Глава 9

Его фамильярное обращение меня совсем не задело, но разве чуть-чуть. Все-таки я ожидала увидеть от ректора более сдержанное поведение. Возможно, стресс усилил все чувства дракона, и тому снесло внутренние стопы.

И я закричала повторно, только на этот раз дернула манжету.

Дракон посинел, а за дверьми послышался торопливый топот.

— У вас есть, — я посмотрела на часы, — минуты три ровно до того момента, как весь преподавательский состав снимет блок с вашей двери.

— И часто вы такое проворачиваете? — ректор посмотрел сверху вниз и неприятно оскалился.

— По ситуации, — уклончиво ответила, набивая себе цену.

Я ничего не знала толком про этот мир и даже не успела в нем нормально освоиться. И вот, пожалуйста, фанатики и подозрительный ректор словно накинули удушливую петлю на шею и периодами подергивают ее, медленно затягивая.

— Интриганка! Но я тоже умею играть и хитрить.

В руках Дейлора появился медальон. Красивый такой, из золота, с алмазной звездой внутри. Дракон крутанул заводной механизм.

И осознание происходящего накрыло с головой.

Маховик…

— О, я вижу, вам знакома подобная вещица? — ректор усмехнулся, а затем притянул меня к себе. — Никогда не оставляйте своему врагу много времени на размышления.

Я только и успела широко распахнуть глаза, потому что пространство не просто менялось, а исказилось, и все события, случившиеся «до», быстро отматывало назад.

Кажется, портальные переходы я все-таки быстрее освою, потому что мерцающее пространство под воздействием маховика заставляло испытывать нестерпимую боль. И когда я вскрикнула, глотая слезы, ректор поцеловал меня.

И целовал до тех пор, пока время не изменило свой ход.

— Итак, я хочу услышать правду. Кто вы?

По строгому взгляду ректора я поняла, что не время было юлить и отпираться.

— Простите за этот поцелуй, но вы могли вполне не перенести обратный ход времени.

— И вы так легко об этом говорите? Да я уже дважды за сегодня чуть не погибла, сначала фанатики, затем ваш ненастоящий дед, а теперь маховик…

Я загибала пальцы на руках и тяжело дышала.

— Вам не переиграть меня, леди…

И он был прав. Он — высокородный дракон, ректор Академии Высших, а я?

Настолько все было очевидным, что хоть плачь… Но я не сдавалась.

— Можно воды?

— Нет. Сначала ответ.

— Я очнулась под мостом, — все-таки истинную правду я не решилась вот так запросто обнародовать. — Арлена Боуленс меня нашла и приютила.

И ведь чистая правда! Все так и было.

— Дальше… — поторапливал меня Дейлор.

— А дальше… я не смогу вам ничего рассказать, магические клятвы ваша помощница тоже умеет применять. Могу лишь вас заверить, что девушка жива и находится в полном здравии.

Ну да, это меня тут разматывало, а Арлена жила себе припеваючи в поместье своего высокородного лорда, и вполне возможно, что они сейчас отмечали свой медовый месяц, наслаждаясь обществом друг друга.

Я же держала ответ и не перед каким-то простачком, а лордом, ректором Академии магии.

* * *

Я о себе не могла сказать того же самого. Кажется, меня знобило, голова болела уже давно, а чувства… я просто перестала вообще ощущать и излучать эмоции.

— Может, вы перестанете вести допрос? Я устала, очень хочу спать, а вам как будто все происходящее доставляет удовольствие.

Я не пыталась вызвать у ректора жалость, но он что же о себе возомнил? Пришел ко мне в дом, привел фанатиков и теперь вот это все?

Не слишком ли много для меня одной?..

— Вы правы, но я не могу вот так просто вас отпустить, а что, если вы опасны?

— Опасна, — охотно кивнула, — как и любая другая разгневанная женщина, я не идеальная, живая, у меня вообще-то чувства имеются, а вы…

Я все-таки постаралась задеть своими обвинениями Дейлора, а еще надеялась, что он крутанет обратно маховик и я наконец-то выдохну и отдохну.

Я уставилась на дракона и переловила взгляд — лорд Трауменс смотрел в это раз на меня по-особенному. Исчезли подозрительность и как будто предвзятость во взгляде, появился интерес и задумчивость.

— Вы хотите, чтобы я вот так взял и вам поверил?

— Очень, не представляете себе даже как. Отпустите меня, пожалуйста, — я попыталась сотворить на своем лице жалость с примесью детской непосредственности в надежде тронуть сердце ректора. — Ну сами подумайте, я связана клятвой с вашей подопечной, а так как я временно замещаю Арлену, мне нужно что-то есть и где-то спать, а по закону я не имею права не работать.

— Верно, — кивнул лорд Трауменс. — Но в дом Арлены вам больше нельзя, вы видели тех троих, вряд ли они пришли составить нам компанию и выпить ароматного чая.

— Что же вы предлагаете? Спать на улице?

— Ну почему же… Я предлагаю вам погостить в моем доме.

— Здесь? — я округлила глаза.

— Арлена, разве это похоже на дом? Я приглашаю вас в свое родовое поместье.

