Глава 13

Понятное дело, что замок, а точнее все же дворец, насколько я в архитектуре разбираюсь, не стоял отдельно, а представлял собой целый комплекс строений, в который входила даже усыпальница предков. Но все же он был именно прекрасным, роскошным зданием, а не мощным сооружением, защищенным со всех сторон от врагов.

Нет, у него были высокая неприступная ограда и небольшая казарма для охраны, но, оказавшись на территории комплекса, мы совершенно не привлекали внимание скучающих аристократов. Никто не удивлялся незнакомым лицам, не задавал вопросов, создавалось ощущение, что появление новых людей здесь норма, недостойная внимания.

Конечно, Ормид постарался на славу, – я была разряжена как восточная куколка, прозрачная вуаль скрывала мое лицо почти полностью, оставляя видимыми только глаза, ярко подведенные черным. Белая шелковая ткань скрывала волосы, но надетый сверху обруч, по-моему, целиком состоял из драгоценных камней, так же как и браслеты у меня на руках и ногах. А еще было внушительных размеров ожерелье, невозможно тяжелое, от которого почти сразу начали ныть плечи и шея. Забавно, что руки у меня были полностью открыты, чтобы демонстрировать кольца и браслеты. И плотно облегающее белое платье заканчивалось чуть ниже колен, чтобы не скрывать украшения на ногах. Выглядело немного дисгармонично в сочетании с накидкой на волосы и вуалью, но джин явно лучше ориентировался в местной моде, так что я, молча, позволила надеть на себя все, что он посчитал нужным. В качестве обуви полагалось что-то типа шлепанцев на каблуках.

Бхинатару белый цвет моего наряда напомнил нашу свадьбу, о чем он, сильно смущаясь, мне сообщил. У меня же последнее время белый цвет четко ассоциировался с одеждой эльфов, тем более что у них даже вышивка золотом наличествовала, как и на моем свадебном платье. Но я не стала огорчать мужа, наоборот, улыбнулась и похвалила его внешний вид.

Ормид, наверное, ради контраста, нарядил моего дроу почти во все красное. Ярко-красные шаровары, темно-красные шлепанцы, ниспадающая до бедер свободная ярко-красная рубаха с черным орнаментом и черными пуговицами, кстати, тоже без рукавов. На голову мужу водрузили красное покрывало, закрепив обручем. Ну и, само собой, браслеты, кольца и даже ожерелье прилагалось.

Неприступная ограда была еще и намагичена, то есть пересечь ее с помощью левитации было невозможно. А вот на летающего джина, опустившего нас в укромном месте сада, среди густых деревьев, магия почему-то не сработала.

- Сейчас еще раннее утро, людей почти нет, так что делайте вид, что вы тут просто гуляете и ищите, где уединиться, - тут Ормид усмехнулся: - Можете даже, и вправду, воспользоваться возможностью, для достоверности. Хотя я не понимаю удовольствия связываться с ребенком, но раз уж вы муж и жена, то, уверен, опыт у вас уже есть.

Бхинатар довольно энергично сглотнул, потом покашлял, как будто в горле неожиданно запершило. Улыбнувшись, я легонечко похлопала его по спине и потом ласково погладила по руке:

- Не в то горло попало, милый? Бывает! - после чего муж поперхнулся еще сильнее, от чего моя улыбка стала еще более самодовольной.

Его робкие и немного неуклюжие попытки за мной ухаживать льстили моему самолюбию, хотя иногда накатывали мазохистские рефлексии от закомплексованности и неуверенности. Ну, и сама ситуация навевала… Он же дроу, в них с рождения втрамбовывается воспитанием, что выбор должна делать женщина, и по законам дроу я сделала этот выбор, взяв его в мужья. Бедняга… У себя в империи он хоть на какие-то плюшки мог рассчитывать, на детей, на стабильное положение. А тут я, не выспавшись, объявлю, что хочу выйти замуж за Шакрасиса, и все. Что он будет делать? Кстати, правда, что он будет тогда делать?

