Глава 23

В пещеру мы вернулись слишком быстро. Стоило моим ногам коснуться пола, как внутри заворчала принцесса, требуя вернуться обратно на ручки.

— Ложись отдыхать. Завтра предстоит решить, что будем делать.

Зевнув, я двинулась к кровати. Сир соорудил довольно удобную подстилку из веток: никуда ничего не впивалось и не мешало. Опыт или просто мне такая лежанка была куда удобнее пола пиратского корабля?

Так как пространство было узким, кровать уходила вглубь. Я проползла внутрь, завалилась и прикрыла глаза. Оставила немного места для Сира, но тот не спешил ложиться, пристроившись у костра. Наблюдая за ним из‑под полуопущенных ресниц, я поёрзала. Было некомфортно. Покрутилась ещё, ища удобную позу. Но уснуть так и не могла.

— Неудобно?

Рядом со мной возник Сир. Я подняла на него глаза. Руки мужчины стояли по бокам от моих ног. Уже этот один вид принёс какое‑то спокойствие.

— Не могу уснуть, — пробурчала, подавив зевок.

— Но ты же однозначно хочешь спать, — заметил он, накрывая меня листом.

Я выглянула из‑под импровизированного одеяла и опять зевнула, прикрывая рот ладонью.

— А ты спать будешь?

— У костра посплю.

— Но удобнее же лёжа.

— Мне не привыкать, — ответил мужчина, отползая.

Я разочарованно наблюдала, как Сир вновь садится на прежнее место. Я поёжилась — мне не хватало его рядом.

«Чёрт возьми, Бая, хватит дурить и бери себя в руки! Нечего доставлять постороннему мужику проблемы!» — внутренне причитала, пытаясь найти рациональные причины, почему нельзя себя вести таким образом.

Минуты самовнушения были потрачены впустую. Попытки успокоить свою внутреннюю принцессу провалились с громким треском.

Поняв, что так я не усну, я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Огонь причудливо играл с тенями, а я смотрела и считала овец. На сто пятой я забросила бесполезное занятие и уставилась на Сира, мысленно пытаясь внушить, что так я спать не могу.

То ли мои мысли до него дошли, то ли он не мог больше терпеть мой взгляд, но мужчина вздохнул и подполз ко мне.

— Что такое?

— Я не могу спать.

— Что‑то нужно принести?

— Нет, — я мотнула головой, думая, как объяснить, что я действительно хочу, и при этом не выставить себя извращенкой.

— Тогда почему не можешь уснуть?

То ли он притворяется, что не знает, то ли и правда не знает.

Я нахохлилась. Вытащила левую руку из‑под одеяла и постучала рядом с собой.

— Неудобно?

Да что за непробиваемая глыба!

— Ложись, — к чёрту всё. Говорим как есть. — Я не могу спать одна!

Мужчина замер. Я буквально чувствовала, как он боролся с собой.

— Не обсуждается, — твёрдо проговорила я.

Сир оглянулся, видимо, пытаясь найти причину сбежать.

— Сир.

Я впервые поняла, что значит окаменеть. Мужчина словно стал статуей. Голова чуть ли не со скрипом повернулась в мою сторону.

Я опять постучала по кровати. Мне показалось, или я действительно услышала звук глотания?

— Это неудобно, — точно должен быть хриплый голос, а не это механическое нечто.

— Всё удобно.

— Ме… — он тут же прервался.

Не знаю, что он хотел сказать, но я продолжала пристально смотреть на него.

— Для тебя же будет проще, если ты просто сделаешь, как я говорю.

Послышался смешок.

— Командуешь.

— Привыкай, — буркнула я.

Тяжёлый вздох не могла скрыть ни одна маска.

— Двигайся, — обречённо.

Я радостно пододвинулась и повернулась на левый бок. Мужчина прополз по кровати, улёгся спиной ко мне.

— Не пойдёт. Под одеяло залезь, — бурчала я.

— Мне и так нормально.

— Опять важничаешь. Ну, тогда я вылезу из‑под одеяла.

