Глава 20
– Байш, а теперь серьезно.
Рядом с Ксенией сильно не пообщаешься с сотрудниками, так что первый нормальный мужской разговор у них получился только сейчас.
В кабинете сидели четверо: сам хозяин кабинета, его неизменный секретарь-орк, затем слегка нетрадиционной ориентации, но при этом незаменимый в магически-сложных делах Присли и начальник службы безопасности гоблин Дебан.
Все присутствующие были невероятно серьезны и сосредоточены, потому что разговор оказался тяжелым, а дело – необычайно запутанным. Коллеги, так или иначе, успели вчера рассмотреть Ксению, и теперь Фэрридан внимательно слушал выводы сотрудников, являющихся специалистами своего дела.
– Она демон. Демон однозначно. Но, – орк прекрасно осознавал, что говорит совсем не то, что хочет услышать его начальник и невероятно близкий друг, – она разумный демон. Слишком разумный, я бы сказал. Мало данных, но ты сам понимаешь – сейчас необходимо найти все, даже малейшие сведения о джиннах и ее мире. И если она утверждает, что раньше, до заточения в сосуд, была обычным человеком, то ее нынешнее состояние может значить лишь одно…
Орк замолчал, недовольно поморщившись, и за него продолжил Присли, которому посчастливилось просмотреть записи ночного нападения с личных камер наблюдения бойцов:
– Она умерла как человек. Теперь она дух с возможностью воплощения во что угодно. Я не буду утверждать голословно, но в историях многих рас имеются подобные создания, чьи ауры сияют демоническим светом и активируются лишь время от времени и при создании определенных условий. Ты наверняка сам чуешь, что в спокойном состоянии она ничем не отличается от человека. Твоя Ксения становится безжалостным демоном лишь в момент опасности, причем когда опасность угрожает не только ей, но и тебе. Теперь главное – узнать, что это за параграф и какие джинны вообще бывают. Байш прав – необходима информация, бессмысленно обсуждать то, о чем мы не имеем понятия.
– Дебан? Что скажешь?
– А что тут говорить? – Невысокий сухой гоблин был тих и задумчив. – Ты ее любишь? Любишь. Она тебя? Вижу, не ухмыляйся. Убивать ты ее не будешь, даже если она оступится и не справится с силой. Верно? Верно. Вывод? Узнай все подводные камни, обезопась ваше совместное будущее и наплюй на все остальное. Дух, не дух… Какая разница? Помню, была у меня одна сильфида…
Присутствующие синхронно хмыкнули, и обсуждение переключилось на возможности по сбору данных. Дело осложнялось тем, что мир Земля не входил в Конфедерацию и наверняка находился либо на дальнем краю Галактики, либо по тем или иным причинам был закрыт для посещения.
– Не удивлюсь, если как раз по причине наличия на Земле этих самых джиннов. А если там есть твари поопаснее?
– Ксю сказала, что самые опасные создания их мира – это девушки из России. – Тут хозяин кабинета чуть прикрыл глаза, чтобы не выдать их ироничный блеск, и тихо договорил: – И знаешь, я склонен ей верить. Так, ладно. Обязанности распределены, приступаем. И, Байш… Как там тренировки у парней? Справляетесь или мне проконтролировать?
– Не стоит. – Орк моментально отмахнулся и неожиданно подмигнул Фэрридану: – Катись уже к своей красотке, новобрачный, мы тут сами справимся. Поспать бы тебе не мешало… Неужели по ночам больше не спится?
– Да, бессонница, понимаешь… кареглазая. Нападает и не отпускает. Ну вот ни в какую, – ехидно ухмыльнулся Страж, когда присутствующие захмыкали в кулаки.
Наконец Фэрридан распустил подчиненных и покачал головой. Сон – дело десятое, успеется. Сейчас главное – обезопасить себя от неожиданностей. А сон – ерунда…
Да и вообще, зачем спать? Ведь можно не успеть сделать столько всего интересного!
С кое-кем кареглазым.
