=26=

Повествование от лица героя Лютый

Оторваться от Маши было нереально сложно. Пальцы постоянно хотели касаться нежной, светлой кожи девушки. Взгляд сам падал на сладкие, зовущие губы и держался там, словно приклеенный, и все прочие разумные мысли отошли на второй план.

В дверь палаты постучали негромко, но настойчиво.

— Если ты там от перенапряжения ещё коньки не двинул, у меня для тебя есть важная новость! — послышался приглушенный голос Сурового.

Лютый ругнулся себе под нос. Даже насладиться близостью полноценно не получится. Но если быть откровенным, его аппетиты в отношении Маши были огромными, и если бы не временное ограничение в виде раны, ему бы и суток не хватило, чтобы взять желаемое! Брать и брать, снова и снова, пока не закончится воздух в легких и не сгорит весь свободный кислород…

— Скоро выйду! — отозвался Лютый.

Он перевел взгляд на раскрасневшееся лицо Маши.

— Тебе уже пора? — спросила девушка.

Хватка тонких пальчиков на его плечах стала крепче, и на дне светло-карих глаз Маши отобразилось тревога.

— Да, мне пора. Я приехал лишь для того, чтобы тебя увидеть, — ответил Лютый.

Он улыбнулся мысли, что всё зашло дальше, но самому себе врать не стал — он хотел близости и был рад тому, что Маша ответила ему взаимностью.

Лютому стоило выдвинуться немедленно, ведь Сармат не стал бы дёргать его просто так, без видимых и веских на то причин.

— Будь осторожен, — попросила Маша и погладила Руслана по груди, снова нахмурившись и прикусив губу. — Тебе надо на перевязку.

— Схожу обязательно, — пообещал Лютый. — Есть ещё одна новость, которую ты знать должна.

— Это хорошая новость или плохая?

Остался момент, который Маше стоило озвучить. Из-за спешки теперь придётся сказать, как есть, без дополнительной подготовки.

— Теперь ты свободная девушка, Мария. Можешь обратно девичью фамилию брать, будешь Беляковой.

Лютый наблюдал за тем, как изменилось лицо Маши. Улыбка пропала с губ, но глаза наполнились изумлением и радостью, смешанной с толикой непонимания.

— Вы нашли Антона? Он вернул тебе деньги и во всём сознался?! — спросила пылко Маша.

— Нашли. Но не совсем так, как ты об этом подумала. Официально ты теперь вдова, — прямо сказал Лютый.

Маша охнула, прижав ладонь к груди.

— Как это случилось?

— Разборки. Перестрелка…

Руслан не стал вдаваться в подробности. Время поджимало, к тому же он сам до конца ещё не выяснил все нюансы и не хотел Машу вводить в заблуждение неверными сведениями. Однако в том, что Антон Соловьёв был замешан, Лютый был уверен.

— Значит, Антон всё же был причастен?

— Да, причастен. Неужели ты думала, что он невиновен?

— В какой-то момент я решила, что его вполне могли сделать козлом отпущения, — с сомнением произнесла Маша.

— Когда я приехал на место, он был уже мёртв. Жду, когда очнется второй участник разборок. Ты как? — спросил Лютый.

— Я не могу сказать, что сильно жалею об этом подлеце, но всё же я не желала ему смерти. Мне нужно будет оформлять какие-то бумаги?

— Мой юрист всё оформит, как надо. Не беспокойся, — Лютый наклонился, поцеловал Машу в щеку. — Мне пора идти. Скоро увидимся.

— Очень на это надеюсь. Береги себя, Руслан.

Лютый едва ощутимо мазнул губами по скуле Маши, вдохнул пьянящий аромат волос, задержал его в лёгких и отстранился. В губы девушку целовать не стал. Неизвестно, чем бы это могло закончиться — полноценным заходом на второй круг, как минимум. Его до сих пор сильно штормило из-за эмоций, он чувствовал себя пьяным и готовым горы сворачивать. Море по колено!

Лютый вышел из палаты, закрыл за собой дверь и только потом выдохнул, вернувшись в реальность. До этого момента он словно над землей парил и пребывал в нирване.

— Смотрю, ты там расстарался так сильно, что швы разъехались! — цыкнул Сармат, сощурившись, мотнул головой в сторону груди Руслана.

— Фигня. Ты же знаешь, что я очень крепкий.

— Или ты нарочно свою грудь дырявую решил девушке показать, чтобы тебе точно кое-что обломилось? — фыркнул Сармат.

— Ты вызвал меня, чтобы я над твоими несмешными шутками смеялся?

— Нет. Расул пришел в себя. Хочешь побеседовать с ним или будешь дальше клинья к Марии подбивать?

— Двинули к Расулу! — потребовал Руслан, переключаясь на реальные проблемы.

— По-хорошему, тебе надо оставаться в больнице. Еще три дня, как минимум.

