120. Миг искренних сердец

Сердце забилось скорее. О чем думает мой дроу сейчас, замерев у двери, когда смотрит прямо на меня? Когда будто не замечает возвышающегося надо мной Герриона, когда делает ко мне неосознанный шаг… вовремя замирая, стряхивая с себя наваждение и отступая вновь к стене, стараясь больше на меня не смотреть.

Ты-то видишь свою метку на мне. Видишь, что тобою отмечена. Тебе принадлежу, так почему грудь твоя выдает твое неровное дыхание? Твои эмоции сейчас не касаются меня, но я-то вижу, что украдкой положение маски выдает твое внимание.

Геррион Эсфира будто не заметил. Вышколенная им же самим стража не является для него кем-то, от кого он стал бы скрывать то, что творится в самом его сердце — в данном случае, в моих покоях.

— Ты делаешь успехи в щитах, — похвалил внезапно, чем вызвал мое удивление. Дракон был спокоен. Я бы даже сказала, в его словах проскользнуло легкое ощущение грусти. — Только к чему это все, Ая? Я вижу, что-то гложет тебя, но не могу понять что, потому что ты закрылась. Ты очень способная девочка, но мне хочется верить, что этих успехов ты достигаешь не из-за меня.

Взволнованная его словами, я резко подняла голову на дракона. Захотелось обнять его, извиниться, но не отрицать. Гер мученически вдохнул, закрыв глаза, но улыбнулся. Понимаю, что его это ранит, он жаждет единства со своей эрлиной… Возможно даже надеется, что и сам проникнется любовью и все сложится так, как положено, но… Он жертвует слишком многим ради своего народа. Разве его народ, ради которого он так печется, не простит своего правителя, если тот просто будет счастлив?

— Гера, у тебя есть еще шанс передумать, — глядя ему в глаза, прямо сказала я. Больше у меня не будет возможности показать ему, что есть кто-то, кто полностью на его стороне. Я хочу, чтобы ты был счастлив, мой родной дракон. — Если объявишь меня двору, королям и их представителям, пожалеешь. Все мосты сожжешь, это будет непоправимо.

Неожиданно дракон остался спокоен. Не взвился в гневе, обвиняя меня в необдуманных словах, не оскорбился моим упрямством, не трансформировался, сдерживая эмоции внутреннего зверя, чего я ждала. Он просто мягко мне улыбнулся, подарив теплый доверительный взгляд.

Лишь спустя какое-то время он заговорил снова:

— Нет, душа моя. Какой адекватный дракон откажется от своего сокровища? — попытался пошутить он, но я заметила в его глазах отсутствие изображаемой эмоции. — Тебе не о чем беспокоиться, — внезапно переменился он, стряхивая с себя показавшийся мне искренний облик. — Все будет в порядке, я буду рядом.

— Гера… — тихонько позвала его, почти физически ощущая метания своего дракона, только он уже взял себя в руки.

— Знай, душа моя, когда ты выйдешь за меня, я не потребую от тебя наследников как можно скорее, пусть это тебя не пугает, — уже твердым уверенным голосом сказал он. От резкой перемены я растерялась, а принц ласково огладил мою скулу пальцами. Краем глаза увидела Фаля, нервно сжавшего эфес меча, все еще стоя у двери. — Ты просто должна верить мне. Я очень хочу, чтобы ты тоже любила наших детей, а насильно разве этого добьешься? Помни: я никогда не причиню тебе вреда.

Эти слова он сказал мне, когда я только появилась во дворце, с этими словами я с ним прощаюсь. Смотрю на своего прекрасного дракона, замечательного человека, настоящего мужчину, и просто радуюсь, что он оказался таким благородным существом. Боги были к нему несправедливы, связав его душу с таким недостойным созданием, как я.

Теперь мне страшно. Не окажись в моей жизни Фаля, я могла бы уничтожить счастье своего дракона одним своим присутствием, перечеркивая ему возможность быть с той, кого он любит.

— Гера, — снова позвала его, дождавшись, когда он вынырнет из своих мыслей. — Гер, иди сюда.

Протянула руки навстречу мужчине, жестом побуждая к объятиям. Не ожидавший подобного, он замер, но сразу же сократил расстояние меж нами, чтобы уже в следующее мгновение крепко прижимать меня к себе. Обнимая его широкие плечи, ладонью ощущая мягкость его длинных черных волос, всем телом — теплоту его человеческого естества, поняла, что испытываю по-настоящему искреннее ощущение близости с родным, дорогим мне существом.

Губы тронула улыбка, когда под пальцами собрались складки жесткого камзола.

— Просто знай, что ты самый лучший и самый достойный дракон из всех, что я знаю. Враги и мизинца твоего не стоят, а народ твой точно благословлен богами, ведь у них есть такой правитель, как ты. Я всегда буду любить тебя, всегда буду на твоей стороне. Поддержу ли я тебя действием, либо напротив сделаю что-то, чего ты не поймешь сразу — все это все равно неизменно тебя поддерживая. Заранее прости меня за это. Я счастлива знать тебя, Геррион, наследный принц империи. Ты самый достойный правитель в моих глазах. Ты никому ничего не должен больше, чем себе самому. Твой долг — стать счастливым, процветать, а твой народ докажет тебе свою верность, приняв тебя таким, каков ты есть.