Угроза подействовала. Мужчина опять вздохнул и залез под лист. Довольно улыбнувшись, я сверлила его спину взглядом. Всё‑таки на фоне этого мужчины я была просто крошечной. Плечи у него были раза в два шире моих, а возможно, и больше. Да и выше — больше чем на голову. Приятно ощущать себя маленькой на чьём‑то фоне.

Пока в голове крутились всякие глупые мысли, которых раньше и не возникало, я стала засыпать. Крепкое тело рядом приносило неимоверное чувство защищённости. Не заметила, как подкатилась к чужой спине, утыкаясь в неё лбом. Рука потянулась и уютно устроилась на широкой талии. Сознание, наконец, захватил здоровый сон.

Тело пылало. Жарко. Но вместо того, чтобы найти источник прохлады, я продолжала тянуться к тому, что только распаляло.

Широкая гладкая рука прошлась по икре, оставляя жгучую дорожку. Вторая рука обхватила бок и двинулась вверх к груди, очерчивая тяжёлую половинку. Я застонала — этого было мало.

Ухо опалило чужое дыхание: мягкие губы поцеловали раковину, за ними горячий язык очертил хрящик и юркнул внутрь. Стоило языку исчезнуть, как ухо тут же обдало холодом. Я снова застонала, требуя вернуть этот обжигающий жар. Послышался смешок, а мочку уха захватили чужие губы, посасывая её.

Руки продолжали шаловливый бег по коже — ни один миллиметр которой не был прикрыт хоть кусочком ткани. Рука, оставив икру, двинулась вверх, большим пальцем задевая тайное местечко, и остановилась на животе, мягко на него надавливая. Тело выгнулось навстречу неизведанному ощущению, дыхание перехватило.

— Дыши, — прошептал в ухо знакомый голос.

Послушав его, я вздохнула, тут же застонав, когда рука на груди сместилась чуть вверх, захватывая сосок и царапнув по нему. Я уже плохо соображала, что происходит. Внизу ощущался незнакомый жар, и всё тело ныло, требуя чего‑то мне неизведанного. Я не понимала его позывов. Впору бояться, но страха не было. Этим рукам я готова была довериться.

Рука на животе медленно стала спускаться вниз, поиграла с потайным местечком, надавливая на горошину, выбивая из меня воздух с протяжным вскриком. Ноги сомкнулись, пытаясь остановить нарушителя, и тут же раскрылись, когда нарушитель спустился чуть ниже, играя со входом, щекоча.

— Горячая, — выдохнул в ухо голос с новыми нотками, от которых внутри всё сладко сжималось. — В тебе должно быть безумно жарко, малышка моя. Хочу оказаться там, ты позволишь?

Я покачала головой, выгибаясь, ощущая, что ещё немного — и просто сойду с ума. Руки сжимали простыни, тянули их, а тело всё продолжало чего‑то требовать.

— Скажи это, мелкая, я хочу услышать.

Я мотала головой, не понимая, что от меня хотят. Что хочет моё тело и этот мужчина.

Рука на груди схватила сосок и потянула его вверх, а настойчивый палец проник внутрь, выбивая протяжный стон. Губы переместились к моим, захватывая их и поглощая дыхание. Я с радостью приветствовала захватчика, открывая ему доступ везде, где он хотел. Язык лизнул мой, вовлекая его в горячую битву: сосок продолжали крутить и тянуть, а между ног один палец теребил горошину, а другой продолжал ласкать внутри.

Когда казалось, что я больше не выдержу пламени, что поглощало меня, я услышала протяжный рёв. Глаза резко распахнулись, и я села.

«Что это, чёрт возьми, было?» — пронеслось в голове.

Я огляделась. Сир на корточках сидел возле входа рядом с потушенным костром. Рассвет едва забрезжил, окрашивая небо в серый цвет.

— Сир, — тихо позвала я, пытаясь унять колотящееся сердце.

Мужчина оглянулся.

— Что это такое?

Сир подполз ко мне, поправляя выбившийся из хвоста волос.

— Какое‑то существо. Не знаю, почуяло ли оно нас, но движется сюда.

— И как далеко? — сердце сжалось от испуга.

— Примерно в полукилометре.

Я схватилась за чужое предплечье.

— Не бойся. Тебе необходимо просто пока оставаться здесь.

— Пока? — уловила странную формулировку.

