Глава 28

Горько так горько. Я разве против?

Да и одного косого взгляда на мужчину, который держал меня на руках, хватило, чтобы понять – он тоже «за».

Нежность и властность, забота и покровительство. В его поцелуе слилось все, о чем только может мечтать любая женщина.

– Как же я тебя люблю… – У меня получилось прошептать лишь спустя минут пять, и то в восторженном шуме гостей вряд ли меня услышал кто-то, кроме него.

– Наверняка не меньше, чем я тебя, – шепнул мне в ответ мой уже окончательно и бесповоротно муж и понес меня к банкетным столам, где нам с ним отводилось особое, почетное место.

Вино и шампанское лились рекой, изысканные и деликатесные закуски шли на ура, танцы не заставили себя долго ждать, и гости успевали только восхищаться и нахваливать молодоженов, устроивших столь шикарный праздник.

Кстати, самый главный распорядитель церемонии и самый незаменимый секретарь Галактики, насколько я успела заметить и удивиться, сейчас был занят одной очень интересной и фигуристой дамой из орочьей расы. Неужели та самая Зиша, которая смогла покорить его своей силой и неприступностью? Да, дама очень габаритная и видная. Такая не только коня на скаку, такая и Байша одной левой на лопатки уложит. Но, наверное, именно она ему и нужна. И я искренне за них рада!

Но вот время почти двенадцать…

Можно было уйти на ритуал к храмам, но мы решили, что не стоит расходиться и первый наш всплеск можно совершить и здесь.

Без одной минуты двенадцать, и на лугу воцаряется звенящая тишина. Я в центре, слева Фэрридан и Валенсия, справа Токуро и Терина. Наши пальцы переплетены, наши души открыты миру, а наши глаза смотрят в небо.

Двенадцать.

Мир остановился.

Замер.

Прислушался к своим новым богам, прошелся по ним внимательным взором, просканировал каждую клеточку, признал в них новых хозяев и улыбнулся.

Вспыхнул!

И расцвел…

Это было… как концентрированная доза эндорфинов, как кубок хмельного эля, выпитого залпом. Лавина восхищенных эмоций рванула из моей души наружу, уничтожая последние страхи, неуверенность и опасения. Чистая эйфория, многократный экстаз.

И блаженство… Ни с чем не сравнимое блаженство единения с миром и с теми, на кого я могу рассчитывать в любое мгновение. Не только на младших богов, но и на джиннов, на друзей и коллег, на подчиненных и даже на тех, кто является коренными жителями этой планеты. Здесь и сейчас, присутствуя на церемонии летнего пробуждения мира, эти люди окончательно признали нас своими богами и теми, кто будет беречь и развивать их мир.

Теми, кто сейчас быстренько выпроводит посторонних… И продолжит празднование свадьбы и летнего солнцестояния.

Чужаков я почуяла сразу, как только сошла последняя волна эмоционального подъема. Они стояли неподалеку несколькими разрозненными группами, но пока не подходили. Они присматривались, прислушивались и приценивались.

Гости их пока не замечали, продолжая празднование, так что был шанс, что и дальше не заметят и мы разберемся полюбовно.

– Фэрри… – Одними глазами указав на далеких пришельцев, я тут же услышала в ответ тихое подтверждение:

– Вижу. Давай сходим поприветствуем. В любом случае придется знакомиться и налаживать контакты.

Что ж… давай поприветствуем. Ассоциации с этим словом у меня почему-то несколько кровожадные. То ли напряженное ожидание встречи сказалось, то ли я от своего божественного чем-то заразилась, но у меня на пальчиках сам собой материализовался кастет. Даже сама сначала не поняла, что с рукой, пока мельком на нее не глянула. И тут же торопливо испарила, чтобы никто больше не увидел. А я что? Я ничего! Я так… просто так.

Пока мы шли, предварительно наложив на себя полог невидимости и создав свои копии, которые отправились на дальнейший праздник, чтобы собравшиеся не переполошились раньше времени, количество незваных гостей увеличилось до сорока двух, причем далеко не все явили свое физическое воплощение. Некоторые зависли на границе мира, предпочитая оставаться сторонними наблюдателями.

