Фэрридана нажать клипсу, чтобы отправиться в Сеть. Если бы не это, то наше общение вообще сводилось бы к минимуму. Хотя оно и так не очень изобилует разговорами…
Черт, как себя ни уговариваю, что это глупо и ничего не изменить, все равно тошно. Надумала себе любви неземной, а оказалось, что это фикция и не более. Больно оказалось падать… Очень больно. Но я сильная, я справлюсь.
Наверное. Через годик, когда стану свободной… А может, и раньше, когда забуду его по приказу. Интересно, забуду или нет?
– Сегодня пойдешь в Сеть? Я смотрел – ты уже закончила первые курсы, еще и с отличием. Молодец. – В мои невеселые мысли минут через сорок абсолютно неожиданно ворвался мужской голос, да и сам мужчина показался на пороге гостиной, причем в руках он держал открытую бутылку со спиртным (мой чувствительный нос учуял).
– Да, пойду. Мне надо изучать историю и археологию. Времени осталось мало, а нужно успеть еще очень много… – Настороженно посматривая, как Фэрридан садится на диван и отпивает прямо из бутылки, в которой уже едва ли половина, я была слегка шокирована.
Он пьет?! Вот просто так сидит и напивается?
А повод?
– Да, времени мало… – Фэрри кивнул, сделал глоток и лишь после этого посмотрел на меня. – Удивляешься, что пью? Не удивляйся. Это… Это возможность снять напряжение. – И тут он сказал то, отчего у меня округлились глаза и открылся рот: – Тася, я тут подумал… Я был в корне не прав. Меня переклинило. Сильно. Я Страж, и с нами такое бывает… Хотел как лучше, а получилось хуже некуда. Могу я надеяться на твое прощение? Знаешь, мне сейчас тяжело признаваться вслух, поэтому я еще немного выпью…
И он выпил.
Затем еще выпил и еще…
И только когда бутылка с виски опустела окончательно, Фэрри смог продолжить:
– В Стражи нас отбирают по стойкости нервной системы и иным, весьма многочисленным характеристикам, но со временем гибкость мышления заменяется уверенностью в том, что ты всегда прав. Я рассказывал тебе, что я уже далеко не человек… И в этом моя проблема. Твои слова задели меня за живое. Сильно. Я вспылил, причем несоразмерно. И, наверное… Да что там – обидел тебя так, что до сих пор не могу простить себя сам. Я даже говорить об этом трезвый не могу.
На меня посмотрели не очень вменяемым взглядом и махнули рукой:
– Тася, иди ко мне, а… Я так соскучился… А ты, словно в насмешку, сегодня еще красивее и милее. Простишь меня?
Признание стало полнейшей неожиданностью. И если гордая человеческая душа еще решала, простить или подумать, то счастливая суть джинна уже радостно виляла хвостом и торопилась к дивану. Прыгала на этот самый диван, лезла обниматься и от переизбытка чувств даже несколько раз лизнула Фэрри в лицо. Правда, тут же расчихалась от алкогольных миазмов, но все равно не ушла, а крепко-крепко прижалась и расчувствовалась, когда меня стиснули в объятиях и с блаженным вздохом зарылись пальцами в мех.
Бедня-а-ажечка…
– А еще я очень хочу отменить свой приказ о том, чтобы ты улетала и забывала обо мне. Можно это сделать?
– Можно. – Вопрос моментально напряг и выветрил всю розовую дымку из головы, и я настороженно продолжила: – Но надо правильно сформулировать.
– Хорошо, я постараюсь. А может… Может, ты сама сформулируешь? Так, чтобы не возникло конфликта интересов? Чтобы нам было максимально комфортно и при этом ты не думала, что я тиран и деспот.
Вот так задачка! А что я-то? Сам уже не можешь?
И только я подняла голову, чтобы заглянуть в его глаза и спросить это вслух, как меня чуть приподняли и от души поцеловали в нос, при этом от той же самой души надышав на меня алкоголем.
Фу-у-у!
– Ты самая хорошая и умная девушка.
