Глава 37

Тело подкинуло вверх, заставляя невольно вскрикнуть. Но крик тут же был заглушён чужими губами.

Карлан поднял меня, сделал несколько шагов вперёд, опуская на кровать. Матрас тут же просел под нашим весом. Крупное мужское тело придавило, укрывая от всего мира и выбивая весь воздух из лёгких. Ещё минуту назад спокойный, сейчас Карлана сотрясала крупная дрожь, что передалась и мне. Подняв руки, я вплела пальцы в волосы, легко массируя голову мужчины, стараясь его успокоить и успокоиться самой.

— Почему ты такая?

Я приоткрыла глаза, встречаясь с глубокими тёмными омутами, что скрывали слишком много тайн.

— Нормальная я, — выдохнула в чужие губы, — обычная.

Карлан тихо рассмеялся, обдавая жарким дыханием, и вновь захватил мои губы, проникая внутрь. Яростные поглаживания языком отвлекли, а в это время чужая рука пробралась под халат, распахивая половинки. Лишь когда горячая ладонь легла на живот, я невольно охнула. Пальцы очертили пупок, слегка щекоча. Живот подрагивал, а внизу непривычно заныло.

Тяжесть чужого тела исчезла, а оголённая кожа почувствовала прохладу. Застонав от перепадов температуры, я зажмурилась и замерла. Смущение накрыло с головой — во сне я чувствовала лишь жар, а реальность оказалась слишком неловкой.

— Страшно? — тихо прошептал в ухо знакомый голос.

Я помотала головой. Страшно не было. Может, совсем чуть‑чуть. Но больше смущало — я впервые чувствовала такое. Хотелось прикрыться, но в то же время было любопытно: так ли это будет, как во сне?

— Это хорошо, — промурлыкал в ухо хриплый голос. — Сбежать позволю только сейчас. Но если не оттолкнёшь — свободы больше не увидишь.

Хмыкнула, приоткрыв глаза. И тут же застонала, когда рука с живота двинулась вверх, обхватывая грудь. Мягкая вершина легла в чужую руку, словно она была создана для этой руки. Большой палец обвёл ореол и мягко царапнул сосок. Ещё один стон сорвался с губ. Руки невольно сжались, запутываясь в волосах.

— Лысым стану, — усмехнулся Карлан.

Я же с трудом понимала, что он говорит — все мысли захватили новые чувства.

Одну из рук потянули, заставляя переплести пальцы с чужими. Горячие губы поцеловали тыльную сторону кисти, а после слегка прикусили зубами. С груди исчезла тяжесть — и другую руку постигла участь первой. Мотнув головой, я ощутила, как Карлан обхватил мои запястья одной рукой, а вторую вернул на тело, изучая его.

Выгнувшись, я сама подставилась под горячие прикосновения, внутренне трепеща от новых ощущений. Обжигающие следы оставались там, где ещё секунду назад была рука мужчины.

— Карлан, — хныкнула, сама не понимая, что хочу.

— М? — раздался откуда‑то сверху напряжённый голос.

— Кар…

Голос сорвался, стоило только пальцам обхватить один из сосков, потянув его вверх. Лёгкое покалывание на вершине сменилось протяжной ноющей болью, уходящей куда‑то вглубь. Ноги непроизвольно сжались, словно пытаясь скрыть постыдную реакцию на такую лёгкую провокацию.

— Нравится?

Я помотала головой. В ответ раздался лёгкий смех.

— Посмотри на меня.

Я опять помотала головой, отказываясь выполнять просьбу. Стыд накатывал всё больше, вызывая дополнительные волны жара.

— Разве тебе не интересно?

— Нет, — отчаянно сопротивлялась я.

— Точно не хочешь посмотреть?

— Однозначно нет.

— Что ж, тогда буду делать всё, что хочу, — промурлыкал этот кот.

Внутри что‑то колыхнулось. Ласковый голос был приправлен нотками самодовольства и игривости. Никогда не думала, что смогу услышать что‑то такое в его голосе.

Пальцы оставили сосок, обхватили половинку и сжали. Чёртовски приятно. Словно понимая моё нетерпение, рука стала мягко массировать грудь, но совершенно не хотела доставлять удовольствие второй. Застонала, протестуя. Но мои мольбы или не слышали, или не хотели исполнять.

Не заметила, когда запястья отпустили. Вторая рука шаловливо проникла под халат, окончательно раскрывая моё тело чужому горячему взору. Даже с закрытыми глазами я чувствовала, как Карлан буквально облизывает взглядом открывшуюся картину. Уверена, что от смущения я покраснела уже вся, а не только лицо.

— Красивая, — выдохнул тихо.

Руки сместились к талии, обхватывая её. Большие пальцы сошлись в районе пупка, оглаживая живот и медленно вырисовывая какие‑то одному Карлану известные узоры. Но мне этого было мало. Казалось, что меня пытают, а не стараются доставить удовольствие.

— Карлан, — умоляюще захныкала, изгибаясь.

— Что такое?

— Пожалуйста, — канючила я.

Но в ответ раздался приглушённый смешок.

— Не понимаю, вроде делаю всё, как просишь.

— Нет, прошу…

— Всё ещё не понимаю. Скажи, что ты хочешь?

— Не знаю, — выдохнула я.

— Тогда что же делать? Я не понимаю, что ты хочешь, а ты не знаешь, о чём хочешь попросить. Дилемма.

Фыркнув, я приоткрыла глаза и замерла. Карлан успел стянуть с себя свободную рубашку, в которой был. Взору предстали бинты, обхватывающие руки и грудь. Внутри на миг всё сжалось, и я застыла.

— Карлан, ты же ранен.

— Неважно.

