Глава 12

Всё происходит слишком быстро.

Я даже не успеваю испугаться. Не успеваю ничего сообразить.

— Ложись! — рычит Рейтан, отстраняясь от меня и подталкивая к каменной стене.

Но я не успеваю.

В воздухе свистят стрелы — не обычные, а пылающие магическим огнём. Они летят прямо на нас, слегка искривляют траекторию в полёте, словно сами ищут цель.

— Они самонаводящиеся! — выплёвывает яростно РейТан и заслоняет меня собой.

— Не-е-е-еттт! — у меня вырывается отчаянный крик, пока я наблюдаю, как стрела летит в его грудь.

Но маг успевает взмахнуть рукой. В последний момент.

Воздух уплотняется и взвивается стеной. Прямо перед нами, отгораживая от стрел! Они ударяются о невидимый барьер и отскакивают. Парочку из них он даже магией отправляет назад. Отчётливо слышны крики стражников на стене.

— Держись за меня!

Одной рукой РейТан притягивает меня к себе, прижимая к боку, а другой поддерживает щит.

Цепляюсь за него, вдыхая запах грозы и чего-то дикого, сводящего с ума. Даже в смертельной опасности близость к магу заставляет моё сердце биться ещё быстрее, чем от страха.

— Щит долго не выдержит, — выдыхает он. — Нам надо уходить.

— Куда?! — я в панике осматриваюсь вокруг. Нас окружает только камень и пустота.

Тут Рейтан издаёт странный, протяжный звук — что-то среднее между свистом и воем. Совсем не похоже на человеческий голос. Аж мурашки пробегают по спине… под неожиданные звуки хлопающих крыльев в небе.

Сотни чёрных птиц — воронов, галок, соколов — слетаются к стенам крепости, кружат, пикируют на стражников, отвлекая их от нас и создают живой, хаотичный вихрь. Стражники кричат, отмахиваются, не могут прицелиться ни в нас, ни в птиц на таком близком расстоянии.

— Китти, надо прыгать вниз! — голос мага прорезает хаос птичьих криков и человеческих воплей.

— Что?! — я смотрю на ревущие внизу волны. — Я не умею плавать! И я боюсь высоты!

— Ты мне доверяешь? — его глаза, такие серьёзные и решительные, впиваются в мои.

Я открываю рот, чтобы ответить, но он не ждёт. Он запросто подхватывает меня на руки. Так, что я чувствую себя принцессой из волшебной сказки.

— Я замедлю падение магией воздуха! — обещает он и тут же прыгает с уступа.

И мир переворачивается вокруг нас, пока вся жизнь мелькает перед глазами, а из груди выбивает дух.

На секунду мне кажется, что я могу разглядеть мужские черты. Очень красивый… только вот кожа странного серо-зелёного оттенка. Мне кажется или его уши заострены на концах?

Всё-таки кажется. От страха!

Мы летим в пустоте, ветер ревёт в ушах. Визжу от ужаса, но одновременно с этим голова кружится от восторга.

Мужские руки крепко удерживают меня, а вокруг нас скручиваются потоки воздуха, замедляя падение, как он и обещал. Теперь мы не падаем, а парим, словно танцуем с ветром.

Какой же маг бесстрашный! И всё это ради меня?

А ещё он такой уверенный, что его уверенность и спокойствие передаются мне. Страх отступает. Я верю, что этот маг сможет меня спасти. Сделает всё, что угодно для меня.

Я улыбаюсь. Но… морская гладь стремительно приближается. Опять перестаю дышать. Просто цепляюсь за моего спасителя сильнее.

А РейТан снова издаёт странный звук — глубокий и рокочущий, как песня океана.

И прямо перед нами из воды выныривает… чудовище? Огромное, блестящее, размером с целый дом.

Визжу от ужаса, но РейТан лишь крепче прижимает меня к себе.

— Не бойся! — смеётся он, и в его голосе столько радости, что я не верю своим ушам. — Это друг!