Да ладно.
– Самая добрая и адекватная из всех, кого я знаю.
Хм…
– И самая мягкая.
М-да.
– Ну… спасибо, – сумела я тихо пробормотать, когда Фэрри закончил свой пьяный бред, но меня уже никто не слышал.
Алкоголь оказался коварен и просто-напросто срубил чуть-чуть моего мужчину – он спал. Сидя на диване, крепко меня обнимая и даже не помышляя о том, что по идее спят лежа и в кровати.
Так, это, конечно, безумно мило… Но невкусно. А спустя пятнадцать минут в так и не ослабшем захвате – неудобно.
Черт, и тут сплошное безобразие!
Еще минут через пятнадцать у меня получилось дотолкать Фэрри так, что его голова упала на подлокотник, а я сама смогла выбраться. Умаялась… Нет, песцом, разумеется, быть хорошо – шиншиллой я бы так не справилась, но все равно хочется быть самой собой.
Жаль только, что мне предстоят еще как минимум три превращения, прежде чем это станет возможным. И еще тридцать дней…
Нет, лучше об этом не думать. Лучше устроиться рядышком (например, сверху) и получать удовольствие от того, что доступно. Больное, на текущий момент запретное, но такое сладкое удовольствие!
А под утро кое-кто похмельный совсем не бережно сбросил меня с себя, причем прямо на пол, и простонал:
– О-о-о…
Да, литр виски без закуси, да еще и из горла, как пиво, – это вам не шанежки из-под стола тырить.
– Плохо, да?
– О-о-очень…
– Попроси – я помогу.
– Как?
Бедняга, уже мозги отказывают.
– Прикажи.
– Я ж обещал не приказывать…
И столько муки было в его глазах и на лице, что я презрительно фыркнула, запрыгнула обратно и, устроившись на его боку, заявила:
– Приказывай. Вылечу от похмелья. А потом поговорим серьезно о приказах и прочем.
Уж не знаю, с чего я с утра такая смелая, но спокойно смотреть на зеленоватое лицо Фэрри я не могла.
– Тася, сделай так, чтобы у меня ничего не болело и меня не тошнило. Сними все симптомы похмелья. – И, положив руку мне на загривок, вымученно улыбнулся: – Пожалуйста…
О, с пожалуйстом вообще без проблем!
Смешливо тявкнув, я зажмурилась, сконцентрировалась, и из меня в направлении Фэрри послалась вполне осязаемая волна магии, которая моментально впиталась его телом.
– О да-а-а…
Со стоном облегчения и невероятно блаженным выражением на лице меня подтянули ближе, поцеловали в нос и, не скромничая, признались:
– Ты самая лучшая! Кстати, я вчера не спросил – это что за образ?
– Песец. Полярная лисица.
– Красивая… – Пальцы снова зарылись в мою шерсть, но спустя пару мгновений Фэрри посерьезнел и уже совсем другим тоном уточнил: – Я ведь вчера извинился? Прости, плохо помню.
– Да, извинился. Но ты так много выпил…
– Это одно из свойств моего «совершенного» тела. – Фэрри поморщился и недовольно мотнул головой. – Не могу признавать свои ошибки с ходу. А уж извиняться… И знаешь, если я, не приведи Бездна, снова тебя обижу – даже не вздумай обижаться. Поняла?
– Это приказ? – Сейчас, когда между нами протянулась ниточка былого взаимопонимания, я предпочла выбрать саркастичный тон, чтобы избежать возможной неловкости. – Ты вообще осознаешь, что практически всегда приказываешь? Твои слова, твой тон, то, как ты строишь предложения… За редким исключением это всегда приказ.
– Не думал. – Пальцы замерли, а брови тут же нахмурились. – Но подумаю. Спасибо, что сказала. Так что насчет нашего дальнейшего сосуществования? Эти дни… ты думала или нет?
– А о чем я должна была думать?
Вопрос, если честно, удивил. И если уж совсем честно – я предпочитала учиться, а не думать, потому что думать было очень больно.
