Глава 6
Следующие три ночи мы старательно делали вид, что не скачем как сумасшедшие жокеи за неизвестным призом, а просто так быстро передвигаемся… Так быстро, что вечером, едва успев позавтракать, сразу несемся вперед, иногда смущенно подтормаживая. Два-три часа скачки, потом спокойно едем, выдыхаем, иногда даже останавливаемся, чтобы перекусить, пополнить запасы воды, искупаться… Только все это как-то скомкано, как будто действительно куда-то опаздываем, словно, если мы полежим на берегу и поболтаем – то куда-то не успеем, не ясно только, куда. Нет, я понимаю, темного времени в сутках очень мало, и хотя мы уже начали позволять себе более частое общение с солнцем, даже без использования подручных средств, все равно соотношение было не в нашу пользу.
Правда, так как спать по двенадцать часов у нас не получалось, то, устроившись в шалаше, мы какое-то время все же общались.
Например, выяснилось, что у нас с собой каким-то чудом оказалось что-то похожее на шахматы. Рикиши неожиданно вспомнил о них, когда Шакрасис объявил, что еще немного, и он начнет выть от скуки. Испугавшись, что его психика не переживет зрелища воющего нага, Рики принялся копаться в нашем волшебном рюкзаке и отрыл коробку с шахматами. Шакрасис обрадовался и тут же проиграл три партии подряд моему нетопырю. Но потом вдруг каким-то чудом выиграл, правда, судя по постоянным переглядываниям этих двоих, дело было явно нечисто.
Джиди сначала презрительно наморщила носик, объявив, что это забава для слабаков, но когда Ярим радостно полез играть против Нибраса, тут же уселась рядышком. Сначала она помалкивала, потом начала хмуриться и пытаться подсказывать, на что демон тактично намекнул, что своего мужчину следует уважать и не позорить, так откровенно сомневаясь в его умственном развитии. И если милая леди пожелает, то он готов потом сыграть с ней партию, отдельно. Леди, едва дождавшись разгромного проигрыша Ярима, уселась и… выиграла. Нибрас нахмурился, задумался, сосредоточился и… доигрался до пата. Выражение лица демона требовало увековечивания для потомков, ибо он, явно, не понимал, что происходит. Но ходить ему действительно было некуда, так что была официально признана ничья, и Нибрас трусливо ретировался, сказав что отыгрываться сегодня не желает.
Гордая и независимая Джиди, явно, ожидала от Ярима хвалебной оды в свою честь, а вместо этого гном укутался в свою половину плаща, повернулся к троллихе попой и изобразил спящего. Я с улыбкой понаблюдала на эту умилительную картину и ушла к своим мужчинам.
После того как мы, позавтракав, погнали на ящерах в ночь, Ярим полдороги дулся и изображал несправедливо обиженного, так что пришлось объяснить ему, что гораздо честнее признать за женщиной какие-то достоинства, чем вести себя как тупой баран, игнорируя их существование.
- А чего она… выделывалась?! – возмущенно поинтересовался гном и был очень удивлен, выяснив, что с моей точки зрения Джиди вела себя вполне естественно, а уж кто и выделывался, так это – рыжий и лохматый.
- Ты же должна быть на моей стороне, мамуля! – Ярим практически всерьез попытался воззвать к моим материнским инстинктам.
- То есть тебе было бы приятнее, если бы она проиграла? – уточнила я.
- Мне было бы приятнее, если бы она, вообще, играть не полезла, раз такая умная… - буркнул гном и надулся еще больше.
Но утром, после ужина, прижимая к сердцу коробку с шахматами, он подсел к Джиди и промямлил:
- Научишь?..
Вскоре к этой парочке подсели Нибрас и Шакрасис, потом подошли Клим и Чхар… Прямо идиллия, которой я и воспользовалась, чтобы тихо утащить своих мужчин подальше и тихо обсудить один волнующий меня момент.
