Глава 3. Случайность

А потом внезапно наступила ночь, которой не должно было быть.

На рассвете курсанты сняли лагерь и отправились глубже в джунгли. По плану до первой остановки они должны были сделать бросок длиной в двенадцать километров, но успели пройти всего десять, когда начало резко темнеть. Настолько резко, что никто даже не успел найти подходящего места для возможной обороны. Пришлось останавливаться прямо посреди джунглей, на высоте, выбирать ствол потолще и сбиваться на нём в кучу спиной к спине - девчонки в центре - и экстренно накрываться куполом. Купол работал на основе энергетических лучей, создающих покрытие над объектами и был невидим простому глазу. Полностью, конечно, не защищал, но мог обжечь непрошеного гостя. Но главная его задача - спрятать людей, скрыть излучение, создать иллюзию пустого места.

Курсанты сгрудились вместе и стали ждать. Просто так темнота не могла наступить. Темнота вне графика, который был уже определён, несла опасность.

Сутки на этой планете составляли семьдесят восемь часов, восемь из которых - ночь. И если вдруг график сбился, это означало, что тут дело нечисто.

Жанна, чувствуя спиной чью-то спину, замерла и закрыла глаза - так было лучше слышно. Её разум тут же наплодил кучу чудовищ, которые вот-вот полезут из тьмы. Готовься - не готовься, столкновение неминуемо.

Секунды тикали, словно над головой висели огромные механические часы.

Никто ни секунды не сомневался - что-то произойдёт. Об этом говорила и внезапная тишина, и напряжение, разлившееся по джунглям, и даже их недолгий собственный опыт.

Вот оно! Услышали все одновременно - высоко над головой, даже, вероятно, выше крон деревьев, которые тут были метрах в шести-восьми над курсантами, зависло какое-то устройство явно искусственного происхождения.

Каждый прислушивался, но не шевелился. И никто не разговаривал.

Неизвестное устройство, весьма напоминающее отрывочными движениями огромную дронаду, на месте провисело недолго и быстро ушло куда-то вправо, на север.

- Жанна, ты можешь проследить за ней незаметно? - Громким шёпотом спросил Лука.

- Могу попробовать.

- Давай.

Жанна уже включила браслет и секунду поколебавшись, отправила вдогонку чужому аппарату третью дронаду, в ней был самый большой уровень заряда.

- Проверьте связь. Только скрытно.

Генри уже это делал. Через несколько секунд покачал головой.

- Ничего. Или он ничего не передаёт, или делает это на волне, которую мы не ловим.

- Что это за устройство, есть идеи? - Спросил тем временем Лука.

Все молча переглядывались. Лука и сам знает, какие у них идеи.

И точно!

- Закрытая планета без людей и связи, но чья-то хреновина тут летает. Контрабандисты? - Предположил Лука. - Может, пираты тут базу держат? Или скрывается кто? В общем, проворачивает какие-то противоправные делишки.

- На закрытой планете? - Усмехнулся кто-то из курсантов.

- А почему нет? Она закрыта, сюда никто не летает. - Угрюмо подал голос Хват. Чуть ли не впервые с момента своего позорного падения от плевка феечки.

- Планеты закрывают не просто так. - Подумав, сказал Лука.

- Но мы не знаем, почему закрыли эту. - Тут же возразили ему.

- Знаем, не знаем, но сюда полезет разве что смертник, которому жизнь недорога.

- Да, это может быть и смертник, почему нет?

Похоже, назревал спор. Это дело курсанты любили, спорили по любому поводу и временами даже без.

Но тут влез Генри.

- Нет смысла спорить. Это может быть автономный аппарат, который забыли деактивировать. Его задачи нам тоже неизвестны и по сути не важны. Нам важно только то, что возвращаться он должен на базу.

- О как! - Крякнул Лука.

- Ну а куда ещё?

Все одновременно задумались. Действительно, выходило, если штука искусственного происхождения и у неё имеется создатель и точка базирования, то она туда рано или поздно отправится. Это логично.

- Жанна, докладывай обо всём интересном. - Напомнил Лука.

Жанна тем временем с трудом выдерживала скорость передвижения аппарата. Заявленное по техническим характеристикам расстояние, на которое летала дронада равнялось пяти километрам, но по факту она выдерживала все семь. Однако аппарат уже прошёл половину этого пути.

- Надо двигаться следом или мы его упустим. - Сказала Жанна.

- Вперёд. - Тут же приказал Лука. - По трое, включить фонари. Приготовиться по команде возвращать маскировку.

Курсанты дружно вскочили на ноги, Лука пошёл в числе первых, сразу за ним - Жанна. Передвигались они не очень быстро, в темноте быстро двигаться невозможно, но даже с такой скоростью смотреть под ноги и следить за отзывом дронады было очень сложно. Жанна работала на пределе.

- Стоп! Маскировка!

Через три секунды все снова оказались в том самом положении кучи-свалки, как чуть раньше. Они успели пробежать от силы полкилометра. Но главное, они успели включить купол, потому что секундой позже над головами завис другой аппарат, аналогичный тому, за которым гнались курсанты.

Все хранили молчание. Задачи аппарата неизвестны, лучше не рисковать.

В этот раз аппарат провисел чуть дольше, но тоже быстро улетел, уже в другую сторону. Как только звук движения смолк и Генри дал отмашку, что аппарат исчез из радиуса фиксации их приборов, Лука спросил:

- Жанна, что у тебя?

- Пока слежу, но уже на пределе.

- Вторая улетела в противоположную сторону. - Зашептал кто-то. - Значит, не факт, что первая летит к базе.

- Да. Похоже, они просто патрулируют территорию. И гоняться за ними бесполезно.

- И что делать? - глаза Луки так сверкали, что могли освещать дорогу.

- А что нам нужно? Направить аппарат на базу? - Генри вздохнул. - Тогда самое логичное решение следующее - его нужно повредить.

- А нам нечем. - Лука помолчал немного и посмотрел прямо на Жанну. - Ты можешь взорвать о него дронаду?

- Я его потеряла.

- Чёрт!

- Но второй я тоже отслеживаю.

Жанна отправила первую дронаду в обратный путь и переключилась на второй объект.

- У нас несколько минут, пока он не выйдет из поля зрения.

Лука обрадовался:

- Жду предложений. Жанна, ты можешь его атаковать?

- Нет, он быстрый. Могу только попробовать, но он наверняка заметит мои телодвижения, и я не знаю, как отреагирует.

- Если не рассчитать и повредить его слишком сильно, он может вообще не долететь до базы. - Сказал кто-то. - А дронада его может насквозь прошить. Заденет случайно центр управления… и адью.

- Варианты? - По голосу было слышно, что Лука страшно зол. - Но, чтобы нас не раскрывать, рисковать собой мы не станем ни при каких условиях.

Все молчали. Вариантов не было. Не камнями же его сбивать в темноте?

Через несколько томительно долгих минут Жанна потеряла второй объект. Вздохнула с облегчением и тайной надеждой, что это облегчение никто не заметит. Добровольно взорвать собственную дронаду… для общего дела, она, конечно, беспрекословно подчинилась бы приказу командира, но какое счастье, что ей не пришлось этого делать!

Видимо, от хорошего настроения ей пришла идея:

- Мы можем отслеживать все объекты, которые появятся поблизости и их направление. Потом попробовать составить карту, может заметим закономерность. Аналитики смогут просчитать пути патруля и отклонения от них. Если без видео, то нас троих дронадоводов должно хватить.

- Действуйте.

Лука приказал всем оставаться на месте и отдал бразды правления дронадоводам. Остальные только отслеживали приближение аппаратов и другой возможной угрозы.

Вот только летающие штуки появляться не спешили. В общей сложности во время внеурочной ночи к курсантам подлетело всего четыре. Всех их проследили до возможной границы - это максимум того, что можно было предпринять в данной ситуации.

Потом начало светать. Странная ночь длилась чуть больше четырёх часов. После повторного рассвета курсанты просидели под маскировкой ещё час и только тогда решили, что аппараты больше не появятся.

Карта полётов аппаратов ничего толкового из себя не представляла. Они летали зигзагами или кругами, временами быстро двигались в какую-либо точку и замирали там на время, после летели дальше. От чего зависело их поведение - от изначальных настроек или от реакции на окружающие раздражители - было непонятно.