В черных глазах мелькнули хищные багровые огоньки, и Страж, раздав по информеру последние срочные указания, отправился домой. Дома у него еще куча непеределанных дел.
Сон… Прекрасное состояние, когда отдыхает и тело, и мозг. Минимальные рефлексы, минимальная мозговая деятельность.
Если ты человек.
Но, увы… А может, и к счастью, я пока еще не поняла, последние события снова меня изменили. Уставшее за ночь человеческое тело спало, а демонический разум анализировал. Что-то ему не нравилось, что-то его тревожило. Он никак не мог успокоиться и раз за разом выдавал системную ошибку, заставляя меня ворочаться с боку на бок. Скорее нервная полудрема, чем полноценный сон, и к полудню я измаялась настолько, что плюнула и встала.
Умылась – не помогло.
Ледяной душ… Взбодрилась, но не успокоилась.
Завтрак? Да, неплохо, но не то.
Что, черт возьми, меня мучает? Предчувствие? Да, однозначно.
Еще и нехорошее предчувствие.
Но чего? Почему? Что случится? Со мной или с Фэрри?
Об этом разум умалчивал, а я все больше нервничала. Джайло остался со мной в доме, и в итоге я поняла, что еще пять минут в четырех стенах – и я не выдержу: либо психану, либо еще что похуже.
Решение пришло быстро – прогулка. Фэрри упоминал, что тут совсем неподалеку имеется парк, а точнее лесополоса, где иногда бродят те, кому не сидится дома. Одевшись за пять секунд в невероятно удобные джинсы, неизменную белую футболку и кеды, я свистнула радостного пса, и мы отправились на поиски местного леса.
Может, хоть там, среди магически насыщенной природы, получится если не успокоиться, то хотя бы понять, что меня мучает?
– Джай! – Мы отошли от дома уже прилично, и в конце улицы уже виднелись первые деревья парка, когда пес отказался меня слушаться и во все лапы понесся к деревьям.
Вот образина! Мне-то ничего… а если напугает кого? Между прочим, по местным меркам, грызлак – довольно свирепый хищник, и если нам по дороге попадется кто-нибудь придурочный, то Фэрри точно нас отругает. Ну, не отругает, конечно… Но будет недоволен.
Ч-ч-черт!
Как говорится – накаркала.
Джайло было абсолютно наплевать на стоящую в стороне преклонных лет дамочку, но она так не думала. Тетка нервно осматривалась, что-то бормотала, затем вообще начала водить в воздухе руками, хотя грызлак уже успел убежать намного дальше, чем она стояла… Черт, да она магичка!
– Стойте! Да стойте же! Не трога…
– О, ну наконец-то!
Когда творимое теткой заклятие полетело не в грызлака, а в меня, я успела осознать лишь одну простую истину – она ждала меня. Именно меня. И именно ее зов не позволял мне уснуть и тянул из дома в этот чертов парк.
Сволочь морщинистая!
Заклятие жестко ударило в центр груди, сознание моментально отключилось, и я рухнула.
Но не на землю, а, истончившись в узкую струйку, впиталась в предусмотрительно подставленную лампу.
Почти такую же, какую месяц назад сгрыз Джайло.
Нехорошее предчувствие кольнуло его еще на подлете к дому, а интуиции он привык доверять. Переведя флай в режим автопилота, Фэрридан торопливо набирал номер информера Ксюши, потому что ни о ком другом его интуиция так вопить не могла. Он в первую очередь обучил девушку всему бытовому, что следовало знать, и пользоваться средствами связи – в первую очередь.
А еще не поленился, и в нескольких схемах были дублирующие друг друга «жучки». Страж доверял своему пушистому демону, он не доверял окружающему миру.
И, похоже, не зря.
Информер молчал, как молчали и большинство «жучков». Последний сдох прямо во время вызова, отправив сигнал о том, что Ксю в парке. Автопилоту был задан новый курс, а глаза мужчины из карих темнели в черные, а затем багровели в демонические.
Если с ней хоть что-то случится…
Флай еще заходил на посадку, а Фэрридан уже выпрыгивал и осматривался.
