6. Обман зрения, или игры разума

— Эти трое будут во главе, можешь обращаться к ним напрямую, ежели тебе что-то понадобится. Они будут распоряжаться остальными. Естественно, все будут повиноваться тебе беспрекословно… и разумно, — фильтруя мои просьбы, хочешь сказать? — Сейчас они твои охранники, после свадьбы будут называться личной стражей принцессы…

Пока Геррион говорил, я не сводила глаз с одного из них…

–..Остальные пока будут действовать скрыто, дабы не привлекать внимание к формированию стражи для Ее Высочества, а после нашего официального союза, вступят в силу как отдельное подразделение.

Нет, конечно, это не Фаль. Как он может быть здесь? Да и разве я слепая? Просто очень напоминает… Теперь он будет мне мерещиться?

Передо мной стояла занимательна троица. Глаза высоко поднятого лица неизбежно смотрели в пол, словно не смея быть поднятыми в присутствии принца. Точнее, это относилось только к одному из стражников.

В центре, чуть впереди, стоял молодой мужчина, как две капли воды похожий на Кадара. Я смутно припоминала его, в тот страшный день он был там, но не участвовал в нападении на Фаля. Просто стоял позади, как будто не получил разрешения действовать. И как мне к нему относиться?

Красивые тонкие черты лица, для дракона он был даже несколько миловиден. Я уже привыкла, что драконы были воплощением мужественности, силы и изобилия тестостерона. Некая тонкая привлекательность, что-то неуловимо мягкое скорее было присуще эльфам. Это их мужчины запросто могли посоревноваться в красоте с женщинами, драконам такое сравнение было бы, наверно, даже оскорбительным. Этот мужчина казался необычным.

— Это Саид, — представил молодого дракона Геррион. — Как ты наверняка догадалась, брат-близнец Кадара.

Дракон на секунду замер, наблюдая мою реакцию. Решив не радовать его открытостью, бесстрастно смолчала. Саид, значит. Да, видеть это лицо будет немного трудно, но я постараюсь не перекладывать вину брата на него. Кадару я его поступок запомнила. Понимаю, что это, если можно так говорить, его работа, но сердцу разве прикажешь? Кадар ранил Фаля, сделал ему больно. Это всегда будет стоять между нашими взаимоотношениями.

— Он станет главой твоей стражи, ее же голосом, — случайно выказала свое недоумение бровью, но даже этот тонкий жест был пойман принцем. — Напрямую обращаться к тебе позволено лишь ему.

Словно отозвавшись на речь о нем, обсуждаемый дракон низко склонил голову, откинув полы одеяния, достигающего его колен, выражая покорность. Невольно отступила, не привыкшая к такому обращению. Как же для меня это еще дико.

Внимание как-то само собой заострилось на одеянии стражников. Фасоном это чем-то напомнило красно-черное платье Фаля… Видимо, здесь тоже были два платья: верхнее и нижнее. Нижнее было абсолютно белым, с широкими рукавами где-то в три четверти, на ободках которых тянулась серая оторочка. Под ними выглядывали то ли еще одни плотные рукава, из более плотной черной ткани, как кольчуга, то ли это такие наручи. Склоняюсь, все же, к первому варианту.

Верхнее платье было интереснее. И правда, королевская стража. Торжественная, красивая, даже на вид опасная. У верхнего «халата» были чуть удлиненные плечики, под ними также выглядывали удлиненные лоскуты полупрозрачной серой материи, едва покрывая рукава нижних рукавов.

Само верхнее платье лишь слегка запахивалось крест на крест, подпоясываясь толстым массивным ремнем, с узором и королевским знаком драконов по центру. Металл вперемешку с красной кожей, усеянный дополнительными ремешками для мелкого оружия. Не пустыми, к слову.

Основной цвет верхнего платья тоже был белым. Но его украшали тонкие полосы по краям, тоже оторочкой. Черная — белая — серая — у края. Светлые наплечники, составляющие доспеха. У Фаля был немного другой, но в качестве примера мне удалось догадаться, что это не просто аксессуар. Нефритовые «бублики» на груди по обе стороны соединялись тонкой веревочкой-цепочкой, и с каждого свисало по крупной черной мягкой кисти. Это, наверное, уже для украшения.

Платья достигали колен, под ними виднелись белые плотные штаны, и ниже колена кожаные темно-коричневые сапоги.

Но самое интересное было в другом. Еще с прошлого раза я заметила эту особенность. Все драконы, кроме Кадара и Саида, носили маски. Так и сейчас, с открытым лицом был лишь брюнет напротив меня. К слову, его длинные волосы были забраны в высокий хвост, который ниспадал на плечи и спину множеством тонких косичек, усеянных бусинами и вставками. У Кадара, вроде, прическа строже. Да, перепутать братьев будет сложно.

Маски на лицах двоих стражников были идентичны друг другу. Это была несколько другая «порода» дракона, нежели та, что я видела среди стражи Герриона. Эти «драконы» были медными, наверно, с искусно нанесенными узорами на хищных щеках и лбу. Морды их напоминали горгульи, это для устрашения врага? Недра приоткрытых пастей были затемненными и не позволяли рассмотреть ни кусочка чьего-либо лица.

Тот, которого я поначалу спутала с Фалем, оказался просто очень похожим драконом. Это наблюдалось во многом: высокий рост, телосложение, а главное, волосы. Нет, они не были белоснежно-платиновыми, как у моего любимого дроу. Эта белизна отдавала серо-серебряным оттенком, очень необычным. Длина была гораздо короче, немногим длиннее уровня талии, но тоже густые и роскошные. Наверняка, мягкие наощупь.

