Глава 43

Ужин был организован в маленькой столовой возле кухни. На небольшом квадратном столе были расставлены различные блюда: от салатов до супа.

— Госпожа, если что‑то захотите ещё — только скажите, мы всё подготовим, — произнёс слуга.

Я улыбнулась, присаживаясь и с интересом осматривая полные тарелки.

— Это всё разрешено Роем?

Раум растерянно посмотрел на меня — мой вопрос его явно озадачил.

— Рой провёл обследование и составил рекомендацию для моего питания. Первые пять дней разрешено есть совсем лёгкую пищу, а эти пять дней ещё не прошли.

— Моя вина, госпожа, — Раум поклонился. — Узнаю всю нужную информацию и с завтрашнего дня будем придерживаться рекомендаций.

Я же только покачала головой. «Интересно, все дворецкие настолько ответственные? — мелькнуло в голове. — Хотя я нисколько не против сложившейся ситуации». Но, решив пока не пытаться как‑то переубедить его, взяла ложку.

Лёгкий суп из птицы, салат, какая‑то каша и зелёный чай с пирожным — скромный, но сытный ужин. Но, помня о рекомендации Роя не перегружать организм, я съела только суп и немного салата.

Вернувшись в спальню, я увидела двух одинаково одетых девушек.

— Госпожа, это Мэй и Лина. С сегодняшнего дня они будут вашими временными личными служанками, — представил их Раум.

Он указал сначала на высокую тёмно‑рыжую девушку с лёгкими веснушками на носу. Вторая же была низкой, слегка полноватой брюнеткой.

— Обе умеют говорить на земном языке, вам будет с ними комфортно.

— Они не личные служанки?

— Нет. Обе занимаются уборкой дворца.

— Есть какая‑то разница?

— Все слуги делятся по своему статусу, — пояснил Раум. — Служанки вроде Мэй и Лины считаются самыми низшими среди служанок. Их основные обязанности — уборка, глажка, стирка. Личные горничные и служанки, что прислуживают господам и гостям дома, обладают лучшей родословной и образованием. Они должны знать несколько языков и быть достаточно образованными. Иначе просто не смогут исполнять приказы.

— А карьерный рост?

— Если у них есть возможность повышать квалификацию самостоятельно или за счёт хозяев — то возможно всё.

Вздохнув, я села на кровать. Как же всё это излишне в моей жизни. Хотелось просто спокойно жить, а приходится ещё и какой‑то статус поддерживать.

— Можно просто всё это опустить и жить так, как я хочу?

— Можете. Но для этого надо доказать свою силу.

— А с этого места поподробнее, — я с вниманием посмотрела на дворецкого.

Мужчина посмотрел на служанок и рукой отослал их из комнаты.

— Госпожа, вы слишком беззаботны, — проговорил дворецкий, спрятав руки за спиной. — Вы, можно сказать, второй человек в нашей Вселенной после господина, но явно не спешите воспользоваться всеми благами вашего статуса.

— Слишком хлопотно, — сморщившись, отвернулась я.

— Я понимаю, но почему бы не попытаться принять вашу новую жизнь?

Оглядев дворецкого, я поджала губы. Конечно, я понимала, что до меня пытался донести Раум: статус порождает ответственность.

— Я тебя услышала. Но нельзя, отмывшись от грязи, стать сразу огранённым бриллиантом.

— Придётся попытаться, — улыбнулся Раум.

Фыркнув, я встала, потягиваясь.

— Можешь пока их отправить заниматься своими делами. Я просто лягу спать.

— Как прикажете, — Раум поклонился и вышел, оставляя меня в полном одиночестве.

Тяжко вздохнув, я нашла в шкафу длинную футболку и, переодевшись, с удовольствием заползла под лёгкое одеяло. Кровать была немного больше той, в которой я спала последние дни. Но то ли от ощущения, что я нахожусь там, где распространяется безграничная власть Карлана, то ли просто от чувства успокоения, я почти сразу заснула. И моё желание обдумать снова варианты дальнейшей жизни даже не воплотилось в реальность.

Из глубокого сна меня вырвал мой же стон…

Первое, что я смогла осознать, — было прохладно. И только одну из грудей обдавало жаром. С трудом приоткрыв глаза, я смогла рассмотреть белую макушку. Волосы, заплетённые в косу, расслабленным удавом растянулись по кровати, щекоча бок и ногу.

