Глава 20

– Простите, – бортпроводница аккуратно прикасается к моему плечу. – Вы будете что-то пить? Чай, кофе, сок… у нас большой выбор и… – Нет, спасибо, – отказываюсь, отворачиваясь к окошку. Даже на улыбку сил нет. Я все их оставила после разговора сначала с Романом, а затем с Рустамом, который сделал выводы и даже слушать меня не стал. Как итог, мы летим рядом, но даже не разговариваем. Он заказывает третий стакан виски, а я делаю вид, что меня это не напрягает, хотя если говорить честно – очень напрягает. Мы на огромной высоте, в закрытом пространстве самолета, а рядом со мной человек, который считает меня предательницей и стукачкой. Я тщательно делаю вид, что не замечаю того, как он заказывает стакан за стаканом, пьет несколькими глотками, а затем кому-то отвечает на сообщения. И снова пьет. Аллах… По правде, мне уснуть страшно рядом с ним, потому что боюсь пропустить, когда его, возможно, накроет. В отеле ведь накрыло, он пришел ко мне в номер и едва не трахнул. На телефон приходит смс-сообщение. Я вижу только загоревшийся экран, хочу протянуть руку и взять, но Рустам оказывается быстрее. Забирает мой телефон, но усмехается, когда не получается разблокировать. Возвращает мне. – Моих бабок не хочешь, да? – Я не беру никаких денег. – А что, за бесплатно работаешь? – усмехается. – Так сильно понравилось стукачить? Ничего ему не отвечаю. Вместо этого снимаю блокировку с телефона и вижу уведомление о зачислении денег. Имя отправителя не отображается, но мне и так прекрасно понятно, от кого деньги. За ответ Рустаму становится стыдно, потому что… вот же… взяла, получается. Даже если меня не спросили. Сумма, между прочим, внушительная. Полагаю, это еще не вся. И это не за то, чтобы я следила за Рустамом, это за предательство подруги. – Мало отправили? Рустам словно чувствует. Язвит, глядя на мое, видимо не слишком довольное лицо. – Мало, – киваю. – На большее рассчитывала. Он не пытается выслушать, так что принимаю его правила игры. Подыгрываю. – Я увольняюсь, Рустам, сразу по прилету. – Собрала уже информацию? – Более чем. – И что рассказала? – Все. Все твои секреты. Он усмехается. Ощущение, что своим пьяным мозгом не может сложить дважды два и понять, что я ничего на самом деле о нем не знаю. Никогда не знала. Даже когда он мужем был смогла достать информацию только через вирусную флешку. Через него – никогда и ничего, потому что он со мной даже не разговаривал. Что я могла собрать сейчас? Название виски, которое он пьет? Или количество стаканов? Аллах, я даже с этим не справилась, потому что потеряла счет уже на третьем. Мы прилетаем домой уставшие. Я глаз не сомкнула, извелась от переживаний, а Рустам поспал два часа. Отрубился с пустым стаканом в руках, который я аккуратно у него забрала и передала бортпроводнице. Не знаю, о чем она подумала, когда я передавала ей стакан, но улыбалась понимающе. Таможенный контроль проходим быстро, багаж забираем на ленте. Все это время молчим. Я готовлюсь вызвать такси сразу, как выйду из аэропорта, но Рустам тащит меня к машине. Он вызвал своего водителя, а я не понимаю его действий. Зачем это? Я могла бы и сама. Вряд ли ему доставляет особое удовольствие подвозить стукачей. Но он везет. Называет сначала мой адрес. Молчим всю дорогу. Я нервно и напряженно смотрю на дорогу, он… он уткнулся в телефон. У него там что-то наверняка интересное, а у меня сердце снова вразгонку из-за него. Я ничего не понимаю. Почему он взял меня на работу, если ненавидит. Оплатил все, платье даже с обувью всунул. Я ему принесла их в номер, хотела оставить, но на такой взгляд наткнулась, что когда он сказал «Забери», забрала и ушла. Аллах, да я лететь была готова из его номера, лишь бы больше этого тона не слышать и этого взгляда не видеть. Машина останавливается. Рустам даже головы от телефона не поднимает. С дверей слетает блокировка. Я свободна, мы у моего подъезда, но я почему-то не могу выйти. – Я ничего не передавала, – говорю ему. – И информацию никому не сливала. Он блокирует экран, поворачивается ко мне. Врезается взглядом, будто острыми шипами. Мне от них физически больно. О моральном молчу. Там давно все на осколки разбито. – Мы о нынешнем времени, верно я понимаю? Хочется его ударить. Впервые испытываю такое сильное желание, что аж ладонь покалывает. Приходится сжать пальцы в кулак, иначе бы точно ударила. – О нынешнем, Рустам. Я поехала с тобой, понятия не имея, с кем мы встретимся и Романа я считала погибшим. – Удобно. – Можешь не верить. – На работе все равно не оставлю, ты же понимаешь. – Я бы все равно не осталась. Вижу, что у него на языке крутится колкий ответ, но он почему-то молчит. Поджимает губы, кивает на дверь. Пора, мол, отчаливать. Я цепляю ручку, щелкаю, выхожу на улицу и забираю из багажника свои вещи. Слышу стук двери, поднимаю голову. Рустам вышел на улицу. Стоит, подкуривает. Его угрожающее спокойствие действует на меня угнетающе. Я едва переставляю ногами, когда прохожу мимо него. Даже не прощаюсь, потому что мы уже вроде как… попрощались. – Дария, – окликает меня, я разворачиваюсь к нему. – Не пригласишь зайти?