Но у нас еще будет время это обсудить… Смена охраны у сокровищницы будет в полночь, и до этого времени нам надо уединяться, не привлекая к себе внимания. Просто перенести нас сюда было удобно как раз ранним утром, пока большинство гуляющих и слоняющихся без дела еще спит, а охрана стоит в строго отведенных для этого местах и тоже дремлет, обняв свои мечи и копья.

Сначала мы решили тоже погулять и послоняться, чтобы изучить местность не только по схеме, магическим путем вложенной джином нам в головы, но и представлять наглядно, что это за висящие сады, например, или что за звери водятся в зверинце. Хотя, если честно, больше всего мы старались находиться в тени, прячась от ярких солнечных лучей то под кронами деревьев, то под крышами разных зданий.

Вначале мы столкнулись с кем-то из слуг, и этот несчастный тут же склонился в настолько низком поклоне, что его короткие волосы буквально задевали землю. Переждав где-то полминуты, он выпрямился, и, стараясь не смотреть в нашу сторону, прошмыгнул мимо. Скорее всего, неожиданная утренняя встреча напугала его больше, чем нас. Но потом нам на встречу вышли двое мужчин, разряженных как Бхинатар, и тут уже я напряглась, приготовившись тактично увиливать от вопросов о том, кто мы такие и что здесь делаем. Нет, намеки на ответы у нас были, но всегда проще не говорить правду, вместо того, чтобы откровенно обманывать. Но нам повезло и нас, можно сказать, проигнорировали!

Правда, следующая парочка, налетев на нас откуда-то из-за угла, заставила меня слегка понервничать. Женщина, засыпающая нас вопросами, тут же сама на них и отвечала, нам лишь оставалось кивать и улыбаться. Судя по тому, что за все время нашего, не побоюсь этого слова, общения, ее муж не промолвил ни слова, это был нормальный стиль ведения беседы. Благодаря ее щебету, мы узнали, что в какой-то Эссультии живут чернокожие люди, правда, считается, что они высокие и мускулистые, но людская молва всегда так обманчива…

Когда, спустя минут сорок, на меня накатила дикая головная боль, и захотелось сделать это говорящее создание потише, а лучше выключить совсем, Бхинатар решительно взял меня под руку и, извинившись перед дамой, потащил меня по садовым дорожкам подальше от этого бесценного, но очень утомительного источника информации. Сначала я попыталась ментально возмутиться, но муж был категоричен:

- Эта женщина вас утомила, госпожа. И раз тут нет Рикиши, придется мне вас спасать. Можете потом меня наказать за это, но смотреть, как вы страдаете, гораздо тяжелее, чем страдать самому.

Затащив меня через кустарник на небольшую поляну, окруженную со всех сторон деревьями, он приложил обе руки к моей страдающей голове, и боль мгновенно ушла. А Бхинатар, опустившись передо мной на колени, застыл, смотря в землю и, очевидно, ожидая, когда я начну на него сердиться.

Я, сжав пальцами его подбородок, заставила приподнять голову и посмотреть мне в глаза. Страха во взгляде не было. Или он уже смирился с наказанием, или, что более ожидаемо, был уверен, что я не буду его наказывать. То есть кто-то у кого-то перенимает опыт манипулирования? Не знаю почему, но мне вдруг захотелось поступить не так предсказуемо. Но я понимала, что привычное для женщин-дроу поведение Бхинатара не удивит, а лишь разочарует. Хотя, возможно, это мои личные комплексы, а, на самом деле, ему будет приятно, если я стану вести себя так, как принято в Ноакиндомской империи. Не важно.

- Значит, готов страдать сам, вместо меня? – вкрадчиво-ехидным голосом поинтересовалась я, чувствуя, как становится жарко не только из-за теплого воздуха, но и из-за легкого приятного возбуждения от предвкушения. Да, уединиться, расслабиться и развлечься – верный способ не привлекать к себе внимание здешних аристократов, занимающихся ровно тем же.

