Глава 12

Посетить Джиннистан могли только те, у кого в компании были драконы, грифоны, джины, демоны, ангелы или маги, обладающие способностью левитировать кого-то, кроме себя. Без умения передвигаться по воздуху, оказаться на краю города было невозможно, – он ведь не просто нависал над плато огромным туманным облаком. Он летал!

Но мы втроем: я, Нибрас и Бхинатар, довольно быстро осилили подъем всей нашей команды. Водрузили на край всех, вместе с ящерами и, повернувшись к заинтересованно изучающим нас великанам, попытались сделать независимые лица. Нибрас с поклоном произнес слова приветствия на певучем языке, в котором каждое слово переплеталось с предыдущими, и понять, где кончается одно и начинается другое, было совершенно невозможно. Один из джинов ему ответил громким, но приятным голосом и что-то спросил, судя по интонации. Нибрас цветасто и длинно представил нас, кивая в сторону каждого, по очереди. Джины переглянулись, пожали плечами и открыли перед нами ворота.

Я облегченно выдохнула, только сейчас отметив, что едва дышала, ожидая решения клыкастых монстров. Как ни странно, хотя двери и были рассчитаны по размеру на гигантов, их охраняющих, все остальные строения в городе были рассчитаны на существ не намного выше нас.

- Нибрас, - поинтересовалась я, хотя и вслух, но негромко, - а джины все такие огромные?

Меня еще на плато встряхнуло до мурашек, как только я представила, что в нашей команде окажется такой вот гигант с милой клыкастой улыбкой. Волновала эта проблема не одну меня, потому что остальные сразу стали прислушиваться и поглядывать на демона в ожидании ответа.

- А они разные, - пожал плечами Нибрас и как-то не очень хорошо усмехнулся. – Это создания огня или воздуха, бестелесные, неосязаемые и предстающие в том образе, в каком им на данный момент хочется. Стражам города нравится выглядеть внушительными и устрашающими, а большинство жителей предпочитает более скромные размеры. Хотя, в основном, вся эта красота рассчитана на гостей города, потому что бестелесным джинам не нужно ни домов, ни еды, ни воды.

- Прозрачные громилы, я же говорил! – как-то с чересчур ехидной бодростью в голосе буркнул Ярим и нервно оглянулся по сторонам.

До меня тоже, наконец, дошел намек насчет бестелесности и, приглядевшись, я заметила, как по улицам мелькают то вытянутые уплотненные сгустки тумана, то разрозненные огненные всполохи.

Нибрас улыбнулся крутящемуся вокруг нас облачку, у которого материализовалось прозрачное лицо и что-то спросило. Демон ответил и вновь внимательно выслушал дымчатое нечто, с лицом обычного пожилого лысого мужчины.

Тут у облака появились руки, и оно принялось размахивать ими, показывая нам направление. Мы все старательно следили за быстрым мельканием, сопровождаемым певучей тарабарщиной, но я лично вскоре поняла, что запомнить, куда там нас послали, не в состоянии.

Наконец, Нибрас и облако раскланялись, и мы поскакали по улицам светлого и чистого, но абсолютно пустого города. Жилых домов здесь не было, только открытые или спрятавшиеся под круглыми крышами террасы, с резными перилами и балками, а также высокие башни и низенькие широкие здания непонятного предназначения. Через точные промежутки мы натыкались на колонны, на которых было написано что-то крупным витиеватым шрифтом, таким же переплетающимся, как и речь джинов. Узенькие пробелы едва заметно разделяли один набор кракозябр от другого. Но демон что-то понимал, потому что несколько раз останавливался у таких колонн и читал.

И вот, у очередной из башен, задрав голову как можно выше, Нибрас прокричал очередную непонятную фразу, в которой несколько раз повторялось: Илат и Накрин. Продвинутая я сразу вспомнила, что Накрин – это название маски, а Илат – имя дракона воздуха. Вскоре вокруг нас заплясали туманы и всполохи, закрутились как в хороводе, зашумели, переговариваясь между собой и, наконец, перед ящером Нибраса материализовался молодой мужчина, сверкающий так, что у меня глаза заслезились.