Дело в том, что Есь, как совершенно не страдающий от солнца, предпочитал спать по ночам, на единороге, а днем занимался какими-то своими делами, исчезая с рассветом и появляясь с закатом. На мой законный вопрос, какого лешего они втроем поперлись собирать ягоды среди ночи, Есь быстро протараторил, что это такие специальные ягоды, которые только по ночам собирать можно. Звучало очень подозрительно, хотя считать Есю вражеским лазутчиком было как-то слишком параноидально. Однако душа просила конкретики, только следить днем за передвижениями лесовичка было некому.
Озадаченные моей проблемой мужчины задумались, переглянулись и пообещали что-нибудь придумать. Вообще, я еще в своем мире отметила, что мы, женщины, часто ведем себя довольно глупо, пытаясь все делать самостоятельно и нервничая, когда нам никто не помогает. Да они, может быть, с радостью, только надо задания озвучивать правильно.
Помню, как-то раз вечером, ложась спать, попросила живущего тогда со мной мужчину: «Дорогой, пойдешь на работу – захвати с собой мусор». Утром я проснулась, – мужчины нет, мусор есть. А, главное, я слышала, как в ночи дверь хлопала… Такие вот дела. То есть он ходил вечером в магазин за пивом, а утром уехал навестить маму, потому как на работе взял отгул. А я осталась, как дура, с мешком мусора. С тех пор я ставила только цель, а пути решения предоставляла продумывать самостоятельно, в меру их логики.
В том, что Рикиши с Бхинатаром сделают все правильно, я была уверена полностью, но на всякий случай подстраховалась, предупредив, что остальной народ лучше не привлекать, во избежание излишнего ажиотажа. Популярности Обби, конечно, Еся не достиг, но все равно воспринимался как умилительная говорящая зверушка. А зверушки же не могут быть шпионами, особенно умилительные.
На следующую ночь Ярим почему-то опять был хмур и недоволен. На мои попытки его растормошить не реагировал, зато внимательно прислушивался к заливистому смеху Джиди и задорному ржанию Клима в образе единорога. Понаблюдав за гномом какое-то время, я пришла к очень неутешительным выводам.
- Ревнуешь?!
- Вот еще… было бы кого… - пропыхтел он и тут же чуть с ящера не свалился, вытягиваясь, чтобы лучше услышать, над чем там эти двое веселятся.
- Ну, мне казалось, что Джиди для тебя имеет значение.
- А я для нее – нет! Она никогда со мной так себя не ведет, как с этим… копытным!
- В смысле не целуется под плащом? – съехидничала я.
- Не смеется так! Со мной она все время серьезная, а с ним во-о-о-н… чтоб он рогом своим в дуб вписался!
- А-а-а… То есть Рикиши уже тоже пора к тебе ревновать, как ты считаешь? – продолжала я издеваться над несчастным гномом.
- Это еще почему? – удивился малолетний Отелло.
- Ну, с ним я тоже так не смеюсь, как с тобой. Так что…
Ярим задумался, развздыхался, потом буркнул:
- Странные вы, женщины…
Нормальные мы… Надо быть совсем невнимательным, чтобы слышать, как Джиди смеется, как колокольчик, и не видеть, как она при этом искоса поглядывает в нашу сторону. И, уверена, ее интересует, явно, не моя реакция, а сурового нахохленного рыжего гнома, обдумывающего, как он скрутит кому-то рог.
- Ярим, я надеюсь, тебе ума хватит не задирать Клима? – поинтересовалась я тихо после ужина, когда Джиди уселась с нашим кентавророгом играть в шахматы, а гном сначала пометался из угла в угол, а потом плюхнулся и стал злобно пыхтеть в отдалении на эту парочку.
После моего вопроса он стал злобно пыхтеть на меня, так что я села рядом и принялась объяснять ему тайны женской психологии.
- Понимаешь, Джиди считает, что ты ей уделяешь мало внимания.
- Это она тебе сказала? – взвился Ярим, смотря на меня недоумевающе и испуганно одновременно.
- Нет, ее поведение, - успокоила я гнома. – Раз она использует постороннего парня, чтобы привлечь твой интерес, значит, ей его не хватает, понимаешь?
