37. Гений несостоявшийся

Не упускал из виду перемещения дворецкого, что изрядно действовал на нервы. Внутренние ощущения заставляли быть готовым ко всему, окружающее далеко не такое, каким кажется. Из размышлений вывел вопрос хозяйки замка, на удивление, произнесенный на хорошем темноэльфийском:

— Любите свою жену, да? (Are arah te arani, la?) — в ее спокойном взгляде нельзя было узреть чего-то постороннего, кроме расположенности. Даже привычной мне напряженной обстановки рядом с дроу не наблюдалось. Однако вопрос меня удивил.

— Откуда вы знаете язык темных эльфов?

— Мой покойный муж очень долго жил рядом с вашим загадочным народом, — не смущаясь моего настроя, ответила она. — И у него был друг, дроу, который часто здесь гостил после нашей свадьбы. Так и выучила немного, учить хорошо, когда есть с кем говорить.

Тогда ясно, откуда это отношение. Дворецкого, как понимаю, общение обошло стороной?

— Так вы не ответили на мой вопрос.

— Люблю, (Are) — ни секунды не раздумывая, отчеканил.

Это маленькое создание, что недоуменно озиралось, колдуя над травмами женщины, подчинила меня всего. И вряд ли теперь есть на свете что-то, что заставит меня отказаться от нее. Хрупкая, нежная, немного наивная человеческая девушка, совершенно непохожая ни на кого другого, теперь моя. И душа, которую я полюбил, не имеет значения, кому принадлежит, человеку или эльфу, сирене или фее.

— Тогда где ее брачные тату? (Ani xari no abah te?)

— Это дело времени, — определенно. Дроу природой и богами не одарены избранными, но нигде не сказано, что эти самые дроу избранных не могут выбрать себе сами. Я выбрал. Ая принадлежит мне. И то, что это пока не касается ее статуса, просто временное явление. Когда она будет готова, я сделаю ее своей и в этом качестве.

А пока, я даже остерегаюсь сказать прямо, как сильно ее люблю. Боюсь, что это напугает ее, подумает лишнего, может оградиться от меня. Я этого не хочу. И прекрасно чувствую, что кто-то мою девочку однажды сломал.

Мне хотелось бы и убить его, и сказать спасибо одновременно. Убить за то, что этот ребенок отчаянно отмахивается от наших чувств, а я знаю, что ей не безразличен. А сказать спасибо, что благодаря ему, она обрела свободу. Он сам упустил свой шанс, это крохотное счастье из своих рук, будь то просто поклонник или человек, претендовавший на ее сердце. Глупец, она ведь тогда еще умела доверять.

Пока лучше молчать, силясь сдержать рвущееся желание признаться ей. Хочу, чтобы она знала, а не догадывалась. Хочу, чтобы чувствовала все, что я испытываю к ней, и отдалась. Не боялась. Доверяла мне всецело. Но для этого нужно дождаться момента. Иначе разрушу все, что кропотливо строил. Страшно представить, если когда-нибудь она оттолкнет, думая, что из-за своих чувств, я помешаю ей вернуться… Честно говоря, не могу этого исключить. Как не могу мешать, также не могу заставить себя активно ей в этом помогать.

Эта девочка моя, как мне отпустить ее? Сколько бы ни уговаривал себя, не смогу. Видя ее желание вернуться домой, не могу переступить через себя и помочь. Может боги в ее перемещении и не при чем, но то, что мы встретились, не иначе как их хитросплетенная игра. У девочки есть свое предназначение, а пока она не выполнит его, я буду защищать ее. Впрочем, и потом. Просто это будет не в походных условиях, а в нашем общем доме. Хочу любить эту девочку и жить для нее.

Каждый мой душевный шрам она излечила своим дыханием, своей жизнью. Разве есть какой-нибудь идиот, который беспрепятственно даст право отнять у него любимую, если ему позволили познать ее? И я не дам. Никому.