Лука объявил привал, отдал карту двум аналитикам и стал ждать результатов.

Жанна тем временем легла отдохнуть. Вымоталась за эти четыре часа, будто всё это время бежала в гору. От недавнего отдыха ни следа!

Аналитики пытались выжать из полученной мизерной информации хоть что-то. Жанна тем временем пыталась расслабиться и найти в себе хоть какие-то силы двигаться дальше. Минуты шли, а легче ей не становилось. Наоборот, будто больше груза прибавлялось, который нужно нести. Вскоре и нести не получится, только тащить волоком.

Она устала от однообразной непривычной еды. И устала бродить по этим бескрайним джунглям. И от криков Луки. А больше всего почему-то - от полного отсутствия одиночества. Вроде радоваться должна, что оказалась тут не одна, что есть сокурсники, те, кто может помочь и прикрыть спину. Вместе выжить гораздо проще. Но Жанне хотелось покоя. Тишины. И чтобы ничего не мельтешило перед глазами.

Вскоре аналитики выбрали направление, из которого, по всей вероятности, появились неизвестные аппараты. Лука тут же направил курсантов в ту сторону.

Словно охотничьи собаки, почуявшие добычу, курсанты рванули вперёд. Никто не жаловался, что устал, никто не отставал, других не задерживал. В общем, они попали, что называется, в струю - и ни о чём не думали, походили на роботов, которые просто выполняют порученное им задание.

Это был физически тяжёлый день. И вылился он в мутную, дёрганную ночь. Все так вымотались, что пришлось делать внеплановый привал раньше срока и только Жанна с другими дронадоводами не завалились спать, а вместо этого проверяли окружающие квадраты.

Им по этому случаю даже выдали стимулятор из аптечки. Жанна проглотила крошечную таблетку и в ней словно включился запасной рубильник. Пальцы безошибочно отдавали сложнейшие команды, глаза умудрялись за всем следить, мозг просчитывать данные, и проверенные квадраты увеличивали своё число с небывалой скоростью.

Тогда-то Жанна и нашла лагерь студентов. Всего в пяти километрах к северу от намеченного Лукой маршрута. Самое обыденное дело - Жанна просто сидела, просматривала полученные от вернувшейся дронады снимки местности, когда на одном из них увидела двух людей.

Хорошо, что все спали, а другие дронадоводы сидели по разные стороны лагеря - так проще сосредоточиться. Двое дежурных тоже почти дремали. Украдкой свернув фото в маленькое окошко, Жанна быстро убедилась, что за ней никто не подсматривает и впервые с начала их экспедиции закрыла картинку от общего обзора, переключившись на внутренний экран. Дальше смотрела уже в одиночестве.

Один из парней был брюнетом, второй - рыжим. Оба худые, явно похудели после падения. У обоих лица злые. Но они не ругались, а будто обговаривали что-то вдали от остальных.

Ещё на одной фотке - край лагеря. Что-то похожее на рюкзаки, лежаки из веток и травы, чей-то сохнущий на солнце свитер.

Дальше пусто. Дронада прошла по пути, который задел лагерь лишь по касательной.

Жанна удивилась, когда поняла, что её сердце колотится как сумасшедшее. Она несколько раз просмотрела кадры, словно пыталась найти в них что-то ещё. Конечно, ничего нового там не было.

Но выходит, Ахлейн сейчас всего-то в нескольких километрах от неё. Даже жутко становится. Целая планета, поверхность которой выражается в миллионах квадратных километрах, они разошлись в разных направлениях, но совершенно случайно оказались рядом.

Правда, если бы не дронада, никто не узнал бы, что две группы друг от друга так близко. Прошли бы мимо и всех делов.

Студенты, судя по обрывочной информации, доходящей до курсантов из сообщений Ахлейна, ходили на север, а курсанты - на запад. Правда, в последнее время курсанты двигались больше на север, по предполагаемому пути чужого аппарата, но всё равно, совпадение не из частых.

По сути, при таком совпадении стоило воспользоваться возможностью и организовать встречу. Убедиться, что всё в порядке, обменяться информацией. Жанна быстро обвела взглядом лагерь - Лука спал на спине, вытянув руки и открыв рот. Она немного понаблюдала за ним и всё же решилась. Отправилась будить. Можно было, конечно, дождаться, пока сам проснётся, но лучше обговорить новости наедине, без свидетелей. Да и время подумать будет.

Жанна потрясла его за плечо, убедилась, что Лука открыл глаза и вернулась на место. Дождалась, пока Лука перестанет зевать и подойдёт. Это произошло быстро. Лука так взглянул, будто уже знал, что ему расскажут. Жанна поразилась, насколько точно работает его “чуйка”. Каким-то невероятным, совершенно необъяснимым образом Лука точно знал, когда речь пойдёт о чём-то серьёзном, а когда об его уши просто хотят погреться.

- Что случилось? - Заговорил командир, стоило ему только оказаться рядом.

Жанна рассказала. Показала снимки. И тут же предложила организовать встречу.

- Нет.

Жанна успела так раздухариться, прокручивая в голове, как офигительно это будет. Как полезно. И возможно, она убедится, что кое-кто жив и здоров… так раздухарилась, что “нет” не сразу расслышала. Наверное, с минуту молчала, не находя в себе сил продолжать.

- Почему? - Спросила чуть погодя. Зря, ох зря она сверкала глазами и радовалась своей находке. Вот Лука и пресёк всё веселье.

- Зачем нам это?

- Нам? - Жанна с чего-то так осмелела, что даже посмела отстаивать своё мнение. - Возможно, нужно подумать не только о нас? А ещё и о них?

- С какой стати я должен о них думать? Не тешься иллюзиями. Если бы им пришлось выбирать - мы, курсанты, или собственные драгоценные шкуры, они не секунды бы ни думали.

- Я это уже сто раз слышала! Твой любимый козырь! Но это не значит, что стоит уподобляться им. Мы - не такие.

- Жанна, этот разговор ни о чём. Они не смогут сообщить нам ничего полезного. Только попытаются в очередной раз сесть нам на шею, переложить на нас ответственность за свои судьбы. Нам не потянуть такой груз.

- Но мы можем попробовать…

- Нет. Разговор закончен, рассказывать о своей находке запрещаю. Это приказ. Вопросы есть?

Ответ, естественно, мог быть только один.

- Вопросов нет.

- Свободна.

Жанна подождала, пока он уйдёт, до боли сжимая зубы. Привычка слушаться командира и слепо исполнять приказы независимо от того, нравятся они тебе или нет, слегка скрасила неприятные ощущения от провала.

Неужели она не права? Возможно, действительно, встреча не имеет смысла и станет только хуже? Даже если в Ахлейне она не ошиблась, весь есть остальные. Для них курсанты - это те, кто должен беспрекословно обеспечивать безопасность и выживание студентов АМКи даже в ущерб собственным нуждам. Так? Без сомнения.

И всё же что-то точило изнутри. Настойчиво, неприятно.

И бесполезно, ведь командир озвучил своё решение.

Пришлось постараться и обо всём забыть. Снимки Жанна удалять не стала, а внесла в архив. Мало ли что может понадобиться, пусть будут. Там их всё равно кроме самой Жанны и Луки никто не увидит.

Наверное, эта маленькая тайная встреча не имела бы никаких последствий, если бы не случилось то, что случилось дальше.

Утром они уже собирали лагерь, чтобы продолжить поход, когда тревогу забил курсант, который таскал на себе компактную исследовательскую лабораторию. Большая часть реагентов у курсантов давно закончилась, ещё в начале, когда они искали съедобные плоды и растения. Сейчас исследовали только воздух, воду и почву, да и то если она чем-то отличалась от обычной.

И вот лаборатория, видимо, выдала что-то срочное.

Лука остановил сборы, получил результаты очередных проверок и довольно долго обсуждал их с лаборантом. После созвал общий сход. Открыл перед всеми экран и выбрал последний слайд. Анализ воздуха. Белое поле то и дело было пронизано тёмно-красными острыми иголками.