Ничего.
Пусто.
Глушь.
Опоздал…
Хотя что это?
Нервы были напряжены до предела, как и все возможные чувства. Но лишь намек… Лишь иллюзия чего-то большего, чем призрачная зацепка…
Остаточный запах мяты и миндаля.
– Жрица Тарага?
Озвучив вслух то, что ему чуялось, Страж окончательно осознал, что это не намек, а реальность. Пока еще неизвестная жрица сумасшедшего бога с другого края Галактики.
Но зачем она похитила Ксю?
Хотя какая разница, если эта глупая жрица скоро умрет?
Брачная татуировка не беспокоила, не меняла цвет, не нагревалась, и это значило, что его жена в безопасности и не пострадала. И да поможет им Бездна, если станет иначе.
– Джа-а-ай…
Страж не стоял на месте, внимательно осматривая каждый куст, и метров через двадцать наткнулся на усыпленного грызлака. Да, в последнее время бедняге не везло. Но ничего… Разгонит эту шарашку, и все у них будет хорошо.
Пес был закинут на плечо, а в информперчатку прозвучало:
– Байш, срочно собери мне всю информацию о жрицах Тарага и об их желании получить в свое распоряжение высшего демона. Да, пора проредить их ряды. Заигрались.
В себя я пришла довольно быстро, по крайней мере, мне так показалось.
Пришла и поняла, что мне не почудилось, – я в лампе. То же самое замкнутое пространство-спальня. Почти идентичная прошлой – огромная кровать, лишь в деталях различие.
Вот только если в тот раз я была в панике и истерике, то сейчас была зла, как тысяча демонов.
Эта.
Мразь.
Пос-с-смела…
Не торопясь садиться, я бездумно смотрела в белоснежный потолок сквозь полупрозрачный золотистый шифон балдахина и строила план убийства. Выберусь… Я обязательно выберусь… И покажу, что девушки из России – это вам не тут. Это вам полноценный армагеддец!
Интересно, кто она такая…
Мысль не находила отклика, потому что в магии я была полный ноль и понятия не имела, чем конкретно воспользовалась та особа и как поняла, кто я такая. Но наверняка либо следила, либо уловила вспышки моей демонической агрессии. Либо специально искала… Почему нет? На этой планете демоны появлялись с завидной регулярностью, и вполне возможно, что тетка искала любого более или менее разумного, который бы смог стать рабом лампы.
Время шло, мысль, казалось, зацепилась за что-то, но тут меня привлекла истерично засиявшая стена.
Мм?
Что такое?
«Ошибка… Ошибка… В синхронизации отказано… В подчинении отказано… Рекомендуется сменить раба… Возможен неконтролируемый выброс энергии…»
Не поняла… Что это значит?
«Ошибка… Ошибка… Внимание, принудительное извлечение джинна!»
Извлечение оказалось довольно болезненным – сначала меня скрутило, причем наплевав на мой возмущенный вопль, затем истончило и выдернуло через крошечное отверстие в потолке, которое открылось, как только меня дернуло вверх и дотащило до потолка.
Черт, если каждый призыв проходит подобным образом, то я нисколько не удивлена тому факту, что джинны злы и коварны. Да я уже готова кого-нибудь убить!
Выплюнуло меня в огромном пустом помещении, напоминающем пещеру с грубо обработанными стенами и потолком. Но тем не менее слегка обработанными. Пещера была размерами примерно со школьный спортзал и такой же прямоугольной формы. Сама я выпала из треснувшей по боку лампы возле стены и предпочла быстренько отползти в неглубокую нишу, чтобы меня не сразу заметили. Все же надо сначала понять, где я и почему, да и что могу или не могу, прежде чем кидаться грудью на амбразуры.
Кстати, кидаться пока не на кого.
А пещерка оказалась очень непроста…
Если при первом лихорадочном осмотре я отметила лишь ее размеры и то, что она скудно освещена с помощью многочисленных свечей и факелов, закрепленных на стенах, при повторном осмотре стало понятно – это хранилище.