- А чего просто не сказать? – удивился Ярим. – Я вроде и так вокруг нее все время ж…
- Ты - вокруг, но мало и не так, - развеселилась я, понимая, что для прямой мужской логики происходящее действительно выглядит странновато. – Ей комплиментов хочется, понимаешь? Ласковых слов, эмоций…
- Так это… я ей вчера травы какой-то разноцветной нарвал! Есь сказал, что ее все девушки любят.
Тихо давя в себе смех, я с серьезным лицом покивала:
- Молодец. Просто ты не злись, когда она так себя ведет, и делай выводы, – Джиди хочет комплиментов, ласковых слов, нежности и эмоций. А не потыкать тебе под нос, что кроме тебя у нее еще поклонники есть.
Ярим снова надулся и отвернулся:
- Вот и пусть ей этот траву дарит… Я себя дураком теперь чувствую! Кручусь вокруг нее как болван последний, а она, значит, с рогатым кокетничает. Не, мамуль, ты как хочешь, а я считаю, что это она у меня с жиру бесится, вот. Так что пусть и спит сегодня со своим… копытным!
Выдав все это, гном подошел к играющей в шахматы парочке, хмуро посмотрел сначала на Джиди, потом на Клима и демонстративно направился к Чхару.
Дроу молча пододвинулся, практически без всякой мимики на лице, как обычно. Зато Джиди, проводив Ярима взглядом, растерянно уставилась на меня. Я пожала плечами и развела руками. Троллиха отложила шахматы, встала, подошла к надутому, как воздушный шарик, гному, уселась рядом. Ярим старательно изображал, что он выше всего этого, и, вообще, в углу шалаша происходит что-то потрясающе интересное. Джиди погладила шарик, потом растрепала ему рыжие волосы, затем, вздохнув, начала приподниматься, и тогда гном дернул ее за руку к себе, обнял и что-то прошептал ей в ухо. Троллиха рассмеялась, подскочила, потащила Ярима за собой к Климу и шахматам. Радостно щебеча и тормоша свое рыжее недоразумение, она, в итоге, каким-то чудом заставила этих двоих сыграть партию вдвоем, и умиротворенная отправилась спать, оставив Клима и Ярима выяснять, кто круче, через великую игру гениев.
Остальные мужчины, посматривая на происходящее, явно давились смехом, но молча.
Когда же я подошла к Бхинатару и Рикиши, чтобы начать укладываться спать, выяснилось, что для меня приготовлен сюрприз – оправдание для Еся.
Оказывается, лесовичок ехал выкупать себе невесту. Поэтому и бродил от родни к родне, собирая всякие интересные дивности и чудесности, которыми можно будет заинтересовать свою капризную даму сердца. Сватался он к ней уже не в первый раз, и, вместо того чтобы послать и жениться на той, что поближе и менее капризна, раз в год ездил с новым мешком диковинок, чтобы в очередной раз быть отвергнутым.
Я даже зауважала Еся – вот ведь настойчивый какой! А я его чуть в шпионаже не заподозрила…
Ну вот, в общем, как-то так, почти без приключений, буквально за полчаса до очередного рассвета, на тринадцатый день нашего путешествия, мы оказались на небольшой поляне, по краям которой как пограничные столбы стояли два высоких величественных дерева. Если не приглядываться, то больше всего они напоминали дубы, и листьями, и массивной представительностью.
Есь, спрыгнув с Клима, подошел к левому дереву и поскребся по нему. По-моему, лесовичок еще что-то прошептал, но очень-очень тихо.
- Эльфы скоро появятся, - сообщил он нам. – Без них в лес заходить опасно, можно погибнуть.
Мы кивнули и приготовились ждать проводников, периодически нервно поглядывая на розовые проблески зари. Оказаться незащищенными во время восхода солнца было страшно, и я уже несколько раз прокляла свою неосмотрительность – надо было не торопиться и переспать здесь, на поляне, а уже после заката начать стучаться и вызывать местных пограничников.
