5. В своем теле всяко лучше

Теперь на мне не было никаких обязательств и я развернулся к выходу из храма в весьма приподнятом настроении.

Мелочь, которую попросила девушка, легко было выполнить, правда, мотивы ее мне были не совсем понятны. Да и не мое это дело теперь, я всего лишь решил выполнить ее услугу в лучшем виде, насколько это от меня зависело. Привел ее в храм, где знал местного служителя, не зависимо от того, что ей здесь потребовалось. Она не показалась мне опасной или таящей злой умысел, да и связь с Алазаром я не афишировал, чтобы как-то подставить. И как такая девушка связалась с Ханэлем, ума не приложу.

А ведь она могла просить больше. Могла, но не стала. Интересно, она действительно не знает, кто я? Впрочем, не должно меня это теперь заботить. Если решила проморгать шанс, то ради богов, мне это только на руку. Конечно, я бы выбрался сам, но без нее это не прошло бы так гладко. Наивысшая вероятность, что кровь лилась бы рекой. А как иначе? Ханэль ни за что меня так просто не отпустит, все еще лелея обиду полувековой давности.

Дроу — идеальные воины, получить даже одного такого в угоду собственных желаний является великой роскошью. Без преувеличений. Только вот далее нашего народа это обычно не выплывает, мы присягаем только доверенным лицам, а я никогда не был обременен таковыми, потому и присягать, на счастье, никому не пришлось.

Абсолютно свободный дроу, ценящий свою свободу и не планирующий этот статус менять. Примерно это я пытался донести до Ханэля, когда он попытался выбить у меня клятву служения силой. Он достойный противник, но не мне. Стереотип, что светлые эльфы не бывают отбросами, для меня по истине миражный, когда своими глазами убедился в обратном.

— Дитя, почему ты оказалась в чужом теле?! — я остановился как в землю вкопанный.

— П-помогите… Пожалуйста…

Ее шепот был легко распознан чутким слухом дроу. Я точно не ослышался?

Тихий срывающийся голос заставил мое сердце дрогнуть и я не смог не обернуться. От выхода меня отделяло пара метров, в то время как с оставленной мною парой не меньше метров пяти. Я будто увидел эту девушку с совсем иной стороны.

В это время жрец уже подошел к девушке вплотную, обняв ее подрагивающие плечи. На его лице отражались сочувствие, участие и всепоглощенность происходящим. Кажется, она обратилась по адресу.

— Несомненно, это заклятье подселения души, — со знанием дела подтвердил Алазар. — Но кому понадобилось это делать? Это очень опасно как для вызываемого, так и для призывающего.

Девушка ничего не отвечала, так и стояла, опустив голову, перед участливым жрецом. Аура подавленности сочилась из нее волнами.

— Вероятно, хотели призвать тебя в какое-то место, но вышло лишь выдернуть душу, — догадался служитель спустя минуту размышления. — Эти обряды очень похожи и совершить ошибку легко.

Видя, что девушке от этого не становится легче, Алазар погладил ее по плечу.

— Я мог бы помочь тебе, девочка, призвать тебе твое собственное тело, но это большее, что я могу. Однако я не располагаю необходимым для того артефактом, очень мощным и редким, чтобы компенсировать недостаток моих сил.

— Я достану.

И жрец и явно забывшая о моем существовании девушка разом обернулись в мою сторону.

— Я достану артефакт, скажи только, где искать, — тем самым я полностью искуплю долг перед ней. И дело даже не во внезапно проснувшемся сочувствии. Это какой недоучка такое учудил?

Спустя минуту я получал подробный инструктаж, где искать, кого искать, как именно, как договариваться, как узнать нужную вещь, все это время не спуская глаз с бесшумно сидящей в углу комнаты девушки. Она, казалось бы, совсем ушла в свои мысли, полностью отринув реальность и копаясь где-то внутри себя. Показалось, что она уже не особо уверена, что ей смогут помочь. Но я верил в Алазара, если он сказал, что сможет что-то сделать, он это сделает.

Быстро слетая с лестницы, ведущей в храм, в голове я прокручивал, как быстрым ходом добраться в столицу Империи. Любезно отданный мне айман теперь смотрел на меня с недоверием, но вел себя послушно.

— Что, идем твою хозяйку спасать? — зверь флегматично отвернулся. — Ну, да, может и не твою.

Можно верхом, но это займет не менее недели, а время драгоценно, как показалось по ситуации. Оказалось, что девушка противилась физиологии доставшегося ей тела и это не может пройти без последствий. Остается поторопиться, пока она не накинулась на кого-либо, больше себя не контролируя.