Хранилище ламп с джиннами!
О, мой бог… Да их тут сотни, если не тысячи!
Но зачем? Зачем им так много? Они их продают или что? Это же сотни могущественных демонов, которые могут абсолютно все!
В голове информация не укладывалась, поэтому спустя минут десять мучительных раздумий я решила, что в принципе думать о том, чего я не понимаю, бессмысленно и посему лучше заняться делом. То есть спасением себя любимой.
Для начала стоит понять, где я, какими силами обладаю и кто мне противостоит. Еще была мысль связаться с Фэрри, но сколько я ни пробовала, информер молчал. То ли перегорели схемы, то ли пещера глушила связь, а может, что другое. Рассчитывать я могла только на себя.
А может…
Закусив губу, я внимательно осмотрела ближайшие несколько ламп. Мысль дикая, но почему бы и нет? Вряд ли я одна такая принудительно загнанная. Но сначала надо обезопасить себя от агрессии освобождаемых.
Как? Как, если я не знаю? А я ведь и правда ничего не знаю – сколько ни прислушивалась к себе, сколько ни приказывала «знать!», ничего не изменилось. Не то приказываю или не так?
Время шло, ничего не происходило, я уже откровенно хотела есть и спать, так что пришлось заставить себя действовать.
Итак, первая лампа… Нет, не нравится, черная она… Вторая, третья… Мне понравилась лишь двадцатая, и то лишь с третьего внимательного взгляда.
Еще раз присмотревшись, кивнула своим мыслям (хорошо светится, не откровенной злобой, а довольно нейтрально), аккуратно взяла сосуд в руки, но тереть бок не торопилась, прекрасно осознавая, что буду обязана либо сказать слова подчинения (которых не знаю), либо договориться с освобожденным по-хорошему. Тут иная проблема – а если освобожденный не захочет? Если он попытается перекинуть подчинение на меня или вообще пожелает меня уничтожить?
Тогда необходимо…
Черт, опять мысли по кругу!
Пока я нервно хмурилась и морщила лоб, из лампы пришел отклик – теплое прикосновение изнутри и четкая, внятная мысль: «Освободи, брат».
Хм…
Ну, я, конечно, девушка добрая, но уже давно не наивная.
«Гарантии?»
«Слово джинна, брат».
Слово джинна… А джиннам можно верить?
Иронично усмехнувшись, я скривила губы. Нет, джиннам верить нельзя, это даже я помню, сказки – наше всё.
«Клянусь».
О, а вот это уже лучше.
Кстати, забавно – мы общаемся одним словом, но при этом в нем столько смысла, что можно написать целую историю. А если вкратце, то за то, что я уничтожу лампу и джинн выйдет из нее на свободу, я стану его побратимом. А побратимов любят, ценят, за них в огонь и в воду.
Цена нереально высока. Хотя я бы нисколько не раздумывала, если бы пришлось ее заплатить за свободу. Вон я вообще замуж за своего спасителя вышла.
Хмыкнув, я все равно решила подстраховаться и, не став ломать лампу (что будет совсем непросто), аккуратно потерла ее бок. Подневольный жилец не заставил себя долго ждать – из лампы повалил густой серый дым, и спустя пару секунд передо мной стоял уже немолодой, седовласый мужчина, похожий на японца. Одет мужчина был в длинное черное кимоно, ноги – босые.
А может, и правда японец…
– Здравствуйте. – Немного нервничая (а вдруг буйный?), я чуть улыбнулась и зачем-то поклонилась. – Меня зовут Ксения, я юный джинн. А вы?
– Токуро, мисс. Джинн со стажем сорок лет. – Мужчина удивился, увидев меня, но быстро взял себя в руки и тоже поклонился, приветствуя. После ему хватило лишь пары секунд, чтобы осмотреться и понять: – Мы в хранилище? Как у вас получилось выбраться? Кстати… – Тут его взгляд остановился на лампе, и в глазах промелькнули страх, боль, а затем яркая, ничем не прикрытая злоба. – Мисс… вы не могли бы… уничтожить?..