На лугу же сейчас всего семнадцать богов, причем из девяти миров, что четко видно по их аурам, да и расположению. Кто-то стоял поодиночке, кто-то вдвоем, но все они тщательно присматривались и чуть ли не принюхивались к приближающимся нам.

К моменту когда мы подошли вплотную, семеро предпочли уйти, даже не поздоровавшись, еще двое при нашем приближении коротко кивнули и тоже пропали, видимо, сообразив, что им ничего не светит, даже с учетом нашего чересчур молодого пантеона.

Итого осталось восемь… Восемь на планете и почти пятьдесят на орбите, и это не предел – с каждой секундой их становилось все больше.

– Приветствую вас, гости! – Это были древние и не очень древние, но уже довольно опытные и могущественные боги, так что стало понятно, что разговаривать с ними обязана лично я как верховная богиня этой планеты. – Чем обязаны?

Отвечать гости не торопились, впрочем, как и нападать. Судя по затягивающемуся молчанию, наша пятерка производила довольно сильное впечатление. Наверняка сиюминутное нападение вообще не состоится, но сомнения все еще оставались.

И тут вперед вышел старец, которому, по моим ощущениям, было как минимум под сотню тысяч лет. Мужчина выглядел крепким воином, но был седой и с длинной, белоснежной бородой. Эдакий Зевс на пенсии.

– Приветствую вас, молодые боги. Не сочтите за наглость, но всех нас интересует вопрос – где Тараг и что с ним произошло?

– С ним произошел несчастный случай. Он хотел меня убить и не справился. – Я ответила по возможности честно, но и от ехидной улыбки не удержалась. – Понимаете, я была против рабского подчинения, так что мы с ним несколько повздорили по этому вопросу. Тараг не захотел отпустить меня и моих братьев с миром, так что пришлось немного пошуметь. Сейчас же, в связи с уникальностью данного мира, я не могу добровольно сложить полномочия, но и умирать не желаю, так что… Меня зовут Ксения, и теперь я и мои коллеги – новые боги этого мира.

– Ваши коллеги… – Взгляд старца рентгеном прошелся по младшим богам и задержался на Фэрридане. – И ваш муж.

– Да, мой муж. Вас что-то смущает? – Не собираясь терпеливо сносить даже словесное нападение, я тоже не стеснялась задавать вопросы. Вот только пусть попробует сказать, что это запрещено!

– Скорее удивляет. Что ж… – На мгновение прикрыв глаза, старец явно задумался, видимо, тщательно взвешивая все «за» и «против» и раскладывая по полочкам как то, что услышал от меня, так и то, что успел учуять сам. – Меня зовут Ведан, я верховный бог мира Катория, что в созвездии Центурион. Приятно удивлен вашей предприимчивостью и оперативностью, и надеюсь, что и в дальнейшем ваш энтузиазм по защите и развитию данного мира не угаснет. Тараг был жаден, но ленив и давно запустил мир, так что его свержение было делом времени.

Тонко и довольно сдержанно улыбнувшись, Ведан тем самым дал понять, что в принципе к нам никто не имеет особых претензий, единственное – все несколько разочарованы, что мы успели первыми.

Насколько я успела понять, Ведан говорил не только от своего имени, но и от имени всех, кто физически и духовно присутствовал при нашем разговоре.

– А теперь позвольте откланяться. У вас праздник, не буду мешать. – Ведан коротко кивнул Фэрридану, признавая за ним определенную силу, а мне достались уже более теплые пожелания: – Любви и взаимопонимания вам и процветания миру. Будет желание и возможность – приглашаю в гости.

Он ушел, пропав в мгновение. За ним пропали и остальные.

Миг… И на планете осталось лишь пятеро богов, то есть мы.

– Неужели все? – Я, конечно, рада, но в то же время разочарована в таком быстром и бескровном разрешении довольно серьезной проблемы. – Вот так просто? Пришли, посмотрели, оценили и ушли?

– Просто? – Меня крепко прижали к себе и шумно выдохнули прямо в ухо. – Божественная моя, пока ты разговаривала с Веданом, мы отразили как минимум двадцать три точечных атаки. Вообще-то это было совсем непросто!

– Двадцать три?! – Сказать, что я шокирована, – ничего не сказать. – Но… Как… А я? Почему я ничего не почувствовала?

