ГЛАВА 24

Кира

Тяжелая дверь с металлическим стуком отрезала солнечный свет за нашими спинами, а впереди гремел голос зуава, распекающего своих подчиненных.

— Но ведь это прорыв! — пытался перекричать грозный голос начальника все тот же Линтас, устроивший взрыв во время нашего первого визита. — Это стало практически безопасно! Материальные предметы перемещаются в заданном направлении, раньше нам это было недоступно! Раньше они только исчезали в подпространстве.

— Безопасность ни к чаху! — ревел Хармс. — Следом за кейсом могло утащить весь лабораторный корпус!

— Это уже такие мелочи! Мы можем вводить динамичную точку выхода, это новая веха в развитии порталов перемещения, — верещал на высокой ноте округлой формы зуав, привставая на носочки, стараясь выглядеть более представительным, и его слова воспринимали внимательно. Однако его непосредственный начальник был иного мнения, ведь ему нужно будет отчитываться перед Хильтом, рассказывая не только о достигнутых результатах, но и о целостности предметов, перемещаемых в пространстве, а также о безопасности для окружающих.

— Безопасность перемещений — это главное, — сотрясал воздух своим рычанием Хармс.

— Я вам говорю, что это абсолютно безопасно! — не унимался Линтас. — Даже сейчас можно перемещаться в любом направлении, были бы желающие.

— Где найдешь таких же полоумных, как ты сам? — вклинился в их спор обладатель ключей, перекинутых на край галактики.

Линтас остановился на полуслове и стал глупо моргать, глядя на оппонента.

— Если вы переместите нас на «Карг», то считайте, что добровольцы у вас есть, — неожиданно раздался голос легата Вайриса.

Все взгляды синхронно остановились на кирсе, причем ошарашены его заявлением были не только мы, но и ученые, оживленно обсуждавшие последнее достижение Линтаса.

— Вы серьезно? — первым опомнился, разумеется, сам разработчик проекта.

— Более чем, — кивнул в ответ безопасник.

— Я протестую и запрещаю! — взревел Хармс.

— Не имеете права! — взвился в тот же миг Линтас. — Они предлагают свое участие добровольно, а для нас это реальный шанс испытать портал перемещения на живой материи! Вы только представьте, как мы продвинемся, испытав его на объектах, обладающих сознанием!

— Линтас, вы не в своем уме! Я запрещаю! Вы хотя бы представляете, кто стоит перед вами? — Зуав даже сжал кулаки и согнул руки в локтях, словно собирался сейчас устроить рукопашную.

— Представители двух рас, — чуть прищурившись, тут же отозвался на провокационный вопрос энтузиаст, — кирсы и серианцы. Прекрасный вариант, чтобы подтвердить абсолютную безопасность портала.

— Это легат корпуса государственной безопасности, генерал ди Грамс со своим адъютантом, а двое серианцев — адмирал и капитан, — постарался внести ясность Хармс.

— Это же лучше, чем те студенты, которым приходится платить за участие в опытах! — неожиданно воодушевился Линтас. — Военные, они всегда подготовлены к неожиданностям.

В этот момент над головами раздался оглушительный гул, подсказавший, что у нас остались буквально секунды для принятия решения. Отец оттеснил меня в сторону и, кажется, собирался попросить зуава оставить меня в какой-нибудь лаборатории. Его маневр был понятен, и все же оставаться на Кирстане, где меня ждала казнь, не было никакого желания, а потому ухватила за руку Лардо и решительно шагнула к Вайрису, всем своим видом показывая намерение не оставаться в стороне от мужчин.

— Мессир Хармс, сюда сейчас ворвется группа перехватчиков, и, скорей всего, от вашей лаборатории мало что останется, — спокойным тоном сообщил безопасник.

— Почему? — сильно удивился Хармс.

— Потому что посланы они за нами, а мы, как вы понимаете, без боя не сдадимся, — широко улыбнулся легат и продемонстрировал готовность биться, доставая и включая оружие.

— А вы знаете, это прекрасный выход! — неожиданно с энтузиазмом воскликнул зуав. — Линтас, запускайте установку. Но я вас должен предупредить, — с эти словами Хармс вновь обернулся к нам, — испытания на живой материи еще не проводились, так что никаких гарантий дать не могу.

— Я верю в ваш гений, — успокоил то ли нас, то ли ученого Вайрис. — Ведите, куда нужно.

