ГЛАВА 25

Лардо ди Грамс

Слова Киры произвели сильное впечатление на Лардо. Он, привыкший к женщинам, которые не могли перед ним устоять, стоило лишь начать ухаживать за ними. И вдруг почувствовал, что серианка — та самая, чьи чувства для него очень важны. Она единственная, с которой хотелось быть рядом, смотреть в черные агатовые глаза, целовать ее губы, сжимать в объятиях.

После эмоционального признания Киры мужчины хранили молчание, не решаясь что-либо произнести вслух. Пока Лардо размышлял о своих неожиданных чувствах, адмирал думал, как ему успокоить дочь и объяснить ей, что это лишь последствия действия марги, а не любовь, потому что это не может быть правдой. Верить в то, что Кира полюбила кирса, ему отчаянно не хотелось.

Вайрис раздумывал над признанием Тресса. Рассуждать о мотивах убийства генерала потомком древнего рода было сложно. Однако сомнений в правдивости слов адмирала не возникало. Первой заговорила Кира, стараясь переключиться и подумать о произошедшем позже.

— Зачем ди Лурье тебя убивать? — гулко сглотнув, спросила девушка.

— Хочет попасть в советники, — тут же поддержал разговор Лардо, но руку не убрал.

— А при чем здесь ты? — удивилась серианка.

— Мой отец сейчас занимает должность советника, — пояснил генерал.

— Советник ди Грамс в последние несколько лет очень плохо себя чувствует, — продолжил рассказ Вайрис.

— Отец фактически не выходит из больницы, медики все время контролируют его состояние. Малейший стресс может закончить его жизнь. Он не хотел отпускать меня в космос, опасаясь моей гибели, — произнес ди Грамс.

— Он переживает за тебя, это нормально, — с теплотой в голосе сказала Кира.

— Скорее, о том, что я не женат и у меня нет наследника, — заметил Лардо.

— Генерал, поверьте, родители намного сильней переживают о судьбах своих детей, чем вам кажется, — вмешался в разговор адмирал.

— Ваша забота о дочери перед пленом меня поразила, — резко ответил ему генерал.

— Прежде всего, Кира осталась жива и не подверглась насилию, хотя и попала в плен, — так же резко возразил ему Тресс.

— Меня, кстати, удивило изменение вашей внешности, Кира, — вклинился в обмен резкими фразами легат.

— В каком смысле? — удивилась она и потерла ладонями лицо.

— В первый раз вы выглядели иначе, — пояснил Вайрис.

— Ди Лурье постарался, — пояснил Лардо. — Пока ты была в капсуле интенсивной регенерации, он отдал распоряжение убрать шрамы, оставшиеся после того, как твой отец порезал тебе лицо. Он вызвал меня в медблок и рассказал и о твоей марге, и об избраннике.

— То есть ты знаешь? — вспыхнула Кира и смешалась.

— Знаю, — улыбнулся очень довольный ди Грамс.

Лардо нравилось буквально все, что делала серианка. То, как сейчас смутилась и попыталась закрыть ладонями вспыхнувшее лицо, как смотрели черные агатовые глаза, распахнутые в изумлении, как складывались в улыбку губы, которые он с таким удовольствием целовал. А еще он вспоминал, какой красивый рисунок появился на ее спине, когда кровь Киры выбрала его. Отважная и притягательная воительница, молодая и соблазнительная девушка, привязавшая его к себе своим твердым характером и способностью бороться с судьбой.

— Адмирал, как вы собирались убить генерала? — начал свои расспросы Вайрис, едва отошли от романтической темы.

— Конвоир должен был передать мне оружие в тюремном транспорте, — ответил Тресс. — Не успел. Мы лишь обменялись несколькими словами. Я думал, это ди Лурье организовал побег.

— Думаю, он не собирался этого делать, — сказал ему легат.

— Но ведь марга пропала! — быстро возразил адмирал.

— Это было необходимо, чтобы вы поверили ему и убили генерала, а вот вторую часть вашей сделки ди Лурье вряд ли собирался выполнять. Вы же и так были приговорены к казни, так что шансов выжить не было, — сказал Вайрис.

— Помимо ди Лурье, пытавшегося убить меня руками адмирала, у нас остается легат Струде, отдавший приказ о моем уничтожении, — произнес Лардо и нахмурился. — Если с мотивами ди Лурье все понятно, то с причинами легата военного корпуса у меня полная неясность.

— Генерал, есть возможность посмотреть приказ мессира Струде об инспектировании зуавами флагмана серианцев? — спросил безопасник.