Его друг — кит?

Мы приземляемся на широкую, скользкую спину!

Дрожу всем телом от потрясения. Огромное существо мягко покачивается на волнах, и я чувствую под собой его размеренное, могучее дыхание.

— Он... настоящий? — шепчу я.

— Ещё какой настоящий, — РейТан не отпускает меня, позволяя привыкнуть к новым ощущениям. — И он нас отвезёт подальше от этого проклятого места.

Кит начинает плыть, а я так и прижимаюсь к РейТану, не в силах его отпустить. Даже, когда страх отступает и сменяется восторгом от того, что происходит вокруг нас.

Маг и сам не спешит отпустить меня. Это взаимное желание, о котором неприлично говорить вслух. Но мне в его объятиях безумно приятно и хорошо.

Мы скользим по волнам, как во сне. Над нами простирается бездонное небо. Брызги воды освежают разгорячённое лицо, а под нами движется живая гора, унося нас прочь от крепости, бывшей моей тюрьмой.

Как же мне нравится эта поездка...

В мужских объятиях незнакомого мага.

Нельзя так обниматься с незнакомыми мужчинами! Но если очень хочется… и никто не видит, никто не узнает… то… жмурюсь и прижимаюсь к нему ещё сильнее. Как будто, так и должно быть.

Время, кажется, замирает.

Могучая спина кита мерно качается на волнах, унося нас прочь.

Я пригреваюсь на груди РейТана, хотя понимаю, что он мог бы меня уже давно отпустить. Но, кажется, он и сам не хочет.

Только бы не началась морская болезнь. Обычно я плохо переношу качку. Но кит движется спокойно. И меня совсем не мутит.

Я искоса подсматриваю за магом. РейТан откинул голову, подставив лицо солнцу, и блаженная улыбка трогает уголки суровых губ.

Я всё ещё не могу разглядеть его черты полностью, они ускользают, как в тумане. Даже не знаю, мне это нравится или нет.

— Куда… куда мы плывём? — наконец решаюсь нарушить тишину.

Маг открывает глаза и вглядывается в побережье, густые чёрные волосы развевает ветер.

— Сейчас тебе не следует возвращаться домой, Китти. Надо туда, где тебя не будут искать. Я хочу тебя спрятать. Вон впереди берег, укрытый от ветров. Там могут быть люди, но могут быть и пустые дома. Мой друг доставит нас туда, а дальше мы пойдём пешком.

— Ты… ты знаешь эти места? — спрашиваю я, пытаясь заглянуть ему в глаза.

РейТан колеблется.

— Я не из здешних мест… но я вижу не только землю. Я вижу магические потоки. Чувствую, где есть жизнь, а где запустение. Я вижу, что вон та бухта вдалеке, у подножия Крутых гор, спокойна. Похоже, там никто не живёт. Мы сможем там передохнуть.

Он говорит так уверенно, но я не могу отделаться от вопросов.

— Как… как ты нашёл меня? Почему решил спасти? Откуда ты знаешь моё имя?

Рейтан вздыхает, его улыбка становится печальной.

Он нежно гладит меня по руке, а потом показывает свою. На ней, обвивая мощное предплечье, расцвёл точно такой же серебряный эдельвейс, как и у меня.

— Это не печать принуждения, как тебе пытался втолковать инквизитор, это… Китти, ты что-нибудь слышала об истинных парах?

Качаю головой.

— Нет… что это за пары?

Я с удивлением разглядываю татуировку мага. Такая же, как у меня…

И… неосознанно я начинаю обводить пальцем контуры рисунка. Я чувствую твёрдые, как камень, мышцы, а на них нарисован слишком уж нежный цветок. От моего прикосновения татуировка начинает отсвечивать мягким, жемчужным светом.

Я вдруг замечаю, как Рейтан застывает, затаив дыхание. Боги! Что я творю?

Смущённо отдёргиваю руку.

— Не надо, пожалуйста, продолжай, — голос мага становится хриплым. — Мне нравится. Очень.