Гулко застонала, когда вершину захватили в плен горячие губы, и вцепилась в белые волосы.

— Лан… — простонала я, не до конца осознавая, что вообще происходит.

Мужчина хмыкнул и поднялся надо мной. Мой взгляд прошелся по мужскому лицу — по довольной моське, — спустился по накачанной груди к прессу и остановился на буквально кричащем о своём желании мужском достоинстве. Глаза невольно расширились, а сон как рукой сняло: картина была слишком смущающей.

Застонав в очередной раз, я прикрыла глаза рукой.

— Малыш, не прячься, — хрипло проговорил мужчина.

Помотав головой, я продолжала прятаться. Мужчина хмыкнул, а голос игриво уговаривал:

— Неужели неинтересно? Совсем‑совсем?

А я чувствовала, как жар, сначала захвативший щёки, медленно перетекает на уши. Глухая пульсация мешала слышать.

— Не прячься, — на тыльную сторону руки опустился лёгкий поцелуй. — Начинай привыкать, — кожу лизнули и слегка прикусили.

Расставив пальцы, я в щёлочку посмотрела на Карлана. Встретилась с его хитрым взглядом, который захватил меня в плен. Широкие руки медленно опустились на бёдра, огладив по пути изгибы талии.

Разведя мои ноги, Карлан поместился между ними и потянул меня на себя. Охнув, я вцепилась руками в матрас под собой, не понимая, что происходит. Бёдра потянули вверх, закинув ноги на широкие плечи. Я, застыв, смотрела на то, как мужчина облизнулся, словно дорвался до какого‑то лакомства, и лизнул клитор.

Охнув, я вцепилась в широкие предплечья, пытаясь вырваться из хватки. Но шанса мне не дали: язык ещё раз прошёл по самому сокровенному месту, выбивая из меня все силы к сопротивлению и протяжный стон.

Язык сначала описал круг, а после губы втянули горошину внутрь, заставив меня выгнуться в попытке сбежать от этого мучительного чувства жара и удовольствия.

— Лан, — сорвалось с губ, словно прося о чём‑то.

— М? Ещё?

Я помотала головой и дёрнула ногами, но бёдра продолжали держать в стальной хватке. Когда клитор опять оказался в плену чужих губ, я непроизвольно сжала бёдра, захватывая лицо в плен. Послышался смешок, но он казался отдалённым — все мои чувства сейчас были сосредоточены в одной точке.

Язык прошёлся по вершине и спустился вниз, проникая внутрь. Охнув, я царапнула ногтями кожу на предплечьях, чтобы вновь вцепиться в них.

— Не на… до… — еле шептала я.

Горло сдавило, мешая говорить и дышать. А удовольствие продолжало сгущаться внизу живота. Когда лепестки огладили длинные пальцы, новая волна удовольствия поднялась вверх к груди, вызывая лёгкую дрожь.

Не знаю, сколько времени прошло, пока Карлан играл с самым сокровенным местом, но я только и могла извиваться в попытках сбежать от тех неведомых ранее ощущений. Когда казалось, что вот‑вот меня настигнет оргазм, Карлан остановился, опуская меня, еле дышащую, на кровать.

Протестующе застонав, я открыла глаза и тут же встретилась с обжигающими обсидиановыми глазами.

Несколько секунд — и горячий член резко вошёл в меня, выбив весь воздух из лёгких и искры из глаз. Головка упёрлась внутри в стенки, нажав на спусковой крючок.

Пришла я в себя не сразу: тело продолжало дрожать после оргазма. Тяжело дыша, застонала и приоткрыла глаза. Карлан хитро улыбался, сощурив глаза. Видимо, дождавшись, когда я приду в себя, мужчина пошевелился, начиная медленно двигаться.

Стенки протестующе задрожали, обхватывая вторженца. Тело, ещё не отошедшее от удовольствия, вновь начало изнывать — сильней и ярче воспринимались каждые движения.

Притянув меня к себе, Карлан усадил меня на колени, заставляя подпрыгивать в такт его толчкам. Ноги разъехались, совершенно не желая слушаться.

— Тяжело, — успела простонать я до того, как чужие губы накрыли мои, втягивая в горячий поцелуй.

Мне казалось, в прошлый раз всё было ново и ярко, но как же я ошибалась. Сейчас всё воспринималось острей. В первый раз многое будто стерлось смущением. Сейчас же я только и могла, что чувствовать жар упругой кожи под ладонями и при соприкосновении нагих тел, а потайное место вбирало в себя всю ярость желания обладать мной.