– А это поможет вам стать свободным?
– Да, мисс. Параграф семнадцать, пункт семь. Уничтожение лампы джинна его братом позволит джинну обрести свободу.
Параграф? Токуро знает о параграфах? Черт, вот так удача! Но уточним.
– А вы знаете все параграфы и пункты?
– Да, мисс, конечно. – Мужчина нервно улыбнулся и покосился на лампу в моих руках. – За сорок лет службы хозяевам я многое изучил…
– Здорово! – Мой энтузиазм был не понят, поэтому я поторопилась уточнить: – Извините, это личное. А можно мне… Да, можете материализовать мне на бумажном носителе все эти параграфы? Я не успела изучить, и мне очень важно знать кое-что…
– Пожелайте, мисс. – Японец расслабился, когда понял, что хочу я не очень многого, и стоило мне озвучить свое желание (с уточнением, чтобы документы были на русском), как в его руках появилась пухлая папочка. – Здесь все о джиннах, их правах, обязанностях, возможностях и прочем.
М-да. Превосходно. Но куда я ее сейчас дену?
Моя благодарность стала действительно искренней, когда японец понял мои затруднения и уменьшил папочку до размеров пять на восемь сантиметров. Такая книжечка без труда влезла в карман моих джинсов, и мы приступили к следующему этапу – этапу братания, потому что без этого уничтожать лампу я опасалась. Доверие – дело хорошее, но оно еще лучше, когда уверен в том, кого спасаешь.
Само братание ничем зрелищным не отличалось – смешение крови, духа и силы путем надреза на запястье. Резал Токуро, по праву старшего и более опытного. Да и мне так намного проще, потому что разрезать себе запястье я бы не смогла. А так всего лишь «чирк» отросшим ногтем и пара слов о том, что Токуро крайне рад принять меня в свою семью и крайне горд назвать своей сестрой.
Ответив тем же и почувствовав ни с чем не сравнимое облегчение, я уже без раздумий взяла в руки его лампу-темницу и что есть дури опустила на нее булыжник, предусмотрительно выдранный из стены.
Хорошо, когда стены каменные и неровные!
Лампа с первого раза не поддалась, пришлось колотить ее минут пять, прежде чем на ее боках начали оставаться вмятины, а затем она треснула, и послышался хлопок, означающий разрыв целостности структуры.
Вместе с этим хлопком встрепенулся и Токуро, моментально повеселев и несколько раз крутанувшись вокруг своей оси. Что он при этом сказал, я не поняла, но мне показалось, что он далеко и подробно послал по не очень отдаленным местам наших предполагаемых хозяев.
Прекрасно.
Но что дальше?
– Токуро, вы знаете, где мы? – Казалось бы, «брат», но для меня он стал многим больше. Скорее дядей или вообще возможным наставником. К тому же возраст и опыт несоизмеримы. Мне двадцать пять, а ему все девяносто (Токуро попал в лампу, так же как я, путем замены, но уже в возрасте пятидесяти лет).
– Да, я служил местным жрицам почти четыре года. – Взмахом руки очистив пол под собой и создав циновку, японец плавно опустился на нее и предложил то же проделать и мне. – Присаживайтесь, Ксения-сан. Разговор будет долгим, да и торопиться на волю не резон, пока мы не обсудим план.
Согласно кивнув, я присела, скрестив ноги, но не на циновку, а на низенький пуфик едва ли двадцать сантиметров высотой, который сумела создать лишь по желанию. В принципе забавно даже… И если Токуро действительно японец, причем старой закваски, то для меня будет лучше, если я уважу его право старшего и сам факт того, что он японец. Спросить напрямую я почему-то стеснялась.
Но, судя по его доброй улыбке и взгляду, пока я вела себя правильно.
И следующие слова подтвердили мои сомнения:
– Благодарю за доверие и понимание, Ксения-сан. Мне очень приятно увидеть соотечественницу, тем более уважающую традиции. В свою очередь постараюсь быть понимающим и кратким. – Мужчина кивнул и чуть прикрыл глаза, словно собираясь с мыслями. – Чтобы вы поняли все, начну издалека, но не тревожьтесь о минутах, до утра здесь никого не будет, а время едва ли приблизилось к полуночи.