Самым быстрым способом является пойти на торговую площадь в палатку к местному колдуну, заслужившему неплохую репутацию в своем деле. Если у него будут кристаллы телепорта, то это будет удача. В зависимости от накопленной силы, сориентируюсь, сколько их взять. Выложиться придется неплохо, потому есть смысл зайти в мое здесь временное обиталище, взять средства, и можно выдвигаться. Ах, да, я непростительно долго разгуливаю без своего оружия, это тоже нужно исправить.

***

— Он всегда такой?

— Исключительно, если заинтересован.

***

Стали ли три дня моего отсутствия для кого-то роковыми? Хотелось верить, что нет. В столице пришлось неоправданно долго задержаться, потому что колдун, располагающий необходимым мне артефактом, удумал торговаться, а когда понял, что я готов заплатить много, накинул такую феерическую сумму, что я едва не сломал ему нос. К тому же, альтернативой предложил принести ему клятву служения и отпечаток моей руки вряд ли скоро сойдет с его горла.

Правда, после этого он ополчился и натравил на меня всю свою охрану, содержащую голов пятьдесят обученных солдат. У меня не было времени долго возиться, потому мои клинки вдоволь напились крови. Они знали, с кем связывались и я давал шанс на нормальное регулирование вопроса.

В итоге, колдун артефакт мне подарил. Ну, как сказать подарил, поменялся на свою жизнь. А в приложение, я запасся еще парочкой кристаллов телепорта, так, за моральный ущерб. Отличное выдалось сотрудничество, сразу бы так.

Входил в просторный зал храма я быстрым шагом и почти сразу наткнулся на мелкого служителя:

— Где Алазар? — спросил я того в лоб.

— Он наверху, где сейчас хворая сестра. Худо бедняжке.

Поздно сообразив, что не мешало бы спросить, где это вообще, я спустился на бег в сторону лестниц, ведущих на жилые этажи местных жрецов. Чуть пробежавшись, я развернулся в сторону раздавшегося скрипа, и увидел Алазара, выходящего из одной из комнат каменного кольцевого коридора. Точнее, на Алазара я не смотрел, как раз позади него, за закрывающейся дверью, в темноте я увидел скрючившуюся от боли сидящую на полу у кровати знакомую мне девушку.

— Как она?

— Сам же знаешь все эти вампирские штучки, — хмуро ответил служитель. Видно было, как он устал, но на лице светилась решимость. — Она около недели не питалась, без крови внутренности начинают засыхать, что причиняет ей боль.

Не дожидаясь того, что договорит мне жрец, я по-хозяйски вошел в комнату, распахивая дверь. Неестественно хрупкая девушка, завешенная длинными черными волосами, даже не шелохнулась в мою сторону. Я подошел вплотную и присел рядом с ней.

— Ты должна была хотя бы немного выпить крови, посмотри, до какого состояния ты себя довела.

— Себя я не доводила, — сделав акцент на первое слово, тихо выдавила вампирша. — А потакать тому, что мне противоестественно, я не собираюсь. Лучше загнусь, но кровь пить не стану.

— Лучше, если ты сорвешь и нападешь, допустим, на Алазара? — провокационно надавил на нее я.

Девушка внезапно вскинулась на меня своими темными очами и я замолк. В глазах было столько ненависти, что я забыл, какую линию хотел до этого гнуть. С пересохшими губами и в пошатывающемся состоянии, она на удивление спокойно проговорила:

— Тогда нет более подходящего момента, чтобы его обезопасить, — и кивнула в сторону моих мечей за спиной.

Несколько мгновений мы молча смотрели друг другу в глаза, а потом я выпрямился во весь рост, повернув голову в сторону служителя.

— Артефакт у меня, когда мы можем начать обряд?

— Слава богам! — Алазар сиюминутно подобрался, в глазах даже мелькнул живой огонек. Видимо, он уже собирался ставить крест на этой девочке. — Я сейчас же приготовлю потайную залу, помоги ей спуститься через пару минут.

Я вновь посмотрел на девушку. В ее взгляде что-то переменилось и теперь она смотрела на меня иначе. От полных боли и страданий глаз остались лишь отголоски, теперь в них плескалась надежда.

— Спасибо, — прошептала она наконец. — Если все получится, я буду перед тобой в неоплатном долгу.

— Сначала верни себе свое тело, а потом поговорим, — я аккуратно помог ей подняться и без усилий подхватил девушку на руки.

По винтовой лестнице спускались мы медленно, она без интереса смотрела в одну точку. Радовало, что взгляд этот хотя бы был не пустым.

— Вот так, ставь ее в центр круга, — указывал жрец, одновременно расставляя необходимые атрибуты ритуала в определенной последовательности на пол. — А теперь подожди нас, пожалуйста, снаружи. Это не займет много времени.