Толчки стали усиливаться.

— Настолько хорошо? — губы мягко собрали слёзы со щёк. — Я рад, — тихо прошептал он мне в губы, вновь захватывая их в плен.

Обвив руками шею мужчины, я подтянула ноги, обхватывая его талию. От моих действий член вошёл ещё глубже, сильней надавливая на какую‑то точку внутри. В глазах вспыхнули искры.

Очередной оргазм накрыл меня с головой. Вцепившись в чужие волосы, я откинула голову назад. Ощущение чего‑то горячего внутри было непривычным, но очень приятным. Сжав стенки, словно стараясь удержать это ощущение, я стала сильней заваливаться на спину. Карлан последовал за мной, придавливая своим телом.

Окончательно пришла в себя спустя долгое время. Карлан продолжал лежать на мне с закрытыми глазами. Мужчина дышал спокойно и размеренно.

Я подняла руку, провела по его брови. Довольная улыбка расплылась по губам — всё‑таки он безумно красив.

— И почему ты сбежал из палаты? — спросила я.

Карлан помолчал, потом пошевелился. Перевернувшись на спину, он утянул меня за собой, укладывая на своей широкой груди. Я пошевелила бёдрами — и как только он умудрился оставить член внутри?

— Мне нужна была подпитка, — ответил Карлан. — Тело уже зажило, но вот психические силы слишком разошлись. Без твоей силы они могли выйти из‑под контроля.

— А другого способа не было?

— А тебе не понравился способ? — поиграл бровями мужчина.

Фыркнув, я уткнулась в грудь и рассмеялась.

— Можно, конечно, — продолжил Карлан. — Но ты пока не способна управлять своими способностями. Риск велик.

— Ты теперь постоянно будешь подпитываться от меня так?

— Не вижу проблем, — игриво пробурчал мне куда‑то в макушку Карлан.

Вздохнув, я повозилась, устраиваясь поудобнее. Но мои действия вызвали новую реакцию внизу — член вновь встал.

— Тебе мало?

— Это ты два раза получила удовольствие. Надо уравнять, — заявил этот хорёк.

Я рассмеялась, чтобы тут же застонать, когда Карлан двинул бёдрами, вновь выходя и входя.

— Мы так никогда не сравняем счёты, — протянула я с придыханием.

— Ну почему же, способ есть, — улыбнулся Карлан.

Затуманенным взглядом я посмотрела на мужчину, совершенно не понимала, о чём он.

— Что ж, впереди ещё есть время понять. Пока только лишь ты будешь набирать очки, — пояснил он.

И движение повторилось. Уткнувшись лбом в грудь, я часто задышала. Тело запротестовало — я слишком устала.

— Тяжело, — прошептала я.

— Прости, но я не смогу остановиться.

Выйдя из меня, Карлан перевернул меня на бок. Схватив одну ногу, он закинул её себе на плечо, а вторую зажал между своих ног. В удивлении я смотрела, как мужчина, пристроившись, резко вошёл внутрь. «Чёрт, это слишком глубоко», — пронеслось в голове.

Вцепившись в простынь, я застонала. Поза не позволяла найти точку опоры — только принимать всё, что давали. Сильные ритмичные толчки раздвигали стенки, а я, словно заворожённая, наблюдала, как член то появлялся, то исчезал во влажной глубине. Хлюпающие звуки смущали.

Прикрыла глаза, чтобы тут же открыть их: картина была слишком будоражащей и соблазнительной, чтобы на неё не смотреть. Послышался лёгкий хмык, и толчки стали быстрей.

Когда из влагалища стала вытекать белая жидкость при каждом толчке, внутри лишь проскочила мысль: «Забеременеть же могу», — и тут же пропала.

К кульминации мы дошли одновременно. Карлан в последний раз вышел из меня почти до конца, чтобы с силой войти внутрь. Крупная дрожь сотрясла тело — я ощущала, как ей вторила дрожь мужчины.

Успокоившись немного, я открыла глаза, чтобы встретиться с тёмным довольным взглядом.

— Люблю тебя, — проворчал Карлан, опустившись вниз и целуя меня в губы — легко, почти невесомо.

Я улыбнулась, обхватила его щёки руками и притянула для глубокого поцелуя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала, стоило нашим губам разойтись.