Глава 13

– Ого, – Саша обошла кучу пакетов с детскими вещами, стоящую рядом с входной дверью.

– Да уж, заходи, – закрываю за ней, и мы вместе смотрим на известные логотипы, изображенные на пакетах. – У Миланы опять едет крыша, правда по-новому.

– Это от нее? – подруга на меня таращится.

– Да. В прошлом месяце извинилась за свое поведение. В этом оплатила мне план ведения беременности в лучшей московской клинике. Ты бы видела их оборудование.

– Люба…

– Я сама в шоке, – иду в кухню. Ставлю чай для нас с Сашей. – Мне кажется, она испугалась. Знаешь, я пригрозила раскрыть ее перед журналистами и отцом. И Богдану рассказать. Может, она моих гормонов беременных боится, вот и покупает молчание таким образом?

– Ну не знаю. – Сашка оседает на табуретке. На меня смотрит ошарашено.

– Они женятся, – ставлю кружки с горячим чаем на стол. Как ни горько осознавать, Богдан смог полюбить Милану. – Она опубликовала фото с кольцом.

– Что-то Богдана на этом фото нет. Только коробочка с бриллиантом, даже без букета.

– Но он сделал предложение, – отвечаю упрямо, – Богдан не из тех, кого можно заставить. Если сделал, значит хотел.

– Мне жаль.

– Мне тоже, – грустно улыбаюсь. – Наверное, Милана боится, что я могу испортить их счастье своим ребенком. Вот и пытается за все заплатить, чтобы к Богдану не сунулась за помощью. От угроз перешла к покупке моего молчания.

– И что? Примешь ее помощь?

– В клинику пойду, – ставлю на стол коробку с полезными сладостями. – Моя гинеколог говорит, что у меня таз узкий, есть вопросы по давлению, анализы не все хорошие. Мне страшно, Саш. Я же себя не прощу, если потеряю малыша или с ним что-то не так по развитию будет.

– Будь с ней осторожна, – Сашка хмурится. – Мне кажется, не все так просто.

– Да брось, – я развожу руками, – какая еще может быть причина у ее помощи?

– Не знаю, и меня это пугает.

– И что? Мне отказаться? – роняю руки на стол, а за ними и голову сверху. – Не хватает у меня самой на все. В клинике оплачено – анализы, врачи, обследования, а я буду ходить куда-то в другое место? Это же идиотизм…

Следующие месяцы стали одними из самых сложных в моей жизни. Я себе запрещала, била по рукам и все равно смотрела соцсети Миланы, где она вместе с подписчиками выбирала себе свадебное платье.

Остановилась на коротком коктейльном с открытыми плечами. Шикарная шлейфовая фата, туфельки от ее любимого Джимми Чу, сумочка от Луи. Все идеально.

А вот в день свадьбы я отключила себе интернет. Сидела в парке на лавочке в полном одиночестве и рыдала. У меня закончился первый триместр беременности, животик начал постепенно появляться. Я его обнимала и просила прощения у своей растущей там доченьки.

За свой идиотизм и то, что больше ничего не исправить. У Богдана с Миланой семья, теперь самая настоящая, сомнений никаких. Богдан будет ходить с кольцом, хранить ей верность и сделает ребенка. Желанного, которого они будут любить.

Я надеялась, что после свадьбы Милана оставит меня в покое, но не тут-то было. Она продолжала душить своей странной заботой. То кроватку пришлет, то игрушки. Дорогущий комплекс витаминов для беременных передаст через врача, денег на карту без спроса бросит.

Пару раз сама появлялась после медового месяца. Светящаяся от счастья и загорелая. Теперь мы с ней стали отличаться больше – животик, загар, моя легкая опухлость от беременности.

– Люба, я тебе не враг, – протянула Милана, всовывая мне в руки очередную коробку. Там оказался ночник для детской. – Просто я счастлива и по-другому теперь на все смотрю, – она довольно покрутила колечко на пальце. – Ты же будешь растить ребенка одна и в этом моя вина. Я тебя заставила к моему мужу пойти, притвориться мной. Теперь я понимаю, что это глупость была, но у нее оказались огромные последствия.

– Я справлюсь, – оставляю Миланин подарок на столе.

Мне от ее счастья и цветущего вида тошно. От слов в петлю хочется. Ходит и сводит с ума, добивает. Видит, что делает больно. Но все равно продолжает тыкать в мое истекающее кровью сердце. Тыкает и тыкает! Ненавижу.

– Не каждый мужчина возьмет с чужим ребенком. А ты молода, – она вздыхает.

– Милана, я хочу, чтобы ты ушла, – сажусь в кресло и поглаживаю свой маленький животик. – Мы с тобой не подруги. Не надо больше мне помогать, хватит. Я не стану лезть в вашу с мужем семью. Успокойся.

– Ты бледная, – она меня будто не слышит.

– Токсикоз не проходит.

– Я говорила с врачом, тебе нужно больше отдыхать.

– Не могу себе позволить, – отвечаю со смешком. Да чего она добивается? Я берегу себя, как могу, но работать все равно надо.

– Я еду в Италию в следующем месяце, могу взять тебя с собой.

– Что? – мои глаза расширяются. – Зачем?

– Да ничего такого, Люба, – Милана фыркает. – Для меня это такие мелочи, а тебе солнце, свежий воздух, отличная еда, все условия.

Она точно спятила. Я с ней в одной комнате больше пяти минут выдержать не могу. Какая Италия? Что за бред?

– Я не поеду, – поднимаюсь на ноги, – и мне на работу пора.

– Люба, ну что за детский сад? Я же от всего сердца.

Какого, Милана? Чтоб оно у тебя вообще было!

– Билеты я куплю, – встает, манерно прижимая сумочку к себе, проходя мимо зеркала, поправляет яркую помаду, – первый класс. На вилле есть бассейн, зона СПА, море из окон видно.

– Вот и летела бы с мужем, – иду за Миланой, чтобы поскорее выпроводить.

– Богдан не может. У них с отцом планы, они на работе только что не ночуют, – дует она губки. – Люб, ну не глупи, – у выхода замирает, разглядывая мой живот. Протягивает ладонь и касается его. – А когда будет толкаться?

– Где-то на восемнадцатой неделе, – осторожно отодвигаю ее загорелую ладонь с ярким розовым маникюром. Мне неприятно, что Милана касается живота, да еще и без спроса.

– Подумай о малышке, – вздыхает напоследок, – она же не виновата, что мама у нее гордая голь.

– Я подумаю. – Захлопываю за Миланой дверь. Никуда я не поеду, чтобы она не говорила.