Я робко возвращаю руку на место.

— Истинные пары, — продолжает он, — это те, кому предназначено быть вместе самой судьбой. Я почувствовал, что ты сорвала цветок судьбы. И я нашёл тебя. — РейТан делает паузу и добавляет тише: — Китти, я очень давно ждал тебя…

— Судьбой? — я хмурюсь. — А если тебе предназначено, а ты не полюбишь этого человека? Или не сможешь ему доверять? Разве это нормально? Что твою судьбу за тебя решает какой-то магический цветок?

Рейтан напрягается. Чувствую, как каменеют мышцы на его руке под моим пальчиком на татуировке.

— Я… я уже всё для себя решил, Китти. Мне нужна только ты. И мы с тобой — самая настоящая, истинная пара, — он сглатывает.

А потом спрашивает.

С надеждой.

А ещё… как будто в его словах проскальзывает страх?

— А ты, маленькая моя, — пауза, он снова сглатывает, — что-нибудь чувствуешь? — его вопрос обрывается, а потом маг тихо договаривает: — Ко мне…

Щёки вспыхивают моментально.

Я чувствую. Ещё как чувствую.

И это притяжение, и это странное спокойствие рядом с ним. А чего стоит то, как мой огонь слушается мага… Как РейТан может усмирить его во мне. Правда, это лишком интимно. То, как он это делал… и я сгораю от желания и хочу повторить! Но, боги!

Признаться в этом?

— Я… я не знаю тебя, — лепечу, закусываю губы и отвожу глаза. — Ты ничего толком о себе не говоришь… Откуда ты?

Маг колеблется. Я чувствую его сомнения. Всё-таки не расскажет?

— Я из западных земель, — наконец отвечает он. — И скоро я приду за тобой, Китти. Но сначала я спрячу тебя, чтобы убедиться, что тебе ничего не грозит. А потом вернусь в своё тело и приду.

Уверена, он что-то не договаривает. Но что?

— Почему ты сам сразу не пришёл, а отправил своё призрачное тело ко мне? — спрашиваю я, решившись поднять на него глаза.

— Потому что я далеко, — маг нежно убирает прядь волос с моего лица. — А тебе грозила опасность, я почувствовал это. И я сделал всё, что мог, чтобы спасти тебя.

Монотонная качка успокаивает. Но мне не стоит закрывать глаза, чтобы не вызвать тошноту. И я осмеливаюсь задать вопрос, который давно вертится на языке.

— РейТан… почему я не могу тебя как следует разглядеть? Твоё лицо… оно постоянно ускользает.

Маг вздыхает, и его грудь тяжело вздымается.

— Потому что здесь, с тобой, лишь малая часть меня, — говорит он тихо. — Моя астральная проекция. Основные силы я направляю на поддержание связи с телом, а не на то, чтобы рисовать себе лицо.

Я задумываюсь.

— Но… когда мы прыгали с утёса… мне показалось, на одно короткое мгновение я тебя увидела.

Чувствую, как маг напрягается.

— Что именно тебе удалось разглядеть? — его голос звучит настороженно.

А я краснею и отвечаю совсем тихо:

— Что ты очень красивый.

Он тихо выдыхает. Мне кажется, что с облегчением.

Неужели он думает, что может мне не понравиться? А может, я и не видела его настоящие черты, а просто всё себе придумала от страха? Вдруг он на самом деле некрасивый или даже урод?

Хотя, разве это имеет значение?

Я понимаю, что влюблена в него. Какая разница, как он выглядит? Имеет значение только то, что он, действительно, заботиться и переживает обо мне. Он меня спас. И я безоговорочно верю ему.

Но вслух не признаюсь. В смущении закусываю губу и… вдруг вспоминаю про ещё одну деталь.

— Но твои… уши. Мне показалось, что у тебя заострённые уши.

И, прежде чем он успевает что-то сказать или сделать, я поддаюсь внезапному порыву. Руки сами тянутся к его голове, чтобы проверить.