Когда мы вылезли из портала, солнце уже взошло, но оказалось плотно затянуто тучами, и это маленькое везение в очередной раз мне напомнило о том, какие мы все же беззащитные. Не окажись этих спасительных туч, нам пришлось бы как-то выкручиваться, чтобы проскользнуть в Джиннистан, не ослепнув от ярких солнечных лучей. Теперь же перед нами стоял и сиял высокий мускулистый мужчина, ослепляя, заставляя зажмуриться и отвести взгляд в сторону.

- Вай, красавица, я так тебе не нравлюсь? Чего это ты лицо сморщила, как будто кислый лимон съела?

Я скосила глаза в сторону сверкающего объекта, чтобы убедиться, – это говорил он, и его слова были обращены ко мне.

- Нет, просто слишком ослеплена твоим великолепием, - раз он со мной заигрывает, значит, мне можно слегка поехидничать, наверное. – Яркость поубавь немного, если не трудно.

- Для такой красивой девушки звезду с неба достать не трудно, - и мужчина перестал сиять, став, вообще, неотличим от обычного человека. Золото волос было перетянуто в тугой хвост на затылке, раскосые и вытянутые к вискам карие глаза поблескивали рыжиной, как у Ярима. Хищные, грубоватые черты лица и мускулистое тело, сразу привлекали внимание, и не оставалось никаких сомнений, что перед нами был сильный боец. Правда, я тут же напомнила самой себе, что это – джин, и он выглядит так, как ему в данный момент хочется.

- Меня зовут Сохрэб, - представился мужчина. – И по решению семейного совета я буду сопровождать тебя, красавица, на Истейлию. Нехорошо, когда такая красивая девушка путешествует по мирам в сопровождении лишь неопытных мальчишек.

Мальчишки дружно посмотрели на джина очень неодобрительно, но он, вообще, старательно делал вид, что мы здесь одни.

- Я, конечно, попробую за пару недель сделать из них что-то, хоть слегка достойное находиться рядом с таким великолепием, как ты, но на многое не рассчитывай.

- За пару недель? – нам надо торопиться, у меня тут Рикиши вот-вот отнимут, а он о великолепии и о том, что… готов потренировать парней? Обернувшись, я посмотрела на нахмуренные лица и поняла, что восторга никто не испытывает.

- В Джиннистане время идет иначе, красавица. Его можно остановить, можно заставить бежать, как дикую козу, можно заставить течь медленно, можно, вообще, повернуть вспять.

Вот ведь нам делают предложение, от которого невозможно отказаться, а у меня у самой внутри обида, и парни злятся, все. Нет, возможно, пренебрежение в голосе джина чем-то и оправдано – его возрастом, его умениями, его возможностями… Но…

- Бесплатный сыр? – неожиданно вырвалось, просто начала размышлять о том, во сколько нам вся эта благотворительность выльется. Чтобы выглядело не очень грубо, сразу решила уточнить: - Звучит очень заманчиво. Потренироваться моим спутникам не помешает, да и просто отдохнуть и выспаться.

- Вай, красавица, обидеть хочешь? И сыр будет, и вино будет, и отдых будет, и фрукты с шоколадкой, - тут он мне многозначительно подмигнул. – Джины выполняют желания, красавица! Любые желания!

Как я могла забыть об этом? «Я – твой друг, но я – раб лампы». У демонов – договор, у джинов – желания.

- И где же твоя лампа? – ехидно уточнила я. – Та, которую надо потереть, чтобы ты начал исполнять…

- Красавица, то, что мне надо потереть, я тебе позже покажу и все исполню, что ни пожелаешь… - снова провокационно-заигрывающе подмигнул мне Сохрэб.

Я обернулась к своим мужчинам. Бхинатар сидел на ящере и молчал, с застывшим выражением спокойствия на лице. Но взгляд его не обещал джину ничего хорошего. Рикиши тоже молчал, только у него мимика была гораздо более говорящая, казалось, что даже ноздри раздуваются от гнева. Ярим же держался из последних сил, причем и в буквальном смысле этого слова – еще немного и сознание потеряет, и слегка в переносном – душа гнома, явно, стремилась излить на нас фонтан его красноречивого злословия.