Больше всего я опасалась возможных неприятностей от наших противников. Они-то прекрасно ориентируются при свете, а мы сейчас будем беззащитны, как команда кротиков.
Да, всю дорогу засады обсуждали, умные планы строили… Но цель возникла перед нами совершенно неожиданно, и Клим поскакал к ней, погоняемый радостно повизгивающей наездницей. Шакрасис тоже, как ребенок, бросился наперегонки с единорогом, чтобы первым оказаться на поляне. Думаю, если бы гном сидел отдельно, а не со мной, – он бы тоже помчался вслед за своей подружкой. И только приличные взрослые люди: я, оба дроу, Нибрас и Рикиши подъезжали медленно, напряженные и озабоченные. То нервно поглядывая по сторонам, то недовольно оценивая расширяющуюся розовую полосу рассвета.
Оказавшись на поляне, Бхинатар с Чхаром слезли с ящеров и принялись изучать местность. Нибрас сначала дернулся взлететь, потом, под моим нахмуренным взглядом, спрыгнул на землю и подошел к замершему с виноватым видом Шакрасису. Да, поведение Клима и Джиди я готова была оправдать – почти дети, но наг… Хотя чего я хочу от мальчишки, который отправился в путешествие в статусе ученика мага? Поведения взрослого ответственного мужчины? О, да, временами бывают просветления. Но, в конце концов, у него же и по лицу, и по глазам видно, да и сам он не скрывает, что молодой и наивный. Детский сад под моей ответственностью… Ладно, выпускники старшей школы на пикнике!
Возле нага уже стояли обернувшийся в человека Клим, тоже поглядывающий на нас виновато и притихшая Джиди.
Ярим соорудил на лице суровое выражение лица и, оказавшись на земле, принялся бурчать что-то этим двоим, резко забыв, как совсем недавно требовал от меня скакать за ними с радостным гиканьем. Теперь он пользовался возможностью изобразить взрослого и умного, отчитывая бедную Джиди и неодобрительно поглядывая на Клима.
Обстановка становилась все напряженнее.
Правда, Бхинатар сообщил мне, что мы можем еще успеть переплести верхушки нескольких стоящих рядом деревьев, и тогда получится пусть и не шалаш, но достаточно широкий навес, под которым можно будет подождать эльфов. Но это, если не будет никаких проблем…
Оглядев свою семью, я поняла, что надо выдать успокоительно-объединяющую речь, прекратить все воспитательные и самобичевательные процессы и принять какое-то решение. Быстро, пока все не переругались, потому что у Джиди уже опустились ушки, поник хвостик, и вся только что светившаяся от счастья мордашка скуксилась.
- Ну что, не делай мы ошибки, не на чем было бы учиться, правда?! – я подмигнула Климу, улыбнулась нагу и показала кулак так и застывшему с открытым ртом и подавившемуся очередным брюзжательно-воспитательным перлом Яриму. – Думаю, мы все просто очень устали, ведь это было непривычно длинное путешествие, и я очень надеюсь, что до Джиннистана мы доберемся раньше, чем нам станет любое море по колено и все эльфы по пояс…
Шакрасис неуверенно хмыкнул, оглядывая себя. Джиди тоже слабенько хихикнула.
Дальше мы слегка рассредоточились, чтобы не оказаться слишком легкой добычей, если вдруг что-то пойдет не так. Гном и троллиха залезли на деревья, конечно, не на пограничные – сверху и обзор лучше, и ножами кидаться удобнее. Клим уселся рядом с Есем, как наиболее мирный представитель от нашей делегации. Оба дроу растворились среди теней. А Нибрас, наг и Рикиши окружили меня и ящеров, стараясь выглядеть не слишком вызывающе и, одновременно, быть готовыми к нападению, если оно вдруг произойдет.
К счастью, все эти предосторожности оказались излишними, – из леса вышли только четверо светлых эльфов. Двое лучников сразу взяли нас на прицел, а еще один ткнул рукой сначала в Ярима, потом в Джиди и махнул им, чтобы они слезали.