— В качестве кого?

Я тут же вся подобралась, потому что в моей голове разрозненно летали мысли о том, что просто так никто бы не стал делать подобного предложения.

— В качестве моей гостьи…

— Каким образом вы собираетесь представить эту ситуацию в глазах окружающих? В дом к мужчине незамужняя леди может попасть лишь в двух случаях: если она его невеста или сестра. Что-то я не слышала от вас предложения, милорд, ну а уж о родственных связях…

И тут ректор встал передо мной на одно колено. Неожиданно!

— Так не будем откладывать. Вы станете моей женой, леди Боуленс?

Кажется, кто-то издевался надо мной!

— У нас с вами трудовой контракт, милорд. Я не имею права выходить замуж в течение пяти лет.

* * *

— Это не важно, Арлена.

— Я не понимаю…

— Люди, что пришли за вами, — ректор замолчал. — Они сильные маги и не оставят вас в покое.

— Вы решили мне помочь? Но почему?

Я понимала, что предложение руки и сердца больше деловое и не имеет ничего общего с чувствами.

О чем вообще речь? Явно он меня не любил, чтобы падать на одно колено и…

— Считайте, я поверил в то, что вы связаны магическими обязательствами и только исключительно поэтому вы устроили сегодняшнюю беготню от меня.

— Не устраивала, это вы, милорд, с чего-то решили, что я укокошила леди Боуленс.

— Укоко… что? — растерялся Дейлор Трауменс.

— Устранила, — я исправилась, все-таки мне следовало больше следить за своей речью.

— Так что насчет замужества?

— Вы не пояснили, почему контракт перестанет быть для меня сложностью.

— Потому что мы всем скажем про истинность, поверьте, никто не станет разрушать пару из-за каких-то бумажек.

Странные они, эти драконы.

— Допустим, но истинная связь не пустой звук, и чем-то же она должна быть подтверждена.

— Конечно, — подтвердил мое предположение ректор. — Иллюзорная магия сложна, но если ею занимается маг высшего уровня, то и поддельную брачную метку сложно будет отличить от настоящей.

Новый укол боли в районе груди не позволил мне верно осмыслить услышанное.

— Арлена, что с вами?

Я дышала через раз, а затем произошло то, от чего мой страх только усилился. Посторонний голос возник из ниоткуда.

«Соглашайся, он красивый, и мне нравится».

* * *

Неприятно такое чувство — раздвоение личности, даже очень.

Нет, я, конечно, читала исследования о том, что люди могли слышать свой внутренний голос и это считалось нормальным, а вот когда совершенно чужой о том, о чем ты не думала, то уже пора было обращаться к специалисту более узкого профиля.

Но я не дома, и, возможно, это было для меня спасением в данной ситуации, поэтому от эмоциональной нагрузки я поплыла, а вовсе не от влюбленности.

Упала в обморок.

Перемещение порталами я едва выдержала, а перемещение во времени уже нет. Во мне с каждым часом открывалось все больше странностей, и как от этого спасаться, я не знала.

Поэтому обморок вполне естественный процесс — такая перезагрузка для мозга в тревожной ситуации.

Очнулась я в чьей-то спальне и, судя по дамасковым узорам на обоях, не в доме Арлены.

Дракон все-таки притащил меня в свое поместье, так и не дождавшись моего ответа?

Как только я об этом подумала, дверь тихо отворилась, и на пороге появилась пожилая дама в чепце, строгом сером платье, с черной шалью на плечах, а в руках у нее горела лампа.

— Кто вы?

— Леди Боуленс, вы уже пришли в себя? Я немедленно сообщу милорду о вашем пробуждении.

— Нет! — я хотела выкрикнуть, но вместо этого вышло страшное сипение с хрипами. — Я не хочу, чтобы меня видели в таком состоянии.

И только сейчас я поняла, что жакета, блузы и юбки на мне не было, а вместо привычной одежды мое тело скрывала сорочка, и, судя по количеству кружева и завитков, она была не из дешевых.

— Кто меня переодел?

— Естественно, служанки, — недовольно пробормотала женщина. — Я не представилась, Элеонора Кортинье, экономка в поместье лорда Труаменса.

Я кивнула.

— Очень приятно.

— Ужин для вас подадут через тридцать минут. Лекарь ограничил для вас употребление определенной пищи, поэтому вам приготовили бульон, фрукты и черный хлеб. Завтрак подадут в девять. И очень прошу, не нарушайте постельный режим. Как только вам станет легче, вы сможете спускаться вниз.

Я слушала и кивала, но в этом всем не слышала одного: ни слова о моей работе.

— Прошу прощения, леди Кортинье, а были ли указания относительно того, когда я смогу выйти на работу?

Женщина опустила очки в круглой оправе на кончик носа и посмотрела на меня удивленно поверх стекол.

— Ваше рвение заслуживает похвалы, но, кажется, вы не до конца понимаете, что с вами произошло! — довольно строгим голосом проговорила экономка.

Я действительно ничего не понимала, но в том, что я еще не до конца готова к встрече с Дейлором, точно уверена.