- Недавно мы заметили некую закономерность, - заговорил Лука, заложив руки за спину, похоже, чтобы они не дрожали. - Некий неизвестный газ в воздухе. Он фиксируется в каждой третьей пробе. Так вот, сегодня закончился анализ. Этот газ ядовит.

Конечно, подобное заявление требовало пояснений.

- Насколько ядовит?

- Смертельно. Действует как цианистый калий. Организм постепенно его накапливает и когда количество превышает норму, сам себя разрушает. Но не всё так плохо. По данным лаборатории, с текущими темпами критический уровень вещества в крови накопится через год по земному времени плюс-минус десять дней. А вот противоядия у нас нет. Я сообщаю это всем для того, чтобы повысить вашу заинтересованность в поисках. Мы все стараемся, спору нет, но нам нужно стараться лучше. Теперь нам нужно спасти свои жизни не в метафизическом, а вполне в конкретном времени, у которого есть конечная точка. Всё понятно?

Курсанты, услышав новость, конечно, не особо радовались, но и от ужаса в конвульсиях не бились. Подспудно все ждали возникновения какой-либо опасности, её просто не могло не быть на закрытой планете. Многие даже почувствовали облегчение. Опасность могла быть куда более непреодолимой, а так… целый год - огромный срок, базу за это время они по-любому найдут, и даже не особо напрягаясь.

По крайней мере, большинство этому верило.

Лука объявил задержку в полчаса, чтобы все обговорили новость и успокоились, а потом сразу выход.

А Жанна кое-что вспомнила. Она вскочила на ноги и бросилась следом за командиром, который пошёл в сторону, ноги размять. А скорее всего, попросту сбежал от лишних вопросов.

- Лука!

- Чего тебе? - Не оборачиваясь, спросил тот. Его широкие плечи напряглись.

- У меня вопрос.

- Потом. Всё потом.

Проклятущая “чуйка”! Знает, что будут доставать неудобными вопросами. В любой другой раз Жанна бы сдалась, послушалась отмашки от командира. Но не сейчас. Не после того, как всю последнюю ночь ей в окружающих деревьях мерещился силуэт человека в волчьих шкурах и с оленьими рогами на голове. И ещё у него был посох, навершием которому служил череп какого-то небольшого животного. Жуть в общем.

- Лука, сейчас!

Он остановился и закатил глаза.

- Ну давай. Чего надо?

Жанна взглянула в сторону лагеря. Все сидели кучей, переговаривались, выглядели вполне обычно и не собирались подслушивать. Хотя спецы имелись.

- Лука. Наше время - год. Но наша марка Дольцера усиленного варианта, она действует больше и лучше. Сколько продержатся студенты?

Вопрос командиру не понравился. Жанна сразу увидела и злой прищур, и кривую ухмылочку.

- Понятия не имею. - Ледяным тоном ответил Лука.

- Значит, меньше. Может быть, намного меньше, верно?

Он просто поморщился и всё.

- Я думаю, мы должны им сообщить. - Тихо сказала Жанна, поворачиваясь к остальной группе спиной. Она не была уверена, что сумеет сохранить нейтральное выражение лица, а лишнее любопытство ей ни к чему. Как и Луке, судя по всему. Он фальшиво улыбнулся - со стороны выглядело, будто он получает от разговора удовольствие - а заговорил совсем не дружелюбно.

- Жанна. Не знаю, откуда у тебя эта наклонность жалеть студентов АМКи, но мы не станет им сообщать. От этого будут одни проблемы.

- Какие же?

- Не понял. Почему я должен повторять? Мы недавно эту тему уже обсудили.

- Но новые обстоятельства!

- Какие там обстоятельства?

- Они имеют право знать!

- С какой стати? Ничего не изменилось. Мы найдём базу и тогда их спасём. Отвлекаться на решение их текущих проблем у нас нет времени и ресурсов. У нас нет противоядия, понимаешь? Узнай они про яд, это им ничем не поможет. Только вызовет панику и активизирует всёпропальщиков. Правда, Жанна, - обманчиво мягко заговорил Лука, сверля её оценивающим взглядом. - Правда, эта заинтересованность, кажется мне, попахивает чем-то личным. Так?

Жанна не ответила. Всё ещё переваривала его отказ. Прикинула со всех сторон. Хотела ли бы она знать об ядовитом воздухе на месте студентов? Несомненно. И Лука бы хотел. Но сам лишает других такой возможности. Да, студенты далеко не так организованы и подготовлены, но среди них тоже есть довольно умные. Возможно, знай они заранее, то смогут как-нибудь обезопасить себя от яда. Да, это маловероятно. Да, это, скорее, просто надежда на что-то позитивное, а не трезвый расчёт, но чёрт возьми, они имели право знать!

- Ты не прав.

- Стоять! - Шикнул сквозь зубы Лука. - Смирно!

Жанна послушно выпрямилась и вытянула руки по швам. Взгляд прямо, рот закрыт.

- Я не потерплю неподчинения. В данной обстановке, которую я определяю как критически сложную, применимы законы военного времени. Тебе для сведения. Нам не нужны ссоры и конфликты. А тем более раскол в группе.

Лука замолчал на полуслове. Жанна понимала, он слишком много сказал только что, так много, что сам не рад. Но вместе с тем его приказ предельно понятен. Нет смысла дальше настаивать.

- Свободна. - Буркнул Лука, недовольно скривился и пошёл прочь.

Вскоре курсанты покинули стоянку и отправились на дальнейшие поиски. И сделали переход в несколько часов. Не самый длительный за всё время, но очень сложный, потому что местность резко приобрела сложный рельеф. Прямо было двигаться решительно невозможно! Джунгабасы свивались кольцами, а когда редели - земля под ними резко обрывалась, и требовалось обходить ещё и расщелины, и пока обходили, снова утыкались в джунгабасы. Пару раз приходилось возвращаться метров на пятьсот обратно.

Лука, наконец, остановил всё это безумие и объявил привал. А после приказал дронадоводам искать вменяемый путь.

Это раньше курсанты сетовали на джунгли? Зря они так! По сути, вначале сложность прохождения джунглей была максимум двойкой по шкале из десяти. Однако сейчас они столкнулись с полноценной восьмёркой, учитывая, что десять - это практически полная непроходимость. Поэтому Жанна была согласна с приказом Луки - проще сначала найти путь, чем плутать всем скопом где и как придётся.

Она с двумя другими дронадоводами уединились чуть в стороне, чтобы им никто не мешал. Разделили местность на троих. Жанна выбрала самую северную часть. Отправила дронаду для снятия данных. В том режиме, в котором она сканирует расстояние до поверхности, тем самым фиксируя рельеф, на котором потом выбирается самый подходящий путь. Этот процесс назывался “точить набойки” и сам по себе был весьма занятным. Жанне он нравился. В Космодемии даже выездные соревнования были по этой теме. Она дважды их выигрывала из четырёх раз, в которых участвовала.

Однако в этот раз азарта не было. Жанна сосредоточилась не только на поисках пути. В нарушении всех инструкций она отправила другую дронаду искать лагерь студентов АМКи, который, по её расчётам, должен был оставаться на доступном расстоянии.

В ней бурлило недовольство. Если бы оно имело температуру, Жанна внутри, вероятно, уже бы сварилась, как суп из ливера. И самое поганое - она откуда-то знала, что не успокоится, просто не сможет! Такое с ней случилось впервые. Она же примерная курсантка, сказано - молчать и отжиматься, Жанна так и сделает.

Но в этот раз она взбунтовалась. Правда, не в открытую. Пойти напрямую против Луки в настоящее время всё равно что предать остальных курсантов, тех самых, с которыми в одной связке, которых знаешь не первый год. Своих.

Но и студентов АМКи бросать без поддержки - жестоко. Отмазки, что они сделали бы так же и красивые слова и том, что всех надо спасти, только напрямую сосредоточившись на поисках, перестали иметь смысл.

Это как-то не по-человечески. После того разговора с Лукой, который ни к чему не привёл, Жанна медленно закипала, как котёл под высоким давлением. Но ей никак нельзя было рвануть у всех на виду, а это обязательно произойдёт, если она ничего не предпримет.

Поэтому Жанна отправила вторую дронаду совсем не туда, куда следовало. А потом внимательно следила за изображением на внутреннем экране, куда никому другому доступа не было.