— Нормально всё, у меня, как у живущих собак, день за два идет!

После интима с Машей настроение у Лютого было значительно приподнятое, словно открылось второе дыхание, придало сил и энергии. Даже тупая боль в груди беспокоила меньше, чем до посещения больницы.

— Как знаешь. Но давай договоримся, что ты не станешь геройствовать и лезть в пекло? — попросил Сармат. — Не то твоих детей точно будет воспитывать сам Мурад Османович. Может быть, даже на Машке твоей женится…

— Иди ты лесом! — ругнулся Лютый.

В ответ Сармат рассмеялся сухо и коротко.

— Я заметил, что Мария Мураду Османовичу очень приглянулась, к тому же он с её пацаном возится, вообще ни на миг не отходит. Наверное, Тимофей твоему отцу Малика напомнил, как и тебе.

— Не сыпь мне соль на рану. Давай о моей семье говорить не будем, а делом займемся? — предложил Лютый.

Едва только мужчины заняли место на сиденьях внедорожника, телефон Лютого ожил, издав громкую трель.

— Да. Слушаю…

Суровый в этот момент завел автомобиль и выкрутил руль, чтобы задом выехать с парковочного места, но Лютый остановил его жестом.

— Постой! — нахмурившись, он снова переключился на телефонный разговор. — Хорошо. Спасибо.

— В чём дело?! — напрягся Сармат. — Что-то случилось?

— Случилось. Я за Динарой слежу приставил. Парни сообщили, что она из больницы уехала на такси. И угадай, куда она направляется?

— Куда поехала Динара? Вариантов немало. Может, решила из города свалить. Может, к отцу решила махнуть? Или захотела любовника проведать? — пожал плечами Сармат.

— Судя по всему, она направляется по тому липовому адресу, который ты сообщил, когда запустил слушок.

— Артур? Не убивать же Динара его своими руками вздумала? Может быть, он её любовничек?

— Или просто хочет убедиться, чтобы он лишнего не сболтнул?

— Один чёрт, твоя супруга замешана и с кем-то из них точно спит. Расул или Артур. Так что теперь ты не Лютый. Теперь ты Сохатый, — пошутил Сармат и хлопнул Руслана по плечу.

— У тебя чересчур хорошее настроение! Неужто с утра тебе секс перепал? — хмыкнул Руслан. — У Насти роды на носу, а ты её третируешь.

— Врачи говорят, даже полезно, — отрезал Суровый. — Давай к делу ближе. Настя рожать должна со дня на день, а я с тобой по городу рассекаю… Мне не нравится, что твоей супруге на месте не сиделось. Теперь придётся разделиться. Что выбираешь? Беседу со старым приятелем или разговор с законной супругой?

— Сутенёра я приятелем не считаю, а в разговоре с Динарой я ничего нового не узнаю. Возьми на себя дочку Сулимова, я поговорю с Расулом.

— Уверен? Врачи говорят, он довольно хорошо себя чувствует, а ты ранен.

— Меня лишь царапнуло.

— Но за рулём тебе сидеть не стоит. Попрошу кого из своих, чтобы тебя подбросили…

Возражать Лютый не стал, время поджимало. Не хватало ещё упустить тех, кто устроил эту заварушку!

— Пушка при тебе?

— Обижаешь. Конечно, при мне.

Руслан пересел в другой автомобиль, попросил Сармата быть на связи и переключился в режим ожидания, очерчивая взглядом городские пейзажи, проносящиеся за окном. Внутри крепло ощущение, что скоро все неприятности останутся позади, и терпение, так несвойственное ему, будет вознаграждено сполна.

Дорога до больницы, где под пристальным наблюдением находился Расул, не заняла много времени, однако Лютому показалось, что половина вечности промелькнула!

Приказав водителю ждать на месте, Руслан вошёл в здание клиники. Привычно устремился в том направлении, где был нужен, однако вовремя вспомнил совет Сурового, о дополнительных мерах безопасности, и пренебрегать ими не стал, подозвал дополнительного человека, чтобы держался поблизости. На всякий случай.

Возле входа в палату дежурили двое крепко сложенных мужчин из числа подчинённых Руслан.

— Как он?

— Врач полчаса назад проводил осмотр. Сказал, что Расул поправится.

Лютый кивнул охраннику, давая знак, что желает войти внутрь. Его запустили в палату.

Взгляд Руслана сразу же метнулся в сторону кровати, которая оказалась пустой. Взгляд Лютого сразу же стал настороженным и плавной, но быстрой линией чиркнул в сторону окна. Оно было распахнуто, но за ним стояли решётки и через окно Расул сбежать не мог.

Опустив ладонь на рукоять пистолета, Лютый шагнул в палату. В тот же миг дверь хлопнула в его сторону, едва не сбив с ног, а потом жесткий, острый край металлического подноса ударил его в грудь, вызывая потемнение в глазах.