- Вай, какие скучные! – вздохнул джин. – Слушайте тогда меня внимательно. Пока вы ехали, старейшины оценили потенциал каждого из вас, заложенный и развитый. И обрадовать мне вас нечем, красавица. У вас есть преимущество перед прошлыми жрецами – ощущение себя единым целым, но на этом все. Вы слабее их и как бойцы, и как маги. А противники в этот раз сильнее и их намного больше. Как неразумные букашки, вы растревожили светлый пчелиный улей, и за вами следует их предводитель. Его цель – лично вы, каждый из вас. Но я могу развить заложенные в вас магические силы и сделать из толпы мальчишек обученный отряд воинов.

- Прости, но с чего такая щедрость? – сейчас, когда Сохрэб говорил без раздражающего снисходительного пренебрежения, он нравился мне гораздо больше. Правда, выпад насчет толпы мальчишек был сделан зря, но джины вроде живут столько же, сколько и демоны, а то и больше. Скорее всего, мои спутники для него, и правда, мальчишки. Даже Нибрас.

- Какая щедрость, красавица? Просто так только листья с деревьев падают, а мы заключим договор.

Вот он, «бесплатный сыр». С эльфами мы уже договор заключили, хотя эти наивные создания так и не поняли, что их слегка обвели вокруг пальца. Ведь переселяться на Истейлию собираются только дроу. Шакрасиса направила драконица, Ярима продал дядя, Джиди с нами ради миссии, а не ради массового переселения троллей, Клима мы прихватили, потому что удачно проходили мимо. А оба инкуба подписывать договоры не стали, сказав, что не могут решать за целую расу. Хотя вот договор с истейлами эльфам был бы важнее всего, но, думаю, они его заключат, если мы разбудим этих проклятых драконов… Освободителям не отказывают в таких пустяках.

Но сейчас у них есть лишь магически скрепленные пакты о ненападении и защите между конкретными людьми. Поэтому, поглядывая иногда на Лаирасула, я чувствую себя взрослой тетей, обманувшей ребенка с помощью двух взрослых дядей. Прямо вот как будто лиса Алиса с двумя котами Базилио над бедным Буратино пошутили.

Но, сдается мне, с джинами такой номер не прокатит, не тот уровень.

- И в чем будет суть договора?

- Вай, понимаешь, проблема у нас возникла, маленькая такая, семейная. Джины очень могущественные, но тоже имеют слабости, - я едва удержалась, чтобы не фыркнуть от едва сдерживаемого смеха, с таким лицом Сохрэб признавался о наличии слабостей. Он даже палец к губам поднес и издал что-то типа «тс-с-с!». Забавный, на самом деле, когда не выделывается. – Так вот, красавица, вернулся мой отец из путешествия с прошлыми жрецами грустный, на жену не смотрит, на наложниц не смотрит, на детей не смотрит, только все думает о чем-то. А потом вдруг надумал, собрался и отправился в КийЛунь. Хорошо хоть старшей жене сказал, куда именно поехал. Год нет, два нет, сотню лет нет, две сотни лет нет! Не выдержал мой брат, собрался и отправился искать отца.

- Но не нашел? – моя интуиция почему-то очень заинтересовалась этой историей.

- Как не нашел?! Обижаешь, мой брат и собственного отца не нашел? Нашел, конечно! Только домой забрать его не может, это только магу под силу.

- То есть? – мы с интуицией одновременно напряглись, чуя, что сейчас будет какой-то очень большой подвох.

- Отца заточили в лампу, так что он там теперь сидит и предается размышлениям. А чтобы не очень скучно было, иногда выполняет три желания владельца лампы.

Ну вот, как чувствовала… Напророчила, можно сказать! Хотя что может быть логичнее последовательности джин – лампа – три желания?

- И чего же ты хочешь от нас? – из вежливости заданный вопрос, на который моя интуиция уже ответила.

- От тебя, красавица. На КийЛунь можешь отправиться только ты…

- Без нас она никуда не поедет! – практически прорычал Рики. – Это верховная жрица, она должна быть под постоянной охраной!

