26. Рыбка на крючке

С ощущением тяжести в голове, я очнулась где-то в середине ночи. Об этом говорила темень за маленьким окном, открывающим мне вид на небеса, в которых не было ни звездочки. Я с усилием потерла шею, принимая вертикальное положение на небольшом диване. То, что мои руки в запястьях оказались связанными, почему-то не удивило. Постигло только разочарование. Меня все-таки нашли? Ну, теперь я хотя бы узнаю, зачем за мной охотились, и что вообще от меня требовалось изначально.

Может себе я и не признавалась, но какое-то присутствие обреченности в моем настроении неизбежно было. Я понимала, что мои товарищи стараются ради меня, пытаются защитить и спасти, но, в какой-то мере, если меня заберут, есть надежда, что они останутся в безопасности. Например, сейчас похищения удачнее я и не представляла. Никого не было рядом, чтобы помешать им. Следовательно, никого не было рядом, кому можно из-за меня навредить.

Сердце сжалось, когда я вспомнила Фаля, сражающегося на площади, чтобы не дать тем страшным существам меня убить… Убить. Вероятно, я погибну в чужом мире. Главное, не потянуть за собой тех, кто стал уже дорог сердцу. Не смогу видеть, как им делают больно. И с мамой… наверняка уже больше не встречусь. Надеюсь, ее воздыхатель позаботится о ней вместо меня. Жалко только ее. Выходит, и папа ее оставил, и я.

Глаза неприятно защипало, и я поспешила проморгать их. Не хватало, чтобы еще жалость накрыла. Надо бы отвлечься от своих грустных мыслей и понять, куда меня, собственно, приволокли.

Небольшая комнатка была похожа на уютное помещение. Я лежала на компактном мягком коричневом диване, для пленницы даже неплохо устроилась. Еще одной огорчающей новостью оказалось и то, что щиколотки тоже были связаны. Я попыталась распутать веревку, но не тут то было! Перевязь хоть и не была тугой, но моим стараниям не поддавалась.

Справа от меня, на узкой стене, красовалось арочное окно, кайму которого украшали красивые кованые изгибы металла. Напротив камин и небольшой стол, за которым тоже красовалось окно, но чуть побольше. Камин-то и давал комнате выгодное освещение, а также помог мне согреться после уличного посещения.

Повернув голову налево, я успела рассмотреть стеллаж с книгами на всю стену (возможно, это была личная библиотека?) и глубокое кресло между ним и письменным столом. А вот в недрах этого самого кресла, сидел мужчина, все это время молча за мной наблюдающий. Я вздрогнула, но не поддалась испугу, он ведь пока просто сидел…

А описания этот мужчина стоил. Вальяжно закинув ногу на ногу, он неотрывно следил за мной. Одна его рука покоилась на книге, лежавшей на одном из подлокотников, другая подпирала изящный подбородок красивого лица.

Длинные идеальные светло-пшеничные волосы достигали где-то уровня локтя. Чуть раскосые ярко-голубые глаза, обрамленные черными ресницами.

Я заметила, у всех эльфов есть природная особенность, при всех их естественной красоте, физиология сама их наделила эффектом «вечного майк-апа». То, что передо мной сидел эльф, я даже не сомневалась. Так и у него сейчас, легкая тень под нижним веком казалась будто подчеркнутой нейтральными тенями. Он идеально бы справился с ролью модели в нашем мире без всех этих гримов.

В купе со всем остальным, его фигура была тонкой и изящной, не теряя при этом мужественности и некоторой властности в позе.

— Шея еще болит? — как бы между прочим поинтересовался он, и я отметила его мягкий, я бы даже сказала, расслабленный голос.

— Где я? — плевать, кто он такой, сам же расскажет. Важнее понять, где меня держат, чтобы хотя бы быть осведомленной о месте собственного убиения или, чего хуже, какого-нибудь жертвоприношения. А что, они в этом мире и такое учудить могут.

Мужчина вздохнул, отложил книгу и встал с кресла. Когда он выпрямился, не смогла не отметить его высокий рост. Однако, вполне человеческий. Может, каких сантиметров сто девяносто? Такая ассоциация вселила мне уверенность в себе, что может не все так плохо, вон, вокруг все вполне обычное. И бивней у этого парня нет. Нормально.

Только вот бивни явились откуда не ждали…

— Все готово, Ханэль, — дверь в комнату отворилась и в проем просунулся знакомый полюбившийся мне орк, вызвав полное округление моих глазниц. ДА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, БЛИН. — К приему.