– Потому что ты была занята беседой с одним из самых могущественных богов вселенной. Зачем отвлекать богиню на всякую ерунду, когда есть мы?

И только сейчас я обернулась окончательно и посмотрела на остальных, моментально увидев чуть побледневшие и осунувшиеся лица.

Бли-и-ин…

Даже как-то неловко стало.

– И как? Мы справились?

– Справились, – кивнули все разом как один, а самый могучий и непрошибаемый снова меня обнял и поцеловал. – С этим непростым делом мы тоже справились. А теперь выкинь лишние мысли из головы и бегом праздновать. Между прочим, у меня сегодня свадьба!

– Это приказ?

– Да, милая, это приказ.

И, не подумав ослушаться, я с удовольствием подчинилась, и остаток дня мы провели в шумном веселье с гостями и друзьями. Ели, пили, веселились, танцевали и даже пели.

Время уже близилось к полуночи, когда уставшие, но навеселившиеся гости начали расходиться порталами, предусмотрительно созданными моими личными стражами; команда с корабля и ребята из клуба отправились во временный поселок, построенный специально для них; младшие боги убыли по своим континентам и храмам; а меня взяли на руки и в два коротких, но уверенных шага перенесли с луга в нашу новую спальню.

На моем лице сияла довольная улыбка, потому что сейчас на меня с восхищением смотрели самые любимые и самые прекрасные черные глаза в мире. Глаза, в которых мерцали потрясающие багровые отблески внутреннего пожара. Того самого, который разгорался и во мне, ведь меня раздевали самые надежные руки во вселенной.

– Жаль лишь, что отпуск богам не положен… – С каким удовольствием я бы послала всех в Бездну, но вся следующая неделя у нас уже расписана чуть ли не поминутно и на себя у нас – лишь эта ночь.

– Вообще-то положен, – коварно усмехнулся Фэрридан, и с меня была снята последняя преграда в виде крохотных кружевных трусиков. А когда я удивленно вздернула брови, предлагая пояснить, он усмехнулся еще шире: – Декретный отпуск.

Оу…

Хм…

Почему-то в этот момент мне подумалось, что самая короткая ночь как никакая другая может стать наиболее подходящей для того, чтобы взять на себя еще одно, пока небольшое, но такое серьезное обязательство.

– Ну вот почему я не могу сказать тебе «нет», когда ты на меня так смотришь?

– Потому что я неотразим.

Мой громкий смех был заглушен страстным поцелуем, и мне в который раз за эти дни и ночи доказали, что однажды я не зря сказала «да».

Да, черт побери! Да!

Самая короткая ночь в году пролетела, как одно мгновение. Казалось бы, у нас в распоряжении было столько часов, невероятно много минут и бесчисленное количество секунд, но и они прошли…

Рассвет мы встречали в кресле-полусфере на огромном балконе, выходящем на восток, причем я была завернута в одеяло, поверх которого меня обнимали руки мужа. И вроде бы мелочь, ведь я богиня и простуда мне не страшна, но эта ненавязчивая забота лучше всех слов говорила о его чувствах.

Глаза слипались, на губах лежала блаженная улыбка, а на щеках играли первые рассветные лучики. Мой деспотичный трудился всю ночь, не покладая рук и прочих конечностей, так что сейчас тоже практически спал, положив голову мне на плечо.

Бедняжка… Так хотел именно сегодня зачать ребенка, что лишь тогда, когда я уже под утро заверила его, что все получилось, он смог расслабиться, и улыбка на его губах стала еще глупее, чем у меня. Да-а-а… Никогда не думала, что мужчина может настолько хотеть детей.

А сопит как смешно… Как плюшевый мишка. Большой, лысый, плюшевый мишка.

– Ты невероятно красиво улыбаешься…

Пойманная на том, что рассматриваю своего спящего супруга, я слегка смутилась.

– Я думала, ты спишь.

– Нет, я не сплю. Я же бог.

– И что?

– А то, что теперь мне предстоит забота не только о мире, но и о вас. – Пальцы Фэрри прокрались под одеяло и погладили абсолютно плоский живот. – Знаешь, раньше я думал, что выйду на пенсию лет в шестьдесят-восемьдесят, проведу курс омоложения, найду себе девушку, еще лет через десять мы родим пару карапузиков… Но смотрю на тебя и понимаю, что хочу все и сразу. Какие шестьдесят? Какие восемьдесят? Здесь и сейчас, без вариантов!