Отвернувшись ото всех, я несколько раз сморгнула неуместные сейчас слезы. Нет, все верно сказал, все правильно, и кричать на каждом углу, что я не только жрица, но еще и его женщина, наверное, не надо. Но все равно мне было бы приятно…

- Выбирай, красавица, только кого-то одного выбирай, - улыбнулся Сохрэб. – Об остальных я позабочусь.

- То есть ты со мной не поедешь? – происходящее мне очень не нравилось, и вместе с интуицией им заинтересовалась паранойя.

- Нет, я перемещу тебя и твоего спутника прямо к брату и вернусь обратно, выполнять свою часть договора - делать из мальчиков воинов.

Нахмурившись, я уже было приготовилась указать на Рикиши, но тут Сохрэб решил еще кое-что прояснить:

- Учти, красавица, пока твои друзья здесь, ни один, даже самый сильный маг не в силах с ними связаться ментально.

Я виновато посмотрела на своего нетопыря, и он, грустно вздохнув, опустил голову. Поразмыслив о том, что выбора у меня все равно нет, и поступаю я правильно, хотя Рики будет немного обидно, выбрала Бхинатара.

- А теперь давай подписывать договор, - сказала я и широко зевнула, опасливо поглядывая на Ярима, которого с двух сторон поддерживали Клим и Джиди.

Тут же перед нами материализовался свиток, на котором был длинный текст на языке джинов. Подошедший Нибрас принялся вдумчиво читать, потом ткнул пальцем:

- Это надо переформулировать.

Сохрэб хмыкнул, посмотрел на меня со странной усмешкой и согласно кивнул:

- Как пожелаешь. Твои предложения?

После того, как текст изменился еще в трех местах, Нибрас удовлетворенно потер руки и посмотрел на меня:

- Вам перевести, леди Мируан?

Я попыталась изобразить на лице то самое выражение, которое регулярно видела раньше у Рики: «Вы выиграли конкурс на самый дурацкий вопрос». Судя по промелькнувшей улыбке, Рикиши оценил мои труды.

Суть договора сводилась к тому, что джин Сохрэб за спасение своего отца обещал отправиться с нами на Истейлию, делать все возможное для выполнения миссии, слушаться верховную жрицу и по возможности поднять физический и магический уровень нашей команды (Нибрас настоял на поименном списке).

- Что ж, красавица, раньше начнем, раньше закончим! Поспишь уже под охраной моего брата, - выдал джин, едва я подписала договор, и, подхватив меня и Бхинатара, стремительно понесся куда-то вниз. Обби, буквально в последний момент, успел перескочить с моего мужа на Чхара, решив, что летать ему с нами совершенно не хочется.

А у меня в ушах засвистело, перед глазами замелькали какие-то разноцветные пятна, потом все стало темно, как ночью, снова светло, снова темно… Опять пятна, потом светящиеся точки на черном фоне… На ослепляющее сверкающее тело над нами я старалась не смотреть, только по сторонам и вниз.

Вцепившись в мужа обеими руками еще вначале полета, я, не отрываясь, крепко сжимала его пальцы своими. Наверное, если бы со мной был Рикиши, то просто повисла бы на нем, обняв за шею и обхватив ногами за талию крепко-крепко, чтобы так и висеть все время как обезьяний детеныш. Было дико страшно и очень жарко.

Наконец, этот кошмар закончился, и мы оказались на небольшом островке. Грубо говоря, три пальмы, два баобаба и больше ничего.

- Хунакамахумитлибминкибалалссахирямкнантатхикбих, - оттарабанил Сохрэб облаку возле одной из пальм и тут же исчез.

Облако медленно облетело вокруг нас несколько кругов, и, наконец, материализовалось в близнеца Сохрэба. Отличия, правда, сразу бросались в глаза - коротко подстриженные серые, как у волков, волосы и кристально-серые глаза. Когда наши взгляды пересеклись, все мое тело как будто мгновенно заморозилось.