С ориентированием на местности у Жанны всегда был полный порядок. Бросок, который сделали курсанты, переместил их с запада от студентов на северо-запад от них, а расстояние между лагерями почти не изменилось. По её подсчётам. А так как Жанна была специалистом в своём деле, то не ошиблась Вскоре она нашла то, что искала. Лагерь студентов.

Дронада зависла неподалёку от места, где был сделан прошлый снимок. Не стоило привлекать чужое внимание раньше времени.

Тут её отвлекла Оливия с каким-то глупым вопросом. Жанна что-то буркнула в ответ, убедилась, что Оливия поняла и ушла, перевела дух и только тогда повела дронаду дальше. Та вынырнула из кустов и оказалась на берегу речного залива. Крупных рек курсанты не встречали, эта тоже была довольно узкой, однако в одном месте разлилась, получилось озерцо. На берегу стояло четверо парней. Голых.

Жанна притормозила дронаду и почти покраснела. Она не ожидала увидеть обнажёнку, хотя, если взялся наблюдать за кем-то втихаря, будь готов ко всякому.

Может, нужно было сразу улететь дальше, но она всё же присмотрелась к их лицам. Нет, Ахлейна среди них не было. На секунду взгляд вернулся к брюнету - он был просто шикарным. Такое мощное и одновременно изящное телосложение. Кому-то сильно повезло с наследственностью. Это тот самый, что разговаривал в корабельном коридоре с плачущей блондинкой. С той, которая после падения неожиданно выдала массу полезной информации. И осталась у катера. Даже жаль её немного.

Ладно, это неважно. Жанна измерила расстояние - шесть километров. Проверила дорогу. Может, судьба? Путь вроде бы прямой и лёгкий, кроме одного резкого спуска, когда с одного ствола придётся спрыгнуть ниже на три метра. Для Жанны - ерундовое препятствие, ведь вокруг, к счастью, полно растительности, в том числе довольно крепких местных лиан.

- Как успехи?

Жанна вздрогнула и подняла глаза, смотря сквозь экран. Рядом стоял Лука и его взгляд не отличался доброжелательностью. А вокруг головы мерцал еле видный красноватый свет. Судя по нему, Лука не в самом худшем своём настроении, но очень к нему близко.

Двое других дронадоводов что-то стали торопливо объяснять, Жанна дослушала их доклад и коротко добавила:

- Ещё не закончила.

Лука с подозрением посмотрел на неё, но промолчал.

Жанна спешно переключила изображение на дронаду, которая снимала нужный курсантам путь и принялась проверять рельеф предполагаемой дороги. Данные, полученные со второй дронады так же быстро перенесла в отдельную папку, замаскировала под мусор, а из общей базы удалила.

- Долго ещё? - Спросил Лука через минуту.

- Дронада уже возвращается.

Жанна занялась делом. Она не умела и не могла халтурить, так что следующие несколько минут провела за такой напряжённой работой, что гудела голова.

Нечто, не имеющее названия, торопило Жанну, побуждало действовать. То, что называется интуицией, сигналило на всю катушку. Она откуда-то знала, что должно произойти нечто. Будто инстинктивно ощущала движения тайной изнанки мира, которая вот-вот приведёт к определённым последствиям. Эти последствия вскоре наступят, а ты тут ни при чём, ты - щепка, которую кружит водоворот. Только и можешь, что наблюдать за всем со стороны.

Правда, она понятия не имела, что же произойдёт. Но всё связано. Вернее, все они связаны - и курсанты, и студенты, как бы Лука не желал откреститься от последних. Они тут все в одной ловушке, вместе и стоило бы выбираться.

Когда через четверть часа дронады вернулись, Лука получил карту с оценкой пути и предполагаемые маршруты.

Выяснилось, что толковых маршрутов нет. Только один вихлял как заяц в поле. По прямой чуть больше четырнадцати километров, однако по этому пути придётся пройти двадцать девять, да ещё с несколькими препятствиями.

Жанна почувствовала, будто всё правильно, так и должно быть. Почему-то именно так должен складываться их поиск.

Фантазии, вероятно. От усталости. И ещё от понимания того, что отказывался осознавать мозг. Они, вполне вероятно, обречены.

Глупые мысли опутывали Жанну, как липкая паутина муху. Верно, из той же серии, что оболочки вокруг людей, которые ей мерещатся всё чаще. Даже надоело напоминать себе, что это игра воспалённого воображения и в реальности никаких контуров вокруг людей не бывает.

Лука тем временем бегал по узкой стоянке и орал что есть мочи, будто это могло решить проблему. Но ему, вероятно, помогало, потому что когда он, наконец, угомонился, то заговорил таким уверенным тоном, будто точно знал, что следует предпринять.

- Привал. Дронадоводы будут искать обходной путь. Пока не найдут. Сделаем крюк, неважно, больше проверим. Остальные пополняют запасы и отдыхают.

Курсанты тут же принялись оборудовать лагерь. Жанна посовещалась с дронадоводами и посетовала, что её батареи почти на нуле. Под этим предлогом напросилась проверять последней.

Потом она удалилась по “личным делам”, однако в этот раз эти дела не имели ничего общего с физиологией. Жанна спряталась от курсантов и включила экран. А потом написала сообщение. Оно звучало так. “На северо-запад от вашего лагеря четыре километра в сторону двух пальцев. Сейчас. Один. Жду подтверждения”.

Конечно, куда проще было бы просто отправить Ахлейну новости по сети. Но Лука недавно объединил все их экраны в одну связку и теперь мог заметить, что экран используют для связи с кем-то извне. Одно короткое сообщение он не успеет заметить, а вот если они будут отправляться часто, или если будут большими, он точно не проморгает. А такие новости не сообщишь коротко. Не напишешь же что-то типа “в воздухе яд, скоро сдохнем”. Или “вам всем осталось жить полгода, крепись”. Нет, такие новости нужно рассказывать лично, лицом к лицу.

И ещё нужно убедиться, что… ну, что с Ахлейном всё в порядке.

Жанна села на землю, прислонилась к большому серому грибу, покрытому белым пушистым налётом, и замерла. Эти грибы были очень упругими, словно большое резиновое кресло. Жанна расслабилась. Так тихо, звуки лагеря глушит купол. Одиночество. То, чего ей не хватало. Странно, что здесь, в этих чужих ей джунглях Жанна ничего не боялась. Это по меньшей мере глупо, ведь опасность бывает маленькой и незаметной. Газ, к примеру. Ядовитый. Или приятные на вид, милые существа. Или обычные пауки, мошки, неизвестные бактерии. Что угодно.

Но пугало Жанну другое. Она боялась, что к тому времени, когда курсанты найдут базу, кто-то из студентов может погибнуть. И если это произойдёт, Жанна навсегда останется с этой виной. Каждый из курсантов будет виновен, но если остальным всё равно, то ей - нет.

Она не хотела жить, зная, что из-за неё кто-то погиб. А вот жить, зная, что нарушила приказ - это можно.

Экран слабо дёрнулся. Сообщение пришло. Даже странно, как, оказывается, давно ей не приходили сообщения, совсем отвыкла от этого чувства - слабого, еле слышного вздрагивания гаджета.

Открыла.

“Иду”.

***

Теперь предстояло как-то покинуть лагерь. Желательно, незаметно. И поспешить.

Жанна вернулась к остальным, пытаясь придумать причину, по которой ей срочно нужно уединиться в джунглях. По пути она выбрала наилучший, по её мнению, вариант - проверка работы дронад, для которой нужно уединение в тишине и покое, в месте, где лишний раз никто не мельтешит. А раньше почему не уходила? Раньше задача не была такой сложной, а сейчас нужно выжать из себя всё возможное.

Только вот у Луки нюх на враньё, как у акулы на кровь. Посмотрит повнимательней на лицо, прищурится, пара наводящих вопросов - и обман вскрылся. И хуже всего не то, что он сразу откажет, хуже всего, если он согласится, а сам втихаря отправит слежку. И поймёт, что сделала Жанна.

Плохой вариант. Но другого ведь нет и не будет. Даже мыться и стирать одежду девчонки старались ходить по двое, во избежание всякого. А тут совсем одна.