Боль острым колом вонзилась в место удара и полыхнула ярким костром, мгновенно распространившимся на все тело, объяв его в плотный кокон. Стало трудно дышать, зрение начало мигать, пульсируя.

Но Лютому не впервые приходилось участвовать в драке, будучи не в самой лучшей форме. Инстинкты, отточенные годами, взяли верх. Он действовал автоматически, тело само знало, как ответить на удар.

Ответным жестом он распахнул дверь, увернулся от повторного удара, от души приложил буйного пациента рукоятью пистолета по голове, стараясь не бить в висок. Расул грузно осел на пол, а через миг в палату ворвались подчинённые Лютого и подхватили сутенёра под руки, уложив обратно на кровать.

— Почему… не… пристегнули? — прохрипел Руслан.

Под бинтами кровь проступила еще в больнице при посещении Маши, а сейчас красной влагой промочило и футболку. Пятно расползалось на глазах.

— Врача позови! — негромко отдал приказ Лютый и опустился в кресло.

Никуда уходить он не собирался, сел в кресло и собрался с силами, превозмогая боль, смотрел, как Расула приковали наручниками к кровати.

— Всё сделано, босс.

— Надо было раньше утырка приковать! — ругнулся Лютый.

— Он был прикован. Но медсестры процедуры проводили, пришлось отстегнуть на время. Расул выглядел едва живым… — оправдывались подчинённые.

— Мне сказали, что жить он будет. Таких гнид, как он, ни на секунду нельзя оставлять без присмотра!

Когда в палате появился врач, а вместе с ним медбрат и санитар, в палате стало слишком людно — не протолкнуться. Кто-то занялся Расулом, осматривая мужчину, которому Лютый ударом рассек кожу на голове. Врач хлопотал возле Руслана и после беглого осмотра сказал:

— Вам срочно нужно заново наложить швы и сделать свежую перевязку.

— Пять минут это подождать сможет?

— Пять минут? Подождать? — оторопело спросил врач.

— Ну, я же не подыхаю.

— У вас открылось кровотечение. Медлить нельзя!

— Тогда здесь мне всё организуйте. Я время зря терять не стану! — потребовал Лютый, добавив. — За те деньги, что я вам плачу, вы меня на лету залатать должны, не задавая лишних вопросов.

Врачу не осталось ничего другого, кроме как отдать распоряжение, и пока персонал суетился, Лютый посоветовал Расулу:

— Пять минут у тебя есть. Собирайся с мыслями и думай, как подробнее мне обо всём признаться. И прежде чем тебе в голову придёт брякнуть, якобы ты ни при делах, прими во внимание, что Артур уже начал говорить. Трусливый у тебя подельник…

Лютый решил схитрить. Сейчас он нагло блефовал и держался при этом уверенно, не сводя тёмного, пристального взгляда с лица Расула.

— Я не знаю, о чём ты хочешь услышать! — начал говорить Расул.

Однако при этом его глаза дернулись из стороны в сторону, прежде чем он придал себе вид человека, уверенного в своих словах.

— Тебя взяли за задницу, на горячем. Не хочешь говорить? Твоё дело. Я своих людей снимать не стану, но отдам приказ не препятствовать. Кто-то хочет замести следы, так? Не думаю я, что на месте разборок только и Соловьёв был! Молчи, Расул, а я посмотрю, кто придёт от тебя избавиться. Слушок уже разносится там, где надо…

Сказав это, Лютый прикрыл глаза и замолчал, позволяя персоналу похлопать над его раной. Расул тоже молчал, но дышал тяжело и сипло. Рывок с больничной койки дался ему нелегко и потребовал много усилий.

— Вам бы стоило лежать на больничной койке, не утруждаясь ничем. Как минимум трое суток, — посоветовал врач Руслану после того, как закончили его перевязку.

— Обязательно отлежусь, — пообещал Лютый, но не сказал, что отдохнуть он собирается лишь после того, как разберётся со всем.

Едва палата опустела, Лютый снова достал пистолет и положил его на стол, дулом в сторону Расула.

— Расскажешь всё, как есть, разрешу тебе свои позорные пожитки собрать и покинуть мой город, — негромко сказал он и посмотрел на Расула.

На лбу мужчины выступил пот, он приподнялся, пытливо посмотрел в глаза Лютому, словно пытался понять, блефует Руслан или нет. Это небольшое действие по капле выцедило последние силы сутенёра, и он, обмякнув, упал обратно на пышные подушки, подложенные под его телом.

— Хорошо, — сглотнул ком. — Артур дал мне наводку, сказал, у тебя будет крупная сумма денег… Общак. Твои привычки подчиненным известны. Ты слишком самонадеян и любишь в один бар заглянуть. Оставалось лишь лоха для исполнения найти. Для того, чтобы угнать тачку, Соловьёв пригодился. Он из мелких мошенников, на «колёсах» плотно сидел и за любую работу был готов взяться…