- Зачем-то ребенка на улице подобрал… - джин презрительно сплюнул на землю и с укором посмотрел на Бхинатара: – Она же даже по человеческим меркам девчонка! Для чего ты притащил с собой эту женщину?

- Не поверишь, но на самом деле это дроу меня сопровождает, как охрана, - я попыталась вежливо улыбнуться, игнорируя намеки на свой возраст.

- Куда катится мир? – устало вздохнул джин. – Женщины без спроса влезают в разговор мужчин.

- Ты поосторожней, а то еще обижусь! А ведь это я должна буду спасать твоего отца, - не знаю почему, но причитания джина прозвучали не так уж и обидно. Наоборот, захотелось подойти и пожалеть несчастного, которому родной брат подложил такую свинью, то есть меня. Кажется, я поняла, почему Сохрэб предпочел быстро исчезнуть. Иначе братик устроил бы ему сейчас головомойку.

Джин тем временем решил, что пришла пора познакомиться:

- Меня зовут Ормид.

- Красивое имя, - ляпнула я зачем-то и, сделав яхольский поклон, тоже представилась, почему-то полными именами: - Мируан Алеан Вал Тарнизо и мой муж Бхинатар Фейн Алеан Вал Тарнизо.

Ормид, прищурившись, как будто неожиданно стал плохо видеть, в упор посмотрел сначала на Бхинатара, потом на меня. На меня он смотрел долго, почти минуту.

- Жена, значит… Жена у дроу… Ну, надо же! Человеческая женщина – жена дроу… Куда катится мир?!

- Слушай, давай мир будет катиться по своим делам, а мы по своим? – предложила я джину и в очередной раз за день широко зевнула, только в этот раз у меня еще и громко заурчало в желудке. – Мы ужасно голодные и не спали уже больше суток, - смутившись и покраснев, принялась я оправдываться.

Ормид посмотрел на меня суровым обвиняющим взглядом, но потом, поджав губы, процедил:

- Сейчас я перенесу вас в таверну, что на окраине того города, где находится лампа с моим отцом, - я постаралась не улыбнуться, настолько странно прозвучало окончание фразы. – Там вы сможете поесть и выспаться.

- А здесь нельзя? – я буквально падала от усталости и ни в какие таверны уже не хотела. Мне казалось, что еще немного, и я засну, стоя.

- Здесь нельзя, этот остров в любой момент может исчезнуть под водой, - еще более недовольным голосом процедил Ормид.

- Как скажешь, босс, - зевнула я и покачнулась. Только тогда Бхинатар рискнул приобнять меня, осторожно прижимая к себе, а хмыкнувший джин подхватил нас и со свистом перенес на обещанную окраину. Лететь пришлось от силы минут пять, так что через пятнадцать я лежала в кровати, свернувшись калачиком и сладко посапывала.

А утром мне принесли завтрак в постель, и я восседала на кровати и уничтожала вкусные, обжигающие десны и губы блинчики, макая их в варенье и запивая сладким местным чаем, странного болотно-зеленого цвета, а Бхинатар стоял передо мной на коленях и держал на вытянутых руках поднос со всем этим богатством.

Надо заметить, что пока мы жили у дроу, мой муж никогда не проделывал ничего подобного, ведь тогда за мной ревностно ухаживал Рики. А он предпочитал отправить меня умываться, красиво одеваться, а уже потом, усадив за накрытый к завтраку стол, позволить медленно есть, соблюдая все правила этикета. «Зануда он аристократическая и совсем меня не балует, в отличие от мужа», - решила я на шестом блинчике, после которого мне захотелось томно закатить глаза и объявить, что хочу еще поспать.

Но именно ради зануды мне и надо было торопиться спасти чужого непутевого отца, чтобы заполучить в команду жреца маски Накрин, а еще каким-то чудом заменить в Рикиши магическую энергию Марими, позволяющую ему оставаться в мире живых.

Странно, почему мне раньше не приходило в голову, что среди наших противников может быть Яхолия? Из-за того, что Бхинатар и Рики наивно в это верили? А я наивно верила им?