Однако, когда Жанна пришла в лагерь, проблема решилась сама собой. Ей повезло. Лука спал. Измотался, видимо, окончательно и теперь лежал, развалившись, прямо на траве и похрапывал. Как, кстати, и большая часть курсантов. Бодрствовали только дежурные и Гарпия, которая запускала дронады первой. Она устроилась подальше от спящих и заткнула уши наушниками, чтобы посторонние звуки не мешали чувствовать отклик дронад.

Так что отчитываться ни перед кем ни пришлось. Жанна шепнула Гарпии, что ей нужно провести максимальную профилактическую диагностику своего оборудования в спокойном месте, она будет неподалёку, в зоне слышимости - если что, зови - и ушла. Та, не отводя глаз от экрана, промычала в ответ что-то неразборчивое. Гарпия работает хоть и основательно, но довольно медленно, так что будет сидеть тут долго, не отвлекаясь ни на что другое. Нужно успеть вернуться к концу её дежурства.

Лагерь остался за спиной и снова стало тихо. Вернее, жизнь в джунглях, конечно, не остановилась, но она воспринималась иначе. Курсанты звучали инородно, примитивно, а джунгли - наоборот, словно сложное музыкальное произведение, которое воспроизводилось огромным количеством инструментов. Эта мелодия была простой, но безупречной, и вплеталась в мир, как одна из его равноценных частей. Эти звуки Жанну не раздражали.

Она выстроила на навигаторе направление и начала пробираться сквозь кусты и обходить овраги да скальные выступы, которые торчали из земли, будто шипы.

Всего два километра. Первую половину пути пришлось попотеть - местность сложная, да ещё стволы джунгабаса местами напрочь закрывали дорогу. А маршрут, который она проложила, на деле оказался далеко не идеальным. Тут росли лопухи, листья которых прикрывали землю, как выяснилось, неровную. Под ними что угодно могло оказаться. Щель, куда сунешь ногу и не вынешь, или острый камень, на который наколешься, как на шампур, или ещё какой приятный сюрприз.

Вот так вот. Искала дорогу чтобы поменьше джунгабасов - и нашла! Лучше бы по лианам прыгала. Ну, отступать поздно, так что Жанна добыла себе палку и проверяла путь, пригибая лопухи к земле. В общем, первая половина пути заставила её попотеть. Зато вторая шла как по маслу - ровная дорога, разве что пришлось пару раз по стволам бежать, которые шли вверх-вниз. Чуть голова не закружилась.

А потом Жанна проверила карту и поняла, что до нужной точки всего-то метров сто. И остановилась.

Сердце стучало ровно, а вот в глазах словно пеленой всё подёрнулось. Конечно, она не станет разворачиваться, как и менять своё решение, не зря же Жанна тащилась сюда два километра, рискуя попасть Луке в немилость.

А может что и похуже.

Просто ей вдруг потребовалась передышка.

Жанна вздохнула и покачала головой, саму себя не узнавая. Ну, отвыкла слегка от других людей, но не настолько, чтобы трепетать при их приближении.

В общем, рефлексировать некогда, нужно идти дальше. Она и без того сильно задержалась.

Жанна задумчиво поправила пояс брюк, застёгнутые карманы, пригладила волосы. Потом зачем-то погладила себя по щеке. У неё всегда были шершавые руки, а сейчас стало и того хуже. Но зато это прикосновение нарушило странный ступор.

Ладно, решила - делай! Жанна встряхнулась и направилась в центр между двумя приметными узкими скалами, которые служили ей ориентирами, и со стороны студентов тоже были прекрасно видны. Пошла уже неторопливо, неслышно ступая. И вышла к оврагу.

Под обрывом, метрах в трёх ниже, стоял человек.

Он увидел Жанну и вдруг бросился вперёд. Ей стало и смешно, и радостно. Казалось, человек сейчас подпрыгнет и одним махом вскарабкается к ней, на высоту. Конечно, такого не произошло. Ахлейн, кажется, догадался, что дальше ему не пройти и замер, улыбаясь ей снизу.

Тогда Жанна подошла к краю и скатилась по спуску на пятках, а Ахлейн тут же подхватил её, подал руку. Чужое крепкое прикосновение было очень приятным.

- Привет, лисичка.

- Привет. Меня Жанна зовут.

- Я знаю.

Сказал и стоит, зубы скалит. Глаза так и сверкают от смеха.

Жанна невольно окинула его взглядом. Ничуть не изменился. Вернее, не совсем так. На корабле он ходил в идеальной одежде, и по цене, и по качеству, и по крою, поэтому такой вид, будто он пуп земли и центр вселенной - любуйтесь на здоровье - вполне можно было объяснить. Но сейчас его рубашка покрылась пятнами, а слева на груди порвалась, да и в общем он выглядел довольно обшарпанно. Кроме позы и взгляда. Заглянув в эти самоуверенные глаза, которые ни на йоту не сомневаются в собственной привлекательности и значимости, даже как-то теряешься.

Он не старался как-то прикрыться, принять закрытую позу, наоборот, разве что руки в приглашающем к объятьям жесте не раскинул. Правда, в одной он держал самодельное копьё - палку, к которой было примотано острое лезвие. Студенты, видимо, не так безнадёжны, как думали курсанты. Живые вон, с копьями ходят.

- Я безумно рад тебя видеть, Жанна. - Сказал Ахлейн, кажется, искренне.

- Спасибо.

- Моя душа воспарила к небесам от облегчения, когда я понял, что ты цела и невредима. И чувствуешь себя, судя по цветущему виду, крайне положительно.

- Разве ты не писал, что и без моих сообщений знаешь, будто я в порядке? - Спросила Жанна только для того, чтобы что-то сказать.

Его улыбка на миг померкла.

- Я написал тебе в краткий миг душевного отчаяния. Если бы я мог, вернул бы то сообщение обратно, умолял бы его не читать. Не видеть, как я бываю жалок. Но к сожалению, было уже поздно - мои слова уплыли к тебе и перестали мне принадлежать.

- Ладно.

Жанна неловко отвела взгляд. Он говорил вроде серьёзно, но этот шутливый тон вместе с прищуренными глазами, которые были честными до невозможности, создавал в её душе диссонанс. Она привыкла к простым и понятным диалогам - прямым командам, коротким отчётам, но Ахлейн говорил так, что сходу не разобрать, правду он говорит или врёт.

- Давай присядем. - Ахлейн огляделся и показал куда-то в ту сторону, откуда пришёл. - Там есть удобное бревно, словно специально упавшее к нашим ногам. Чему я не удивлён. В других, менее трагических обстоятельствах я и сам бы упал к твоим.

В другой руке он продолжал сжимать копьё. Жанна почувствовала, что краснеет. Причём не от стыда, а потому что рассердилась. Вот теперь он точно прикалывается! Ничего он и не падал к её ногам там, на корабле. Наоборот, обвёл вокруг пальца, как любую другую.

Но он помог, хотя не должен был, и за это спасибо. А всякие видения… глупо обвинять других в том, что у них мозги на месте и никакие видения их не посещают, верно?

- Пошли. - Сказала Жанна, позволяя ему вести.

Бревно и правда было довольно большим и удобным. И главное, сухим и без коры, и безо всяких непонятных наростов - просто кусок дерева, валяющегося на земле. Ахлейн воткнул своё копьё в землю рядом и пригласил её присесть. Сам остался стоять напротив.

- К сожалению, мне совершенно нечем тебя угостить. - Сказал он и снова на мгновение помрачнел.

- Не страшно. Я здесь не за этим.

- Зачем же? - Неожиданно его голос прозвучал как-то зло. Но Ахлейн быстро опомнился и снова улыбнулся. - Конечно, я хотел бы верить, что твоё желание видеть мою невзрачную персону настолько сильно, что невозможно удержаться, однако всё же подозреваю, причина в ином.

- Да. И я скажу, в чём, если ты дашь мне хоть слово вставить!

- Прошу простить мою назойливость. Она объясняется одиночеством и отсутствием поблизости особ женского пола, которые, как всем известно, делают нас, грубых мужланов, значительно лучше.

Опять смеётся! Жанна подняла глаза и успела заметить усмешку, которую он тут же скрыл.

