Глава 20

3 июня, четверг

Медвежье озеро

Они как раз закончили обсуждение и собрались по домам, чтобы продолжить завтра, когда позвонила Диана. Соболев находился рядом, и, не желая давать ему новые поводы для дурацких комментариев, Карпатский постарался ответить максимально сдержанно, из-за чего голос прозвучал неестественно. Услышав в динамике слова «Медвежье озеро», он стиснул зубы и едва не выругался. Следом ему сообщили про найденный мешок.

– Юля говорит, что вы, возможно, искали сегодня именно этот, – добавила Диана. – Так что приезжайте, взгляните.

– Скоро будем, – пообещал Карпатский, краем глаза замечая, как нахмурился Соболев. Сбросив звонок, он пояснил ему: – На озере нашелся мешок, возможно, тот самый. Надо забрать.

Напарник тяжко вздохнул, но спорить и отказываться, конечно, не стал.

В холле гостиницы их встретил Влад Федоров. Пожал руку Соболеву, Карпатскому только вежливо кивнул, после чего проводил обоих в закрытую часть здания, предназначенную для персонала, на общую кухню. Там оказалось неожиданно много народа: не только хозяйка гостиницы и Диана, но и Савин, сестра Федорова Кристина и еще одна девушка, которую Карпатский пока не знал: костлявая, темноволосая, явно склонная к эпатажу. Судя по возрасту, приятельница Федоровой или, может быть, Дианы.

Мешок лежал здесь же: на одном из круглых столиков. Он был примерно такого же размера, что и тот, которым задушили Киру Новикову, но действительно выглядел менее новым, более потрепанным.

– Кто и где его нашел? – поинтересовался Карпатский, беря на себя инициативу разговора, поскольку Соболев опять замер, увидев свою Кристину. Хотя, казалось бы, вторая встреча должна была даться ему легче.

– Мы, – ответила Диана, кивнув на Савина. – Когда приехали, и Денис заселился.

Карпатский надеялся, что на лице это не отразилось, но новость его не обрадовала. Савин ему не нравился. Даже больше, чем Юля Федорова, а рядом с Дианой видеть его и вовсе не хотелось. Девочка только-только выбралась из, как сейчас принято говорить, абьюзивных отношений, еще полностью от них не оправилась, как он убедился буквально вчера, а ее снова тянет, не пойми к кому. Савин – психолог и коуч, что в представлении Карпатского равнялось понятию «манипулятор». Ей определенно сейчас такое не нужно.

– В его номере? В каком именно?

Диана как-то странно посмотрела на него, как будто обиделась или его слова как минимум ее задели.

– Нет, не в номере. В подвале. В том же подвале, где в апреле мы с девчонками нашли плеер.

Это прозвучало уже лучше, но в то же время вызвало новые вопросы.

– Какого черта вы делали в подвале?

Диана принялась объяснять, Савин время от времени вставлял уточняющие комментарии, неотрывно следя за реакциями Карпатского. От его навязчивого внимания кожа начала нервно зудеть.

– Хорошо, – прокомментировал Карпатский, когда рассказ дошел до момента, когда Диана и Савин забрали мешок и вынесли из подвала. – А остальные что здесь делают? Вы, например, кто?

Костлявая темноволосая девушка, к которой был обращен последний вопрос, самодовольно усмехнулась, и, сложив на груди руки, заявила:

– Вообще-то, ведьма, но в данном случае выступаю консультантом по городским легендам и прочим байкам.

Начинается. Карпатский перевел мрачный взгляд на Федорову, и та поняла его без лишних вопросов.

– Это моя подруга по колледжу, Галя. Она увлекается… всякими такими вещами. И еще она кое-что узнала, о чем приехала нам рассказать.

Подружка Галя покосилась на Федорову с явным неудовольствием, но та выразительно округлила глаза, как бы говоря: «Давай, рассказывай!» Галя подчинилась, пусть и с демонстративной неохотой.

Сперва пересказала городскую легенду, которую Карпатский уже знал: Димыч нашел в интернете почти такую же историю. Отличало ее лишь то, что она была написана в формате рассказа от лица чуть ли не очевидца, проживающего в том же городе, где случилась загадочная серия так и не раскрытых убийств.

А вот та часть информации, в которой фигурировала некая Алина, оказалась куда интереснее. Карпатский поспешно записал данные девушки и ее спутника, которые Федорова заботливо подготовила, хотя уже давала их раньше – в общем списке гостей, отдыхавших на озере в прошлые выходные. «Может, я все-таки ошибаюсь на ее счет? – мелькнуло в голове. Но тут же интуиция возразила: – Она не та, кем кажется».