В глазах мужа промелькнуло настороженное ожидание продолжения, и он слегка напрягся. Правильно, а то раскомандовался тут, понимаешь! Причем уже второй раз за нашу долгую семейную жизнь. Того гляди, втянется и привыкнет, тогда все плюсы матриархального брака исчезнут. А попытки манипулирования тем более надо пресекать в зародыше, мне одного Рикиши хватает!

У меня из-за облегающего фасона одежды даже намека на нижнее белье не наблюдалось, так что я приподняла платье одной рукой, а вторую, скинув с мужа обруч и покрывало, запустила в копну светлых волос на затылке и надавила, заставляя Бхинатара уткнуться лицом мне в низ живота. Он среагировал мгновенно, обхватив мои бедра, погладил их пальцами, жадно и нежно одновременно. Потом уперся руками в стоящее у меня за спиной дерево, а его язык осторожно коснулся моего клитора. Я немного раздвинула ноги, чтобы ему было удобнее, и прислонилась спиной к широкому стволу. Ощутила мягкое робкое прикосновение губ, легкий поцелуй, обжигающее дыхание и уже уверенное проникновение языка.

Бхинатар ласкал мой клитор, целовал, посасывал, облизывал вокруг него. Он как будто играл с моим телом, даря ему то приятное успокаивающее тепло, то резкие разряды, заставляющие мышцы судорожно сжиматься. А я то ласково перебирала пальцами волосы мужа, то крепко зажимала их, стараясь не запутать и не дергать, хотя иногда очень хотелось.

Сначала я вспоминала Рикиши и, совершенно не нарочно, сравнивала двух своих мужчин. А потом просто расслабилась и позволила себе наслаждаться удовольствием, которое, к тому же, останется нашей маленькой тайной, если мы этого пожелаем, а не разделится еще на троих…

Пожар внизу живота пылал с такой силой, что разряды от прикосновений языка воспринимались лишь как дополнительное топливо, усиливая и распаляя желание еще больше. Я уже ощущала приближение оргазма, уже чувствовала, как весь жар концентрируется в определенной точке. Ноги меня едва держали, и затуманенный возбуждением мозг сдался, забыв все убеждения и комплексы. Он решил, что будет правильнее, если я разделю этот оргазм с тем, кто его честно заслужил.

Поэтому я потянула за волосы Бхинатара, чей затуманенный взгляд и появившееся обиженное недоумение на лице, явно, говорили о том, что происходящее доставляло удовольствие и ему тоже. Толкнула, укладывая его на землю, стянула с него штаны и погладила ладонью уже возбужденный член, провела подушечкой пальца по его розовато-серой головке, сделала несколько скользящих движений, увлажняя своей собственной смазкой и плавно ввела, помогая себе рукой… Закрыв глаза, сжала мышцами, как будто знакомясь и привыкая к новым ощущениям. Низ живота сладко заныл, напоминая, что возбуждение уже достигло пика, и разрядка просто физически необходима, несмотря ни на что. Попыталась расслабиться, чтобы мужу досталось больше времени для удовольствия. Открыв глаза, приподняла ему рубашку, погладила горошинки сосков, провела ладонями по равномерно поднимающейся и опускающейся груди, обрисовала ключицы, погладила небольшую впадинку посередине, между четким рельефом грудных мышц, пальчиками прочертила этот рельеф… Дыхание у мужа на пару секунд прекратилось, но потом начал подниматься и опускаться живот. Довольно облизнувшись, я улыбнулась и положила на него одну из ладоней, оставив вторую на груди. Бхинатар перестал дышать, вообще, действуя, по-моему, уже больше на инстинктах и мало понимая, что вокруг происходит. Вздохнув, я переместила обе ладони ему на талию и, крепко сжимая член мышцами, начала двигаться вверх и вниз, поглаживая при этом пальцами нежную бархатистую кожу…

Я понимала, что надолго меня не хватит, но муж тоже был сильно возбужден, так что кончили мы практически одновременно. Отпечатки моих пальцев остались у Бхинатара на бедрах – так сильно я в них впивалась, когда на меня накатывали волны оргазма…

- Госпожа?..