И мне каждый день придется видеть его?..

Другой был короткостриженым. Точнее, нет, его волосы не были короткими совсем, его виски были выбриты, в то время как основная шевелюра рыжими вихрями художественно торчала над головой. Это выглядело небрежно и привлекательно одновременно. Почему-то показалось, что такая прическа обязательно должна принадлежать кому-то темпераментному, возможно даже холерику. Что ж, посмотрим.

— Это Эсфир, — принц указал на «копию» Фаля, тот почтительно склонил голову. — И Рамиль, — кивнул на рыжика, после чего тот совершил аналогичное действие. — Только они будут вхожи в твои покои. И они же отныне будут сопровождать тебя везде, где бы ты ни была. Это отборные, лучшие воины, рядом с ними тебе ничего не грозит.

— Ты так переживаешь за мою безопасность, — равнодушно заметила я, вздохнув. К чему это все?

Эсфир. А какой ты?

— Теперь для меня нет ничего ценнее, — вполне серьезно произнес дракон, к которому я теперь имела самое что ни на есть прямое отношение. — Ты моя будущая супруга, уже сейчас моя невеста. Половина моей души, мать наших будущих детей…

— Стоп, — подняла я руку в предупреждающем жесте, обернувшись к дракону. А не разогнался ли ты, голубчик?

Внимательно посмотрела на замолкнувшего дракона, с интересом опустившего взор на меня, и легонько улыбнувшись. При всем этом, Геррион ровно держал спину, заведя руки за спиной. Я обернула голову на стражников, надеясь, что принц догадается их удалить до времени нашего назревающего разговора, но стража меня удивила!

Уловив мой еще пока нерешительный взгляд, все трое низко склонили головы, и безмолвно покинули помещение.

..Это они на меня так отреагировали?

— Что-то не так, Ая?

Голос вывел меня из состояния удивления. Я хмуро взглянула в глаза дракону, что прямо принял мой вызов. Он был настолько спокоен и хладнокровен, что я сама начинала злиться и закипать.

— Что ты там сказал про детей? — слегка прищурилась я. Ну, понятно, что брак что-то подобное под собой подразумевает, но хотелось поспешить ему напомнить, что я здесь чуточку не добровольно.

— Твоя сила, Ая, — напомнил дракон, также спокойно улыбаясь, словно читая мне лекцию. — Природой и богами заложена была в драконьей невесте способность принимать в себя силу своего избранного дракона. Все это для защиты общих детей, душа моя. А так как ты совсем скоро станешь женой наследного принца, когда-нибудь от нас естественно потребуют наследника, это предсказуемо.

Производство наследника пророчат? Да ну нафиг! Я раньше вообще замужества боялась, как огня, а тут за целого нелюбимого мужчину (пусть и очень, почему-то, родного), да еще и с перспективой неизбежного близкого контакта. Без боя не сдамся!

Что-то такое прочел в моих глазах этот давящий своей аурой ящер. Брови его слегка нахмурились, лицо стало серьезным. Наверно, эмпатически тоже что-то поймал.

— Мы избранные друг для друга, Ая, — твердо сказал он, но безупречно владея голосом, не выдавая эмоций, которые я улавливала внутри него. — Любой посчитал бы великим даром знать свою вторую половинку, знать, что предначертан ему судьбой. Принял бы с благодарностью Любовь.

— Что такое любовь, Геррион? — вновь спросила я, явственно испытывая ощущение дежавю. — Ее не существует. Это выдумка.

— Любовь — это не выдумка, это дар богов.

— Тогда твои боги изрядно налажали, когда «подарили» тебе в избранные ту, что в любовь не верит! — взвилась я, злясь на себя, что вновь не могу держать себя под контролем. Мы с Фалем тоже были нечужими, и что эти боги сделали? Поспособствовали нашему расставанию? Как можно было вообще сделать меня избранной для двоих?!

— А это только на меня распространяется или и на него тоже?! — внезапно «преображение» человека напротив в наглядное пособие в перевоплощающегося дракона заставило меня отшатнутся, но Геррион наступал. — Если мне в лицо ты утверждаешь, что любви не существует, ему ты тоже этого говорила?

Так, опасно. Скажу «да» и это лишний раз подтвердит, что мы с Фалем много значим друг для друга. Как минимум, что между нами такие разговоры проскальзывали. Если скажу «нет», тоже можно двусмысленно расценить, по настроению, а роль ревнивого мужа сейчас досталась как раз Герриону.

Да и не сказала бы, что говорила ему это прямо. Фаль изрядно настрадался, пока выковыривал меня из своего панциря. Все это время, он никогда не требовал у меня взаимности, предпочитал больше отдавать, чем брать. Ждал меня терпеливо, не отступаясь от своих слов. Завоевывал, как и предупреждал.

Но сейчас мне об этом думать неудобно, ибо надо думать, как отступать и не напороться пятой точкой на что-нибудь неподходящее, или чтобы не споткнуться. Диван, «позади», в смысле, остался за спиной принца, но у меня перед глазами. А вот что позади меня, известно как раз ящеру.

Когда пятой точкой я впечатываюсь в столешницу, зажмуриваюсь от волнения. Геррион с грохотом опускает руки по обе стороны от меня, находясь слишком близко. Мне не страшно, даже напряжение в теле возникло скорее от раздавшегося грохота. Однако раскрывать глаза я не спешу.

— Молчишь? — дракон шипит мне почти на ухо. — Тебе нечего сказать или вы эту тему все же обсуждали?