Глава 23

– Вот и умница! – улыбнулся Алексей Карлович, гипнотизируя расчетливым ледяным взглядом. – К церемонии давно все готово. Идем, душа моя! – Галантно приложился губами к моей ладони, чтобы затем положить ее на сгиб собственного локтя. – Я отведу тебя к алтарю.Ступая под руку с графом Зориным, я чувствовала, как он воздействует и контролирует каждый шаг, заставляя улыбаться и сильнее биться сердце. Тело практически не подчинялось мне, и только в глубине сознания билась мысль, что это неправильно.Так не должно быть! Даже канцлеру не удалось прочесть мои мысли, пока я сама не открылась. Что же позволило Зорину взять надо мной контроль?Ответ нашелся, когда мы замерли на вершине мраморной лестницы, а мужчина ободряюще похлопал меня по руке. Кровь! Графиня неспроста вонзила коготки в мою кожу! Алексей Карлович залечил ранки и магией собрал каждую капельку, проступившую сквозь тонкое кружево. Скосив глаза, потому что головой вертеть не получалось, я заметила проколы на ажурной ткани перчаток. Кровь послужила ключом к порабощению сознания.Но граф еще не сталкивался с такими, как я! – Скривилась, завидев в конце лестницы усыпанную алыми лепестками дорожку к темному источнику, у которого замер в ожидании жених. – Я лучше погибну, чем стану марионеткой в руках последователей Темного ордена.Граф контролировал часть моего сознания, нарочно или нет, давая понять, что сопротивляться бесполезно. Но что, если сознательная часть меня покинет тело? Граф Зорин – темный маг разума, но никак не некромант, способный управлять бездушной оболочкой. Мне бы только на мгновение перехватить контроль, а дальше я как-нибудь справлюсь.Я смотрю на покатые ступени и никак не могу решиться. Затем перевожу взгляд на Костю, сияющего счастливой улыбкой, фальшиво улыбаюсь в ответ. Невольно отмечаю массивную чашу источника, над которой клубится черное марево, установленный перед источником плоский камень, пропитанный болью и страданиями жертв. Это место сочится гадкой энергией и никакими ухищрениями этого не скрыть.Фальшь, принуждение и обман – вот цена великой любви. Меня не подкупить этим суррогатом! С силой смыкаю зубы на кончике языка. На глазах проступают слезы, рот наполняется кровью. Отрезвляющая боль пронзает до кончиков пальцев, и на миг ко мне возвращается контроль. Я отталкиваю графа и рывком устремляюсь вперед. Но длинный подол путает ноги. Шлейф натягивается, будто на него наступили сзади. Тонкая ткань не выдерживает и рвется, а я падаю и кубарем качусь по каменным ступенькам.Нина говорила, что чувствует, когда с родными по крови происходит несчастье. Жаль, у меня не осталось при себе амулетов, и я не маг, чтобы отправить зов. Понятия не имею, как это делается. Но в миг, когда мир кувыркается и летит вверх ногами, мысленно кричу и зову на помощь… князя.Острая боль пронзает висок, я слышу неприятный хруст и тут же с легкостью выскальзываю из собственного тела, освобождаясь от боли, оков чужой власти и страданий. Невидимым облачком воспаряю над фигурой в белом, распростершейся у подножия лестницы, с сожалением наблюдая, как из раны на голове струится кровь.Костя спешит ко мне с выражением дикого ужаса на лице, и все равно не успевает.– Ася, нет! – Падает на колени, не зная, с какой стороны прикоснуться. – Что ты наделал, отец? – Трясущимися пальцами дотрагивается до раны и с содроганием смотрит на кровь. – Помоги ей! Вылечи! Сделай, что-нибудь!Граф спешит, едва не падая. Но ему проще, в брюках легче удержать равновесие, чем в жутко неудобном платье. Еще на подходе, Зорин-старший формирует целительское плетение и запускает в меня разрядами одно за другим. Проходит минута, еще одна, но никаких улучшений не происходит.