– То есть, эта Алина предположительно видела того же человека, о котором говорили вы? – уточнил Карпатский, обратившись к Кристине Федоровой.

– Вероятно, – кивнула та.

– И вы живете в том же номере, в котором останавливалась Кира Новикова с подругами, а Алина с приятелем ночевали в аналогичном номере, но этажом ниже?

– Да, именно так, – на этот раз ответила Юля Федорова. – Не знаю, насколько это важно, но оба номера – угловые. То есть расположены там, где здание делает поворот. Подвал, в котором лежал мешок, находится под ними.

Карпатский снова посмотрел на мешок, потом вернулся взглядом к Кристине.

– Вы опознаете его? Такой был на голове у человека, которого вы видели?

– Такой или похожий. – Она пожала плечами. – Я слишком недолго его видела, чтобы говорить наверняка. Еще и с приличного расстояния. Я даже не знаю, были ли на том мешке прорези для глаз.

Карпатский нахмурился, не совсем понимая, к чему этот комментарий, а Кристина посмотрела на брата.

– Про прорези я Тину спрашивал, – пояснил тот. – Ткань мешка слишком плотная, чтобы через нее что-то видеть. И если человек наблюдал за гостиницей, то ему нужны были прорези для глаз. Иначе ничего не видно, кроме источников яркого света.

– Ты проверял, что ли? – мрачно уточнил Соболев.

Федоров слегка смутился, но кивнул.

– Восхитительно, – проворчал Карпатский. И снова повернулся к хозяйке. – Кстати, Юлия Андреевна, хотел у вас спросить: вы были знакомы с Кирой Новиковой, Валерией Сорокой или Региной Девяткиной, когда учились в колледже?

Ее глаза округлились удивленно и самую малость испуганно.

– Нет. С чего бы?

– Они учились там в то же время.

Федорова растерянно пожала плечами и посмотрела на подружку Галю, словно спрашивая у той, знали ли они таких девчонок. Та ответила гораздо резче и уверенней:

– Да там миллион народа училось тогда же. У Алинки спросите, может, она их знала.

– Диана Анатольевна, у меня к вам тот же вопрос, – подал голос Соболев. Кажется, все-таки сумел наконец взять себя в руки.

– Ко мне? – удивилась Диана. – Я не училась в колледже!

– Но Кира Новикова работала в вашем салоне. Года два назад. Всего несколько месяцев, но, может быть, вы успели пообщаться?

Диана задумалась, пытаясь вспомнить, но в итоге лишь покачала головой.

– Я всегда делаю маникюр и педикюр у Дамиры, она уже много лет в салоне работает. Второй мастер у нас постоянно меняется, прям какое-то проклятие. Я их почти не вижу и не запоминаю. Они же посменно работают.

– Ладно, с этим разобрались, – подытожил Карпатский и достал из кармана пакет для улик и одноразовые перчатки. – Я хотел бы еще взглянуть на место обнаружения мешка. И хорошо бы Логинову его осмотреть. Может, тот, кто все это там разложил, оставил какие-то следы.

– Я наберу его, – вызвался Соболев. И вытащив из кармана джинсов смартфон, отошел в сторонку, чтобы спокойно поговорить.

– Сам мешок мы тоже проверим, – продолжил Карпатский, пакуя возможную улику. – Его уже все успели потрогать?

– Я не трогала, – быстро объявила Юля.

– Я тоже, – эхом отозвался Савин.

– Я тем более, – фыркнула Кристина.

– Похоже, его трогали только Диана и Влад, – задумчиво протянула Галя. – Вероятно, им обоим теперь кранты.

Карпатский замер, так полностью и не засунув мешок в пакет.

– В смысле? – напряженно уточнила Диана.

– Ну, мы ж не знаем, как Маска выбирает жертв, а как ты верно заметила, система должна быть. Может, он убивает тех, кто трогал его мешок?

– Тогда тебе лучше остаться здесь на ночь, – тут же заявил Савин.

– Да с чего бы! – на этот раз голос Дианы прозвучал не то испуганно, не то возмущенно.

– А вдруг убийца уже поджидает тебя во дворе или в подъезде?

– Да откуда ему знать, что я трогала чертов мешок?

– А если это… – он осекся, покосившись на Карпатского. – Ну, ты понимаешь… Не совсем человек?