РейТан не успевает меня остановить.

Нахожу его ухо, скрытое в густых волосах, и замираю. Оно и правда… заострённое на кончике. Как у лесных эльфов из сказок. Я нагло, совершенно забыв о приличиях, ощупываю его, водя пальцем по изящному изгибу.

Нежное, бархатистое и обжигающе горячее. Кончик уха настолько тонкий, что я чувствую, как под кожей бьётся его кровь.

И тут он издаёт звук. Низкий, утробный, похожий на рычание и стон одновременно. Он резко втягивает воздух и запрокидывает голову.

— Китти… не надо…

Но я не слушаю. Я нахожу второе ухо. Оно такое же. Мои пальцы исследуют его, и он снова не может сдержать этот странный, будоражащий кровь звук.

— Что ты творишь… я же не железный… — его голос хрипит.

Я чувствую, как напрягается его тело. И не только плечи и руки, сжимающие ещё сильнее меня. Его вмиг закаменевшее возбуждение упирается мне в бедро.

У меня пересыхает в горле и сушит во рту. Боги. Он возбуждён. От моего прикосновения к его ушам?

РейТан перехватывает мои руки, отрывает от себя, стальной хваткой удерживает их, пока сам тяжело и судорожно выдыхает.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — говорит маг. Его голос напряжён до предела. — Что-то очень важное. Я не знаю, как ты к этому отнесёшься, но я не хочу, чтобы между нами были секреты.

Он собирается с духом. А я затаиваю дыхание, готовая выслушать его…

Но вдруг мир качается передо мной.

Ледяная волна тошноты поднимается из желудка к горлу. Голова кружится, перед глазами всё плывёт.

Это не просто морская болезнь. Это моя Хворь, разбуженная страхом, волнением и его близостью, отзывается на качку с удвоенной силой. Я бледнею, холодный пот проступает на моём лбу.

Я шепчу:

— Рейтан… мне плохо…

Маг моментально изменяется в лице. Он беспокоится за меня больше, чем я сама.

— Тише, маленькая моя, тише, — он обнимает, укладывая мою голову себе на плечо. — Дыши. Просто дыши со мной.

И начинает дышать — глубоко, размеренно, и я, лежу головой на его груди и как утопающий за соломинку, цепляюсь за этот ритм.

Его забота, его нежность окутывают меня, словно тёплым одеялом.

РейТан держит меня крепко, не давая волнам сбить моё равновесие.

Очень осторожно, он отстраняет меня от себя и разворачивает, усаживая к себе спиной.

— Дыши глубже, — его голос звучит прямо у моего уха. — Смотри на горизонт, а не на волны. Отдай морю свою слабость, а от меня возьми силу.

Он кладёт ладонь мне на живот, и тёплая, успокаивающая магия вливается в меня, унимая тошноту. Это не грубое исцеление, а мягкая, обволакивающая поддержка, которая говорит о его заботе громче любых слов.

Чтобы отвлечь меня, он начинает показывать мне чудеса.

По его зову к киту подплывает стайка дельфинов. Они выпрыгивают из воды, играют, словно приветствуя нас.

— Все живые существа в мире связаны, — тихо объясняет Рейтан. — Маг может общаться с ними не словами, а чувствами. Ты тоже так можешь, — говорит он мне. — Твой огонь — это не только разрушение. Это тепло, это свет, это жизнь. Попробуй… просто почувствуй радость этих созданий.

Он берёт мою руку и помогает мне «дотянуться» своим сознанием до дельфинов. На одно короткое мгновение я ощущаю их восторг от скорости и солёных брызг. Это ошеломляет меня.

Кит замедляет ход перед укрытой скалами бухтой, мягко подвозит нас к самому берегу и замирает, позволяя нам соскользнуть на мокрый песок.

Я чувствую твёрдую землю под ногами, и мир перестаёт качаться. Тошнота совершенно отступает.