Но вдруг поняла, что совершенно не способна долго на него злиться. Наоборот, Жанна очень рада его видеть. Очень рада убедиться, что Ахлейн цел и невредим. И за это готова простить ему многое, в том числе насмешки.

И ещё больше рада тому, что он не ведёт себя так, как предсказывал Лука - наезды, жалобы и требования немедленно взять себя под опеку.

Однако времени рассиживаться и обмениваться комплиментами и хохмами не было.

- У меня мало времени.

- Что меня безумно огорчает.

- Я должна тебе кое-что рассказать. И это очень… плохие новости.

Он молча склонил голову, будто чего-то такого и ждал.

- Ахлейн, мне жаль. Лука… наш командир считает, вам не стоит знать, так будет проще. Но я решила, что такое нельзя скрывать. А рассказывать или нет остальным - твоё дело. Так вот. Наши аналитики уловили в воздухе ядовитый газ. Источник его появления неизвестен. По их прогнозам, это вещество накопится в нашем организме и убьёт нас примерно за год.

Ахлейн так растерянно стал оглядываться по сторонам, что Жанна почувствовала резкий приступ жалости. Не к нему. А к шоку, который должно вызывать такое известие. А он справлялся вроде неплохо.

Через пару мгновений он покачнулся, а потом сел рядом. Проговорил:

- Год для вас, верно?

- Да.

- А ваши марки в разы лучше наших. - Тихо закончил Ахлейн. И это был не вопрос.

Жанна только кивнула. Их марки Дольцера были куда более эффективны, потому что они курсанты. У студентов времени меньше, возможно, даже вполовину.

Ахлейн неожиданно вскочил, резко развернулся и пошёл прочь. Но раньше, чем Жанна успела как-то отреагировать, он остановился, сунул руки в карманы и уставился куда-то в заросли джунгабасов. Она даже быстро взглянула туда, но ничего, кроме привычной картины - стволов, усыпанных грибами и фиолетовыми фонарями - не увидела.

Он простоял там, тяжело дыша, минут пять. Жанна дала бы ему больше времени, но ей пора было уходить, иначе её долгое отсутствие точно заметят.

- Ахлейн! - Крикнула она, не вставая с бревна. - Мне пора возвращаться!

- Что?

Он тут же оглянулся. Лицо спокойное, будто ничего и не случилось. Разве что бледное. И улыбки больше нет. Но таким - немногословным и тихим он нравился Жанне куда больше.

Чёрт! Чёрт! Ну какое нравился, ну зачем? Жанна чуть не застонала, мысленно ругая себя последними словами. Ну к чему ей это? Мало что ли тревог?

- Лука не знает, что я ушла тебя предупредить. Буду тебе благодарна, если ты не расскажешь, откуда узнал про яд.

- Я не расскажу. Спасибо тебе.

- А ты… - Жанна замялась. - Ты мне веришь? Я, конечно, не вру, но мало кто из вас, студентов, мне бы поверил. Решили бы, я вру.

- Я верю. - Просто ответил он.

- Тогда мне нужно идти.

- И ты не можешь побыть со мной ещё немного? - Ахлейн опять сел рядом и опёрся руками о ствол, будто ему требовалась опора.

- Нет, мне пора.

Жанна вскочила с бревна, словно обожглась об него. Странно, что её так сильно волновала чья-то близость. Ахлейн остался сидеть, не поднимая головы. Его дыхание было таким тяжёлым, что Жанна удивилась. Будто мучительная отдышка.

Неужели он настолько шокирован?

Она потопталась на месте и спросила:

- Что будешь делать?

- С чем? - С задержкой ответил он. Словно не сразу расслышал.

Да что с ним такое?!

- С тем, что я сказала.

Ахлейн медленно поднял на неё глаза.

- Расскажу остальным. Думаю, им нужно знать.

- Да, - Жанна быстро кивнула. - Да, я тоже так думаю. И ты не расстраивайся. Год - это очень долго, за это время мы точно найдём базу и вас всех спасём. Мы вас не бросили, слышишь? Мы отправились искать то, что нам поможет. Всем нам. И когда найдём, я обещаю - как только база будет нашей, мы за вами вернёмся. Я сделаю это, даже если остальные курсанты будут против! Но они не будут. Не думай о нас плохо.

Жанна и сама понимала, что болтает, как нервная истеричка, у которой словесное недержание. Но к его виду, неожиданно трагическому, из серии “всё пропало” она оказалась совершенно не готова. Его реакция полоснула ножом по сердцу. Ей срочно требовалось как-то его успокоить, укрепить веру, зарядить оптимизмом. Совершенно невозможно оставить Ахлейна вот таким - опустошённым и потерявшим надежду.

Однако её слова будто мимо его ушей пролетали.

- Ну, ты слышишь? - В конце концов воскликнула Жанна. Это его смертельно безнадёжное лицо просто невозможно дальше выносить!

Он вдруг нахмурился и сказал.

- Пожалуйста, посиди со мной ещё минутку.

Невозможно отказать, когда просят таким тоном. Жанна села рядом. Если ему так проще, ну ладно, минутку подождёт, за минутку от неё не убудет.

Ахлейн неожиданно поднял руку и крепко схватил Жанну за ладонь. И замер, держась за неё мёртвой хваткой, как утопающий за соломинку. Вблизи стало видно, что он загорел. И что на его щеке следы царапин, а губы обветрились. И эти мелочи, которые в прошлой жизни выглядели бы недостатками, сейчас смотрелись очень мило. По-настоящему. Как у живого человека, а не как у разодетой фарфоровой куклы.

- Что-то случилось? - Наконец, спросила Жанна. А потом её озарило. Точно! Какая она всё же корова! - У вас произошло что-то плохое в лагере? Кто-то погиб, да? Кто? Как?

Ну вот, больно бились мысли в её голове. Ну вот и случилось то, чего Жанна до одури боялась. Погиб человек. Из-за них, из-за курсантов. Из-за их равнодушия!

- Нет, все живы и здоровы. Насколько мне известно. Мозгов только у некоторых нет, но это с рождения, не лечится. Не волнуйся.

Жанна выдохнула и так взглянула на него, что чудом не убила взглядом. Но промолчала.

Тогда он сказал:

- Я скоро умру.

Его тёмные глаза на миг словно вспыхнули чёрным огнём, но тут же поглотили это пламя, застыли, будто ровная поверхность. И он молчал. Жанна вначале словно не поняла. Что за слово такое - умру? Что вообще оно означает?

Но постепенно всё же отреагировала, не могла же она молчать вечно.

- Этот яд накапливается постепенно. И долго. - Терпеливо, как непонятливому ребёнку, принялась объяснять. - И до этого момента ещё долго, пока действует марка Дольцера, яд из организма выводится. Всё не так страшно.

- У меня уже не действует.

- Как? - Воскликнула Жанна, а после замолчала и дёрнула головой. Не тот вопрос. - Почему?

Нет, снова не то.

- Даже если не действует, яду нужно длительное время, чтобы накопиться в организме! Ты слышал?

- Да. - Он помедлил. - А я думал, что же это. Вот что. Они меня достали.

Он смотрел прямо перед собой и вдруг расхохотался. Звук его злого и отчаянного смеха подействовал на Жанну как холодный душ.

- Вот и всё. - Шептал Ахлейн, сжимая её руку до боли. - Конец. Скоро мне конец. Всё-таки добились своего, сукины дети.

Жанна каким-то седьмым чувством вдруг поняла, что он не врёт. Неизвестно как, но опасность существует, и она настолько велика, что Ахлейн в отчаянии.

- Что случилось? Расскажи мне. - Она удивилась, когда голос дал сбой. Откашлялась. - Расскажи мне, пожалуйста. Что произошло?

- Что ты обо мне знаешь?

Жанна пожала плечами.

- Твой папаша - какой-то безумно богатый шейх, который по деньгам ходит, деньги кушает и чуть ли ими не какает.

- Верно. - Хрипло подтвердил Ахлейн. - А я его любимчик. Не знаю, отчего и знать не хочу. Так вот. У меня шестьдесят три брата.

- Сколько? - Воскликнула Жанна, хотя собиралась молчать и слушать.

- Шестьдесят три живых брата. - Уточнил Ахлейн.