– Бесполезно, у нее сломана шея. – Алексей Карлович устало плюхается на ступеньку, широко расставляя ноги в тех самых сапогах из видения. Вот и нашелся таинственный хозяин купца Холзмана, установивший жертвенный алтарь в подвале под его домом. Кто бы только знал! – Мгновенная смерть, я бессилен что-либо исправить.– Нет, нет, не может быть! Я не верю. Нет! Она не умерла. Не может умереть. Попробуй еще раз!  – Костя подхватил меня за плечи, прижал голову к себе, баюкая и покрывая поцелуями.Осознание того, что я умерла, приходит не сразу. Ведь вот она я! Относительно живая, хоть и бестелесная. А тело? Его же можно восстановить, или уже нет? Странно наблюдать со стороны за попытками реанимации, за отчаянием жениха и неподдельным горем, с которым он не желает мириться. И за тем, как в его глазах вспыхивает безумная надежда.– Я знаю, кто способен ее вернуть! Мама! Насте поможет только маг Жизни! Отец, мне срочно нужен портальный амулет.– Костя, послушай. – Алексей Карлович с притворным сочувствием качает головой. – Вспомни, как тяжело Настя перенесла переход сюда. Магия жизни невозможна без магии света, а ее тело насквозь пропитано тьмой. Я же только что влил прорву темной энергии. После портала тело сгорит при первой же попытке вернуть его к жизни.– Но я… я ведь могу привести маму сюда! Она не откажет. Не посмеет! Маг Жизни служит императору, а Настя – младшая из рода Забелиных.– Опомнись, сын! Имперцам здесь делать нечего! Это место единственное скрыто от них так, что ни одно поисковое заклинание не сработает.– Отец, я прошу! Ася нужна мне. Я без нее не смогу. Я должен все исправить. Вернуть ее. Ты не понимаешь…– Это ты не понимаешь! – Граф поднялся, сверкая тьмой в глазах. – Источник важнее девчонки. Выбери себе любую другую и делай с ней, что заблагорассудится. А истинных мест силы, подобных этому, больше не существует.– Плевать я хотел… – процедил Костя, но темный маг вытянул руку вперед, сжимая пальцами его горло.– Думай, что говоришь и кому! Не вынуждай принимать крайние меры.– Пошел ты! – прохрипел молодой человек, хватаясь за горло и расстегивая тесные пуговицы свадебного камзола. Но не за тем, чтобы свободнее вздохнуть, а, чтобы вытащить из внутреннего кармана жетон видока. – Идите вы все… во тьму!– Не смей! – страшно кричит старший Зорин, хлестая предателя магией по горлу, будто острым ножом.Булькая и захлебываясь кровью, Костя силится что-то сказать и не может. С ненавистью глядя на темника, он поднимает руку и стискивает жетон в кулаке так, что тот крошится на кусочки. Темный маг в бешенстве вонзает в тело жениха клинки, сформированные из чистой тьмы. Осколки амулета падают на пол, и Костя оседает следом, накрывая меня собой. Сил у парня еще хватает, чтобы показать человеку, который когда-то подарил ему жизнь, фигуру из приподнятого среднего пальца. Затем Костя подползает повыше, чтобы оказаться лицом к лицу со мной.– Мы все равно будем вместе, любимая. – Целует меня и замирает с улыбкой на губах.Я вижу, как темная тень отделяется от тела жениха и воспаряет в воздух. Душа чудовища, наполовину обезображенная тьмой. Сильная, кровожадная, жаждущая чужих жизней. Вторая половина еще хранит человеческие черты, напоминающие прежнего Славика, каким я его знала двенадцать лет назад.Двуликий монстр еще не понимает, что произошло, осматривается и, завидев меня, кидается с такой скоростью, что никто не успел бы его остановить.– Ас-ся! – Искореженный тьмой потусторонний голос жениха, похожий на скрежет когтей по стеклу, вызывает во мне омерзительную дрожь.Мне бы сбежать, но я не подумала, что в бестелесном облике меня можно увидеть и даже схватить. Славик вцепился в меня обеими руками. Черной и жгучей клешней, прожигающей бестелесную оболочку, и второй, похожей на человеческую. Я растерялась, не понимая, что делать и как вырваться.