– Так, перестань ее запугивать! – одернул тот, наконец закончив с мешком. – У нас нет оснований предполагать, что убийство Новиковой хоть как-то связано с этой вашей городской легендой. У нас пока только одна жертва. Весь антураж с мешком может быть просто ложным следом или…

– Теперь у нас две жертвы, – перебил вернувшийся после разговора Соболев. – Женщина найдена задушенной недалеко от салона красоты, в котором работала Новикова. На голове мешок. Группа уже выезжает, так что Димыч пока занят.

– Кто? – лаконично поинтересовался Карпатский.

– По описанию похожа на Валерию Сороку.

Карпатский поджал губы, шумно вздохнул и обвел всех присутствующих взглядом.

– Значит так… Заприте подвал и ничего там не трогайте. Эксперт приедет, как только появится возможность. Но, скорее всего, это будет уже завтра утром. Ты, – он повернулся к Соболеву, – отправляйся по адресу, а я подъеду позже.

– А ты куда? И на чем? – удивился Соболев.

– А я провожу Диану Анатольевну.

* * *

Никто не стал оспаривать решения Карпатского, уж Диана точно не собиралась отказываться от его компании. И не потому, что чего-то боялась.

Лишь Денис снова придержал ее за локоть, не давая уйти.

– Ты не обязана ехать, если не хочешь. Он не может тобой распоряжаться.

– Я знаю, – улыбнулась Диана, – но лучше поеду.

– Уверена? Дома ты совсем одна, а здесь полно народу.

Она это понимала, но гораздо увереннее чувствовала себя в квартире, где прожила почти пять лет и где имелась надежная щеколда, чем в гостинице, с которой ее связывали не самые приятные воспоминания.

– А как же ужин? – печально уточнил Денис. Вероятно, в качестве последнего аргумента.

Это почти подействовало: Диана не любила отказываться от обещаний. Но в данном случае обстоятельства можно было признать форс-мажором. И все же ее голос прозвучал немного виновато, когда она ответила:

– Давай, в следующий раз.

– Завтра? – тут же предложил Денис.

– Возможно.

– Тогда до завтра.

Она не стала напоминать, что означает слово «возможно»: ей не хотелось задерживать Карпатского, а тот уже стоял в дверях и поглядывал на них с нетерпением и легким недовольством.

Миновав проселочную дорогу и выехав на шоссе, Диана поинтересовалась у сидящего на пассажирском месте полицейского:

– Что вы думаете об этой городской легенде? Ну, про убийцу в джутовой маске?

– Честно говоря, я думаю о других вещах, – отозвался тот, глядя сквозь лобовое стекло на дорогу так сосредоточенно, словно сам был за рулем.

Диана улыбнулась, но не пожелала отступить.

– А если все-таки подумать о ней и применить к нашей ситуации?

– Если все-таки подумать, то вывод будет таким же, как и про любую другую подобную легенду, – хмыкнул Карпатский. – Тот еще бред и страшилки для детей.

– Но если это бред и страшилки, почему вы поехали со мной? – поддела она.

Краем глаза Диана заметила, как Карпатский ненадолго повернулся, разглядывая ее профиль.

– Я не верю во всякую чертовщину, в проклятые мешки и убийц, восстающих с того света. Но я не могу отрицать существование чокнутых психов, которых на убийства вдохновляют самые разные вещи. Мне кажется подозрительным, что мешок подсунули сначала четырем подругам, и теперь две из них мертвы, а потом – вам. Допускаю, что вы случайный получатель, но не могу исключать и вероятность того, что именно для вас его там положили. Я уже говорил: лучше несколько раз съездить вхолостую, чем один раз приехать на труп.

Диана задумалась и после небольшой паузы возразила:

– Мешок не мог адресоваться мне. Я оказалась там случайно.

– Нет, не случайно. Вас туда привел Савин.

– Он здесь ни при чем.

– Уверены?

– Почти. Скорее да, чем нет.

– А я не уверен. Я вообще ни в чем не могу быть уверен, пока у меня нет на руках фактов. Поэтому я еду с вами. У меня встречный вопрос: вы верите в легенду?

Диана промолчала, делая вид, что слишком сосредоточилась на перестроении ради поворота, но вскоре угодила в легкий затор перед светофором и была вынуждена все-таки ответить:

– Я допускаю, что она правдива. Я видела на Медвежьем озере слишком много всего странного, чтобы полностью исключать такие вещи.

Карпатский тоже не стал торопиться, то ли обдумывая ее слова, то ли борясь с собой, чтобы вновь не объявить все это бредом.