– Это жадность в тебе говорит. – Утро было прохладным, и я поглубже зарылась в одеяло, неосознанно замурлыкав от тепла ласковых рук. – Нельзя быть таким эгоистичным.

– Это еще почему? Между прочим, я огненный бог, мы вообще все как один жадные, эгоистичные и деспотичные. – Неожиданно кое-кто деспотичный прикусил кончик моего уха и туда же прошептал: – И вообще, прекрати мне перечить, женщина. Я обещал дом – я построил. Теперь твоя очередь выполнять обещание.

– А я разве против? – разомлев еще больше, хмыкнула я. – Я тоже всегда выполняю свои обещания и гарантирую – через девять месяцев ты окончательно потеряешь сон. Знаешь, дети – они такие…

– Жду не дождусь.

Мои слова нисколько не испугали Фэрридана, и, еще несколько минут понежившись под лучами восходящего солнца, мы проснулись окончательно. Как бы ни хотелось плюнуть на все, но я уже чувствовала, как за закрытыми дверями спальни нетерпеливо нарезает круги Джайло, а еще чуть дальше моих приказов ждут ифриты, мариды, секретарь и фрейлины. Эх, жизнь моя божественная да бессонная! Нет, прав Фэрри – хочу в декрет!

И снова работа. День за днем, час за часом…

Мы отстроили все главные храмы, принялись за реконструкцию монастырей и часовен, за разработку долгосрочных проектов по дорожному строительству, и прочим, тоже очень важным проектам также уделили внимание. Недели летели, как сумасшедшие, и к завершению третьего месяца, когда планету окутала стабильная магическая сеть, на местах развернулись масштабные стройки и можно было слегка передохнуть, озадачив контролем наших секретарей, Фэрри заявил, что у нас есть три дня на себя и на посещение планеты Земля.

– Готова?

Я так долго ждала этого момента, что, как и к свадьбе, оказалась слегка растерянной.

– Все равно идем.

Да уж понятно… Наверное, я так привыкла его слушаться и на него полагаться, что даже не подумала сказать хоть слово против. Просто кивнула, подала руку и позволила ему лично открыть портал в городской летний парк, который располагался буквально в пяти минутах ходьбы от дома, где жили родители. Я уже давно рассказала Фэрри и о стране, и о городе, и о своей семье, так что сейчас Фэрридану хватило лишь пары внимательных взглядов, чтобы сориентироваться и потянуть меня к выходу из парка.

Вот на что угодно готова спорить, что сейчас он в энергополе планеты и знает не только, где мы, но и то, где мои родственники. Я, кстати, тоже наловчилась рассылать магические поисковики и выяснила, что родители уже дома, как и братишка с Натальей. Но сначала к родителям.

Почему-то стало немного страшно. Я ведь пропала, причем почти на полгода. Ни звонка, ни письма, ни записки…

Но стоило начать думать о том, как они меня искали и как переживали, как Фэрри сразу же чуть крепче сжал мои пальцы:

– Тихо, не нервничай. Тебе нельзя.

– Чем дальше, тем больше нельзя…

– Привыкай.

Молча закатив глаза и хмыкнув, я заработала строгий взгляд и волну магического успокоительного тепла от супруга. Перестраховщик. Но все равно спасибо.

Пока я успокаивалась, мы неторопливо дошли до дома, без электронного ключа, но и без особых проблем открыли дверь подъезда (мы боги или где?), затем поднялись на четвертый этаж…

В дверь звонил Фэрри, потому что, даже несмотря на увеличенную дозу успокоительного, у меня тряслись руки.

И глупая привычка отца никогда не смотреть в глазок и никогда не спрашивать «кто?» сейчас спасла нас от необходимости подбирать приемлемый ответ.

Папа просто открыл дверь, затем несколько раз недоверчиво сморгнул и замер.

– Привет, пап.

Папа открыл рот… Закрыл. Наклонил голову, внимательно осмотрел смущенную и потупившуюся меня, перевел взгляд на Фэрридана, и его брови потерялись в волосах.

– Нина, подойди.