– О нас. О тебе. Обо мне. О том, что время идет, но слишком медленно.
– А разве можно его ускорить? – Я решила зацепиться за последние слова, потому что первые были слишком коварны.
А может, я неправильно понимаю и мои собственнические мысли – совсем не то, что Фэрри имеет в виду?
– Мм… Нет, конечно нет. – Мужчина снова мотнул головой и тяжело вздохнул. – А прошел всего месяц… – И тут он сказал то, отчего мне откровенно поплохело: – Тася, как ты смотришь на то, чтобы мы начали встречаться? Для начала в Сети.
– За… Зачем?!
Икнув, я с ужасом ждала ответа.
Только не приказ. Пожалуйста, только не приказ!
– Ты не хочешь?
– Я не знаю… – Вопрос довольно сложный, и пока Фэрри не задал кучу уточняющих, я попыталась прояснить ситуацию: – Но зачем ты хочешь встречаться в Сети? Мы ведь прекрасно можем общаться в реальности…
– Тася, ты умная девушка. Очень умная девушка. – На меня посмотрели так снисходительно-снисходительно, что я откровенно смутилась и предпочла отвести взгляд. – И, наверное, понимаешь, что я мужчина взрослый и у меня периодически возникает желание… – Фэрри хмыкнул и договорил: – В общем, желание. И, может, я тебя удивлю, но в моих желаниях в последние пару недель мелькает одна-единственная русоволосая и сероглазая девушка в джинсах и белой футболке. Но вот беда – я ее обидел и теперь не знаю, как быть и что делать. А еще я обещал ей даже не думать в этом направлении. Ты не могла бы спросить у нее, что мне делать дальше? Попытаться завоевать ее доверие и показать, что я не так уж и плох для того, чтобы стать ее мужчиной, или все-таки дело дрянь и мне надо забыть о ней навсегда и позволить уйти, как только она пожелает?
– Э-э-э… – После всех этих слов в голове стоял такой сумбур, что я смогла лишь робко уточнить: – Но ведь Сеть – это не реал… И это… это как бы… ненормально. Я ведь песец. И желание… ты… ну… Тебе нужен секс, да?
Сказала и окончательно смутилась.
Но ведь вопрос логичен. Да и если разобраться, то за этот месяц, что мы живем вместе, у Фэрри никого не было, я точно знаю. А для мужчин это ненормально. Так что…
– В том числе и секс. Но не только. Мне нужна ты. Милая, добрая, мягкая. Доверчивая и такая великодушная. И я прекрасно осознаю всю низость своего поведения… – Мою морду повернули так, чтобы посмотреть мне в глаза, и извиняющимся тоном продолжили: – Тася, я не могу удержаться. Я собственник. Я лидер. Я Страж в конце концов. Я могу либо прогнать, причем так, чтобы и самому впоследствии не дотянуться, либо навсегда оставить себе. Понимаешь? Навсегда. Это не полумера, это не прихоть. Эти десять дней были одни из самых гадких в моей жизни. Я привязался к тебе настолько, что уже не могу без тебя.
– Но ты же привязался не ко мне, а к шиншилле… – И все-таки я сумела вставить эту весомую реплику, пока Фэрри собирался с силами на новые слова.
– Неправда. Именно к тебе. Уж поверь, ума признать это мне хватило.
– А…
Открыв рот, тут же его закрыла. В принципе все аргументы сказаны. И мне четко дали понять, что сейчас я для него не просто животное, а намного более близкий человек. Но опять же…
– Да? – не вытерпев моего затянувшегося молчания, попытался подтолкнуть к продолжению Фэрри.
– А разве в Сети можно… ну… это… – Да, мне двадцать пять, но когда на меня так смотрят, я смущаюсь и не могу сказать элементарного.
– Никогда не пробовал. Но ребята рассказывали, что ощущения не хуже. – Меня прекрасно поняли и так, а затем понизили голос и прошептали: – Как думаешь, если я приглашу одну русоволосую девушку сегодня вечером на свидание в Сети, она согласится?