Когда мы, под вежливым конвоем, подошли к проходу между деревьями-пограничниками, один из эльфов, нервно оглянувшись, наткнулся на хмурое лицо неизвестно откуда возникшего Чхара. Бхинатар продолжал оставаться в тени, ожидая подходящего момента для своего появления.
- Мы пришли с миром, просто поговорить, - спокойно произнесла я. – Может, опустите луки? А то они немного нервируют моих спутников.
- Мы вас не звали, и вы нам не нравитесь. Так что смиритесь с нашими правилами, - произнес один из золотоволосых красавцев. М-да, верните меня обратно к дроу – с теми было проще, у них мания величия не такая всеобъемлющая.
- Да мы бы к вам и не являлись, если бы нам не нужен был потомок Виньямара. Так что, может, вы просто его позовете, а мы тут посидим и подождем?
Эльфы переглянулись и посмотрели на нас немного озадачено.
- Демон, наг, гном, тролль, дроу… Да, добровольно таким составом будут путешествовать или сумасшедшие, или жрецы, решившиеся в очередной раз разбудить драконов. Что ж, я отведу вас к дяде, - и красавец опустил лук и махнул рукой в сторону неожиданно появившейся тропинки. – Следуйте за мной и придерживайте своих уродливых монстров.
Шаллиз обиженно показал эльфу язык, а Обби, сидящий у меня на плече, презрительно замахал на него лапками.
- Под монстрами я подразумевал двух черных существ, по ошибке называющих себя эльфами, - добавил золотоволосый.
- Ах, ты о моем брате и муже?.. Прими мои соболезнования. Похоже, ты рожден с генетической ошибкой, раз не видишь красоты илитиири.
- Скорее, это ты в детстве слишком часто падала из колыбели вниз головой. Хотя если твоя мать связалась с дроу и родила от него сына, то, возможно, у тебя просто тяжелая наследственность и как раз именно генетическая ошибка, передающаяся из поколения в поколение.
- Что ж, давай каждый останется при своем мнении и будем соболезновать друг другу мысленно, - фыркнула я, решив прекратить бессмысленные пререкания. В конце концов, лес – эльфийский, мы тут в гостях, а этот высокомерный представитель эльфийской расы – наш проводник к потомкам жреца. И то, что мне очень хочется вдарить его по голове чем-то тяжелым, не оправдывает моего детского поведения.
Дальше мы продвигались молча, причем Есь плелся вместе с нами, пояснив, что не может вот так вот бросить нас на произвол эльфов, не убедившись, что у его спутников все хорошо.
Идти приходилось пешком, потому что ветки деревьев нависали очень низко и постоянно так и норовили задеть по лицу, зацепиться за одежду и скинуть с ящера. Клим шел почти рядом с эльфом и на мой незаданный вопрос с усмешкой кивнул, подтверждая, что выскочка еще вполне может себе позволить покататься на единороге. Почему-то эта приятная тайна теплом разлилась по моему телу, последние полчаса подозревающему, что его лишают заслуженного отдыха. Ведь по привычному уже режиму пора было ужинать и устраиваться спать, а мы тащились куда-то по едва заметной извилистой тропинке, причем в довольно быстром темпе.
Ярим и Джиди при этом еще успевали вертеть головами, восхищенно замирая при виде ярких и пышных цветов под ногами или еще более крупных и сочно-ярких – на деревьях. От пьянящих насыщенных запахов просто перехватывало дыхание. И, как бы гном ни пытался строить независимые рожицы, но вся эта благоухающая разноцветная трава поражала его суровое воображение. К тому же, к траве прилагались бабочки… В моем мире это были хоть и красивые, но небольшие насекомые, здесь же у этих сказочных существ крылья были больше моих ладоней и переливались всеми цветами радуги. А еще, тут встречались птицы… Красивые, с ярким оперением и длинными хвостами, слаженно распевающие на разные голоса утреннюю песню. Так и казалось, что еще немного, и из-за деревьев появятся жевуны, а птицы перестанут издавать непонятные трели и заговорят на всеобщем.