— Пещера небольшая, неизвестно, как выглядит существо. Возможно, для него это место не так‑то и трудно будет преодолеть — достать нас. Нужно будет действовать по ситуации.

Я продолжала цепляться за Сира, боясь отпускать. Казалось, я не могу отходить от него и на шаг.

— Тебе надо отпустить меня, я не смогу ничего сделать, если буду держать тебя.

Слова больно били.

— Я обуза? — прошептала еле слышно.

— Не смей так говорить, — резко отчитал меня мужчина. — Мне будет спокойнее, если ты останешься в безопасном месте, чем будешь со мной в эпицентре.

Он погладил меня по голове. По ощущениям не хватало поцелуя в макушку или лоб.

Зажмурившись, я отогнала глупые мысли. Но они не спешили уходить, намекая на явное, смеялись в лицо, указывая на правду, которую нутром я уже давно поняла.

Рёв раздался ещё ближе. Сир посмотрел в сторону входа.

— Похоже, заметило нас, — спокойно проговорил механический голос. — Оставайся здесь, не спускайся без надобности.

И мужчина быстро покинул пещеру.

Я успела ухватить лишь воздух. Внутри всё сжалось от ужаса и страха потери. Даже Алю я не боялась так потерять, как боялась потерять этого мужчину, которого видела лишь во сне и последние сутки в этом костюме.

Слёзы обиды душили, дыхание заходилось, но сейчас я могла только ждать. Никакие претензии уже не предъявишь. Но обязательно предъявлю, как только он вернётся.

Смахнув скатившиеся слезинки со щёк, я проползла к краю пещеры, всматриваясь в сумрачную даль.

Послышался очередной рёв, а за ним последовал громкий удар, будто что‑то тяжёлое упало. Я прижала руку к груди, другой вцепившись в стену.

— Только не пострадай, — шептала мантру, продолжая всматриваться в даль.

Битву я не видела, но продолжала слышать гулкие звуки, перемежающиеся с рёвом, который то отдалялся, то приближался. Солнце постепенно поднималось, освещая территорию. Когда его лучи вышли из‑за скал, они тут же окрасили деревья и поляну в жёлтый цвет, и я успела заметить нечто тёмное, ростом в половину дерева.

Рука сама собой потянулась ко рту, сдерживая крик.

Монстр кинулся из‑за деревьев. Я не сразу поняла, что он движется на меня. Внутри всё оборвалось. Я могла только зажмурить глаза. Рёв и… тишина.

Лишь спустя несколько секунд ожидания, не ощущая рядом с собой ничего, я приоткрыла медленно один глаз. В метрах десяти от меня зависло чудовище. Гигант, чёрный, не похожий ни на одно известное мне существо, оскалился, но не шевелился. Большие тёмно‑зелёные однородные глаза крутились, язык был зажат своими же зубами, и с него капала какая‑то темно-зеленая жидкость, оставляя густые лужи на земле и сопровождаемая едким запахом.

В ужасе раскрыв глаза, я пыталась понять, что произошло. Монстр повисел ещё некоторое время в воздухе, а после его откинуло назад, за деревья, и последовал глухой удар. Деревья покачнулись, земля завибрировала. Я прижалась к стене, ощущая панику. До конца никак не могла осознать, что опасность миновала. Но надолго ли?

Очередной гулкий удар и протяжный рёв, явно издаваемый от боли. Я слышала также шум ломаемых деревьев. И наступила тишина. Даже ветер не дул.

Секунды текли, внутри росло ожидание. «Конец. Всё же закончилось. Где Сир?» — пронеслось в голове.

Ожидание тянулось уже несколько минут. Я всё больше беспокоилась.

Не выдержав этого напряжения, я стала спускаться вниз. Скала была отвесной, да и высота немаленькая. Но меня ничего не могло остановить. Найдя несколько подходящих выступов, я смогла спуститься на несколько метров вниз, а после просто спрыгнула. Ноги подогнулись, и я гулко упала на попу, застонав. Надеясь, что ничего себе не отбила, поднялась, опираясь на скалу.

Подёргивая ногами и ощущая, что цела, побежала вглубь леса, приговаривая:

— Только будь в порядке.