– Тогда почему вы едете домой со мной, а не остались на озере с ними? В одном Савин прав: там много людей, а дома вы одна.

Надо же, он слышал их разговор…

– Во-первых, я считаю свою квартиру более безопасным местом. И если вы собираетесь проводить меня до самой двери…

– Несомненно.

– …То я не вижу причин опасаться. Когда дверь заперта, бояться нечего.

– А во-вторых?

Диана закусила губу, размышляя, стоит ли говорить с ним об этом, но в итоге решила, что стоит. Пусть Карпатский не верит в подобные вещи, но информацию он все равно воспринимает. А потом использует.

– Во-вторых, я думаю, что в легенде опущен какой-то важный момент. Вероятно, он потерялся в пересказе или что-то в таком роде. Должен быть другой принцип, по которому убийца в джутовой маске выбирает жертв. Кем бы он ни был.

– С этим я, пожалуй, соглашусь, – пробормотал Карпатский. – У убийцы есть мотив, это не маньяк, выбирающий случайных жертв. Думаю, он лишь стилизует убийства. И, скорее всего, он еще не закончил.

– Разумно ли тогда вам тратить время на меня вместо того, чтобы сразу поехать на место преступления?

– Не так уж много времени я собираюсь на вас потратить. А туда я еще успею. Там теперь работы на полночи.

Он почти сумел подавить вздох, но Диана все равно его уловила и скосила глаза на приборную панель, где светилось время. Почти девять. А он наверняка с утра на работе. И теперь до ночи? А завтра снова с утра? Какой-то кошмар…

– Вы не устаете от такой работы?

– Это служба.

– Что?

– В полиции служат, а не работают. Как в армии. Хотя, конечно, сейчас к этому иначе относятся. Но не зря же у меня есть погоны. А служба – штука такая. Круглосуточная.

– Думаю, на усталость это не влияет.

– Тут вы правы.

На это Диана ничего не ответила, но скорость прибавила, стараясь добраться до дома побыстрее, чтобы не задерживать его дольше, чем необходимо.

Карпатский действительно проводил ее до двери квартиры и даже попросил разрешения проверить внутри, как накануне. Это, вероятно, имело смысл: вдруг то проникновение как-то связано с тем, что происходит сейчас? Диана не стала возражать, но на этот раз не осталась ждать у дверей лифта, а вошла в прихожую вслед за полицейским.

Он вновь прошел по всем комнатам, включив везде свет и проверив шкафы, а заодно и санузел. Убедившись, что все в порядке, вернулся в прихожую. Диана ждала его там, но успела беспечно разуться.

– Все хорошо? – уточнила с улыбкой.

– Да. Главное – не забудьте запереть за мной дверь. И задвинуть щеколду. Я, конечно, предложил бы вам побыть дома, пока мы во всем не разберемся, но понимаю, что вы все равно меня не послушаете.

– Вы правда считаете, что это так необходимо? – удивилась Диана.

Карпатский пожал плечами.

– Не знаю, но мне было бы спокойнее.

– Не могу вам этого обещать, но я буду осторожна, честное слово.

Он кивнул, как бы говоря: «И на том спасибо», но почему-то не торопился уйти. Его взгляд задержался на ее лице, Карпатский как будто о чем-то размышлял.

– Я бы предложила вам чай с тортом, там еще много осталось, – неуверенно произнесла Диана, когда ей показалось, что пауза неприлично затянулась, – но вы же торопитесь?

– Да, конечно, тороплюсь, – встрепенулся он и взялся за ручку двери.

– Спасибо, что проводили.

– Всегда пожалуйста. Звоните, если что.

– Если что? – с чуть лукавой улыбкой уточнил Диана. – Если меня понадобится снова проводить?

– Если еще что-то узнаете, – пояснил Карпатский. – Или что-то напугает, даже если только померещится. И даже если просто нужно будет с кем-то поговорить… В общем, звоните, если что-то будет нужно.

Он сказал это с таким серьезным выражением лица, что Диана в ответ лишь поблагодарила и пообещала обязательно воспользоваться его предложением. После чего Карпатский наконец вышел, а она торопливо заперлась на все замки, в том числе задвинула щеколду.

И, повинуясь внезапному порыву, осторожно посмотрела в глазок.

Карпатский стоял за дверью, задумчиво глядя на нее, как совсем недавно смотрел на Диану, но на этот раз через несколько секунд он очнулся сам и торопливо зашагал к лифту.

А она вспомнила, что оставила в машине спортивную сумку, проездившую с ней весь день.