Я не совсем понял, зачем мне уходить, но просьбе повиновался. Молча передал нужный артефакт из рук в руки жрецу, а после на секунду переглянулся с осевшей на пол девушкой. Она с некоторой тревогой посматривала на жреца, артефакт и меня, но ничего не сказала. В очередной раз я решил довериться старому другу.

Добрых полчаса я ждал, несколько неспокойно выхаживая по главной зале храма, пока ко мне не вышел Алазар, на лбу которого появилась испарина. Он слегка промокнул лоб своим рукавом, взглянув на меня уставшим взором.

— Ты не поможешь?

В одно мгновение мое тело напряглось. Неужели не получилось? Однако мой обеспокоенный взгляд друг быстро расшифровал.

— Нет, с этим ребенком все в порядке. Все получилось, — удовлетворенно качнул он головой. — Ослаблена, но восполнить силы мы ей здесь поможем.

Большего мне знать пока и не хотелось. Нервное напряжение немного разглаживалось. Странно, и почему я так нелогично себя веду по отношению к тому, с кем не имею больше никаких дел? По факту, разойтись можно было уже в момент, когда артефакт попал в руки Алазара.

Я вошел в потайную залу сразу за жрецом, чтобы увидеть на полу, лежащую без сознания, знакомую девушку. В первую секунду даже показалось, что это та самая девочка, просто без чувств, и мне захотелось прикоснуться к ней, чтобы узнать. Однако служитель в это время мне доложил:

— Пока она под действием сонной пыльцы, надо бы ее… — Алазар замешкался. — Куда-нибудь в людное место. Пусть ее обнаружат там, где в случае возвращения сознания, она поостережется в открытую напасть.

Я кивнул. Подойдя ближе и не обнаружив рядом никакой более девушки, я развернулся и с понятным вопросом обратился к служителю:

— Где?

— О, я отвел ее наверх, — словно спохватился друг. — Ей надо прийти в себя и… Ах, да, она хотела лично поблагодарить тебя, но я обещал ей, что ты еще вернешься.

Испытав легкий укол разочарования, я замешкался. Она была где-то рядом, увидеть ее, похоже, сейчас мне не было суждено.

— Она точно в порядке? — напоследок поинтересовался я у жреца, точно зная, что вернусь.

— В своем теле всяко лучше, — мягко раздался голос, идущий с лестницы, с которой мы спускались меньше часа назад, приковывая мой взгляд к его обладательнице. — Подумала, что все же, наверно, поблагодарить будет лучше сейчас…

Уже как-то привыкнув к образу черноволосой вампирши, я не ожидал, что истинный облик девушки будет еще меньше. Стоя в конце лестницы в полумраке, куда не доставал свет свечей, она старалась держаться за перила у стен. Маленькая и хрупкая, она навсегда запечатлелась у меня в памяти такой.

Если вампирша обладала той самой красотой, что часто ищут мужчины, то эту малышку легко можно спутать с подростком. Невысокая, с мягкими привлекательными чертами лица, темно-карими глазами, за счет света кристаллов отдающими вишневым, и длинными ниже пояса прямыми спутанными каштановыми волосами.

Под кожаной курткой находилась белая материя, позволяющая угадать небольшую грудь, а вот тонкую талию и стройные округлые бедра откровенно обтягивали слишком узкие штаны. Вернуть взгляд, куда положено смотреть, было трудно. Ее одежда была чересчур странной, где женщины такое носят?!

— Мне нечего тебе дать, — трезво оценив обстановку пришла к заключению она. — Могу только предложить свою помощь, если она когда-нибудь тебе понадобится.

— Ты мне ничего не должна, — спустя паузу проговорил я, смакуя на слух ее тихий голос. — Кроме того, что будешь жить.

Она удивленно подняла на меня свои большие почти черные в темноте глаза и я не смог ей не улыбнуться.

— Фалькониэль, девушка, — напомнил мне, прервав нашу официальную первую встречу с малышкой, жрец. — Действие пыльцы скоро иссякнет.

***

— Мой господин, ритуал завершен!

В просторный, но чрезмерно забитый книгами кабинет, влетел жрец, сметая открывшейся дверью часть бумаг мужчины, сидящего за тяжелым дубовым столом. Озадаченность того сразу же переменилась решительностью.

— Она здесь? — выпалил он поднимаясь.

— Н-нет, — чуть стушевался служитель. — Алтарь с рунами засветился, — пояснил он. — Это значит, что цикл завершился.

— Так, где девушка?

— Не знаю, — бывший заклинатель нахмурился. — Где-то в пределах ваших земель.