28. Досуг

Следом за Диким в дом проходит Скважина.

– Анжела? – Рита смотрит на неё с удивлением.

– Я подумала, что лишние руки не помешают, – немного виновато улыбается та, снимая куртку. – Всё же, у Сергея с его бывшей женой нет опыта воспитания детей.

– А у вас есть? – усмехаюсь, но, поймав на себе блеснувший торжеством взгляд Серёжи, тут же делаю отстранённое лицо, будто мне всё равно.

– Ну, я всё-таки культорганизатор, – продолжает щебетать Скважина. – Умею организовать досуг и находить общий язык с людьми.

Она подходит ко мне и начинает щекотать Ваню, который тут же ёрзает и уворачивается.

«Культорганизатор… досуга для взрослых», – проносится у меня в голове, но я лишь крепче сжимаю губы, чтобы не ляпнуть ничего при Рите, и молчу.

– Так, Серёга, ты за главного, – хлопает Егор Дикова по плечу и начинает что-то объяснять ему про собак, а тот с умным видом кивает.

Когда дверь за хозяевами дома закрывается, мы молча, втроём, топчемся в коридоре.

– Может, чаю? – по-хозяйски предлагает Скважина и тут же уходит на кухню.

Я, бросив взгляд на Серёжу, закатываю глаза и демонстративно ухожу в гостиную к детям. Диков прётся следом, но я, игнорируя его, остановившегося у входа, сажусь рядом с детьми на ковёр.

Придерживаю Ваню, который тут же порывается развалить построенный старшим братом дом из конструктора, и начинаю расспрашивать детей во что они играют.

Услышав тяжёлый вздох за спиной, не оборачиваюсь. Звук удаляющихся шагов подсказывает – Серёжа ушёл на кухню. Оттуда сразу доносится медовый щебет Анжелы, а я закатываю глаза. «Послал Бог помощничков».

– Серёженька, вам с сахаром? Или без?

– Спасибо, я сам, – отзывается Диков негромко.

Слышу грохот кружек, скрип стульев, обрывки тихих фраз, которые не могу разобрать. Бешусь от того, что то и дело прислушиваюсь, и стараюсь переключиться.

– Катюш, покажешь мне игрушки Вани, чтобы он не отнимал у братика? – прошу я.

Девочка тут же кивает и, порывшись в большой коробке, приносит мне кубики и пирамидку.

– О, вот это мы любим, – усмехаюсь я и, усадив Ваню между ног, рассыпаю перед ним игрушки.

Мальчишка деловито кряхтит и начинает складывать их в правильном порядке, а я с интересом наблюдаю за этим, увлёкшись, и не сразу осознаю, почему учащается пульс. Лишь потом ощущаю на себе пристальный взгляд. Поднимаю глаза – в проёме снова Серёжа. Он стоит, облокотившись плечом о стену, и смотрит на нас.

Я перевожу взгляд обратно на ребёнка.

Диков тяжело вздыхает, отлипает от стены, подходит и присаживается на корточки. Подмигивает Ване, который тут же снимает с пирамидки верхушку и тянет ему.

– Иди чаю попей. Замёрзла, наверное, – хмуро бросает он мне, когда Ваня перебирается к нему и встаёт, оперевшись на его колени.

– Спасибо за заботу, – язвлю с улыбкой.

Получается плохо, потому что Серёжа смотрит на ребёнка так тепло, что в эту секунду хочется простить ему всё. Поэтому, чтобы не очаровываться и потом снова не разочаровываться, я отворачиваюсь и наблюдаю за Катей и Ильёй. Но им не нужна моя помощь – они отлично ладят между собой.

Подтянув колени к груди, обхватываю ноги, кладу на них подбородок и просто смотрю на детей, пока со стороны Дикова мне в нос не прилетает деревянный кубик.

Айкаю, подпрыгиваю и хватаюсь за переносицу. Оборачиваюсь. Дикий смотрит на меня таким же ошарашенным взглядом, а затем выхватывает у Вани из рук ещё один кубик, которым тот уже замахивается. Малыш начинает капризничать.

– Он не специально, – выдыхает Серёжа с таким искренним испугом, будто я сейчас убью его.

Глаза начинают слезиться от боли. Шмыгнув вмиг отёкшим носом, собираюсь встать.

– Дай посмотрю, – перехватывает меня Диков, убирая руку от переносицы. – Крови нет, просто ушиб. Сейчас что-нибудь холодное принесу.

– И на том спасибо, – усмехаюсь и сажусь обратно.

Серёжа встаёт, Ваня тут же перебирается ко мне на руки, морщит нос и весело улыбается, показывая мне кубик.

– Ты – хулиган, – строго смотрю на него.

– Ваня не хулиган, он – маленький, – тут же заступается за брата Катя.

– Ох, вот видите, а я говорила! – забегая в гостиную вперёд Дикова, кудахчет Скважина и выхватывает у меня из рук ребёнка. – Это потому, что ваша бывшая жена – молодая и неопытная! К детям нужен особенный подход.

Возмущённо смотрю на неё, вставая и оценивая, выдержит ли шиньон, если я выволоку за него эту курву на улицу.

Серёжа, перехватив мой взгляд, тут же шагает вперёд, вставая между нами. Придержав меня за поясницу, он быстро прикладывает к моему носу вафельное полотенце с чем-то холодным внутри. Вздрагиваю, зависая на его глазах.

– Не дёргайся, а то синяк будет, – вздыхает он, не отпуская меня, а я не могу не дёргаться, потому что его рука, плотно прижатая к моему телу, обжигает кожу похлеще раскалённых углей.

– Уезжайте, я сама справлюсь, – сердито шепчу, глядя на него.

– Егор вернётся, и я уеду, – кивает Диков.

– «Я»? – фыркаю и стреляю глазами в Анжелу, а он усмехается.

– Мы, – помолчав, добавляет.

Обиженно замолкаю. Вот и пусть катятся.

– Ну, чего ты капризничаешь? – сюсюкает Скважина, не отпуская Ваню, который упрямо выкручивается из её рук. – Хочешь, поиграем? Ку-ку! Ку-ку!

Беспомощно наблюдаю, как малыш пытается выбраться из цепких лап кульорганизатора.

– Да отпустите вы его! – не выдерживаю, убирая руку Дикова и выглядывая из-за него.

– Не надо меня учить, у меня есть опыт организации досуга, в отличие от вас, – зыркает на меня Анжела и тут же вскрикивает, потому что ей с размаху прилетает удар кубиком в глаз.