Игнорируя вопрос, заданный едва слышным хрипловатым голосом, я приподнялась, держась за ствол дерева, и привела в порядок свою одежду, задействовав немного магии. Муж тоже встал, слегка пошатываясь и пытаясь сфокусировать влюбленно-растерянный взгляд на чем-то кроме, меня.

- А теперь запомни, - произнесла я с властными интонациями в голосе. – Это была награда за достаточно долгое хорошее поведение. И если будешь продолжать вести себя так же хорошо, как и раньше, то снова будешь награжден. - У меня было четкое ощущение, что хотя говорю все вроде бы я, и даже чувствую примерно то же, что говорю, но слова рождаются откуда-то вне меня. – Однако если еще раз посмеешь принять решение, не посоветовавшись со мной, или начнешь разговаривать со мной так, как позволил себе во время боя в светлом лесу, тогда ты будешь наказан. Два предупреждения у тебя уже есть.

- Да, госпожа, - Бхинатар, подозрительно счастливый, несмотря на мои угрозы, в очередной раз упал передо мной на колени и, благодарно заглядывая мне в глаза, прошептал: - Да, госпожа. Я все понял, госпожа! Такого не повторится. Простите, госпожа!

- Надеюсь, - я улыбнулась и попыталась сделать вид, что, вообще, ничего такого не произошло, и все отлично. – Давай выберемся отсюда и пойдем прогуляемся во дворец. Возможно, там где-то есть столовая для гостей, а то уже время обеда приближается.

Мы вышли на тропинку и пошли по ней, держась за руки и едва заметно улыбаясь, каждый чему-то своему. Странно, но чувство вины перед Рикиши меня совсем не мучило, хотя я вроде бы изменила любимому мужчине. Вот теперь уже совсем точно изменила, без всяких оговорок, по своей собственной инициативе и… со своим собственным мужем. Непредусмотрительная легкомысленность и эгоизм – в то время, пока все наши спутники во власти джинов, мы развлекаемся и наслаждаемся хорошим сексом. А ведь там раненный Ярим, сменивший ради нас свою магию Клим… И Рики, такой циничный и практичный, со своей неожиданной верой в доброе сердце Марими. Нет, я слышала их разговор, я видела, как она на него смотрела, я чувствовала, как она гордится нарисованным им портретом… Но, одновременно, она же предлагала помочь мне его убить, и она подарила мне ритуальный нож, чтобы я смогла уничтожить то, во что Рики мог бы превратиться…

Киш… Она звала его Киш… Мягко, ласково, нежно. Мой вариант сокращения его имени иной даже по звучанию. Р-р-рики! Ну, вот для нее он и был мягким, послушным, нежным, ласковым. А для меня – взрослым, умудренным, циничным манипулятором. А, значит, он должен понимать, что если в борьбу против нас вступит Яхолия, то вполне вероятна попытка, не напрягаясь, на расстоянии, отнять жизнь у одного из жрецов и тем самым лишить нас шанса выполнить миссию. Должен…

- Госпожа?..

Да, счастливо улыбаться я уже давно перестала. Наоборот, бреду по тропинке, как сомнамбула, нервно и зло кусая губы. М-да, тоже мне удовлетворенная женщина…

- Прости, я немного задумалась. Ты что-то говорил?

- Нет, госпожа, просто чувствую, что вам снова плохо.

Думаю, это заметно и так, а уж при наличии ментальной связи тем более. Бедный Бхинатар, наверное, идет и размышляет, что же он сделал не так.