— Можно попробовать, — согласился с ним ди Грамс.

Оба кирса углубились в просмотр документов. Коды доступа безопасника позволяли открывать файлы ведомства. Страницы пролистывались, мужчины пробегали глазами по текстам приказов, распоряжений.

— Вот электронная подпись Струде, — остановившись на одном из документов, произнес Вайрис.

— Его, — поддержал его Лардо. — Система обязательно проверяет ее на подлинность.

— Итак, это было его распоряжение отправить мессира Хармса на «Парус». Никаких сомнений, — легат задумчиво изучал раскрытый перед ним документ.

— Очень хочу задать вопросы Струде, — хлопнул ладонью по поверхности пульта управления ди Грамс.

— Аналогично. И мы обязательно их зададим, — согласился с ним безопасник.

— Предлагаю сейчас отдохнуть, а потом уже думать, как поступить дальше, — произнес Лардо, поднимаясь из своего кресла.

— Согласен, — поддержал его Вайрис.

Кира

Каюту мне выделили ту же, что и в прошлый раз, неподалеку от личного помещения генерала. Отец расположился в соседней, а в следующей легат безопасности.

Первым делом я побежала в душ, чтобы рассмотреть лицо и спину. Лардо оказался прав: от моих шрамов не осталось и следа, и в зеркале отражалась привычная внешность — черные глаза, пухловатые губы и серебристые волосы, немного отросшие за это время. Кожа на спине потрясла абсолютно чистой, ни одного завитка рисунка не заметно. Я смотрела и не верила собственным глазам, ведь марга была, а сейчас пропала. Неужели это правда и такое возможно?

Тугие водяные струи били по коже, а я никак не могла поверить в произошедшее. Марга с кожи исчезла, а мои мысли полностью занимал Лардо ди Грамс. Даже сейчас, рассматривая себя в зеркале, я думала о том, понравлюсь ли ему без рисунка на спине? И лицо. Он видел меня только со шрамами, а сейчас я вновь стала прежней. Мысли перескакивали с одной на другую, и я придирчиво себя рассматривала, стараясь понять свои чувства.

Лардо ди Грамс

Едва Лардо вышел из душа, как ему навстречу шагнула Мильда, с жадностью рассматривая обнаженного мужчину, прикрытого лишь полотенцем на бедрах.

— Что ты здесь делаешь? — сухо спросил ди Грамс свою любовницу.

— Решила сделать тебе сюрприз, мой генерал, — отозвалась низким голосом Мильда, направляясь соблазнительной походкой к Лардо.

— Я тебя не вызывал, — резко произнес кирс.

— Не смогла дождаться твоего приказа. Я соскучилась. — Она прильнула к его обнаженной груди, по которой еще скатывались капельки воды.

— Сержант Ромул, вы нарушаете субординацию, — попытался расцепить ее руки ди Грамс.

— Мой генерал, я для тебя все сделаю, — в ее низком голосе прозвучали волнующие нотки.

— Сержант Ромул, приказываю покинуть мою каюту и впредь, без моего распоряжения, чтобы я вас здесь не видел, — хриплым голосом произнес ди Грамс.

— Лардо, я… — начала говорить она.

— Мильда, уходи, — немного смягчил свой тон ди Грамс, — мне сейчас не до тебя.

— Слушаюсь, мой генерал, — привычно произнесла Мильда, сделала шаг назад и остановилась в ожидании перемены решения.

Но по его виду она поняла, надеяться бесполезно. Мильда оправила на себе китель, пройдясь ладонями по ткани, разглаживая одежду, и направилась к выходу из каюты.

Останавливать любовницу или как-то объяснять свое поведение Лардо не собирался. Все мысли мужчины сейчас занимала Кира. Ее образ стоял перед глазами, он вспомнил, как она вскидывает голову и неровно обрезанные локоны послушно отлетают назад. Блеск черных агатовых глаз, когда они встречаются взглядами. А еще он никак не мог справиться с собой и остаться в каюте, ему нестерпимо хотелось прижаться поцелуем к ее губам и услышать еще раз сорвавшееся эмоциональное признание.

Она его любит. Эти слова раздались неожиданно, и она была откровенной в своей непосредственности. Он ревновал, когда узнал, что кровь серианки выбрала себе мужчину. Его душу рвало на части от осознания того, что ее влечет к другому. И каким же потрясением для него стало известие, что он ее избранный. Невероятная нежность проснулась в его душе от этого откровения. Перед глазами встала картина, когда он смотрел на обнаженную девушку с правильными чертами лица, лежащую в медицинской капсуле. Любовался соблазнительными изгибами тела и вспоминал, какова ее кожа на ощупь, запах и вкус. В тот момент в памяти всплывали картины, как он целовал ее, вдыхая аромат девушки, и сходил с ума от невозможности не только прикоснуться, но даже показать свои чувства к ней.