– Да? Кто там? – Мама подошла сразу же, но, как и папа, замерла каменным изваянием. А затем недоверчиво, срывающимся шепотом уточнила: – Ксюша? Ксюшенька…

– Привет, мам.

Я честно не знала, что сказать еще. Просто не знала. Я старалась не думать о том, как буду рассказывать и оправдываться за свое длительное отсутствие, и теперь элементарно не знала, что говорить.

Переговоры в свои уверенные руки взял супруг.

– Михаил Федорович, Нина Васильевна, добрый вечер. – Незаметно успокоив и приободрив родителей магически, Фэрридан подтолкнул меня в спину, чтобы я прекратила изображать статую самой себя и наконец зашла в квартиру. – Позвольте представиться, Фэрридан Варгеш, муж вашей дочери.

Угу, для полноты образа забыл добавить «бог огня». Хотя им и так достаточно.

Мама нервно переглянулась с папой, папа скептично хмыкнул и еще раз внимательным взглядом прошелся по мужчине, которому хватило глупости взять меня в жены. Именно эта мысль явственнее всех читалась в его глазах. Фэрри молодец, что предварительно успокоил их магически, иначе был бы не сдержанный осмотр, а как минимум обморок от мамы и сердечный приступ от папы.

Черт!

Судя по всему, сейчас самой нервной была я. Успокоительное уже не помогало. То ли потому, что его уже слишком много, то ли потому, что малыш забирал на себя почти всю магию, которую пытался применить ко мне супруг. Но сейчас именно я была самой бледной, нервной и неуверенной.

– Ксю, прекрати. – На меня грозно глянули, тихо рыкнули и крепко прижали к себе.

Папа почему-то усмехнулся, а мама глупо улыбнулась.

– Фэрридан… Это ведь не русское имя?

– Да, я не местный. – Не став вдаваться в подробности, Фэрри махнул в сторону зала: – У нас к вам довольно серьезный разговор. Может, присядем?

– Ох, да. – Окончательно взяв себя в руки, мама, заведующая по организационно-методической работе в больнице, широко и радостно улыбнулась, пройдя в зал первой. – Прошу простить, немного не прибрано. Чай, кофе? Вы ужинали?

Да, в этом вся мама. Пока не накормит и не напоит – не выпустит.

– Нет, спасибо, мы уже ужинали. Чаю можно.

– Или что покрепче? – уточнил папа, полковник на пенсии.

Кстати, к папиному смущению, Фэрри был его выше и крупнее. Димка, пошедший по стопам отца в военные, как и он, был двухметровым белобрысым лосем, и когда не брился, то напоминал викинга, требовательного к подчиненным, но при этом очень доброго и покладистого при Наташке. А вот я внешностью пошла в маму – невысокую, стройную шатенку, хотя тяжелым и неоднозначным характером – в папу, и родители уже давно махнули на мое замужество рукой, лишь в мечтах уповая на то, что где-нибудь да найдется какой-нибудь сумасшедший, который не побоится за свои нервы и попытается предложить мне руку и сердце.

А вот и нашелся!

И теперь они не знали, как к этому отнестись. Вроде как и меня отругать необходимо, что пропала без вести, а по факту замуж выскочила, а вроде как и порадоваться надо, что все обошлось.

– Нет, покрепче сейчас не стоит. Но, надеюсь, завтра вы не откажетесь от приглашения в наш дом, где мы с вами познакомимся уже поближе. – Усадив меня на диван, а затем снова прижав к себе и тем самым физически пресекая нервную дрожь, муж уверенно продолжил: – Мне будет достаточно сложно объяснить, как мы встретились с вашей дочерью и почему все произошло именно так, а не иначе, но прошу проявить снисхождение и понимание – некоторое время мы были далеко за пределами страны и физически не могли вернуться. Там, где мы были, нет ни телефонов, ни Интернета, ни почты.

– На нашей планете существуют такие места? – Скептично настроенный отец, прекрасно разбирающийся в современных технических новинках, на слово верить не собирался. – Я понимаю Ксюху, она у нас… – Мне достались полный укоризны взгляд и тяжелый вздох, – слегка своеобразная. Но вы! Вы ведь военный, я верно понимаю?

– Да, у меня высшее военное образование.