На эльфа я посмотрела уже совсем иными глазами. Ханэль?! Тот без особых эмоций взглянул на орка, кивнув, дав понять, чтобы выметался. Орк же, глянул на меня, пошло ухмыльнувшись. Или на его роже все пошлым выглядит?

Когда дверь за зеленым человечком закрылась, Ханэль вновь обратил все свое внимание на меня. Уже успев подойти довольно близко, он чуть наклонился, протянув руку к моей шее:

— Дай посмотрю.

Я резко отодвинулась от этого жеста, впечатавшись в спинку дивана, как в пластилин. Не надо, вот, меня касаться. Эльф же замер, подняв свои глаза и устремив их в мои.

— Я все лишь посмотрю, чего ты боишься?

— Не надо, ничего не болит, — визжать, чтобы не трогал меня, я не собиралась. Когда такое работало? Вот только холода в моих глазах теперь было не занимать.

— Ну, как знаешь, — мужчина выпрямился, отойдя к столу напротив и усевшись прямо на него. — Расслабься, детка, тебе нечего бояться. Ты моя гостья.

— Гостья? — переспросила я, думая, что ослышалась. — У тебя все гости получают такие аксессуары?

Я демонстративно подняла руки, указывая на веревки, надежно их стягивающие. Мужчина улыбнулся, опустив голову. Видимо, я его забавляла.

— Не все, конечно, — с довольным выражением лица поднял голову светлый эльф. — Просто мне не нужно, чтобы ты сбежала. Видишь ли, я очень хочу повидаться со старым другом, но единственным способом выбить из него эту встречу, похоже, заманить его тобой. Как ты это с ним сделала?

Догадаться, что он говорит о Фалькониэле, было легко. Это я что с ним сделала? Может, вспомнишь, что сделал с ним сам? Тогда и догадаешься, почему он тебя видеть не хочет. Но я бы так все равно не сказала.

Эльф прочитал на моем лице мое к нему отношение, и улыбка сползла с его лица. Он слегка нахмурился, что ни сколько не испортило его внешние данные.

— За вами давно следят, — бросил он, отвернувшись и наливая себе бокал рубинового напитка на своем письменном столе. — И не заметить рядом с ним внезапно появившуюся девушку, было крайне сложно. Он никогда ни к кому не привязывался, а потом появилась ты. Ты ведь даже не ведьма, да? Простая человеческая девушка. Скажи мне кто раньше, что Фалькониэль потеряет голову от человека, я осмеял бы этого лгуна. Но вот ты, сидишь сейчас передо мной и смотришь на меня своими большущими глазами. Я, кажется, начинаю понимать, что он в тебе нашел.

Эльф отпил жидкость, пробуя ее вкус. Задумчиво направил взгляд на камин, уходя в себя. Я молчала, абсолютно не желая с ним разговаривать.

— У тебя необычная аура, тебе говорили? — все еще не глядя на меня, уточнил он. Вновь развернув лицо ко мне, он откровенно осмотрел меня с ног до головы. — Я знаю, какие женщины раньше были у Фалькониэля, ты иная. Может поэтому он не устоял перед тобой.

Предположение обо мне и личной жизни Фаля мне почему-то не понравилось. Как бы, примерно я представляю, какие у нас взаимоотношения, но и, откровенно говоря, не понимаю вообще.

— Сколько тебе? Выглядишь совсем молоденькой. Ах, да, — эльф взглянул в бокал, предварительно покачав его из стороны в сторону, будто желая, чтобы напиток раскрылся. — Ваши человеческие годы. Лет двадцать будет?

— Двадцать пять, — буркнула я, будто меня только что малолеткой обозвали.

— Так и не скажешь, — невинно отозвался светлый, отставляя бокал в сторону и подходя ко мне. Он нагнулся ближе, чтобы заглянуть ко мне в самую душу через глаза. — Ты пробуждаешь желание защищать тебя. Причем, делаешь это неосознанно. Природное обаяние? Как иначе, если ты не ведьма.

Мужчина подался ближе ко мне, и я инстинктивно рванула от него в сторону. Правда, меня быстро, таким же рывком, дернули обратно, и я сжалась, отвернувшись от него. Больно. Горячее дыхание эльфа обожгло мою шею, но он ее не касался.

— Тише, красавица. Ты понимаешь, что связанная и сопротивляющаяся, будоражишь мои мысли? — у меня волосы на голове дыбом встали. — Во мне натура охотника, ничего не поделать. Так что веди себя тихо, ладно?