РейТан так и не отпускает мою руку, наоборот, плотнее переплетает наши пальцы, заставляя тихо млеть. Он поворачивается к нашему гигантскому спасителю.

— Спасибо тебе, друг, — его голос звучит глубоко и мягко, а кит в ответ издаёт низкий рокочущий звук, словно понимая его.

— Коснись его, — шепчет маг. — Поблагодари.

Я с опаской протягиваю свободную руку и касаюсь гладкой, прохладной кожи кита.

— Спасибо, — шепчу я с благодарностью и благоговением перед живой махиной, которая нас спасла.

Кит издаёт ещё один звук, обдаёт нас на прощание фонтаном тёплых брызг и, плавно развернувшись, уходит в глубину.

Мы остаёмся на берегу одни.

РейТан не отпускает мою руку. Он поворачивается ко мне, свободной рукой поглаживает мою щёку. Его прикосновение такое нежное, такое трепетное, что я замираю, боясь дышать.

— Ты как? — спрашивает он, всматриваясь в моё лицо.

— Уже лучше, — отвечаю я, утопая в нём.

Маг медленно наклоняется, и я закрываю глаза, ожидая поцелуя.

Но вместо этого он прижимается своим лбом к моему, переплетает наши пальцы и на другой руке.

Я снова чувствую невероятную волну спокойствия и силы, которая исходит от него.

— Я так боялся за тебя, — шепчет он. — Когда почувствовал твою боль…

Мы стоим так несколько бесконечных мгновений, посреди пустынного пляжа, в полной тишине, нарушаемой лишь шумом волн. Его близость пьянит, его забота обезоруживает. Я понимаю, что пропала. Окончательно и бесповоротно.

Наконец, он неохотно отстраняется.

— Нам нужно идти. Найти укрытие до темноты.

Мы идём по берегу, и чем дальше отходим от воды, тем отчётливее я понимаю, что узнаю это место. Этот кривой дуб у дороги, этот завалившийся колодец… что-то знакомое, из глубокого детства. Но я не могу ухватить воспоминание.

— Я чувствую твою печаль, связанную с этим местом, — тихо говорит Рейтан, словно слышит мои мысли.

И тут меня пронзает.

Картинка из прошлого вспыхивает перед глазами так ярко, будто это было вчера.

Вот мы с Лиамом, нам по десять лет, бежим по этой самой дороге, хохоча, и прячемся за этим дубом, играя в прятки. Его дом — первый на въезде в деревню, с красной черепицей и геранью на окнах.

Я останавливаюсь как вкопанная. Неверие. Этого не может быть.

РейТан отчего-то тоже становится серьёзным. Он молчал всю дорогу, как будто усиленно что-то обдумывал.

— Китти, мне очень нужно тебе рассказать кое-что важное о себе…

Маг набирается смелости, открывает рот, но я его перебиваю.

— Постой… — шепчу я, и сердце начинает стучать где-то в горле. — Это… это дорога к дому Лиама.

— Кто это? — напрягается маг.

Лиам… Я снова вижу смеющееся лицо мальчишки, его веснушки, его сбитые коленки. А потом… до нашего городка донеслись слухи.

«Крутогорье сожгли. Орки напали. Никто не выжил».

Растерянность сменяется болью. Острой, режущей, как тогда, десять лет назад. Я снова та маленькая девочка, которая плачет, потому что её лучшего друга больше нет. Слёзы внезапно наворачиваются на глаза и сами катятся по щекам.

— Лиам — мой друг. Ему было всего десять, — говорю я, и мой голос дрожит. — Орки… они убили его.

Боль перерастает в злость.

Злость на судьбу, на этих безжалостных тварей, на собственное бессилие.

Почему он? Почему его семья? За что? Эта несправедливость захлёстывает меня, и слёзы высыхают, уступая место холодной ярости.

— Я ненавижу их! — выкрикиваю последние слова, и ненависть, горячая и ядовитая, поднимается из самой глубины души, заставляя кровь стучать в висках. — Орки не люди, они монстры!