Тут она только ошарашено кивнула.

- Это важно. - Он тяжело сглотнул. - И большая их часть желает меня убить.

- Убить? - Снова не сдержалась Жанна. Вспомнила свою сестру и племянника. Ладно хотеть убить того, кто превращает твою жизнь в ад и нет никакого другого выхода. Убить от безысходности. Но разве Ахлейн говорит о чём-то подобном?

- Папаша очень меня любит. И крайне часто это демонстрирует. Остальных он хорошо если видел пару раз в жизни. Платит, конечно, алименты, подарки шлёт, мамаш содержит, тут всё чётко. А меня прямо заваливает своим вниманием да подарками. Но не думай, будто остальные хотят меня убить, мучаясь от ревности и нехватки отцовской любви. Нет. Они думают, я стану наследником.

Ахлейн повернулся и как-то растерянно улыбнулся. Жанна чуть не вскричала: “А ты станешь”? но вовремя остановилась. Спрашивать такое в подобной ситуации, мягко говоря, не к месту.

- Твои собственные братья? - Жанна похлопала глазами, а потом принялась тереть левый. Что-то попало в ресницы и мешало моргать, слёзы опять же откуда-то набежали.

- Они самые. У состояния моего папаши есть особенность. По законам его страны он не может делить состояние на части. Только передать целиком. И перевести в другие страны тоже не может. Некоторые из моих братьев готовы перебить всех остальных, только бы получить наследство в свои руки.

- Но почему ты говоришь, что им удалось?

Он опять отвернулся и стал смотреть вперёд. Если бы не сжимал руку Жанны, она бы решила, будто Ахлейн про неё вовсе забыл.

А он рассматривал местные джунгли, глаза бегали по лианам, прослеживая их путь, взгляд путался во мхе и янтарных каплях.

- Тебе, наверное, пора, лисичка. - Заговорил Ахлейн. Неожиданно спокойным и глубоким голосом.

- Да, но…

- Я просто… запаниковал. Такое бывает со всеми. Мне так захотелось твоей жалости, которая у таких как ты неизбежно приводит к ласке. Я так давно не видел женщин.

Жанна смотрела на него - снова уверенного, невозмутимого - и не верила ни единому слову.

Но ей действительно было пора идти. Да и Ахлейн мог слегка запаниковать. Услышал неожиданные вести и слегка преувеличил опасность. Как его братья могут достать его тут, неизвестно где? Появись тут хоть какой-нибудь корабль, курсанты сразу его засекут, без вариантов. Сам Ахлейн рад будет, доберись сюда его братья, какими бы ни были их намерения. Ведь это шанс выбраться.

Будь у Жанны чуть больше времени, она, конечно, попыталась бы докопаться до истины. Но именно сейчас нужно было спасать свою шкуру.

Жанна попрощалась, вынула свою руку из его - Ахлейн не стал её удерживать - и побежала в сторону лагеря курсантов. Ей ещё через лопухи брести полдороги. Схватила ближайшую лиану, пару раз дёрнула, проверяя на крепость. Легко вскарабкалась по обрыву, а потом на бревно, с которого прыгала при встрече, отряхнула ладони, к которым прилипли кусочки коры. Оглянулась.

Ахлейн стоял на месте и смотрел на неё пристально и угрюмо. Будто собирался навсегда сохранить в памяти её образ.

***

Первую половину пути Жанна бежала, чтобы как можно быстрей вернуться в лагерь. Она потратила слишком много времени, Лука никогда не спал долго. Ну, ночью спал, конечно, но сейчас день. Обычно он спал не больше часа, а потом шёл проверять, как дела в лагере. Она отсутствует дольше, поэтому Лука, конечно, уже в курсе, что Жанны на месте нет. Но он не знает, когда Жанна ушла. Гарпия вряд ли запомнила время. А дежурные обычно не следят, кто куда отходит, если по личным нуждам.

Жанна даже умудрилась на ходу проверить, нет ли сообщений. Нет. Ну, по крайней мере Лука ещё не настолько озверел, чтобы писать ей и требовать отчёт - тогда вообще атас, ничего не спасёт.

Потом начался сложный участок пути. Жанна забыла и об Ахлейне, и о его словах, и переключила всё своё внимание на дорогу, по которой ей пришлось чаще прыгать, чем идти.

Она добралась до лагеря в рекордные сроки. Пару минут постояла неподалёку, чтобы остыть, нельзя же врываться в лагерь красной и вспотевшей. Ещё издалека быстро пробежала глазами, изучая обстановку - Лука болтал с Генри и двумя ребятами из второй команды. В лагере было тихо, паники оттого, что пропала курсантка, не наблюдалось.

Может, и обойдётся.

Жанна осторожно вышла вперёд, со скучающим видом мазнула глазами по сваленным в кучу предметам, которые курсанты склепали по дороге. Рюкзаки из густого сока кустов, который они плавили резаком в лужу на земле, а она, когда застывала, принимала консистенцию резины. Жанна терпеть не могла к этой резине прикасаться - она была тёплой, будто живое существо. Пару квадратных котлов из пластов железной руды, которую курсанты нашли в одной из сопок. Запасы еды в пакетах из той же резины. В общем, ничего нового. Жанна такой же вид приняла - будто только что уже это видела - и вот опять!

- Жанна!

Ага, всё же Лука заметил её отсутствие. Вон уже направляется навстречу, не договорив с парнями. Жанна подумала-подумала и осталась стоять на месте. Вообще-то он не просил подходить, а самой ей неохота. Сейчас надо вести себя нагло. На всякий случай.

- Где пропадала?

Спокойно. Теперь, главное, саму себе не сдать.

- Глобальную проверку дронад устроила. Потом путь искала.

- Почему не в лагере?

- Тишины хотела. Вы храпите как будто аэропорт под ухом. Ничего не расслышишь.

Что правда, то правда. Если бы Жанна не выматывалась каждый раз вусмерть, молодецкий храп здорово мешал бы ей спать.

- И как успехи?

Вспомнив запутанную линию, которая вышла на карте у дронадоводов, Жанна вздохнула.

- Ничего подходящего не нашла. Придётся делать крюк и обходить сильно на север. По крайней мере на расстояние полёта дронады. Смысла нет кружить по джунгабасу кругами. Я так думаю.

Лука слегка наклонил голову, внимательно изучая её лицо. Кожу словно лапки насекомого царапали. К счастью, длилось это недолго.

- Что? - Жанна не стала улыбаться, это было бы чересчур. Но глазами хлопнула.

- Раз ты не нашла, значит, пути действительно нет.

Она подумала секунду-другую - и зарделась. Это был комплимент. Приятно до чёртиков. Лука просто так никогда и никого не хвалит. Если сказал - так и есть.

- Спасибо.

Вскоре курсанты собрали стоянку и сделали бросок прямо на север. И оказались к лагерю студентов ещё ближе, чем были, только уже сверху. Жанна не переставала об этом думать. Всего несколько километров до них. Можно было бы встретиться, если бы не Лука. Но переубеждать командира бесполезно. Его упёртость непробиваемая. Конечно, был вариант рассказать обо всём остальным курсантам, реши они все связаться со студентами, Луке придётся принять к сведению мнение большинства. Но есть два момента. Во-первых, на это нужно время, а пока делаешь марш-бросок по джунглям или спишь на отдыхе без задних ног, последнее, что тебе охота - это болтать самой или слушать других. И во-вторых, что более важно. Жанна не была уверена, что на её сторону встанет большинство. Большинству как раз пофигу, как и что там со студентами. Уверенна Жанна была только в Генри и в Дунае. Эти два молодых человека обладали наличием крайне редкой в данное время чертой характера - настоящей и бескорыстной добротой. Ну, девчонки ещё может более мягкосердные… но не факт. Гарпия, к примеру, над феечками причитала, а про курсантов говорит так, будто они стая бешеных собак, которых следует расстрелять.

В общем, смысла не было тратить на этот вариант время.

Но и забыть Жанна не смогла.

Особенно когда пришла ночь. Вернее, когда ей приснился очередной сон.

Обычно ей снился человек в звериных шкурах, который появлялся среди ветвей и тумана, да ещё звуки и неразборчивые голоса, которые Жанну звали куда-то вдаль. Но в общем эти сны были тоскливыми, но более-менее спокойными, ровными.