Лардо надел форму и отдал приказ компьютеру явиться Дарси в его каюту. Разговор с адъютантом должен отвлечь его от Киры, это было главное.

— Вызывали, мой генерал? — спросил кирс, входя внутрь.

— Да, — приветливо кивнул ему ди Грамс, — входи, присаживайся.

Лардо расспрашивал обо всем произошедшем на корабле после его отлета. Дарси только вышел из медблока, когда стало известно об аресте генерала, и следом пришел приказ за подписью командора о его назначении капитаном корабля. Вот кто действительно верил в необоснованность обвинений против Лардо и потому не собирался назначать на корабль другого командира, лишь передав на время отсутствия генерала бразды правления проверенному Дарси.

Команда разделилась на три части: те, кто верил, что все подстроено, тех, кто не сомневался в предательстве, и тех, кому было безразлично произошедшее с их командиром.

Пленные с «Паруса» по-прежнему находились в своих камерах, но флагман больше не участвовал в перевозке захваченных серианцев. Раненым оказали помощь, и теперь они ожидали решения своей участи. Командор не отдавал никаких распоряжений на их счет, а Дарси не торопился их отправлять на Кирстан, рассудив, что это всегда можно сделать.

— Ты установил личности наших пленных? — спросил Лардо, стараясь всеми силами продолжить разговор.

— Да, очень помогли данные из черного ящика, — ответил Дарси.

— Нет ли там некоего Негеро? — спросил генерал на всякий случай.

— Есть, — сверившись со списком в своем носителе, ответил адъютант.

— Ты уверен? — тут же заинтересовался ди Грамс, не ожидавший такого подарка судьбы. — У меня сведения из того же черного ящика, что этот старший лейтенант покинул флагман серианцев.

— Бойцы его перехватили уже в транспорте. Тогда всех отлавливали в космосе и перемещали к нам, — пояснил адъютант.

— Было бы очень интересно с ним побеседовать, — сказал генерал, поднимаясь на ноги. — Идем, покажешь этого серианца, предавшего своих.

— Предатель? — заинтересовался кирс.

— Он самый, — подтвердил ему Лардо. — Надо взять с собой адмирала и Киру. Им будет любопытно послушать рассказ этого серианца.

— Мой генерал, простите за вопрос, но почему вы вернулись с пленными? — спросил Дарси, стараясь не отставать от своего командира.

— Это план легата корпуса государственной безопасности, — ответил ему генерал.

— Мессира Вайриса? — уточнил догадливый молодой кирс.

Лардо в ответ только кивнул, потому что они уже остановились у дверей в каюту Киры. Компьютер открыл двери, и ди Грамс увидел то, к чему столько времени стремился.

Девушка только что приняла душ и сейчас скинула полотенце, собираясь надеть принесенную для нее одежду. В свете ламп, расположенных под потолком, она казалась еще более хрупкой и воздушной. Он запомнил ее небольшую упругую грудь с дерзко торчащими сосками, тонкую талию, округлые бедра и стройные ножки.

— Генерал ди Грамс, что-то случилось? — задала серианка вопрос и прикрылась только что отброшенным полотенцем.

Это простое движение помогло ди Грамсу прийти в себя и отвлечься от рассматривания такого желанного тела.

— Негеро на «Карге», — сухо бросил он, чувствуя, как эмоции пробиваются, и ему с трудом удается их сдерживать, но вот надолго ли, он не знал. — Хочешь участвовать в допросе?

— Хочу! Вы подождете? Я оденусь быстро. — Она откинула полотенце в сторону и потянулась за своими вещами.

— Время есть, можешь не торопиться, — ответил Лардо и быстро вышел из каюты.

— Какая она красивая, — мечтательным тоном сказал Дарси.

— Ты так считаешь? — хмыкнул генерал в ответ.

— Очень красивая, — с убежденностью ответил молодой кирс.

— Еще год в космосе, и не такие девушки покажутся тебе красотками, — подколол его командир.

Адъютант смутился и ничего не ответил. Кира ему понравилась. Они застали ее в такой момент, когда девушка не ожидала никого увидеть, и в ней не было присущего всем женщинам кокетства и желания выставить себя в лучшем свете, только естественная красота, которой не кичатся. Дарси вздохнул еще раз, вспомнив волнительные изгибы девичьего тела.