Нет, возможно, до предпоследней попытки Яхолия лишь что-то подозревала и поэтому озаботилась подкладыванием своего шпиона в нужную кровать. Не абы кому-то, а именно верховному жрецу. Но, тогда получается, король мог знать о том, что Бхинатар – потомок жреца дроу? Хотя вряд ли, для этого надо знать, кто его отец, а вот насчет Чхара никаких сомнений быть не должно. И насчет меня. Странно тогда, почему нас так легко всех выпустили на ТинНигх?

- Бхи, - я вытерла рот салфеткой, положила ее тоже на поднос и внимательно посмотрела на мужа. – Нам надо поговорить…

- Это нам надо поговорить, - неожиданно в комнату без стука вошел Ормид. Едва заметно скривился на Бхинатара, успевшего достаточно быстро встать с колен, отставить поднос и схватиться за меч. – Охрана из тебя так себе, парень, - констатировал джин, морально втирая моего мужа в плинтус.

- Была бы так себе, мы бы из Ноакиндомской империи до Джиннистана не добрались, - полезла я защищать нахмурившегося и явно расстроившегося Бхинатара.

- Значит, повезло, - недовольно буркнул Ормид. – Я бы уже успел триста раз вас убить, пока он только меч рукой нащупал.

Джин отчитывал нас как детей и смотрел со странной смесью жалости и сочувствия. И это очень плохо сказывалось на Бхинатаре. Думаю, если бы среди дроу были приняты харакири, он бы сейчас совершил что-то подобное.

- Давай лучше рассказывай, зачем тебе нужны мы, чтобы спасти твоего отца, - «мы» я старательно выделила интонацией, чтобы Ормид проникся, как ему, такому крутому, тяжело без нас, таких неуклюжих.

- После того, как джина с помощью специального заклинания затягивает в лампу или бутылку, маг обязан озвучить условия освобождения. Это часть ритуала. Иногда это время, и тогда, если другой джин находит несчастного, он просто переносит его в Джиннистан. Иногда это количество желаний, которое джин должен исполнить. Чаще всего это указание конкретного владельца, чьи бесчисленные приказы должен выполнять джин. Мой отец сможет освободиться, только если владелец лампы пожелает этого. Пока что-то желающих не попадалось, хотя я и пытался поторговаться с некоторыми, но жадность побеждает.

- Или ты выбирать не умеешь, - подколола я Ормида. – То есть нам надо заполучить лампу, потереть ее и пожелать, чтобы твой отец стал свободным, так?

- Да, но пробраться к лампе очень сложно. Она хранится в сокровищнице, зачарованной от джинов и нелюдей. Только человеческий маг может в нее войти, но вызывать моего отца надо за ее стенами, иначе, когда он освободится, против него сработает охранное заклятье.

- А сокровищница находится в замке, охраняемом полусотней магов и небольшой армией, верно?

- Как ты догадалась? – джин решил поддержать мой стиль общения и тоже съехидничать.

- Ну, это же так логично, - хмыкнула я. – Надеюсь, у тебя есть план этого замка, время смен охраны, места расположения магов…

Вообще-то, я язвила, но уже с надеждой в голосе, так что совершенно спокойно восприняла заявление Ормида:

- Да, есть. Не зря же я тут несколько лет торчу?!

- Ну, мало ли, вдруг просто городскими красотами и красотками любуешься?

- Ты мне кого-то очень напоминаешь, женщина! – нахмурился, будто действительно вспоминая, джин, и потом, хлопнув себя по лбу, радостно так выдал: - Точно! Моего брата! Ты его незаконнорожденный отпрыск, которого он быстро зачал в человеческом мире, чтобы спасти нашего отца? – тут Ормид наигранно пригорюнился и вздохнул: - Иех, к сожалению, в тебе течет только человеческая кровь, ничем полезным не разбавленная.

- Я стоически переживу этот позор, а ты, вообще, должен плясать от счастья. Потому что иначе я бы не смогла войти в сокровищницу и вынести оттуда лампу с твоим отцом.

Ормид резко стал серьезным, и взгляд его серых глаз вновь пронзил меня холодом:

- Если ты спасешь моего отца, я выполню любое твое желание, женщина, если это будет в моих силах. А теперь слушайте…