РейТан вздрагивает от моих слов.

Ярость — это огонь. Моя Хворь — это огонь. И сейчас они сливаются в одно целое.

Я кричу, и вместе с криком из моих ладоней вырывается волна слепящего пламени. Она ударяет в кривой, старый дуб — тот самый дуб, за которым мы прятались с Лиамом в детстве.

Сухое дерево вспыхивает, как факел.

Ярость мгновенно сменяется ужасом.

Я смотрю на свои руки, на пылающее дерево, и тошнота подступает к горлу. Животный страх перед собственной силой парализуют меня.

Вот, и Алия не удержала контроль и сожгла тот проклятый амбар.

— Нет… нет, нет, нет… — шепчу я, отступая от огня, от самой себя.

РейТан не пугается пламени. Он смотрит не на огонь, а на меня, на мой ужас. И делает шаг ко мне.

— Не подходи! — кричу я, думая о том, как убежать. — Я опасна!

Но маг не слушает.

Резким, смазанным движением он сокращает расстояние между нами, сгребает меня в охапку и прижимает к себе так крепко, что я не могу вздохнуть. Его язык неумолимо врывается ко мне в рот.

Это не нежный, трепетный поцелуй.

Это поцелуй-требование, поцелуй-усмирение. Властный, почти жестокий. Он не спрашивает, он берёт и подчиняет меня себе.

И я чувствую, как вместе с моим дыханием он втягивает в себя мой огонь, мою боль, мою Хворь. Он пьёт её, как воду, и я ощущаю, как бушующее пламя внутри меня утихает, превращаясь в тёплые, послушные ручейки.

Когда РейТан отрывается от моих губ, я стою, обессиленная и опустошённая, всё ещё оглушенная воспоминаниями.

Я поднимаю на него глаза, и на одно короткое мгновение туман, скрывающий его черты, рассеивается. Я вижу его лицо — мужественное, с высокими скулами, твёрдым подбородком и глазами, в которых плещется такая нежность, что у меня перехватывает дыхание.

Он действительно очень красивый. Мне не показалось.

Но почему-то его лицо вдруг становится… зелёным? Тут же подёргивается дымкой и снова расплывается.

Это всё дурацкие разговоры про орков! Воображение шалит. Привидится же.

— Ну хоть тебе я могу доверять? — мой голос дрожит. — Да? Ты ведь не обманешь меня? Что ты хотел мне рассказать? — спрашиваю я, вытирая злые слёзы.

РейТан молчит несколько долгих мгновений.

А потом говорит, и его голос звучит глухо и отстранённо:

— Хотел сказать, что если на этой земле была опасность, то люди будут избегать этих мест. Никто не будет искать нас здесь. А заодно… мы сможем узнать, что здесь произошло на самом деле.

— А что тут знать?! — взрываюсь я. — Эта деревня недалеко от Магической Завесы! Эти зелёные дикари напали и всех убили! Они не люди, они монстры! И заслуживают только смерти.

Маг стискивает зубы и снова тягостно молчит. Да что с ним такое? Неужели он не согласен со мной?

Я отворачиваюсь, не в силах вынести его отчуждения, смотрю на догорающий дуб.

Пепел кружится в воздухе, как чёрный снег. Ярость ушла, оставив после себя лишь горькое послевкусие и звенящую пустоту.

Не говоря ни слова, я иду вперёд, по заросшей тропинке, которая когда-то была дорогой. Не знаю, зачем иду, просто ноги сами несут меня к единственному месту в этой мёртвой деревне, которое я помню.

К дому Лиама.

РейТан молча следует за мной. Он не пытается меня остановить или заговорить, он просто держится на несколько шагов позади, и я чувствую его присутствие, как тень, словно он мой молчаливый страж.

Не могу сдержать лёгкую улыбку, которую ему, конечно, не покажу. Маг не собирается меня бросать, хотя почему-то между нами возникло непонятное напряжение.