– Вот! Во-о-от! – Подняв палец кверху, отец снова фыркнул в мою сторону, а Фэрридану достался уже более благосклонный взгляд. – Давно надо было тебя в надежные руки пристроить. Так где вы служите, молодой человек?

– Я в отставке. – Фэрри отвечал сдержанно, но я чуяла, что ему не неловко, а смешно. – Мне предложили более высокую должность. Я сейчас бог.

Бли-и-ин…

– Кто, простите?

– Я бог. Бог огня.

Пока мама прикидывала, как бы незаметно вызвать психбригаду, папа думал о том, что скрутить моего муженька будет проблематично и стоит позвонить Димке, я прятала пунцовое лицо на плече своего божественного, Фэрри был безмятежнее айсберга.

– И давно? – решила немного подыграть мама.

– Около трех месяцев. Нет, я не псих. Ксю, не хрюкай, все равно они должны знать правду. Или ты хотела опустить эти подробности? О том, что ты тоже богиня, ты рассказывать не будешь?

О бо-о-оже…

– Ну и зачем? В этом мире официально нет магии… – Отлепившись от его плеча и грустно вздохнув, я поджала губы и извиняющимся взглядом посмотрела на родителей. – Мам, пап. Я богиня. Просто так получилось. Случайно. Сначала меня похитили в рабство, затем чуть не убили, но нам удалось все переиграть, и теперь я богиня. А еще через полгода у вас будет внук. Вот. Но вы же не поверите…

– Мм… – Мама забыла о психбригаде и теперь экстренно прикидывала, где у нее лежит валерьянка. – Точно внук?

– Да.

– А богиня чего ты у меня?

– Верховная богиня милосердия.

– Ты?

– Ну да.

И столько скептицизма было в ее взгляде, что я снова вздохнула. Не верят. И тут не верят. Собственные родители не верят!

– Фэрридан, а вы не могли бы рассказать нам то же самое, что и Ксения, но уже более подробно? – Папа, как ни странно, предпочел сделать вид, что верит, хотя и в его взгляде было столько сомнений, что хватило бы на взвод. – Ну и заодно как-нибудь продемонстрировать нам свою божественность. Никогда не видел богов, еще и так близко.

– Вам что-нибудь огненное или общего характера? – Еще уточняя, Фэрри создавал разноцветные шары и запускал их в полет по затейливой траектории – самое простое, что можно было сделать, чтобы хоть как-то продемонстрировать свою силу. – Можете закатать рукав рубашки – я убрал шрам, который вы получили в двадцать три года.

Муж говорил и говорил, не забывая вплетать в слова силу, которая одновременно успокаивала и настраивала родителей на позитив. Они и рады бы усомниться, но в его речи было еще и убеждение. То самое, внемля которому, просто невозможно усомниться в словах говорящего.

Рассказывал Фэрри долго. Часа два, не меньше. И о том, что я выпала из магического межмирового портала на подведомственной ему территории, и о том, что около месяца я была его питомцем, и о том, что после свадьбы меня снова похитили и пытались убить, но нам удалось не только успешно отразить нападение, но и воспользоваться ситуацией.

– Теперь мы боги мира Юсикония и, к сожалению, определенным образом привязаны к миру, так что наш дом там.

– То есть вы у нас проездом? – откровенно огорчилась мама.

– Да.

– Нина, успокойся. – Благодаря «убеждению» папа поверил Фэрридану безоговорочно и, судя по теплой улыбке, был безмерно рад результатам нашей эпопеи. – Ксюха взрослая и будет жить с мужем, как и положено, вон даже уже беременная, так что радуйся и вяжи носки внуку.

– Да я рада… – Мама действительно обрадовалась, потому что, в отличие от нас с Фэрри, Димка и Наташка с детьми не торопились, предпочитая сначала пожить для себя. – Но вы уж нас навещайте…

– Вообще-то я хотел предложить вам переехать к нам. У нас на планете острый дефицит грамотных медиков и военных. – Умудрившись удивить не только меня, но и родителей, сам Фэрридан выглядел так, словно предложил сменить не мир, а всего лишь улицу проживания. И на мой слегка очумелый взгляд уточнил: – Что? Ты же сказала мне заняться кадрами, вот я и занимаюсь. Кстати, брат у тебя сейчас в каком звании?