Глава 26

Юнона

Кажется, я еще никогда не была настолько смелой. Даже когда сливала информацию насчет Ареса и его незаконных дел, мне не было так страшно и волнительно, как в этот миг.

Меня накрывает трепетом, будто никогда до этого я не была с мужчиной. Хотя когда у нас все случилось с Аресом впервые, мной руководил не страх или ненависть. Тогда я чувствовала себя глубоко влюбленной и очарованной этим огромным мужчиной. А сейчас все иначе. Нет, он по-прежнему привлекает меня физически, как и тогда, а возможно, даже сильнее, потому что я знаю, какое удовольствие способен дарить мужчина по прозвищу Минотавр.

Но несмотря на это, мне приходится предавать себя, решившись на близость со своим врагом.

Знаю, что после стану противна сама себе, но другого варианта нет. Иначе я не избавлюсь от него и он продолжит меня мучить до конца наших дней.

Но стоит нашей коже соприкоснуться, как у меня вылетают из головы все причины, по которым я должна его избегать.

Он удерживает меня на весу, прижимая к мощному телу, и я обвиваю руками его шею, издавая позорный стон, когда наши губы встречаются и соприкасаются языки. Сперва осторожно, но стоит ощутить вкус друг друга, и срывает чеку. Поцелуй становится глубоким и жадным. Кажется, что все тело превращается в оголенный нерв, когда каждое движение губ и соприкосновение тел остро ощущаются каждой клеточкой.

Я думаю, что сегодня веду я, но Минотавр мгновенно стирает любые иллюзии, перехватывая контроль. Смешение наших запахов, вкусов, переплетение языков и губ превращаются в ожесточенную борьбу, людей, люто презирающих друг друга и в то же время испытывающих физическое влечение, что грозится вылиться не в наказание, а в чувственную катастрофу. Потому что мы не в силах контролировать это, пока находимся рядом.

– Какая же ты… – шипит он, снова впиваясь в меня, царапая зубами губы и тараня мой рот языком, вылизывая его, словно дикий зверь.

А я стону в ответ и ем, пью его голод и страсть, зарываясь пальцами в жесткие волосы.

Арес укладывает меня на кровать, не отрываясь ни на мгновение. Его руки скользят по телу, оставляя следы, клеймя его, напоминая, что теперь ни один другой мужчина не коснется меня. И это заводит.

То, как он пытается меня пометить поцелуями, слюной, прикосновениями, отзывается жаром во всем теле. Я стараюсь не думать о том, что между нами пропасть из ненависти и обиды, чтобы не грызть себя после, и просто отдаюсь моменту. Потому что только с ним я способна испытывать такую уйму эмоций.

По телу проносится ток, когда губы смыкаются вокруг моего соска, а пальцы играют со вторым полушарием.

Я выгибаюсь ему навстречу, оглаживаю широкие плечи. Подушечки пальцев помнят его кожу и каждый контур его бугрящихся мышц, что с годами заключения стали еще более выразительными.

– Буря… – шепчет он, спускаясь все ниже и уделяя неприлично много внимания моим шрамам, и я даже не думаю о том, что он заметит ту самую полоску, что стала моим личным концом света. – Красивая… – вылизывает светло-розовые отметины. – До чего же ты красивая, – шепчет будто в бреду и раздвигает мои бедра, проводя пальцами по влажным лепесткам, раздвигая их и касаясь того самого комочка нервов, что пульсирует в ожидании ласки.

Арес покрывает поцелуями мои бедра, закидывая ноги себе на плечи и сменяя пальцы языком и губами.

– Ах! – вырывается из меня, когда язык начинает порхать по губкам, слизывая мои соки и всасывая горошину клитора.

Мой мозг перестает работать, сосредотачиваясь на ощущениях, которых слишком много. Они ошеломляюще громкие. Я задыхаюсь от удовольствия и накапливаемого внизу живота напряжения. И когда к языку Ареса присоединяются пальцы, я улетаю в стратосферу.

Минотавр нависает сверху, целуя меня, позволяя ощутить мой собственный вкус, пока меня все еще сотрясает от удовольствия, а затем он заполняет меня одним резким толчком, так, что у меня из глаз брызжут слезы. Потому что он слишком большой и я, похоже, совершенно отвыкла не только от него, но и от его размеров.

– Больно? – спрашивает внезапно нежно и смотрит мне прямо в глаза.

И все происходящее воспринимается настолько интимно, что я на пару мгновений теряюсь с ответом.

Слишком многое между нами стояло. Но эта нежность… совсем не показная, а настоящая, она пробирает до самых темных уголков моей души. Затрагивая и обволакивая теплом.

– Юна… – слизывает он мои слезы.

– Надо… привыкнуть, – шепчу уже в его рот.

Арес замирает, давая мне возможность привыкнуть, а потом начинает медленно двигаться, не переставая меня целовать.

Кажется, у меня уже губы стерлись от этих ласк, но я не хочу, чтобы он останавливался. Потому что… это самое приятное из того, что случалось со мной за долгие годы.

Движения размеренные, постепенно увеличивается темп и амплитуда. Он входит резче, задевая внутри ту самую точку, что помогает выстраиваться удовольствию.

Арес проглатывает мои стоны, отрываясь от моих губ и нависая надо мной.

– На меня смотри, – хрипло приказывает.

Я распахиваю веки, встречаясь с его темным взглядом, и мы оба будто в трансе. С каждым ритмичным толчком все дальше улетаю. Пока пружина внизу живота не закручивается тугой спиралью, которая не выдерживает и резко выстреливает, прокатываясь судорогой по телу и взрываясь наслаждением. Так, что в глазах темнеет и вспыхивают фейерверки.

Чувствую, как он в несколько толчков догоняет меня, заливая мой живот горячими каплями, а затем исчезает.

Как только наслаждение затихает и я снова могу поймать фокус, вижу перед собой его темный блестящий взгляд.

Арес смотрит на меня так, будто любуется. Но внезапно между его бровями пролегает морщина.

– Тебе пора, – произносит он холодно, остужая меня.

Эта фраза отрезвляет нас обоих.

Я не жду, что он повторит дважды. Поднимаюсь с кровати, подбираю халатик, что так и валяется где-то у входа. Накидываю его на плечи и быстро завязываю пояс, а в следующее мгновение вылетаю из хозяйской спальни, мысленно отвешивая себе оплеуху. Потому что… я расслабилась и забыла, для чего пришла к нему. А этого делать нельзя, потому что эта связь ничего не меняет. Я все еще его ненавижу.