То, что наше путешествие подошло к концу, выяснилось, когда мы, по моему мнению, окончательно заплутали и оказались в густой чаще леса. Верхние ветки гигантских деревьев переплелись, создавая почти непроницаемый полог. Листва этих чудесных деревьев была не только всех оттенков зеленого, но, также, рыжая, красная, золотая, встречалась даже совсем неестественная – серебряная, а также и чисто белая, как снег. Повсюду разливался странный мягкий свет. А в гигантских живых стволах были вырезаны ступеньки, ведущие наверх, в выстроенные вокруг ствола круглые жилища. Крыша у них располагалась под углом, как у гриба, образуя скат и явно намекая на наличие чердака, благодаря парочке маленьких окон. Большие окна – овальные, без подоконников, обвивались изящными тонкими ветками, растущими, кажется, прямо из стен. Судя по всему, система построения эльфийских домов очень напоминала ту, которую мы использовали, возводя наши шалаши.
Для перехода между жилищами использовалась система подвесных мостов, где-то с перилами, где-то – нет.
- Красотища какая! – восхищенно прошептал Ярим.
- Это жилища лесных эльфов, - процедил наш проводник. – Аристократия живет в другом месте, но пришлых туда не пускают. Так что ждите здесь…
И смылся, засранец, оставив нас в центре эльфийской деревушки, под прицелом сотен любопытных глаз, изучающих нас сверху, из своих домиков.
Сначала мы стояли и смотрели по сторонам, задрав головы вверх, а на нас глазели эльфы, высунувшись из окон или присев на мостиках и опустив головы вниз.
Наконец, самые храбрые начали спускаться вниз по веревкам-лианам. Вскоре нас окружил с десяток эльфийских подростков, как самых отчаянных, с восхищением уставившись на Нибраса и Шакрасиса.
- А можно рога потрогать?! – поинтересовался один из них и, не дожидаясь разрешения, полез щупать голову демона. Бедный Нибрас растерянно уставился на меня, совершенно не представляя, как правильно реагировать. Правда, нагу не повезло больше, потому что на его змеиной половине уже ползало и балансировало пятеро храбрецов.
- Мальчики, главное – спокойствие, - попросила я ментально обоих одновременно. – Это дети, причем ни разу не выходящие за границы леса, как я понимаю. Так что крепитесь…
- Какая честь! Какая потрясающая, удивительная честь! Верховная жрица с сопровождающими! Прошу простить грубость моего племянника, он родился уже после последнего путешествия, когда веками внушаемое уважение к верховной жрице слегка покачнулось.
Рядом с нами появился высокий золотоволосый эльф неопределенного возраста – лицо без морщин, в глазах – ледяная безмятежность безвременья.
- Надеюсь, вы простите, если на одного из ваших спутников я надену ошейник подчинения? – и эльф тут же довольно ловко накинул на Нибраса нечто, по типу того, что я надевала на Рикиши в Блингденстоуне.
Инкуба сразу как будто заморозило и я перестала ощущать его ментально. Мгновенная блокировка магии и эмоциональной подпитки?
Проглотив про себя все нецензурное, я сдернула эту странную вещь и протянула эльфу обратно:
- Не прощу. Я прекрасно понимаю, что вы не обязаны мне доверять, особенно учитывая случившееся пять сотен лет назад. Но и я вам доверять тоже не обязана. Поэтому мои спутники будут находиться под моим контролем, нравится вам это или нет. Мы не претендуем на ваше гостеприимство, нам лишь нужен потомок Виньямара.
- Прекрасная вендэ, Виньямар Морнэмир – это я. И, надеюсь, вы понимаете, учитывая случившееся пять сотен лет назад, - в голосе эльфа, повторяющего мои же слова, четко прозвучало ехидство и намек на возмущение, - мое нежелание отпустить любого из своих детей в опасное путешествие в сопровождении демона.