Я помотала головой, опустила руки, шаря по кровати, чтобы запахнуть халат. Но меня остановили. Руки вновь потянули вверх, захватывая в плен.

— Это и правда не важно.

Сжав зубы, я пробормотала:

— Раны откроются.

— Дорогая, если я сейчас не заявлю на тебя свои права, я умру. Так что плевать на эти все раны. В конце концов, получил я их, спасая тебя. Так что придётся вознаградить, не думаешь?

Хоть и логично, но всё же что‑то казалось неправильным. Однако, не знаю почему, я довольно прищурилась. Наградить за спасение? Почему бы и нет.

Губы потянулись вверх, и на мой зов ответили. Когда я ощутила горячий язык во рту, тело радостно дёрнулось и расслабилось.

— Умница, — выдохнул Карлан, отпуская меня и приподнимаясь.

Я наблюдала, как он взглядом очерчивает открытые участки тела. А после меня потянули наверх, усаживая. Халат медленно спустили с рук, и он с лёгкостью был отправлен в полёт куда‑то на пол. Оказаться голой перед мужчиной… Щёки вспыхнули, а между ног появилась тянущая тяжесть.

Карлан опрокинул меня на спину и облизнулся — словно кот, дорвавшийся до сметаны.

— Чёртовски красивая.

— Я вся синяя, — буркнула я.

Мужчина рассмеялся, а я прищурилась, не понимая причин его веселья.

— О, поверь, утром ты так говорить не будешь. Но знай, что в моих глазах ты самая прекрасная.

— Даже прекраснее, чем была в прошлом?

Мы оба понимали, что я имею в виду. Карлан замер, сузил глаза и посмотрел в мои. А после я увидела, как его губы растянулись в весёлой улыбке.

— Детка, ты не помнишь, как выглядела?

Я помотала головой.

— Что ж, память, может, вернётся. Но должен сказать, отличия от прошлой жизни минимальны.

Удивлённо вскинув брови, я изучала лицо Карлана. Он спокойно встретил мой взгляд, игриво подмигнул и вернулся к прерванному занятию, отвлекая меня от всяких глупостей.

Руки опустились на грудь, вновь массируя. Я же охнула и вдавила тело в матрас, словно убегая. Но в ответ получила новую порцию смешков.

Две вершины оказались в чужом плену. Карлан не обделял вниманием ни один участок: сминал, тянул, поглаживал. А я в ответ постанывала и просто отдавалась новым ощущениям. Но, видимо, мужчине надоело уделять внимание только одной части тела, и он перешёл дальше.

Правая рука спустилась вниз, оглаживая бок, прошлась по половинке и, схватив бедро, резко потянула ногу вверх, открывая доступ к потаённому местечку. Вскрикнув, я прикрыла грудь и с опаской посмотрела на Карлана.

Он облизнулся, усмехнулся и опустил вторую руку — правую ногу постигла та же участь.

— Хм, очень красиво.

Я закатила глаза и отвернулась. Смотреть на это смущающее действие совершенно не хотелось.

— Не прячься, всё равно не сбежишь.

— И так всё видишь, — бурчала я, продолжая отворачиваться.

Рука протянулась к одной из подушек, притянула её ко мне, и я скрылась за ней. Карлан рассмеялся. Послышался шорох. Я попыталась свести ноги, но мне не дали, а после я почувствовала, как Карлан умостился между ними.

— Ну и что ты делаешь? — подушку буквально вырвали из рук и откинули на край кровати. — Неужели теперь готова сбежать? А я предупреждал, что никакой свободы ты больше не получишь.

Смысл слов только сейчас дошёл до меня. Я прикрыла глаза руками.

— Не прячься, малыш. Хочу видеть всё: эмоции, тело, мысли.

Я лишь мотала головой, отказываясь.

— Бежать некуда. Только в мои объятия.

И почему он так чертовски хорошо соблазняет? Но страх перед неизведанным заставлял бежать. Но ещё больше волновал.

— Бая, посмотри на меня.

Я чувствовала, что он ждал — готов был ждать. А я робела. Хотелось и в то же время не хотелось открывать эту дверь, что двадцать два года была скрыта от меня. Даже в мыслях.

— Бая, посмотри, — настойчиво, но мягко.

Сглотнув, медленно опустила руки: сначала одну, потом и другую. Но глаза так и оставались закрытыми. Было слышно лишь наше дыхание: его — прерывистое от нетерпения, моё — частое от смущения.

— Малыш, — ещё мягче, словно патока.

Облизала губы и подняла веки, встречаясь с самым нежным взглядом тёмных глаз. Дыхание оборвалось, а сердце ухнуло вниз.

— Багира, я люблю тебя, — уверенно прошептал Карлан.

Он был серьёзен, но нежность во взоре добавляла моменту неимоверную теплоту. Глаза обожгло, из уголков скатилось несколько слезинок.

— Я тоже тебя люблю, — выдохнула в ответ прерывисто.

Голос дрожал и не хотел слушаться. Мне было всё равно, что я сейчас абсолютно голая лежу на кровати, а не сижу в роскошном ресторане. Всё равно, что завтра нас ждёт ворох дел, а впереди ещё будет множество испытаний. Сейчас я была просто самой счастливой женщиной во Вселенной.

Карлан опустился вниз, слизывая дорожки слёз с висков. Дотянулся до губ и оставил лёгкий поцелуй. Я улыбнулась, потянула руки вверх, обхватывая его за шею, и вовлекла в новый поцелуй.

Мои действия словно отпустили какой‑то крючок внутри Карлана, и он, сначала застонав, а потом усмехнувшись, перехватил инициативу. Я лишь успела охнуть и вновь потерялась в вихре новых ощущений.