А пока, мое сокровище начала задавать правильные вопросы…

***

Мы высыпали из кладовой, стараясь сразу же заметить как можно больше потенциально опасных точек. Сумасшедшие гремлины устроили себе пир, пробуя на зуб все, что неправильно лежало. В случае, если что-то лежало правильно, его двигали и…

Веселый зловещий хохот-писк эхом раздавался то из одного угла, то из другого, мы только и успевали, что реагировать и отскакивать, если приходилось.

Рена обвивалась гарпуном как копьем, примерно в таком же ключе действовал и Фаль своим сдвоенным… даже не знаю, как это называется. Удлиненная рукоять в центре и зеркально отраженные лезвия мечей создали какой-то новый вид оружия, которое ранее мне не было известно. Вращательным движением он использовал его как щит от прилетающих снарядов, рубящими — как копье или косу. Деас, приняв частичную трансформацию, отдавал предпочтение своим когтям, тоже нанося смертельные удары маленьким чертям. И борьба была бы успешной, если бы их не был чертов легион! Лучше б тараканов тут в замке развели, чесслово.

Рассредоточившись, ребята старались сократить их численность, а я, попутно спасая наиболее ценные вещи от неминуемой гибели, старалась усиленно соображать. Да не получается сосредоточиться в таких условиях!

То, что Деас любимая жена этих чудиков, стало понятно почти сразу. На него они сыпали пачками, стараясь разнести по сувенирам. Кое-как ребята отбивали своего боевого соратника, но численность противника была подавляющей.

— Да они там закончатся когда-нибудь? — рычал взбешенный волк, едва сдерживаясь от полного перевоплощения. Чревато же, сколько шерсти сразу появится, которую выдрать наверняка захотят.

Гремлины точно бесполы, а размножаются мгновенно из-за какой-то ерунды. Я выбежала из помещения, пытаясь отследить источник, откуда фонтанируют эти чудики. Найду откуда берутся, сразу вспомню, нужно только, чтобы причина попалась на глаза. Узкая маленькая лестница вела либо в подвал, либо на нижний этаж. И была она чуть вдалеке, призывно открывая свободный проем без дверей. Двери просто лежали рядом поперек лестницы. Там!

— Ая! — крикнул позади Фаль, но нет времени отвлекаться.

Вместо того чтобы вернуться, со всех ног побежала в сторону подвала. Если гремлины вылетают оттуда, как пробки, то там что-то, что их плодит. Увижу, ликвидирую, потом с оставшимися разберемся. Ребята неплохо справляются, несмотря на бесконечное множество демонов, но так можно до утра провозиться, и то при условии, если у нас останутся силы.

Планам моим не суждено было сбыться. Уже прямо перед спуском лестницы, поперек талии меня перехватил дроу, крепко сжав и не давая возможности вырваться:

— Куда? — строго шикнул он на меня. — Сказал же, держаться меня. Ая!

— Фаль, там внутри что-то, что их приумножает. Я точно вспомню, если увижу!

— Не надо ничего вспоминать, — мой эльф сразу же оттянул меня от заветной лестницы, куда-то направляясь и утягивая за собой. — Мы сами справимся.

Я хотела что-то возразить, но никак не ожидала подставы. Увидев перед нами двери кладовой, почуяла неладное. Упираясь и упрашивая эльфа меня отпустить, пыталась убедить его, что полезнее исследовать совершенно иную комнату, но дроу оказался непреклонен.

— Потерпи, малышка, — впихнул меня внутрь, сразу же захлопнув дверь снаружи и повернув замок. — Я сразу же выпущу тебя, как все закончится.

— Фаль! — не веря в произошедшее, требовательно застучала в дверь. — Выпусти меня! Я могу разобраться, мне просто нужно попасть в подвал! Фалькониэль!

— Прости, нежность моя, — в голосе эльфа послышалась мягкость, что в разрез шло с его поступком. — Мне спокойнее, когда я знаю, где ты.

Звуки боя и удаляющихся беглых шагов радости мне не прибавили. Да что же это такое?! Я не могу бездействовать в такой ситуации, может быть, кто и смог бы сидеть на попе ровно, но не я. Протоптав площадь метр на метр вдоль и поперек, накрутив тысячу шагов и безрезультатно задергав ручку двери раз до тысячи, я бессильно села на бочонок с каким-то напитком.