А в это время пространство вокруг взорвалось вспышками десятков порталов, откуда хлынули Забелины в полном составе, Бельские, Шумские, Стужевы и другие. Я распознала лишь некоторые печати золотых родов, с которыми столкнулась недавно. Воздух раскалился от заклинаний, стало светло, как днем, из-за вспышек магии и плетений света. Он схлестнулся с тьмой, ядовитым клубком свернувшейся вокруг Алексея Карловича, который опрометью бросился к источнику, чтобы черпать из него силу.Я опомниться не успела, как гигантский зал превратился в поле битвы. В другой раз предпочла бы убраться подальше отсюда, но впившийся клешнями монстр не отпускал. Он еще не освоился в бестелесной оболочке, вот и норовил прильнуть поближе, обнять, а это требовало сноровки и… моего согласия. А я уворачивалась, сопротивлялась и упиралась руками и ногами.Внезапно что-то дернуло меня и потянуло вниз. Там, у наших со Славиком тел, на коленях стояла женщина, которую он называл мамой. А еще бледный, как мел, князь Леви, Нина и странный человек, внутреннее сияние которого слепило как солнце. Они сражались за наши жизни, концентрируя вокруг колоссальный объем магии света. Тело Славика, пораженное гнилой силой, плавилось и чернело на глазах. Тьма, разлитая вокруг, не желала отпускать законную добычу.– Я не вытяну обоих! – слышу отчаянный крик женщины. – Их что-то держит там.– Держит? – Я огляделась и обнаружила, что к Славику со спины уродливой клешней присосалось темное щупальце.Имперские маги оттеснили темников к алтарю. Старший Зорин стягивает к себе все ресурсы, чтобы дать отпор. Темная половина тащит Славика прочь, а он намертво вцепился в меня. Черная клешня облепила руку от запястья до локтя и слилась с моей тьмой, откликнувшейся на присутствие идентичной силы. А меня еще удерживала связь с телом и воля могущественных магов, воззвавших к родственной крови.Да они на части меня разорвут! – испугалась не на шутку, когда нас со Славиком потащило к алтарю. – А-а-а, помогите кто-нибудь!Я бы зажмурилась, чтобы не видеть раззявленной пасти, клубящейся тьмы и мелькающих там, словно в адском котле, поглощенных душ.– Не хочу, чтобы это было так. Пусти! Славик, отпусти, ты меня убиваешь!– Не могу, – просипел тот, чье лицо виделось наполовину нормальным, а на другую половину – оскаленным черепом. – Ты… моя…– Нет! Не хочу! Отпусти! Не надо! – Сопротивлялась, как только могла, и уже отчаялась справиться, как вдруг меня окутало светлым облаком. – Вы?! Но как? – Нет, это было не облако, а энергетическая сущность великого князя, сумевшего покинуть тело.– Я же видел, как ты это делаешь, – раздался голос Алима, проникающий в каждую клеточку.– Снова ты? Убирайся! – Славик исполнился злобной ярости. – Ася останется со мной.– И не подумаю! – рыкнул князь. – Послушай, Константин или Вячеслав, не знаю, как теперь тебя называть, – обратился он к светлой части Зорина. – Ты ведь хотел спасти Настю. Так, почему убиваешь? Если любишь, отпусти. Она уже пострадала из-за тебя, и сейчас ты лишаешь ее последнего шанса. Ты ведь пожертвовал собой, чтобы указать нам путь. Для чего? Чтобы обречь Асю на вечные страдания? Если не отпустишь, твоя жертва будет напрасной.– Но я всего лишь хочу быть рядом!– Оглянись! Посмотри, куда ты ее тянешь, – не отступался Алим. – Ты же на самом деле любишь, теперь я это вижу. Любовь к Насте все эти годы позволяла тебе оставаться человеком. Это ведь ты вынес ее из пожара? Ты однажды уже спас ей жизнь, зачем губишь теперь?– Я не могу… не хочу оставаться один.– Можешь! – Алим мягко расцепил пальцы на той руке, что составляла светлую часть Зорина. – Ради нее. Ася будет жить благодаря тебе! – С силой перехватил черную клешню и рванул, высвобождая меня из плена.