Глава 14

Я никогда не была за границей. Никогда не видела море. Никогда не дышала соленым воздухом. И вот так, по щиколотку в смеси теплого песка с мелкими ракушками, не стояла.

В лицо дует теплый ветерок, рядом шумит вода, раскинувшаяся до горизонта, крики чаек разрывают молчаливое пространство. Вдыхаю в себя целебный морской воздух и кутаюсь в тонкую накидку. Не привыкла я к солнцу, которое с каждым днем делает мою бледную кожу все темнее и темнее. Настоящий рай для уставшего вымотанного человека.

Но я бы с радостью отказалась от этого рая, если бы причина, по которой я сюда приехала, исчезла.

В московской клинике у моей малышки нашли подозрительные шумы в сердце. Елена Андреевна, мой врач, после очередного УЗИ предположила порок. Потом он подтвердился при череде обследований.

Моей Сонечке потребуется лечение в утробе, а потом и после рождения. Да, я дала малышке имя, потому что разговаривать с ней ежедневно, не называя никак, было невозможно.

И я так ее люблю, с ума схожу от отчаяния и несправедливости этого мира.

Почему? Почему он отбирает у меня самое важное? Зачем дает мне и моему ребенку ужасные испытания? Неужели я провинилась хоть чем-то? Боже, моя жизнь и так не была сладкой, да за что же ты так?

– Обгорит лицо, – Милана останавливается рядом со мной, протягивая тюбик с кремом для загара.

– Спасибо, – стараюсь улыбнуться ей.

Еще одна причудливая заморочка судьбы. Мой враг мне помогает. Похоже, счастливое замужество действительно ее изменило. Она стала мягче, предложила свою помощь, оплатила обследование Сонечки в Италии. Тут есть одна очень хорошая клиника, которую нахваливали в Москве.

Мне разработали целую схему лечения, выдали препараты. Я пью их и раз в неделю езжу на прием.

Жаль, медикаментозным лечением не обойтись, доченьке после рождения потребуется операция. Об этом мне сказали здесь. А потом будет долгий реабилитационный период с возможными операциями в разном возрасте.

Не хочу думать о будущем, но и не думать не могу.

– Толкается, – отвлекаюсь от невеселых мыслей. Соня пинает меня изнутри каждый раз, как я напрягаюсь и думаю о плохом. – Тише, я все поняла.

– Пошли. – Милана потягивается всем телом. Опять всю ночь где-то гуляла, – полежим на шезлонгах, поедим.

В бикини плюхается на один из лежаков у бассейна, расположенного рядом с виллой. Тут крытая терраса, солнце нас не жарит. Милана тихо постанывает от головной боли, просит у помощницы по дому сделать ей маргариту.

Каждый раз, когда смотрю на нее в бикини, поражаюсь нашему полному сходству. Ладно, лицо, но и грудь и тело у нас тоже не отличить. Было до беременности.

Природа поиздевалась надо мной вволю. Как будто мало по планете ходит близнецов по рождению…

Зачем было снимать кальку с Миланы и делать меня?

Даже промелькнула мысль о нашем родстве, но этого точно не может быть. У нее есть родители и очень богатые, у меня была своя мама. Дни рождения у нас отличаются на четыре месяца. Милана немного старше. Родиться в одном роддоме и как-то перепутаться мы не могли. Богачи не рожают в бесплатных больницах, а я появилась на свет именно в такой.

– Держите, – смуглая русскоговорящая женщина ставит на низкий столик тарелку с едой для меня. Она обожает готовить и постоянно балует меня свежими морепродуктами и фруктовыми салатами. – Как там Сонечка?

– Пинается все утро, – убираю от лица прядь, которую растрепал легкий ветерок.

– Моя хорошая, – лучики морщинок расходятся в уголках ее глаз, – хочет поскорее к мамочке. Оставались бы вы еще на пару месяцев, Люба. Я так привыкла.

– Да, Люб. Тут и родить можно, – подает голос со своего шезлонга Милана. Лениво поворачивается на живот, подпирает голову рукой. – Зачем в Россию тащиться? Там дожди.

– Не могу, – качаю головой. Сумма за роды тут сумасшедшая, стоимость операции и периода восстановления космос. Придется искать варианты дома. И нужно ехать сейчас, чтобы всем этим заниматься.

– Люба, – когда помощница уходит, Милана садится на шезлонге, – это безответственно по отношению к ребенку. Тут самые лучшие условия.

– И самые дорогие, – без энтузиазма ковыряю еду. – Ты сама знаешь, мне не по карману.

– Знаю, – она отпивает свой коктейль, – Люб, – Милана встает с шезлонга, перемещая большие солнцезащитные очки с переносицы на голову, – я бы могла решить все твои проблемы при желании.

– С чего вдруг? – спрашиваю настороженно.

– Это все не входило в мои планы, но… – Она взмахивает ладонью. – Я чувствую определенную ответственность за то, что происходит сейчас с Сонечкой. И она дочь Богдана.

– К чему ты клонишь?

– Пока просто послушай, – она подходит и садится рядом. – Ты молода, не замужем. Больной ребенок станет для тебя обузой. Я, знаешь ли, не верю, что наша бесплатная медицина поможет малышке. Только если инвалидом сделает. Вся ответственность ляжет на твои плечи. А ты без поддержки, без денег, без будущего. Подумай, какой будет жизнь Сони в таких условиях?

– Не надо, Милана, все у Сони будет хорошо, – у меня в груди словно шар лопается и начинает сдуваться. Кислород из легких выходит, не поступая обратно. Я думала о том, что Милана говорит. Я этого больше всего в жизни боюсь.

– Есть идеальный вариант для всех – мы с Богданом можем ее воспитать.

– Что? – подскакиваю на ноги, обнимая живот. – Нет, ты что. Я дочку не отдам.

– Богдан все равно ее заберет, если узнает, – Милана неумолима, – он не оставит ее тебе. Его ребенок не будет жить, как нищий.

– Нет, – качаю головой, чувствуя, как предательская слеза течет по щеке. То, что она говорит, ужасно, но именно по этой причине я к Богдану и не обратилась за помощью, я боюсь. – Я работаю, буду хорошо о Соне заботиться. Буду ее любить, как никто. Я ее настоящая мама.

– А он ее отец.

– Зачем это тебе? – растерянно смотрю на Милану.

– В прошлом году я сделала аборт, – по ее лицу проходит рябь недовольства. – Прогнозы врачей неутешительные.

– Зачем? – мои глаза расширяются от шока.

– Не от каждого мужчины хочется родить ребенка, – ее губы кривятся.

– Мне жаль, что у тебя так вышло, но Соню я не отдам, – говорю твердо.

– А какие еще у тебя варианты, Люба? Ты останешься здесь в шикарных условиях, Соню прооперируют, я запишу ее на себя, поживу тут первое время и никто ничего не узнает. Ты только подумай – любящие отец и мать! У нее будет идеальная жизнь, о которой рядом с тобой она и мечтать не сможет. А ты восстановишься, получишь приличную сумму на счет и начнешь жить так, как хочешь. Встретишь хорошего парня, родишь ему здорового ребенка. Разве ты не хочешь себе такую жизнь? Подумай хорошо.