- Да, благодаря тебе, я на какое-то время забыла о наших проблемах, а теперь они вновь все со мной.

Усевшись на качающейся скамейке внутри маленькой уютной беседки, укрытой со стороны тропинки цветущими кустами, я поманила мужа, приглашая сесть со мной рядом. И тихо, шепотом, озвучила ему все свои размышления о наших противниках, заодно рисуя веточкой на траве различные значки и стрелочки, помогающие мне рассуждать. И проблемой насчет Рикиши поделилась, пусть знает. Мое доверие он уже давно заслужил. Только про Чхара рассказывать почему-то не стала. Сначала начала, а потом промямлила что-то насчет того, что Ллос просила принести ей обязательно жертву на месте возрождающейся империи дроу, и быстро перевела разговор на Клима.

- Насчет магии единорогов и тем более их различий я вам ничем помочь не могу, госпожа, - немного виновато признался Бхинатар. - А с вашими выводами совершенно согласен, если вас интересует мое мнение.

- Бхи…

- Госпожа, у меня есть более короткое имя – Фейн, а мать очень часто звала Тар, - Бхинатар, смущенно посмотрев на меня исподлобья и замер, ожидая моей реакции.

- Хорошо, Тар мне больше нравится, - я улыбнулась, и муж тут же засверкал ответной улыбкой, облегченно выдохнув. Ну да, «Бхи» звучит как-то не очень, согласна, но никуда не деться от заложенной с детства привычки сокращать, давать «личные имена» для своих.

Причем вот Чхар – он уже как бы Чхар и все, Клим, Ярим, Джиди… Ну, Шакрасиса так и тянет сократить, но «Шак» звучит почти так-же странно, как «Бхи»… Крас? Рас? Сис? Тьфу! И с Нибрасом та же беда: Нибр и опять-таки Рас. Да и, если честно, имя демона не такое уж и сложное. Хотя я, тунеядка, вон даже Рикиши сократила.

- Только, госпожа, если можно, не называйте меня так…

- Да-да, я в курсе, как обращаться с личными именами, - подмигнула я Бхинатару и успокаивающе погладила его по руке. – Только наедине.

- Спасибо, госпожа, - моя продвинутость в именном вопросе почему-то мужа немного расстроила.

Надеюсь, Рикиши там не очень сильно икается в Джиннистане… А то сначала я его поминала, а теперь вот Тар… Тар. Что ж, Бхинатару шло это имя, и зря он хочет его скрывать от окружающих. Вот Фейн ему совершенно не подходило, ассоциируясь у меня с феями.

- А что означает твое второе имя на языке дроу?

Муж неожиданно покраснел, причем очень сильно, настолько, что румянец стал ясно заметен даже на черной коже и, скосив глаза в сторону резных узоров на стенке беседки, едва слышно прошептал:

- Менестрель…

- То есть ты умеешь петь?! – от восхищения я выкрикнула эту фразу чуть громче, и спугнула двух пичужек, тихо покачивающихся на ветках и увлеченно перечирикивающихся между собой.

- Умею, - еще тише, почти одними губами прошептал Бхинатар.

Судя по его поведению, сейчас мне серенаду никто не споет, – дар речи потерян полностью. И тут меня осенило, что у первого имени тоже должно быть значение!

- Коварно раненный любовью, - голос мужа сейчас напоминал карканье, настолько у него от волнения в горле пересохло. – Поэтому мне и не нравится ваш вариант сокращения, госпожа, простите… Бхин – означает «коварный, хитрый».

- А Тар – любовь? – мои губы сами по себе расползались в широкую улыбку, особенно учитывая то, что я и ментально ощущала потрясающе высокий уровень смущения. Не удержавшись, я провела ладошкой по скуле, надавливая и заставляя повернуться ко мне лицом. Муж старательно прятал взгляд, но во мне вновь проснулась другая Я.

