Глава 9

Пока я занималась самобичеванием и мысленными проклятьями в свой адрес, мой будущий шалопут наградил очень взрослым взглядом лордом Трауменса.

— Дядюшка, а на портрете злых родственников папы вы смотрелись куда лучше.

Немая сцена.

Глаза дракона налились кровью.

Эдвина откровенного зависла от происходящего, магисса пытливо старалась повнимательнее рассмотреть белокурого мальчика, а когда узнала, ее молчание немедленно было прервано.

— Твой отец Дейлор Трауменс?

И вот тут уже зависла я. У нас с истинным все-таки сложилось будущее. Я и он. А этот малыш… плод нашей любви.

Но если судьба и готовила мне сюрприз, то не один, потому что после того, как мой ребенок активировал редкий снежный Дар.

— Что, кличешь няньку? — язвительно выплюнул лорд Трауменс наблюдая за тем, как мальчик ловко перебирал своими крохотными пальчиками воздух, создавав настоящее снежное искусство в виде магии призыва.

— Не надо, — тяжело выдохнула я. — Уходи, беги домой, к себе…

Я больше ни на что не надеялась…

С одной стороны, мой сын был и так предзнаменованием того, что я каким-то образом должна была разобраться со своими злопыхателями…

С другой, будущее настолько было хрупким, что вся эта неожиданная иллюзия призрачного счастья могла бы подвергнуться настоящему уничтожению.

Мне оставалось лишь наблюдать к чему все могло привести.

— Не надо, Зайка, — в полном неверии и ожидании краха окликнула своего сына.

Я не знала, показалось ли мне все это, или мальчик был действительно отражением того самого, желанного счастья.

Я боялась.

Дергалась в магических оковах, наброшенных на мои запястья Эдвиной и пыталась активно, усилием мысли и сдерживаемой силой внутри магической блокировкой, разломить чужое и злобное заклинание.

— Даже интересно, что хочет вытворить этот… недодракон, — снова злобное напускное оскорбление лорда в адрес маленького, но уже такого, не по годам, ловкого мага.

— Красота, — громко проговорил сын, — и вся комната засияла голубым свечением, а затем… мое тело внезапно сковал пронзительный холод.

За мерцающим сиянием, с потолка на кровать, кресло, ковер и всех присутствующих посыпал снег. Колкий, холодный, неприветливый.

Малыш же не обращал на происходящее никакого внимания, просто кружился и был особенно доволен собой.

— Мама, папа скоро придет.

И зайка не обманул. Пространство разрезало ветром, а когда весь ковер был усыпан подтаявшим снегом, открылся новый портал, и из него вышел Дейлор.

Взрослый, подтянутый и с посеребренными бакенбардами.

— Айвинг, что случилось, почему ты убежал от своей сестры?

Но когда моему истинному открылась настоящая картина происходящего. Он не был очень удивлен.

А сухо констатировал факт увиденного:

— Значит сегодня!

Да, что же это такое! Все в курсе, и даже, кажется, были подготовлены, одна я, как вечно… неизвестно кто. Стало немного обидно. Почему мне никто не оставил особых инструкций, или хотя бы маленькой шпаргалки.

Уж я бы тогда…

Стоп! Еще и сестра⁈ Да как так!

— Сестра… — с хрипом пробормотала.

— Да когда вы успели? — тут уже и лорд не мог держать строгую маску лица, его буквально разрывало от негодования и такого неожиданного поворота.

— Шел бы ты… дядя, — без особых чувств произнес Дейлор, и сделал пасс рукой. — Обратно, в изгнание, в прошлом.

И он пошел. Вернее, его тело от внезапного удара племянника рассыпалось на миллионные частицы, а затем все это великолепие затянуло в черную воронку, которую все-так же организовал мой… кто…

Я до сих пор не верила, и все-таки боялась предположить, что внезапно открывшееся будущее — лишь плод моего воображении.

Эдвина осела на пол и скрестила руки на груди.

— Лорд Трауменс, Дейлор, неужели вы, допустите, чтобы со мной, преподавателем Академии Илларии, случилось что-то страшное. Вы же ректор… и вообще, — магисса искусно подбирала слова в свое оправдание.

А мне было противно, что такая женщина как она, хладнокровно уничтожала будущее ни в чем неповинных девушек этого мира.

И все ради чего?

Я никогда не понимала злые намерения таких черных душой людей, как Эдвина Кларенс и лорд Трауменс.

И мне было совсем не жаль, что Дейлор из будущего, одним взмахом руки уничтожил того, кто явился через грань в чужое время.

— Эдвина, я больше не ректор Академии, и мне совершенно не жаль таких как вы. В нашем мире вы занимали свое место совершенно не по праву, и мой сын…

Дейлор не успел договорить.

Потому что к магиссе подошел мой сын. Он словно зачаровал женщину.

— Тетя, будет не больно, — ладони мальчика заискрили синевой.