Согнулась пополам, вцепившись в волосы. Думай, голова, думай. Они вроде как почкуются, но что является причиной? Вроде как какая-то жидкость, но я не помню, это химический раствор или обычная вода? А, может, мыльная вода? Точно помню, что их нельзя кормить после полуночи, с ними происходят метаморфозы и спустя какое-то время появляются гремлины. Да! У них же есть еще другая форма, изначальная. Они добрые и очень милые.

Видимо, изначально кто-то привез сюда доброго гремлина. Даже не помню, как они называются, чтобы спросить хозяйку потом. Что бы мне хотелось сделать с милым пушистиком, если бы он у меня поселился, и я о нем ничего бы не знала?

Заботиться, любить, кормить и… Первая ошибка, голодным милашкам трудно отказать, даже если далеко за полночь.

Вычесывать, купать… Вторая ошибка, контакт с водой. Вода! Точно. Обычная вода вызывает их размножение! Но я не помню, разве если помыть доброго гремлина, он станет размножаться? Значит, беда все-таки в еде. Маленькие ночные жрицы, чтоб их.

В подвале наверняка есть какая-то вода, к которой у них есть доступ. Значит, гремлина накормили, а потом, когда он уже стал злым, где-то нашел, где искупаться. Но что же поможет уничтожить этих демонов?

К сожалению, я не помню, чтобы их можно было вернуть в изначальное состояние…

Сев ровно и массируя себе виски, сделала глубокий вдох. Они растворяются при контакте с чем-то простым. Выдох. И мне кажется, что правильный ответ мне даже приходил в голову. Давай, мозг, ты же должен работать мощнее в критической ситуации! Если ты у меня, есть, конечно. Что ставится под сомнения, исходя из того, с какой частотой я нахожу нам приключения.

Не, проще просто сжечь тут все и съехать к чертовой бабушке. Как с пауками. Если их кишмя, то проще самому эвакуироваться.

Сжечь.

Открываю глаза. Хлопаю себя по лбу.

Ну, конечно! Яркий свет, огонь! Они боятся дневного света! И огня тоже, но палить тут все как-то не хочется. До утра еще не скоро, сейчас светает не так рано, как летом. Значит, нужно найти другой источник света. Вот что показалось мне странным в замке, все окна зашторены, естественного источника света нет вообще. Раздолье для гремлинов.

Пытаясь выбраться, постаралась найти подходящий увесистый предмет, который мне в этом поможет. За бочонком как раз такой нашелся — небольшая скамья, которую используют для доступа к верхним полкам. Пойдет. Удобно перехватила за ножки и КА-А-А-А-А-АК ТРЕСНУ по ручке!..

Оная, естественно, отвалилась, высыпав наружу все свои внутренности. А главное, разломался простенький замок. Отбросив в сторону скамью, толкнула дверь ногой. Вышла. Визит в подвал можно отложить на потом.

Войну в соседнем помещении было слышно и отсюда, ругань Деаса в том числе. Воинственно перекинув косу за спину, направилась осматривать, как зажечь эту огромную люстру. Как это вообще делают? Пять рядов толстых свеч наверняка как-то зажигают, но для этого ее необходимо спустить. Не имею понятия, как это делать. Где-то есть крепление для цепи? И такую махину попробуй спусти в одиночку. Может, оттого, что слуг в доме больше нет, люстру и не зажигают? Нет, я не смогу, ищем другой способ.

Среди жителей замка вроде нет магов, а запустит какой-нибудь фаербол не мешало бы. Крутить деревяшки тоже не вариант, искры выбивать не буду. Значит, надо добраться до ребят и не геройствовать, чтобы не лохануться.

— Йа-а-а-а!! — заорали за моей спиной, и я чуть не оступилась с лестницы.

Чуть, потому что вовремя подхватил злой хранитель, красноречиво на меня зыркнув, одновременно разрубая откуда ни возьмись гремлина, в злости с которым им можно было еще посоревноваться.

— Очень, — вкрадчиво и тихо проговорил все еще голубоглазый эльф, вжимая меня в стену не только телом, но и взглядом. — Очень хочу тебя… наказать.