- Посмотри мне в глаза! – почти приказала, сама шокированная своим уверенным властным голосом и тем, насколько мне нравится знать, что мое желание сейчас будет выполнено. Это было очень возбуждающе. Я понимала, что все происходящее именно поэтому меня и заводит, из-за сексуальной подоплеки. А еще потому, что мне безумно понравился происходящий гендерный переворот в традиционных отношениях моего мира. Я вошла во вкус, осознала, насколько это приятно, когда ты – опытный соблазнитель, решающий, как будут дальше развиваться события, а рядом с тобой – послушный твоей воле мужчина. Мужчина, а не влюбленный неопытный мальчик. Мужчина, который не смотрит на тебя как на девочку, озвучивающую свои капризы. Мужчина, но не рыцарь, ожидающий задания на очередной подвиг. Мужчина, но не раб, покорно ждущий моих приказов. Мужчина… с которым у тебя совсем недавно был потрясающий секс, и чьи серые, с едва заметным розовым оттенком, губы так и манили их поцеловать.

Бхи… Тар сначала замер, потом рискнул робко ответить, потом его ладони очень осторожно переместились мне на спину. Это пока еще нельзя было назвать объятием, скорее просто попытка куда-то пристроить руки, чтобы они не болтались плетьми вдоль тела. Но вот прикосновения стали увереннее, и муж даже рискнул погладить меня.

Я прервала поцелуй и вновь взглянула Бхинатару в глаза. Конечно, чтобы наслаждаться своей полной властью над мужчиной, надо что-то к нему испытывать. Хотя, возможно, если ненавидеть весь мужской пол, то тоже будет приятно видеть и ощущать, как один из них готов ради тебя на все. А еще если тебе нужно постоянное подтверждение своей прекрасности и неотразимости, а говорящее зеркало подарить никто не удосужился. Нет, последнее утверждение… Именно с Бхинатаром я всегда ощущала некий комплекс неполноценности от того, что я не эльфийка, а навязанная ему матерью и богиней человеческая женщина. Но сейчас это комплекс забился в самый дальний угол моего подсознания… Муж смотрел на меня так, как будто я не просто самая прекрасная и неотразимая, а как будто я единственная женщина, которая ему нужна. Комплекс попробовал слабо вякнуть о том, что так оно и есть. Другой-то ему не светит…

- Тар, обещай мне, что если вдруг тебе понравится другая женщина, ты мне честно признаешься в этом, и я позабочусь…

- Госпожа?.. Зачем мне другая, если я люблю вас?

Комплекс тихо ойкнул и сполз по стеночке в обморок. Я же сидела на скамейке с блестящими счастливыми глазами и, просто уверена, что с глуповатой… нет, с дурацкой.. дебильной… загадочной улыбкой на губах и красным румянцем во все щеки. Признание в любви Рикиши прошло в какой-то меланхолично-грустной обстановке и оставило печальный осадок. До сих пор, когда вспоминаю, слезы на глаза наворачиваются.

А вот от слов Бхинатара стало тепло, приятно, уютно, надежно… Захотелось прижаться к нему крепко-крепко, сидеть так вечно и улыбаться…

Не удержавшись, я еще раз погладила мужа, провела пальчиками от виска по выступающим скулам до подбородка. Светлые брови на черной коже, пушистые белые ресницы, едва заметная на фоне белков голубая радужка… Родная экзотика. Любимая? Пусть не так как Рикиши, но пора уже признать, что и не по-братски, точно. Да, пора признать, но признаваться пока не буду. Рано!

- Как-то мы с тобой очень медленно двигаемся во дворец, - я нехотя оторвалась от Бхинатара, чьим лицом, оказывается, можно любоваться так же долго, как Рикиным, и гладить его тоже так же приятно, и…

- Да, госпожа… - на губах у мужа промелькнула довольная улыбка. Да, он у меня сегодня просто как сыр в масле катается, наслаждаясь отсутствием конкурентов и соперников. Кстати, о сыре и масле…

- Предлагаю слегка ускориться, нам же еще надо найти столовую.