Линтас, казалось, даже подпрыгнул на месте от нетерпения, Хармс живо развернулся и, быстро переставляя полные ноги, направился к лестнице, ведущей в глубину шахты.

Если я думала, что мы так и будем спускаться по отвесному трапу, то оказалось, очень ошиблась. Ступеней оказалось не так уж и много, и они привели нас на балкон, по кругу опоясывающий стены глубокой шахты. Вот с него уже был вход в те самые лаборатории, откуда шли наблюдения за всеми процессами.

— Кира, прошу тебя, останься здесь, — перехватил меня за руку отец.

— Нет, папа, я уйду вместе со всеми, — твердо ответила ему.

— Ты же слышала: никаких гарантий, что эксперимент удастся, — продолжил настаивать он.

— Если я здесь останусь, то меня однозначно ждет казнь, а это, — я показала в сторону шахты, — реальный шанс покинуть планету. Кирстан — не то место, где бы мне хотелось бы остаться.

— Почему ты думаешь, что легат безопасности уведет нас с планеты, а не переместит в застенки своего ведомства? Или на том же «Карге» нас вновь не заключат в тюрьму? — тихо произнес отец, стараясь говорить так, чтобы слышала только я. — Генерал ему нужен, а мы всего лишь военнопленные, наши жизни для него ничего не значат.

— В любом случае казнь будет отсрочена: перемещение на «Карг» даст нам немного времени. Кроме того, мессир Вайрис слишком заинтересован в этом расследовании. Так что я предпочитаю уйти вместе с ним и Лардо, — ответила ему.

— Кира, я понимаю, ты не можешь сопротивляться и действуешь так из-за своих чувств, но не стоит рисковать своей жизнью, — отец загородил от меня своей спиной ди Грамса.

— Папа, это сильнее меня. — Сделала шаг в сторону и быстро подошла к генералу.

Я понимала отца и его беспокойство за меня, но оставаться одной среди кирсов не хотела. Лардо обратил внимание на наш разговор с отцом, но расспрашивать не стал, лишь обнял за плечи и прижал к себе. Слова были лишними, рассуждения тем более, время было ограничено. Посланная за нами группа перехвата сейчас запрашивает коды доступа, и даже если агент корпуса безопасности затянет посадку транспорта на территорию института, то это лишь небольшая отсрочка.

И все же было страшно. Очень. Одно дело узнать о ключах от дома, перемещенных на край вселенной, и совсем другое — самим отправляться тем же путем, при этом абсолютно без каких-либо гарантий успеха авантюрной затеи.

— Мессиры и месса, прошу! — широким жестом пригласил нас Линтас, указывая на дверь прозрачной капсулы.

Размеры конструкции позволяли стоять, прижавшись вплотную друг к другу. Вайрис вошел первым, следом Лардо, не разжимая своих рук на моих плечах, затем Лантар и последним мой папа. Кирс прижал меня к своей груди, словно старался защитить от всех опасностей, а я не возражала. Эти несколько секунд перед неизвестностью, когда, вполне возможно, мы просто распадемся на элементарные частицы, став частью самого космоса, были дороги мне. Я чувствовала его дыхание на своей щеке, ощущала движение грудной клетки, перегоняющей воздух, и его теплые руки на моем теле, придающие уверенность и надежду на благополучное завершение нашего побега, внезапно превратившегося в научный эксперимент.

— Сейчас немного потрясет, затем несколько мгновений в подпространстве, и вот вы на месте, — раздался в капсуле радостный голос ученого.

— Никогда не думал, что буду сбегать от преследования с легатом корпуса безопасности и генералом кирсов, моими противниками, да еще таким способом, — хмуро проговорил отец, едва по корпусу прозрачного сооружения пробежала дрожь, свидетельствующая о включении установки. И нам осталось лишь надеяться на правильность их расчетов.

— Жизнь вообще удивительная штука, — улыбнулся Вайрис. — Я тоже не предполагал такой поворот в своей карьере.

Наши с Лардо глаза встретились, и мы молча улыбнулись друг другу. Наша встреча тоже оказалось странной и удивительной. Понять, как такое могло произойти, не могли не только окружающие, но даже мы. Но это случилось, и я перестала бороться с собой, а мужчина с удивительными синими, пусть и раскосыми глазами смотрел на меня взглядом, от которого внутри все замирало, а сердце начало лихорадочно стучать, разгоняя и без того вскипевшую кровь.