- Прекрасно понимаю, - к сожалению, я не знала, что означает титул «вендэ» и тем более плохо представляла, с каким титулом мне надо обращаться к этому Виньямару. А проблемы в моих знаниях всегда действовали на меня удручающе и я начинала смущаться и терять уверенность в себе. Однако, сейчас ничего подобного допускать было нельзя, иначе глазом моргнуть не успеем, как все тут на коротких поводках окажемся. – Но, согласитесь, с моей стороны позволить надеть чужой ошейник на полностью подвластного мне инкуба, было бы величайшей глупостью.
- То есть вы утверждаете, что демон находится под полным вашим контролем? – моя настойчивость принесла положительные плоды и эльф задумался, поглядывая то на меня, то на Нибраса. Но тут он, неожиданно, заметил до этого успешно скрывающегося за нагом Рикиши и широко распахнул глаза, не скрывая удивления. Затем нахмурился, внимательно изучая смотрящего на него в упор Рики: – С вами еще и нетопырь путешествует? Он тоже под вашим контролем?
- Да, демон, наг, гном, нетопырь, оба дроу, тролль и даже… единорог. Все они под моей ответственностью, и я контролирую их поведение. И с тем вашим потомком, кто решится отправиться вместе с нами, я собираюсь тоже заключить договор полного и беспрекословного подчинения. - Ну, это меня уже понесло, возможно, кстати, зря. Судя по тому, как эльфа передернуло. Но брать с собой светлую выскочку, ведущую самостоятельный вызывающий образ жизни, я точно не готова. Докажет право называться братом и другом – станет им. А так – только договор полного подчинения и никак иначе.
Задумываться, что мы все будем делать, если вдруг эльфы нас сейчас пошлют в пеший одинокий поход, не хотелось. Наверное, тогда придется торговаться, но сейчас я была уперта, как скала, и всем своим видом это демонстрировала.
Очевидно, Истейлия была для всех медом мазана, потому что Виньямар хоть и процедил, что подобные условия его не устраивают, и договор безусловного подчинения между человеком и эльфом покроет последнего несмываемым позором, но послать нас никуда не послал.
Точнее, нам было предложено посетить один из дальних домов семейства Виньямара, и даже пообещали выделить несколько эльфиек из прислуги, для «увеселения моих спутников».
- Я поговорю со своими детьми, передам им ваши условия и мы составим список своих, которые важны для нас, Потом соберемся, чтобы обдумать и создать договор, который удовлетворит всех. Мы не можем пойти против воли своих богов и отказать вам в помощи, но и отправляться на верную смерть тоже не стремимся.
Я согласно кивнула и даже сподобилась изобразить что-то, похожее на реверанс. В кожаных штанах и безрукавке смотрелось, наверное, довольно оригинально, но судя по выражению лица эльфа, – он оценил мои потуги.
- Приятно иметь дело с благородной вендэ, - произнес он с улыбкой, и мы, в сопровождении компании местных подростков, отправились туда, куда нас послали - в дальний домик.
Это оказалось двухэтажное здание, как ни странно, стоящее на земле, на берегу озера. Внизу оказался большой зал - столовая и гостиная, подсобные помещения и кухня, а также три спальни. Наверху - девять спален с прилагающимися к каждой комнаткой для прислуги, ванной и туалетом. Повизгивая от восторга, мы решили сильно не расползаться и оккупировать верхний этаж. По двое заселились только я с Рикиши и Ярим с Джиди. Остальные разобрали себе по отдельной комнате.
- Блаженство какое! – в восторге замерла я, оглядывая спальню. Прямо как будто назад в прошлое: настоящая кровать, трюмо, ванная комната с горячей и холодной водой, шампунями, пенками, маслами… Туалет! Обычный белый унитаз, с туалетной бумагой и плевать, зачем он эльфам и как он у них функционирует - главное, что он есть!
Как же меня достало делать все интимные дела за кустиками, вприсядку!
Вроде бы всего две недели в пути, к тому же две ночи мы провели в гостиницах, как люди, но все равно… все равно хочется кричать от счастья: «Ура! Цивилизация! Как же я без тебя скучала!».