– А можно она подумает? – Сказать «да» я не смогла. Ну вот не смогла!
Для меня это настолько дико и немыслимо, что просто в голове не укладывалось.
– Можно. К вечеру справишься?
– Я постараюсь.
– Хорошо, тогда вечером я спрошу снова. Договорились?
– Да. Договорились.
Господи, как дожить до вечера и не сойти с ума от мысли, что этим самым вечером у меня будет свидание?! И не с кем-нибудь, а с моим… моим (!!!) мужчиной?!
Да я уже нервничаю так, что встать не могу!
– Что трясемся? – Естественно, мое состояние не осталось незамеченным.
– Я нервничаю.
– Почему?
И столько искреннего удивления было в этом вопросе, что я мученически вздохнула, собрала силу воли в кулак и призналась:
– Потому что хочу на свидание и не представляю, как это будет происходить. Потому что ты мне нравишься слишком сильно и я боюсь тебя разочаровать.
– М-да-а-а… – На меня глянули как на больную и почесали свой небритый подбородок. – Детка, да у тебя комплекс неполноценности. Но это ерунда. Я знаю одного классного специалиста, он тебе поможет. А пока прекрати думать всякую ерунду и пойдем позавтракаем. Есть хочу – умираю! Ты лучше подумай о том, какой антураж хочешь для свидания, – пляж, ресторан, лес, горы или еще что. В одном из игровых кубов, в том, который романтичный, как раз можно выбрать любой из мыслимых и даже немыслимых антуражей. Тебе, кстати, мясо жарить или опять сырое будешь?
Мясо я сегодня предпочла слегка обжаренное и остуженное, причем пока Фэрри его готовил, я места себе найти не могла.
Свидание! Вечером я иду на свидание!
И, собственно, казалось бы – чего я нервничаю?
Но, черт возьми, я нервничала!
И выражалось это прежде всего в том, что я ходила из угла в угол, вздыхала, тоскливо смотрела в окно, на своего… ну, почти на своего мужчину и снова вздыхала.
В итоге, как только он позавтракал, мне было заявлено:
– Тася, хватит.
– Угу…
– Ну? Что такое? – Фэрри встал со стула и присел передо мной на корточки, а когда я мотнула головой, то просто взял на руки и вернулся на стул, но уже со мной на руках. – Рассказывай.
– Нервы…
– Тогда, может, не пойдем на свидание?
– Как – не пойдем?! – Его вопрос настолько обескуражил, что только спустя несколько секунд я поняла, что Фэрри надо мной подтрунивает и откровенно потешается. – Ну тебя! Пойдем, конечно! Это первое мое свидание за полгода! Это нормально – нервничать! А еще я песец!
– А я великий и ужасный Страж. И что? И, кстати, у меня это тоже… – Фэрридан прикрыл глаза и что-то прикинул в уме. – Да, примерно тоже первое свидание за полгода. Но я же не нервничаю.
– Да ты вообще… – Успев прикусить язык, чтобы не сказать «монстр», я тихо добурчала: – Железобетонный.
– Ну-ну… Хорошо, тогда давай сейчас.
– Что – сейчас? – Настороженно посмотрев на снова развеселившегося мужчину, я повторила: – Что – именно сейчас?
– Устроим свидание прямо сейчас. Не будем ждать вечера, а то ты совсем изведешься. Как думаешь?
– Эм…
Сначала на меня нахлынула паника. Затем понимание, что «свидание» из его уст звучит намного более неприлично, чем «просто свидание». То есть понятно, что Фэрри уже все для себя решил и просто поцелуями дело не закончится…
Но я-то! Я-то песец!!!
– Опя-а-ать… – Мое нервно дрожащее тельце сжали так крепко, что я самым натуральным образом хрюкнула. – Что опять себе надумала?
– Я животное.
– Бездна! – рявкнули мне прямо в ухо, отчего я нервно дернулась, но вывернуться из захвата не смогла. – Тася, это глупо! Ты не животное, ты девушка, временно зачарованная в песца!