А сегодняшний сон был ужасен.

Человек в шкурах не появлялся. И не мог появиться. Откуда-то, ну, как бывает во сне, Жанна совершенно точно знала, что он мёртв. Он лежит недалеко, она даже видела очертания тех деревьев, чьи тёмные ветви напоминали сухие птичьи лапы. Человек там, среди этих мёртвых деревьев, лежит на земле, и его глаза закрыты. А вокруг - тишина. Ни звука. Ни треска, ни скрипа, ни голоса. Ничего.

И окружающий мир потерял цвет. Всё заполонил густой вязкий туман. Даже небо стало монохромно серым.

Он больше никогда не придёт.

Вот такой ужас.

Жанна проснулась ещё затемно. Сердце колотилось, лицо и волосы были мокрыми от пота. Она не шевелилась, лежала, прислушивалась к ставшими уже привычными звукам ночных джунглей и повторяла, что это был просто сон. Что вообще во сне может быть страшного? Что страшного в лесу, где стоит тишина и где лежит чьё-то мёртвое тело? Да, неприятно, но ничего леденящего кровь в этом нет. Но во сне любая мелочь ощущается иначе, важным может стать любое чувство, любой предмет, который в реальности ты даже не заметишь.

Нужно было встать в туалет. Она поднялась, встретилась глазами с дежурными. Двое в разных сторонах лагеря. Она знаками спросила, можно ли ей выйти за периметр? Один включил тепловизор, проверил экран и кивнул. Потом показал двадцать метров. Дальше заходить нельзя. Жанна подняла палец - знак согласия и пошла в ближайшие заросли.

Сходила в туалет, быстро натянула штаны - а левая рука уже включала дронаду. Жанну мучила совесть. Использовать в личных интересах аппаратуру, которая нужно для спасения группы - верх эгоизма. В военное время таких людей вообще разрешено расстреливать. Ну какие у неё отмазки? Хочется убедиться, что со студентами всё в порядке? Ну напиши сообщение...

Конечно, совет написать сообщение дал бы сразу любой человек. Да только Жанна уже написала вечером, не побоялась риска. Спросила у Ахлейна, всё ли в порядке. Но он не ответил.

Жанну долго мучила совесть. Но потом она приняла следующее решение. Четыре рабочих дронады стоят на зарядке и будут использоваться ею только по делу. А пятая, предположительно сломанная, отправится к студентам. Жанна убедится, что с теми полный порядок, а заодно проверит работоспособность дронады. Если первая с честью выдержит испытание, то её также можно использовать для разведки.

То есть по сути Жанна сделает как лучше. Ей же всего разок надо, она же не станет отправлять дронаду к студентам каждый день, в конце следующего перехода та просто не пролетит такое расстояние, которое между ними будет.

Дронада зарядилась полностью. Взмыла вверх и ушла в джунгли. Жанна подождала, когда та подошла к стоянке студентов и включила камеру. Пусто. Видно, не долетела. Хотя странно. Жанна редко ошибалась, когда дело касалось её специализации. Однако следует учитывать малознакомую местность.

Жанна посмотрела на время. Нужно спешить, иначе караульные забеспокоятся. Но пока будут думать, что у неё проблемы с пищеварением. С их питанием абы чем это происходит то с одним, то с другим регулярно.

Итак, вот речной залив, где она застала четверых студентов голышом. К счастью, сейчас тут пусто. Рассвет наступил недавно, ещё толком не посветлело. Лагерь где-то поблизости.

С огромной скоростью Жанна провела дронаду вокруг места, где в прошлый раз видела что-то, похожее на лагерь.

И нашла только следы. Очаг с потухшими углями, смятая трава, оборванный мох на деревьях. Никого.

Получается, студенты ушли. Видимо, к катеру. Это было бы логично. Но даже если не к катеру… они ушли.

Видимо, это к лучшему. Жанна подняла руку, чтобы отправить дронаду обратно.

А потом увидела надпись на вытоптанной земле. Буквы были довольно большими, выложенными камнями и ветками. Всего пара слов.

“Ушли к катеру”.

Она нахмурилась. Кому, интересно, это адресовано?

Уж точно не ей.

Просто кому-нибудь? Да ладно! Никто не станет тратить свои силы на такое занятие, если только не считает, что оставить подобное послание очень-очень важно.

Ей, как и любому из курсантов сообщение проще направить на гаджет, номера, судя по тому, что сообщения приходили многим, у студентов есть. Значит, оставлено кому-то другому.

Отсюда же вывод - оставили человеку, который… у которого нет связи. Нет гаджета или села батарея. Но марка Дольцера даёт хоть какой-то заряд. Значит, у этого человека просто-напросто нет никакой связи.

И он достаточно важен для остальной группы, чтобы они оставили ему послание.

Жанна отчего-то вспомнила тот момент на стресс-тесте, когда она стояла у спуска в машинное отделение и разрывалась на части. И выбрала тот путь, по которому звала её интуиция.

Сейчас эта самая интуиция орала, чтобы Жанна искала. Чтобы она не смела сейчас отключаться и ни в коем случае не бросала студентов.

Она стала рыскать дронадой вдоль лагеря. Но так ничего не найти. В этих дебрях придётся ползать сутки. Тогда Жанна прищурилась и подумала - ну пусть тогда эта чёртова интуиция и отдувается. Пусть говорит, куда лететь.

Самой даже смешно стало. Но Жанна не собиралась отступать - она усмехнулась и закрыла глаза, а потом выставила минимальную скорость, включила дальномер и направила дронаду случайным образом. Каждый несколько секунд открывала глаза, чтобы убедиться - ничего. И снова летела дальше.

- Жанна!

Ну вот, её уже зовут. Но нельзя бросать.

- Я тут! Всё в порядке. Я… занята! - Громко сказала Жанна. Пусть думают, у неё проблемы с пищеварением. В такой момент не стоит тревожить человека.

- Если что зови.

- Хорошо!

Дежурный, судя по шагам, зашелестел обратно к лагерю. Спасибо, конечно, что волнуется и проверяет, только Жанне из-за него снова пришлось настраиваться на “волну”. Дронада дёргалась, потому что не получала указаний, куда лететь.

Жанна снова закрыла глаза и доверилась интуиции. При этом краем сознания лихорадочно думала, сколько времени может позволить себе потратить на поиски. А потом вдруг поняла - потратит сколько нужно. Даже если её за этим занятием застанет Лука. Всё равно.

Через семь минут дронада нашла человека. Жанна заметила фигуру, лежащую на земле, остановила полёт и вздохнула со странной смесью отчаяния и облегчения. Будто знала, кого найдёт.

Это был Ахлейн. Дронада запустила режим улавливания. Он был жив. Дышал. Но у него была такая высокая температура, что долго живым он не останется. Особенно в джунглях, где сумасшедшая влажность. Судя по позе, он сидел, а потом завалился набок. Ещё его рвало. Ошмётки зелёной слизи говорили об отравлении.

Жанна закрыла глаза, а после вообще обхватила голову руками.

Что делать. Что делать.

Почему его марка Дольцера дала сбой? Почему остальные ушли?

Но всё это ерунда по сравнению с главным вопросом - что делать?

Просидев ещё несколько минут, Жанна вскочила, отправила дронаду на возврат и быстро направилась в сторону лагеря. Курсанты давно проснулись и занимались сборами. Завтрак был почти готов - сильно пахло грибами. Лука при виде Жанны недовольно нахмурился.

В другой ситуации Жанна сразу бы подошла к нему и объяснила, отчего отсутствовала. Но сейчас она просто отвернулась и подошла к Дамбе.

- Где нано-кресты?

- Что?

Та даже бросила шнуровать свои ботинки.

- Где лежат нано-кресты?

- Зачем тебе?

Дамба встала, испуганно оглядывая Жанну со всех сторон. Вокруг уже собирались курсанты.

- Что происходит?

Чёрт. Лука уже здесь. Значит, без разговора не обойтись. Не вовремя, но задерживаться она не собирается! Жанна повернулась к нему и отчеканила:

- В пяти километрах южней лагеря я нашла студента. Одного. Он при смерти. И я собираюсь его спасти.