Рассказ действительно был кратким и незатейливым: на краю Галактики существует планета, на планете существует некий культ эксцентричного, но при этом довольно слабого (в этом месте Токуро иронично улыбнулся) бога. Но хотя бог слаб, он предприимчив: какими-то путями ему стало известно о джиннах мира Земля, об их проклятии и возможности подчинить их волю лампе. Был разработан грандиозный план, включающий в себя как производство этих самых ламп, их зачаровывание, так и поимку подходящих демонов, чтобы те, в свою очередь, исполняли волю бога.
В итоге все сводилось к тому, что божественную волю воплощали джинны, а не сам бог. Бог лишь собирал манну, которая образовывалась от обращений прихожан, и жирел на халявных дрожжах.
Это были уже мои выводы.
Краткие, грубые, но верные.
– А что это за мир? И как в него попали вы?
– Мир Юсикония, достаточно слаборазвитый в плане техники и человечности, но при этом он входит в состав Конфедерации благодаря своим уникальным растениям-антибиотикам, к сожалению, произрастающим лишь там. Сам я далек от биологии, но жители этого мира сходятся во мнении, что это возможно благодаря излучению двойной звезды и пяти лун, богатых магическими минералами: какие-то растения активны днем, какие-то исключительно ночью и лишь в свете всех пяти лун. В руки жриц я попал по недоразумению – последний мой хозяин оказался несколько недальновиден и вместо того, чтобы передать меня своему коллеге-магу, предпочел выкинуть лампу в блуждающий портал, который выбросил ее прямо в ловушку жриц.
– А что насчет побега?
– К сожалению, жрицы Тарага обезопасили себя с этой стороны. Благодаря особому покровительству своего бога они практически всесильны на планете, и покинуть ее без их ведома и разрешения невозможно даже для джинна. И если жрицы могут пользоваться порталами, принудив джинна, то нам с вами доступен лишь механический способ передвижения, то есть космопорт. А на планете он всего один и охраняется так, как охраняется не каждая сокровищница всесильного монарха. Однако не грустите, Ксения-сан… – Тут взгляд уже свободного джинна скользнул по стенам и нишам и стал невероятно злорадным. – Уверен, с мощью сотен джиннов не справится даже сам местный божок, возомнивший себя властелином судеб.
– Знаете, я совсем не уверена, что они будут адекватны… – с сомнением протянула я, а когда Токуро удивленно нахмурился, пояснила: – Прежде чем я услышала ваш зов, я перебрала не менее двадцати ламп, и лишь вы внушили мне доверие.
– Ксения-сан, не бойтесь. Положитесь на меня, за эти четыре года я познакомился с некоторыми замурованными здесь джиннами, и в первую очередь мы с вами освободим именно их. Тех, кто потерял свой разум и ушел во тьму, мы используем слегка иным способом.
Казалось бы, правильные, невероятно рациональные слова, но если бы я была человеком, я бы возмутилась.
Но человеком я уже не была, а поэтому лишь согласно кивнула и порадовалась такому сильному союзнику-брату. В любом случае мужчина должен всегда оставаться мужчиной; пусть наш путь к спасению не будет устлан розами и придется пожертвовать настоящими демонами, но мы спасемся.
– Так, пожалуй, приступим… – Токуро встал с циновки, и она тут же пропала, а он неторопливо направился вдоль стены, ведя в воздухе рукой, словно датчиком. – О Каспиан! Ксения-сан? Прошу, возьмите и уничтожьте лампу. У вас очень хорошо получается.
Кстати, странно – сам Токуро не смог прикоснуться ни к одной из ламп, хотя пробовал не раз. В итоге мы сошлись во мнении, что именно моя нестандартность и несколько повторяющихся системных ошибок играют главную роль в моих чуть расширенных возможностях. А мне что… Мне хорошо – сейчас еще один братик будет.