Уродливое лицо исказилось ужасом, когда осознало, что нас разделили. Темный источник почувствовал слабину и, как ненасытная утроба, тут же потянул к себе давно порабощенную душу. Барахтаясь из последних сил, Славик цеплялся за темную часть меня, впивался когтями и тянул так сильно, что моя энергетическая оболочка «трещала по швам». В какой-то момент она не выдержала и лопнула в точке натяжения, и Зорина вместе с оторвавшейся частицей моей души тут же затянуло в ненасытную пасть оскверненного источника. Я закричала, забилась в припадке, испытывая непостижимую боль потери.Меня снова потянуло вниз, к телу, и на этот раз ничего не помешало вернуться. Только очнувшись, я зашлась криком от непрекращающейся боли, в физическом теле усилившейся стократно.– Что с ней? Не понимаю! – донесся голос матери Славика. – Она вернулась, угрозы жизни больше нет.Меня пытались удержать, целители волну за волной вливали энергию, от Нины шел мощный поток магии, но ничего не могло заполнить пустоты, откуда вырвали кусочек души.– Нина, перенеси нас в Венскую купель, – за гранью сознания услышала просьбу князя.– Алим, ты уверен? Быть может, родовой источник поможет?– Он не хотел ее отпускать, тащил за собой, – пояснил канцлер. – Мне пришлось разорвать связь, что успела между ними образоваться там. Славик унес ее темную часть с собой. Я никогда прежде не сталкивался с подобным, но, чувствую, если немедленно не помочь, она сойдет с ума от боли.– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Алим, – ответила императрица, прежде чем нас окружил серебристый вихрь.Светлый портал я перенесла легче. Даже биться и хрипеть перестала, потому что это не приносило облегчения. Князь оказался прав, тянущее ощущение в области сердца сводило с ума. Я не могла сосредоточиться на чем-то, кроме этого жуткого чувства потери, по капле высасывающего жизнь. Завихрения портального перехода сменились приглушенным отблеском горящих свечей неизвестного храма. В нос ударил запах жженого воска. Я удивиться этому не успела, как меня с головой погрузили в воду. Сил, чтобы барахтаться или сопротивляться, не осталось. С первым же вздохом внутрь хлынула… нет, не вода, чего я инстинктивно испугалась, а энергия, заполнившая изнутри и соединившая с купелью.Только и эта мера не принесла облегчения! Вырванный осколок души не заменить и не заполнить магией.Но вот я снова ощутила присутствие князя. Он и был той энергией, что текла по венам. Он стал силой, рисующей невидимые защитные знаки на теле. Он снова обернулся сияющим облаком, заключая меня в кольцо надежных объятий.– Что вы делаете? – поразилась, ощутив, как он отрывает часть себя и заполняет недостающий кусочек моей души. – Зачем? Это же так опасно. Вы сейчас должны испытывать невероятную боль!– Но боли нет, я ведь сам пожелал этого. Меня окрыляет чувство радости, что сумел тебя спасти, – возник ответ Алима у меня в голове.– Я снова должна вам жизнь? Так нечестно. Мне нечего предложить взамен. – Я исполнилась грусти и сожаления.– Ошибаешься! У тебя есть то, чего мне так недоставало эти долгие годы. – В интонациях князя я уловила волнение и робкую надежду на что-то, чего он ожидал от меня.– Что же это? Вы столько раз спасали мою жизнь, что она и так принадлежит вам. Теперь понимаю, отчего вы предложили сестре клятву служения и тем самым уменьшили груз неподъемного долга. А моих жалких способностей не хватит, чтобы отработать и тысячной доли.– Нет, Настя, я хочу попросить кое-что другое. Что не имеет цены и не отдается по приказу.– Не понимаю, о чем вы говорите, князь.– Настя, я прошу тебя стать моей женой и позволить тем росткам любви, что уже посеяны в твоем сердце, прорасти и подарить нам обоим капельку счастья.