— Выкини все мысли о серианке, — строго произнес хриплым голосом Лардо.

— Слушаюсь, мой генерал, — привычно отозвался на приказ молодой кирс.

Разговор с адмиралом вышел таким же коротким. Серианец уже давно вышел из душа и успел переодеться, потому шагнул на выход сразу же следом за ди Грамсом. При известии, что предатель, практически подаривший победу кирсам, находится на флагмане и его можно допросить, Вайрис тоже поспешил присоединиться к генералу и остальным.

Лардо обернулся на звук шагов Киры и с удовольствием проследил, как девушка тряхнула головой, отчего влажные волосы, не успевшие высохнуть после душа, взлетели над ней, вспыхнув темным серебром в неярком свете коридора. Вновь неожиданно собранный отряд двинулся к лифтам, связывающим все уровни корабля.

Камеры, где размещались пленные, были забиты под завязку. Мужчины провожали взглядами вошедших, многие узнавали адмирала и его дочь. Кира сочувственно смотрела в мужские лица, внимательно их оглядывая, чтобы узнать, чем она может им помочь.

— Карт! — остановилась девушка на месте.

— Кира? — удивился серианец и подошел к прутьям решетки.

— Как ты? — протянув руки сквозь преграду, девушка с беспокойством ощупала лицо, волосы, грудь парня, словно стараясь убедиться, все ли с ним в порядке.

— В плену, — улыбнулся Карт на ее вопрос. — Ты здесь как оказалась?

— Я… я… — запнулась Кира, не зная, как рассказать обо всем произошедшем.

— С папочкой адмиралом она, — злобно произнес кто-то из глубины камеры, и раздался звук смачного плевка. — Это мы тут гнием в камере, а она расхаживает во всем чистом, под крылышком родственничка.

— Мой генерал, Негеро в этой камере, — громко сказал Дарси, подходя к Кире. — Капитан Тресс, вы встретили кого-то знакомого?

Тон адъютанта заставил Киру в недоумении повернуться к парню. Молодой кирс словно заигрывал с ней, и его небесной синевы глаза светились заинтересованностью и вниманием.

— Кира, кто это? — хриплым голосом спросил Лардо, заметив руки девушки на груди Карта, которые она не успела убрать.

— Я ее жених, — высокомерно ответил на вопрос, заданный не ему, Карт.

— Жених? Вот как? — с этими словами Лардо подошел ближе и прошелся оценивающим взглядом по серианцу.

— Жених. Мы собирались пожениться сразу же после боя, — вновь ответил Карт на вопрос, предназначавшийся не ему.

Каким-то мужским чутьем Карт опознал перед собой соперника, и инстинкт взывал предъявить права на любимую девушку. Серианец также внимательно осмотрел фигуру кирса — невысокого роста, но очень мускулистого, широкого в плечах и с надменным взглядом синих раскосых глаз. Такого в рукопашную так просто не взять, но кулаки сжались сами собой.

— Когда я должен был узнать об этом? — недовольно спросил адмирал.

— Папа! — воскликнула Кира, приходя в себя.

— Я так понимаю, вы собирались о браке мне сообщить постфактум? — мрачно проговорил Тресс.

Почувствовав поддержку с неожиданной стороны, Лардо сделал еще один шаг, а потом пришло узнавание.

— Этот тот самый пилот, ради спасения которого ты на допросе призналась, кто ты, — понятливо протянул ди Грамс.

— Лардо! — теперь Кира обернулась к кирсу и умоляюще посмотрела на него.

— Подстилка, — с презрением произнес все тот же недовольный голос в углу камеры и еще раз смачно сплюнул.

Кира не обиделась, но обернулась на шум за своей спиной. Карт быстро подошел к мужчине и врезал кулаком по лицу, отчего тот заорал, требуя от конвоиров навести порядок.

— Дарси, прекратить безобразие, — сухо отдал приказ Лардо.

— Слушаюсь, мой генерал, — отозвался адъютант и махнул рукой конвоирам.

Те привычно ворвались в камеру и оттащили Карта в сторону.

— Переспала с кирсом, вертихвостка, а честным серианцам приходится сидеть в камерах, — сплевывал разбитыми губами слюну с кровью пострадавший.

— Кто у нас тут такой говорливый, Дарси? — входя в камеру, спросил ди Грамс.

Любой, кто знал генерала хорошо, мог увидеть, как от злости у него ходили желваки. Лардо едва сдерживался, чтобы не продолжить то, чего не позволили Карту.