Эдвина, конечно, не заслуживала пощады, но то, что Дейлор втянул в подобное нашего сына — меня неимоверно возмутило.

— Не надо, Зайка. Не нам решать кому жить…

— Лесия, ты все неправильно поняла, — ровно откликнулся на мое возмущение дракон. — Я больше не ректор, а хранитель…

Я действительно ничего не понимала.

— Хранитель, но почему?

— Потому что наш сын… снежный дракон.

— И что? — глупо улыбнулась и тут же испугалась.

Эдвина превратилась в глыбину, а затем вся эта неподвижная субстанция поглотила и ее оледеневшее содержимое.

— Перерождение, — шепнул сын, когда отряхнул свои маленькие ручки, как будто он здесь страшным холодом не человека заморозил, а лепил тесто и пек с родителями воскресный пирог.

Оковы с моих рук слетели, а это было верным признаком того, что маг наложивший столь непростое заклятие, больше не существовал в этом мире.

— Они все, все погибли? — я широко распахнула глаза и посмотрела на двух мужчин, маленького и взрослого.

— Хотелось бы ответить, что да, — усмехнулся невесело Дейлор, — но мне, как хранителю и представителю клана Светлых, не пристало вершить самосуд, тем более учить этому молодых снежных драконов.

— Тогда, что с ними произошло?

— Им выпал второй шанс. Наш сын — очищает злое сердце и направляет его к свету, а там, если провинившийся встанет на путь исправления не задействовав свое темное прошлое, то будет счастлив.

— И лорду Трауменсу? — я в неверии посмотрела на маленького дракона.

— Ему тоже выпал шанс, но не такой как Эдвине. Дяде придется побыть в теле эльтийского ящера.

— Ящера? — только и успела пискнуть, когда Дейлор оказался совсем близко.

— Но не будем о них, Лесия. Кажется ты была удивлена не меньше остальных?

Я кивнула.

Мне не хватало слов. Я не могла выразить все увиденное, каким-то одним словом.

Удивление. Неожиданность. Непредсказуемость?

Все это совершенно не подходило.

— А Леди?

— Большую часть нам удалось спасти, и они сами уже решали, как им жить дальше.

— Но их мужья… Неужели все они оказались настолько плохими?

— Не все, — отрицательно покачал головой Дейлор. — Но многие, оказались не готовы к тому, чтобы чистосердечно признаться в своих действиях. Слушание по делу «Совершенных леди» вызвало большой резонанс в нашем обществе. Полетели не только головы драконов, но и людей, и даже преподавателей в Академии.

— Понятно…

Дейлор держал меня в своих сильных руках и смотрел с такой невероятной нежностью боясь отпустить. А я и не сопротивлялась, сейчас меня мучал только один вопрос, и я не постеснялась его задать.

— Дейлор, но как же мы, — я посмотрела на мальчика. — Если ты разорвал нашу истинную связь?

— Иногда нам только кажется, что мы всевластны… Предначертанное можно изменить, и маленький Айвинг тому прямо подтверждение. Его имени не было записано в Книге Судьбы, но в Книге Грани всегда хранилось упоминание о снежном маге, который придет в наш мир вопреки всему.

Когда Дейлор мне доверительно приоткрыл часть будущего, нашего общего совместного будущего я практически расслабилась на волне осознания грядущего счастья.

Но реальность немного меня охладила.

— Айвинг наш второй ребенок? У нас есть дочь?

Дракон кивнул.

— Я не могу рассказать тебе всего, но поверь, до Айвинга нас ждет не мало интересных и насыщенных лет. — Долорас, милая и бойкая леди. Но, увы, совершенной ее не назовешь…

А затем мой дракон меня поцеловал в губы. И наш поцелуй, казалось, длился настоящую вечность, и я цеплялась за фрак своего будущего мужа, и не хотела его отпускать, никогда.

Но все хорошее…

Ах если бы не очередное портальное кольцо!

— Айвинг, вот я тебе задам трепку, паршивец! Папа, ты его накажешь? Мам, молодо выглядишь. Оу, кто тебе делал визаж? — взглядом полным досадой наградила меня по всей видимости будущая дочь.

Вот тут я и потеряла дар речи.

Высокая, длинноногая красотка, в кожаной куртке, тренировочных узких черных штанах поспешно поправляла выбившуюся из хвоста фиолетовую прядь.

— Это что такое… — я с открытым ртом рассматривала девушку с дерзким взглядом, с черной подводкой на веках, совершенно даже отдаленно не напоминавшую леди. — Она адептка Академии Илларии? — я схватилась за сердце.

Я бы не сказала, что настолько сильно втянулась в старомодную жизнь, но мое будущее, настолько сейчас выглядело на контрасте с настоящим…

— Оу, — обреченно протянула девушка и тяжело вздохнула, — ненавижу, когда мама — вот так, хватается за сердце. Пап, ну скажи, что все в порядке. Просто время такое, современное, а не как у вас в молодости было!