Но искать ничего не пришлось, надо было лишь следовать за основным потоком, и мы оказались в большом зале с накрытыми столами. Здесь толпилось столько народу, что затеряться, не привлекая внимания, не составило никакого труда. Черная кожа Бхинатара иногда привлекала внимание, но тут же шепотом звучало «Эссультия», и заинтересовавшийся нами тут же отворачивался. Проблема возникла, когда я уже почти наелась, мелькая от стола к столу, потому что на крайних выбора уже почти не было, а на тех, что в центре, оставались не только салаты, но даже куски сочного мяса неизвестного мне зверя. Одного, не в меру любопытного, потянуло поговорить и обсудить с Бхинатаром цены на ткани, чтобы сравнить их со здешними. Сначала я приготовилась спасать мужа, упав в обморок от обжорства прямо ему на руки, но прислушавшись, поняла, что это он выпытывает информацию. Общительный старичок делился своими впечатлениями о своих поездках в Эссультию, о том, как там красиво, какие там милые добрые и очень высокие люди… Но, конечно, полукровки тоже встречаются, само собой.

Утерев пот со лба, я отправилась налить себе еще сока и вдруг меня цепко ухватили за локоть:

- Мне кажется, мы с вами незнакомы, леди. Думаю, это следует исправить!

Я обернулась, чтобы одернуть басовитого наглеца, посмевшего распустить руки, и замерла, едва не поперхнувшись. Передо мной стоял король Яхолии, собственной персоной.

Первым делом я попыталась соорудить на лице возмущенно-недоумевающее выражение. Главное - не перестараться, потому что, возможно, рядом со мной был не гость, а хозяин всего этого великолепия. А находиться в чужом дворце и не знать, как выглядит владелец, это уже верх наглости. Кстати, Ормид так и не смог вычислить, кому все это принадлежит.

- Бхинатар, крутись рядом, но не привлекай внимания. Меня поймал король Яхолии. Похоже, пока не понял, кто я. Но если увидит тебя – точно вспомнит.

- Да, госпожа.

Умение общаться телепатически очень важно для шпионов и разведчиков.

Едва удержавшись от того, чтобы выдать себя с головой яхольским реверансом, я поклонилась так, как учил Ормид, и назвалась вымышленным именем. Король тоже пробубнил что-то местное и, подхватив меня под руку, потащил по коридорам дворца. На мои попытки вырваться, сначала слабые, затем более энергичные, он лишь поинтересовался, кто мой опекун и почему он позволил мне бродить по залу, в котором так много мужчин, в одиночестве.

Так как мой «опекун» мог вызвать кучу ненужных подозрений и пока оставался в тени, но, явно, где-то рядом, мне пришлось смириться. Хотя очень хотелось оглушить короля чем-то тяжелым и перетащить в Джиннистан, но я понимала, что даже вдвоем с мужем нам не одолеть такого опытного и сильного мага. По крайней мере, тихо и без шума – точно. А ведь надо было дождаться ночи, не привлекая к себе внимания.

Меня, наконец, дотащили до покоев с огромного размера кроватью. Нехорошее предчувствие при виде размеров этого траходрома превратилось в уверенность, и в голове начался отчаянный торг между трусливо-отчаявшимся: «да брось, не девочка уже и, вообще, нам сейчас море по колено, так что дадим еще и королю» и возмущенно-отчаянным: «да, да, дадим… каблуком от шлепанца между ног!».

Защелкнув дверь на огромную задвижку, мужчина резко повернулся, надеюсь, не успев заметить приподнявшуюся и тут же опустившуюся обратно на пол огромную вазу, которой я планировала двинуть ему неожиданно по голове.

- А теперь, леди Алиса, выкладывайте, что вы тут делаете!