– О-о-о! – поразилась, не в силах поверить, что князь действительно сделал мне предложение. – Вы не шутите? Невероятно! Вам известно то, о чем я сама только догадываюсь и не позволяю себе даже думать об этом? А как же сестра и ваша беззаветная любовь к ней? Вы ведь уже пытались полюбить другую и…– И теперь у меня есть дочь, глядя на которую я понимаю, что попытка не была напрасной. Но с тобой все иначе. С первой минуты, как увидел, я сразу понял, что ты особенная. Загадочная, хрупкая, смелая, отважная, с чистым и благородным сердцем, способным полюбить один раз и на всю жизнь. Если не веришь, смотри!Алим открылся, обнажая одинокую душу человека, истосковавшегося по ласке и человеческому теплу. Желающего встретить чуткую половинку, который примет его со всеми талантами, достоинствами и недостатками, и полюбит так сильно, чтобы согреваться пламенем взаимной любви и уважения до глубокой старости.– Так, что же ты ответишь? – спросил князь, выказывая несвойственное ему нетерпение.– А разве вам не известен ответ? У меня ведь не осталось секретов.– Известен, но я хочу услышать его от тебя. И еще попрошу об одолжении: не обращайся ко мне на «вы», пожалуйста. Каждый раз чувствую себя стариком, соблазняющим невинную девочку.– Старик? Как вам, то есть, тебе не стыдно! Да у меня мысли в голове смешались, когда впервые ты оказался рядом. Помнишь, в подземелье, когда я по незнанию коснулась алтаря? Тогда, очнувшись у тебя на руках, я впервые подумала… Кстати, я нашла обладателя тех сапог. – Невольно опечалилась от грустных воспоминаний, а сердце отозвалось фантомной болью невосполнимой потери.– Ш-ш-ш! – Меня окутало волной согревающей нежности. – Не думай о грустном. Теперь я всегда буду рядом, если ты только позволишь.– Позволю? Да я мечтать не смела, что ты обратишь на меня внимание. Кто я, такая? Всего лишь безвестная гимназистка и недомаг. А ты – великий канцлер, наводящий ужас могущественный маг разума, талантливый, умный и невероятно заботливый мужчина, любящий отец. Мне нечем заинтересовать такого мужчину, как ты. Моя душа, мысли и тайны доступны тебе, как открытая книга. Даже сейчас, когда вижу и чувствую тебя настоящего, до ужаса боюсь проснуться и осознать, что это был сон.– Настя – ты самая удивительная девушка из всех, кого я встречал в жизни. Тебе удалось заинтересовать меня, удивить и даже бросить вызов, умудряясь скрывать мысли, когда я так хотел узнать, что же творится в твоей хорошенькой головке. И я ничуть не разочаровался, обнаружив за умопомрачительной внешностью острый ум и удивительный внутренний мир. Ммм, знаешь, а еще я жуткий собственник! – Алим добавил голосу лукавства. – Теперь ты владеешь частичкой моей души, поэтому взамен я желаю заполучить тебя целиком. От корней волос до кончиков пальцев на ногах. Уверен, у тебя полно еще скрытых талантов, которым попросту не хватило времени раскрыться. Настенька, позволь же, наконец, услышать твое искреннее, незамутненное и восхитительно желанное…– Да! – ринулась навстречу мужчине, окрыленная радостным предвкушением, что незачем больше обманывать себя и прятать чувства в глубины подсознания.Наши губы встретились, сливаясь в первом трепетном поцелуе, которого я сама желала так сильно, как никогда прежде. А еще, как никогда прежде так волнительно не кружилась голова, не замирало сердце от восторга, не сбивалось с ритма дыхание и не улетучивались мысли, кроме одной – чтобы этот поцелуй длился вечность. Время замерло в тот счастливый миг, когда Алим открылся и заполнил собой отчаявшуюся пустоту моей души, а затем подарил всего себя.Возможно, кому-то покажется странным, как быстро случилось наше сближение. Но это и не удивительно. Редко кому выпадает шанс заглянуть в душу избранника и осознать, что он твоя единственная половинка. Дополняющая тебя, беззаветно любящая, понимающая с полуслова и наполняющая жизнь смыслом.