Трясти начало нас сразу же, как только свет за пределами прозрачной капсулы пропал. От вибрации округлые стены скрипели, грозя в любой момент лопнуть. Лардо прижал меня к себе еще крепче, я же вцепилась пальцами в ткань его одежды.

А потом все резко прекратилось, очертания предметов за пределами полупрозрачных стен расплылись, смазываясь в серую мглу, и началось тихое скольжение. Пространственный переход между кораблями привычен и понятен, но на такие большие расстояния еще никто не перемещался. Даже Хармс со своими учеными ушел с «Паруса» в стабильную точку на планете Кирстан, а мы отправились на «Карг», координаты которого могли поменяться в любой момент, и нас могло выкинуть из подпространства в открытый космос без скафандров в одежде тюремного конвоя. И это не говоря о том, что такой переход не опробован на живых организмах и как он может действовать — известно только теоретически.

Это время, когда мы тихо скользили, а вокруг нас ничего не существовало — даже время здесь отсутствовало и искривлялось, выворачивалось — прошло в тягостном молчании. Говорить никому не хотелось, каждый старался держать свои страхи при себе. Замкнутое пространство давило на всех, но Линтас был прав: наша военная подготовка сказывалась, и всем хватало выдержки.

Свет вспыхнул неожиданно со всех сторон, прозрачные стены капсулы вновь заскрипели, словно продираясь сквозь пространство и время. Действительность начала проявляться размытым пятном вокруг нас.

— Прибыли, — выдохнул с облегчением Лантар.

И по тому, как все слаженно вздохнули, стало понятно: каждый опасался до последнего мгновения. Очертания внутреннего пространства «Карга» проступили отчетливо, и можно было увидеть направленное на нас оружие. Кирсы готовились уничтожить капсулу, так неожиданно появившуюся на посадочной площадке среди военного транспорта.

— Не стрелять! — рявкнул ди Грамс.

От его голоса у меня заложило ухо, рядом с которым он крикнул. Кирсы узнали своего командира и замерли в ожидании, опустив оружие, но не убрав его окончательно. Судя по всему, здесь уже знали об обвинении генерала в предательстве.

Прозрачная дверь отошла в сторону, позволяя нам выбраться из замкнутого пространства. Нас с удивлением и любопытством разглядывали несколько десятков кирсов, но вопросы задавать не торопились.

— Дарси сообщили о моем прибытии? — спросил ди Грамс.

В ответ раздалось сразу несколько голосов, подтвердивших о передаче капитану, взявшему на себя командование в отсутствие генерала, о нашем неожиданном появлении. Лардо удовлетворенно кивнул и направился на капитанский мостик в полной уверенности, что найдет своего адъютанта там. Следом за ним направился Вайрис, затем мы с отцом, а последним шел Лантар. Кажется, этот кирс в нашей компании был единственным, кто не скрывал своей радости от возвращения на флагман. И все же за нами пошли несколько вооруженных солдат. Оглянувшись, тихо хмыкнула, отмечая про себя, что с дисциплиной на корабле все в порядке.

Дарси ожидал нас на капитанском мостике. Его обожженное лицо полностью восстановилось, и если не знать, через что пришлось пройти молодому кирсу, то следов от ожогов было невозможно заметить. При появлении своего командира адъютант широко улыбнулся и пошел навстречу, не скрывая, насколько он искренне рад видеть ди Грамса.

— С возвращением, мой генерал! — громко произнес Дарси, давая понять, что для него он так и остался командиром.

— Рад встрече, Дарси, — так же приветливо улыбнулся в ответ Лардо. — Докладывай обстановку.

— Корабль работает в штатном режиме, приказ о моем назначении на должность капитана корабля прислали в день вашего ареста. За время вашего отсутствия происшествий не было, — коротко доложил кирс.

— Благодарю за службу, Дарси. Знакомься: мессир Вайрис, — показал жестом на легата ди Грамс.

— Рад знакомству, — вежливо сказал Дарси и кивнул головой.

— Взаимно, капитан, — отозвался безопасник. — Ди Грамс, мы можем где-то поговорить?

— Располагайтесь здесь, на капитанском мостике, — ответил Лардо, показывая жестом на свободные кресла. — Лантар, можешь отдыхать. Дарси, распорядись, чтобы предоставили каюты для адмирала Тресса и его дочери.

— Кира Тресс? — удивился адъютант.

— Да, это я, — ответила ему и невольно улыбнулась в ответ.