— Старший лейтенант Негеро, — сухо доложил адъютант, входя в камеру следом за своим командиром.

Кира осталась стоять на месте, но вот взгляд у нее был весьма красноречивым. Адмирал вошел внутрь, сжимая кулаки, будто представлял, как его пальцы стискивают шею предателя.

— Неужели кто-то вспомнил о Негеро? — ехидно спросил «пострадавший».

— Не поверите, но в последнее время много желающих познакомиться с вами весьма близко. Настолько, чтобы начать задавать неудобные для вас вопросы, — отозвался на реплику серианца Вайрис, оставшийся за пределами решетки.

Места в камере и так немного, а внутри находились конвоиры, генерал и адмирал, развернуться стало и вовсе невозможно.

— Вопросы? — вскинулся тут же Негеро, перестав вытирать кровь с разбитых губ. — Какие?

— Например, кто вас отправил служить на «Парус»? — отозвался Вайрис. — Чем именно вы занимались на флагмане, мы знаем.

— Знаете? — заметно оживился Негеро. — Я все-таки не зря верил, что награда найдет своего героя.

— В этом можете не сомневаться, — заверил его как можно радушнее безопасник.

— Если вы в курсе моих действий, то прошу оградить от нападения серианцев. И уберите адмирала Тресса подальше, мне не нравится выражение его глаз, — недовольно скривился в сторону адмирала предатель.

— Отвести в «кабинет» Негеро! — коротко бросил генерал своим подчиненным и вышел из камеры.

— Кира! — кинулся Карт к решетке, вновь разделившей их.

— Карт, это слишком длинная история, — замялась девушка, поглядывая на тех, кто уходил вместе с предателем. — Я постараюсь ее тебе рассказать.

— Я буду ждать! — крикнул вслед поторопившейся невесте серианец, провожая взглядом женскую фигурку в военной форме кирсов.

К парню подошел Джири и тоже посмотрел вслед странной группе, состоявшей из победителей кирсов и двух серианцев-пленников — отца и дочери.

— Карт, я не говорил тебе, — тихо начал Джири за спиной друга. — Кира сломалась на твоем допросе и призналась, кто она, вон тому генералу.

— Это когда мне расплавляли мозг, и после я долго не мог прийти в себя? — резко развернулся Карт лицом к другу.

— Да, именно тогда. Кира попросила меня не говорить тебе об этом, — поник серианец под пристальным взглядом друга.

— Я в ней никогда не сомневался, — с чувством сказал Карт и вновь посмотрел вслед своей любимой невесте.

Лардо старался идти так, чтобы видеть Киру. Он ревнивым взглядом буквально прожигал хрупкую фигурку, в военной форме, похожую на мальчишескую. Девушка держала спину прямо и торопливо шла рядом с отцом. Адмирал смотрел на предателя с ненавистью и жаждой возмездия. Лардо понимал чувства серианца. Пусть адмирал не принял его слова, но ди Грамс прекрасно себе представлял чувства бывшего противника. Одно дело выиграть в честной битве, и совсем другое — узнать, что сражение проиграно благодаря предателю, к тому же соотечественнику. Самому генералу претила мысль, что кто-то рассчитал эту битву заранее и специально отправил предателя на флагман серианцев.

— Я пытался говорить с конвоирами, но они твердили одно и то же: «Ждите!», — взахлеб заливался Негеро, идя между кирсами. — Но ведь это именно я помог победить в последней битве! Можете представить мое состояние в камере, зная, что я давно уже должен получить награду за свои заслуги, а все еще нахожусь среди военнопленных?

— Вы сейчас нам все подробно расскажете, и я гарантирую, вы получите по заслугам, — вежливо поддакивал ему Вайрис.

«Кабинетом» оказалась комната, приспособленная для допросов.

— Я как-то себе это иначе представлял, — зябко повел плечами Негеро, оглядываясь по сторонам.

— Вы ждали конференции и внимания прессы? — насмешливо усмехнулся безопасник.

— Нет, я, конечно, понимаю, вы сначала должны убедиться в моих заслугах, — немного обиженно протянул предатель, на лице которого было написано, что легат точно угадал его состояние и предположения.

— Все будет зависеть от нашего разговора сейчас, — весомо сказал легат и уселся на стул, предоставив остальным стоять.

— Конечно, конечно. Я понимаю, — с готовностью закивал серианец.

— Слушаю вас очень внимательно, — душевно улыбнулся Вайрис в сторону допрашиваемого.

— Мое имя Зараздо Блум, — начал оживленно рассказывать предатель.