Обидевшись на то, что Фэрридан ничего не желает понимать, я гавкнула в ответ:
– А ты – зоофил!
– Хм… – Мужчина замер, а потом скептично уточнил: – То есть вот так, да?
– Извини… – Слова сказаны, и взять их обратно не представлялось возможным, так что я покаянно вздохнула. – Но это правда очень тяжело осознать психологически…
– Тебе нужен психиатр.
– Наверное…
– Осознание – уже первый шаг к выздоровлению. Поздравляю, ты не безнадежна.
– Спасибо, – буркнула я, потому что надо было буркнуть хоть что-то.
Фэрри же в это время самым наглым образом наглаживал мои ушки и подбородок, так что дуться не получалось. Вот не получалось, и все.
– Ну так что, девочка моя, больная на голову? Когда свидание будет? Сейчас или вечером? Или ну его до лучших времен годиков так через… десять.
– Шутить изволишь, да? – Скосив на Фэрри прищуренный глаз, я уже настолько разомлела от ласк, что наплевала на все и лишь уточнила: – А тебе на работу сегодня не надо?
– Обойдутся. Так что?
– Сейчас.
– Отлично. Тогда, пожалуй, стоит сменить дислокацию и занять более удобное положение… Ты пока логинься, а я наверх. – Не успела я возразить, как Фэрри нажал клипсу на моем ухе, и я рухнула в серый туман.
Легко сказать – логинься! А прическа? А макияж? А платье в конце концов?!
Я торопилась, нервничала, торопилась еще больше, под конец распсиховалась окончательно, потому что выбрать из всего многообразия предложенного вот так с ходу не представлялось возможным, и в итоге через тридцать минут вышла в Сеть злая на весь мир.
Причесанная, накрашенная, с маникюром и педикюром, в длинном изумрудном платье, в сандаликах на низком каблучке и готовая порвать Фэрри на много-много маленьких стражников, если он сейчас попытается меня упрекнуть в том, что я долго.
– А ты быстро. – Меня поймали со спины и тут же взяли на руки, потому что я взвизгнула от неожиданности и едва не упала. – Тихо-тихо, Тася, это всего лишь я.
– Напугал! – Стукнув Фэрри кулаком по плечу, я надула губы и глянула исподлобья. – Тебе нравится меня пугать?
– Нет, мне нравится носить тебя на руках. – Вместо извинений меня поцеловали в нос, поставили на ноги и вручили огромный букет белоснежных роз, взятых непонятно откуда. – Позволь отметить твой шикарный вид и презентовать тебе эти скромные цветы.
Мм!
Уговорил, позволяю. Настроение начало поправляться, и, сунув нос в цветы, я констатировала, что пахнут они не хуже, а может, даже и лучше настоящих. Тонкий, но невероятно приятный аромат будоражил обонятельные рецепторы и настраивал на романтичный лад. Кстати, одет мой мужчина был в разы скромнее меня – снова в джинсы и белую футболку. Ну да… мужчины такие – зачем им думать об одежде, если они вскоре все равно от нее избавятся?
Господи, о чем я думаю?!
– О чем думаешь? – Удивленно вскинувшись, когда вопрос спутника перекликнулся с моими мыслями, я перевела взгляд с цветов на его заинтересованное лицо и моментально густо покраснела. – Надеюсь, обо мне?
– Надейся, – ответила я тихо и ворчливо, но Фэрри не обиделся, а иронично фыркнул, словно и не сомневался в предмете моих мыслей. – Но я так и не придумала антураж.
– Тогда будем полагаться на мой вкус. Доверься… – Мужчина обнял меня за талию и потянул в нужную сторону. – И самое главное – не думай о всякой ерунде. Мы погуляем, поболтаем… пообнимаемся…
Да-да, не думай, Ксюша, о розовом слоне. Не думай.
Прекрасный совет!
Но как о нем не думать, если Фэрри идет рядом, сияет белозубой улыбкой и обнимает так, что коленки подкашиваются?!