Ведь кирсу я была известна под именем Ирмы Тагр, служившей стюардом на флагмане серианцев. Но Дарси не стал ничего комментировать.

— Я бы хотел попросить вас, адмирал, присутствовать при нашем разговоре, — неожиданно сказал Вайрис, обращаясь к моему отцу.

— Я в вашем распоряжении, — согласился папа.

Странно, зачем кирсам понадобился мой отец, если он даже не присутствовал на том приеме, где убили Тинто Дорса? Я уселась в кресло, стоящее рядом с командирским, стараясь находиться как можно ближе к ди Грамсу, Лантар покинул капитанский мостик, Дарси отошел в сторону, чтобы не мешать беседе, а легат и отец расположились неподалеку.

— Вот о чем я хотел с вами поговорить, адмирал, — начал Вайрис. — Что вы можете сказать о старшем лейтенанте Негеро, служившем на «Парусе»?

— Послужной список отличный, ко мне в команду его перевели накануне последней битвы. Времени познакомиться с ним ближе, сами понимаете, у меня не было. Со своей работой справлялся, нареканий не было.

Отец отвечал короткими фразами, но так, чтобы не оставалось сомнений в правдивости его сведений. Он внимательно смотрел на безопасника, понимая, что легат не просто так задал вопрос о его служащем.

— Откуда его перевели к вам? — задал еще один вопрос легат.

— Это нужно уточнить в его личном деле, — чуть качнул головой отец. — Я таких подробностей не помню.

— Я запросил его личное дело в архиве армии. Так вот, оказалось, серианца с таким именем не существовало до того момента, пока его не перевели к вам на корабль, — сказал Вайрис.

Отец молчал и осмысливал полученную информацию.

— Почему вы заинтересовались Негеро? — после размышлений спросил папа.

— Вся информация о корабле записывается на диск черного ящика. Мои специалисты все же смогли расшифровать его, несмотря на повреждения корпуса носителя от удара кортиком. Я просматривал не только последние события, но и произошедшее ранее. Меня заинтересовал момент, когда Негеро работал с кварцантом.

— Что? Почему с кварцантом? В его обязанности это не входило, — удивился отец.

— Об этом я узнал уже позже, когда просмотрел архив «Паруса», а в первую очередь меня заинтересовал именно кварцант. Совместная разработка оказалась на серианском корабле перед решающей битвой. Понимаю, приобретен аппарат был задолго до объявления войны и на законных основаниях, однако, сами понимаете, оставить без внимания нахождение кварцанта на флагмане противника я не мог.

Отец согласно кивнул на эти слова, принимая объяснения.

— Просматривать стал все записи, относящиеся к кварцанту, и узнал, что старший лейтенант Негеро прекрасно разбирался в устройстве этой разработки. Меня заинтересовала его личность, а потому я постарался найти в архивах все сведения о нем.

— И что вы узнали? — спросил папа.

— Мессир Хармс рассказал вам не обо всех возможностях кварцанта. Он мог не только выставлять энергетический щит, гася атаки, но также перекрывать пространственные порталы. Именно Негеро заблокировал в портале на выходе один из ваших кораблей. Наша армия расстреляла замерший корабль, тем самым обнаружив место выхода остальных. Думаю, вам теперь понятно, благодаря кому вы проиграли ту битву?

Мы с отцом не могли отвести глаз от Вайриса. Нахлынули воспоминания о том дне, когда кирсы победили нашу армию. Сколько жертв, сколько погибших! И все благодаря предателю, находившемуся на флагмане и умеющему обращаться с кварцантом!

— Узнаю, кто направил ко мне Негеро, задушу собственными руками, — сквозь стиснутые зубы произнес отец.

— Адмирал, я понимаю ваши чувства, — тихо произнес ди Грамс.

Я перевела взгляд на Лардо — кирс действительно сочувствовал моему отцу. Пусть он противник и сражался против нас, выиграв решающую битву, но он тоже командир и понимает, что такое предатель на корабле. За это сочувствие я ему была благодарна, но не отец. Он посмотрел на своего противника таким злым, прожигающим взглядом, что даже мне стало неуютно.

— Тресс, я сражался честно, — сухо произнес Лардо, — и не отправлял к вам на корабль предателя. Так что не я виноват в ваших потерях.

Отец устало смежил веки и промолчал. Кричать или ругаться не имело смысла. Серианцы проиграли в той битве, и мы с отцом по-прежнему пленники на флагмане кирсов.