Я уже собиралась капитулировать в обморок, как эльф всего лишь ослабил путы на моих руках. Недоумевая, я проследила за его действиями, не веря, что этим он ограничится.

— Вообще-то, я планировал тебя не трогать, — светлый встал с дивана, вновь подойдя к своему столу и подняв бокал к губам. — Но сделать это оказалось сложнее.

Эти его слова не сделали мою жизнь лучше, что он имеет в виду? Надо его отвлечь на что-нибудь.

— Но как ты оказался в Тоге? — в надежде хоть что-то выяснить, спросила я без особой мысли, что он мне ответит.

— Солгу, если скажу, что случайность, — внимательно осмотрел он кончики своих волос, теребя их в руках. — Но и не целенаправленно. Просто узнал, что друг будет здесь проездом и чуть скорректировал собственный путь. Такие дома, — небрежно махнул он рукой, указывая на помещение. — У меня во многих местах. Имею некоторое влияние в определенных кругах. Мои глаза и уши также в любом городе.

Эльф замер, наблюдая реакцию, произведенную на меня. Точнее, которую желал. Я впечатлилась, но в меру. Понять, про какие круги шла речь, не нужно было догадываться, было понятно и так. Вздох вырвался непреднамеренно, в кожаной куртке в теплом помещении было уже немного жарко.

Ханэль вновь налил бокал напитка, который явно ему пришелся по душе. Сложив одну руку на уровне диафрагмы, другой прижав бокал в губам, он не сводил с меня задумчивого взгляда. Мне хотелось и сбежать от этого взгляда, и дерзко ответить ему одновременно. Но не хотелось показаться истеричной особой, да и говорить ему мне было особо нечего.

— Прости, — вывел он меня из своих мыслей и заставил устремить взгляд ему в лицо. Мужчина слегка поболтал бокалом, указывая на него: — Тебе не предлагаю. Слышал, ты не особо переносишь алкоголь. Мне хотелось бы общаться с другом, чтобы он видел тебя, как свидетеля нашего разговора. Так будет интереснее. Но… на тебе слишком много лишней одежды.

Что-то не понравилась мне его забота! Я попыталась отодвинуться, когда эльф, отставив свою склянку, которая за вечер мне успела надоесть, вроде и не неуловимо, но очень плавно скользнул ко мне. Как ласка. Его губы были чуть приоткрыты, выдающие неровное дыхание. Чуть пьян? Его руки на моей талии показались мне чересчур тяжелыми и нежеланными.

— Что ты делаешь? Ты же сказал, что не мне нечего бояться! — ужом я пыталась выпутаться из его рук, а он в свою очередь до конца расстегнул мою куртку, уже стянув ее с одного плеча.

— А тебе разве больно? — зашептал он на ухо, когда я отвернулась, лишь бы не видеть его лицо. Не знаю, что мне подсказывало, но я знала, что эльф просто играет, черту он не переступит. Просто ему нравится упиваться моим ощущением беспомощности.

Мне захотелось откровенно закричать про Кьяну, она ведь его женщина? Но тогда бы я выдала свою тайну, что каким-то образом знакома с вампиршей. Да и кто сказал, что Ханэль хранит верность своей пассии? Наверняка, только если та рядом. К сожалению (а, может, и к моему счастью), ее по близости не наблюдалось.

Дверь распахнулась, в нее вскочил высокий жилистый парень с короткой стрижкой. Может быть маг, а может и обычный человек. В банде Ханэля разных было полно. Застав нас в таком расположении «общения», даже бровью не повел:

— Он здесь, Ханэль…

Парень хотел было сказать что-то еще, но был снесен на напротив стоящее кресло (вместе с креслом) другим рослым детиной. В коридоре отчетливо слышался шум, и в следующее же мгновение в комнату вихрем ворвался мой ненаглядный дроу, сразу же обеспокоенным взглядом нашаривший меня.

— Ая! — только вот на него сзади напрыгнули несколько качков, сдерживая дальнейшие передвижения, а он взглядом испепелял светлого эльфа.

Ханэль аккуратно пальчиком развернул мое лицо к себе, уверенно чмокнув воздух, предназначая такой условный поцелуй мне. На его спокойном лице расплылась самоуверенная улыбка, и взгляд устремился на моего дроу.

— Приветствую, Фалькониэль, — и небрежно положил свою ладонь мне на колени.