— Собственно, разбираться и проводить расследование этой диверсии не входит в круг моих обязанностей, но я решил, вы захотите узнать неизвестные вам факты, — сказал Вайрис.

— Благодарю вас, — коротко отозвался отец и открыл глаза. — Негеро жив?

— Да, он успел уйти с «Паруса» вместе с остальными перемещенными, — ответил ему легат.

Отец коротко кивнул, показывая, что услышал.

Повисла пауза, во время которой каждый думал о своем.

— Теперь, ди Грамс, будем разбираться с убийством моего начальника, мессира Дорса, — прервал молчание безопасник. — У нас слишком много вопросов, на которые мы не имеем ответов.

— Но есть подозреваемый, — хмуро произнес генерал.

— Вы подозреваете Струде? — с самым серьезным видом спросил легат.

— Да, его. Он отдал приказ о взрыве кварцанта, особо позаботившись о моем уничтожении. Он зашел в зеленую гостиную именно в тот момент, когда мы с Кирой нашли там тело убитого Дорса, причем не один, а с подчиненными. Он же отправил одного из своих людей за записью, и она оказалась испорченной именно на том отрезке времени, где было зафиксировано убийство, — перечислил известные факты Лардо.

— Все верно, — согласился с ним Вайрис. — Остается лишь узнать мотив. Зачем ему так необходимо от вас избавиться? Чем вы могли досадить легату военного корпуса? Почему он сразу же после победы в решающей битве решил приговорить вас к смерти?

— Он не один, кто хотел убить генерала, — неожиданно сказал мой отец.

Удивлены были мы все трое. Вайрис смотрел с таким же недоумением, как и ди Грамс. А мне вообще было странно, откуда папа может знать, что кто-то еще хочет убить Лардо?

— Вам что-то известно? — подался вперед ди Грамс, пытливо вглядываясь в лицо моего отца. — Кто хочет меня убить?

— Я, — твердо смотря в глаза генерала, ответил папа.

— Что? — потрясенно выдохнула я тут же.

— Мне сделали предложение, и я согласился, — свел брови отец.

— Кто?

— Какое предложение?

Вопросы раздались одновременно от генерала и легата. И только я в полном изумлении смотрела на отца.

— Кира, я знаю про маргу и кто твой избранник, — мягко, словно стараясь говорить так, чтобы не обидеть меня, сказал родитель.

— Откуда? — еще больше изумилась я. Ведь специально обошла этот момент в своем рассказе, пока нам позволили общаться конвоиры в тюремном транспорте.

— Мессир ди Лурье показал изображения и рассказал о произошедшем с тобой. — Отец бросил короткий взгляд в сторону Лардо, который задумчиво потирал подбородок. — Он также рассказал о средстве, способном избавить тебя от этой зависимости.

— Папа, это невозможно! — воскликнула я.

— Возможно. Серианцы проводили исследования, но из-за начала войны об успехах в этой области никто не говорил. Так вот, ди Лурье нашел ученого, который разобрался во всех последних достижениях и разработал препарат, отменяющий маргу. Еще он пообещал помочь тебе бежать из тюрьмы и вернуться домой, если я убью ди Грамса.

— А я все удивлялся, почему вас, адмирал, поместили в тот же тюремный транспорт, что и генерала, — хлопнул себя по лбу Вайрис, — ведь вас не собирались вызывать на процесс, достаточно было записи ваших показаний, уже представленных на суд советников.

— Маргу невозможно отменить, — повторила я, находясь под впечатлением от услышанного.

— Можно. И с тобой это произошло, — убежденно сказал папа. — Ди Лурье побеспокоился, а я должен был выполнить свою часть сделки.

Я расстегнула ворот и просунула руку под ткань комбинезона. Под ладонью ощущалась гладкая кожа, никакого намека на рисунок. Марги не было на моей спине.

— Этого просто не может быть! — выдохнула я. — Но ведь я ощущаю себя точно так же, когда была под воздействием марги! Все так же люблю его и хочу быть рядом с ним!

— Кира! — воскликнул отец.

Ди Грамс накрыл своей ладонью мою руку, чуть сжал, а затем тихо погладил. От его прикосновений разбежалась теплая волна, полностью подтверждая мое признание. Жизни без этого мужчины просто не представляла. Но раньше я считала это действием марги, а теперь получается, эти чувства идут от сердца? И я люблю кирса, победившего серианцев в этой войне! По-настоящему, а не потому, что древняя кровь сделала свой выбор.