Глава 16

Мне уезжать через час. А Милана все медлит, ходит по гостиной. Словно чувствует, что что-то вот-вот должно случиться. Есть у нее какой-то внутренний радар на неприятности. Наверное, именно он и помогает ей проворачивать все темные делишки.

Не позвони мне Саша, не расскажи, я бы с помощью Миланы все глубже и глубже погружалась в отчаяние. Врачи бы добивали новыми подробностями и осложнениями. Кто знает, до чего бы я дошла в желании вернуть моей Сонечке здоровье.

– Я спать, – зеваю, наблюдая за Миланой в блестящем коротком платье. И охота ей каждый день по клубам таскаться. Мне бы давно надоело. Бросаю на диван книгу, которую пыталась читать последние два часа и встаю на ноги. – До завтра.

– До завтра.

Запираюсь у себя. Перевожу дыхание и стираю пот, выступивший на лбу мелкими бисеринками. Я себе сейчас напоминаю героя какого-нибудь боевика или триллера. Обман, побег, злобный антигерой похожий на тебя точь-в-точь. И ребенок, которого хотят отнять.

– Тише, Сонечка, все хорошо, – поглаживаю животик. Он с каждой неделей становится все больше.

Осторожно отодвигаю штору, чтобы проследить, как Милана покидает дом. Она подходит к роскошной спортивной тачке, подъехавшей прямо к входу.

Оборачивается на мои окна. Я холодею от страха быть пойманной, но успокаиваю себя. Вечер, свет я включила в ванной, а не в самой спальне. Милана не может меня видеть.

Из машины выбирается высокий молодой парень и обходит капот. Он что-то говорит Милане, касается ее рук, целует в щеку.

– У них точно что-то есть, – до меня доходит. Слишком свободно он ее касается, а Милана так и льнет. Получается, она по клубам не просто танцует. Она Богдану изменяет.

Зачем тогда Милана замуж за него выходила? Зачем ей мой ребенок, если в приоритете вот это?

Парень открывает для нее дверь и помогает забраться в салон. Машина уезжает, оставляя после себя затихающий шум спортивного мотора.

Потихоньку выдыхаю, радуясь, что первая часть плана реализовала – Миланы рядом нет. Теперь нужно потихоньку выйти из дома, сесть в такси и уехать в аэропорт. Сложного ничего, я еще пару дней назад установила приложение на телефон, перевела все надписи, потому что оно было только на итальянском и английском. Приеду домой и точно начну учить язык на всякий случай. Английский лишним в жизни не будет.

Приложение показывает подачу машины через пятнадцать минут. В Римини никто жить не торопится.

Накидываю на плечи легкий кардиган. Теплая кофта и джинсы с кроссовками лежат в отдельном пакете, чтобы я переоделась по прилету в Москву.

На телефоне напряженно слежу, как двигается значок машинки к моему дому. Надо идти.

В доме, кроме меня, сейчас находится три человека. Повар, горничная и Нина, она управляющая виллой. Ни с кем из них не хочу столкнуться. Что если Милана приставила их присматривать за мной? Такое точно может быть.

Потихоньку выскальзываю из комнаты, держа в руках небольшой чемодан и пакет с вещами. Прислушиваюсь к звукам дома, пытаясь уловить шаги или голоса.

Со стороны кухни доносится тихий приглушенный смех. Это повар с горничной флиртуют.

Хорошо, минус два. Кухня находится далеко от входной двери, так что эти двое меня не заметят.

Крадусь дальше, пока не дохожу до конца коридора. Мне осталось пересечь ярко освещению гостиную и выскочить на улицу. Мелкие быстрые шаги, случайно задеваю чемоданом столик с цветочной композицией, и ваза летит на пол.

– Черт, – жмурюсь, загнанно оглядываюсь и быстро бегу на выход. С животом и поклажей чувствую себя неповоротливым слоником в посудной лавке.

– Люба, mio bene* (моя хорошая). Что случилось? – встревоженная Нина появляется со второго этажа со стопкой белья в руках.

– Ничего, – прячу за спиной вещи и пячусь на выход.

– Вы уезжаете? – она замечает чемодан. Кладет вещи на диван, спешит ко мне.

Кусаю губу, глядя в большие и встревоженные глаза Нины. Она всегда была ко мне добра, помогала. Не может она оказаться Миланиной купленной подручной.

– Вы же ей не скажете? – делаю еще шаг назад. Пальцы до боли сжали ручку чемодана. – Пожалуйста.

– Я слышала утром, – Нина подходит совсем близко, касаясь моей руки. Доверительно шепчет. – Она хочет, чтобы вы ребеночка своего ей отдали. Не мое дело, но неправильно это. Какая из этой stupida puttana мать?

– Я и не отдам, – нервно сглатываю, оборачиваясь на дверь, – вы только не говорите ей пока, что я уехала.

– Не скажу, – Нина сжимает руки на груди в молитвенном жесте, – наградил же вас бог сестрицей. Ай-яй-яй. Diavolo.

Не сестрой, но наградил, да…

– Спасибо, – выскальзываю из дома. Такси только подъехало, и я сразу ныряю в салон, – Buona sera, porta mi all'aeroporto, per favore, – читаю на дисплее телефона таксисту.

Машина плавно трогается. Везет меня вдоль красивых вечерних улиц Римини. За вынесенными на улицу столиками сидят туристы и местные, отовсюду доносится приятная музыка, смех. В некоторых местах даже танцуют.

Поистине прекрасное место и несмотря на ужасные обстоятельства, из-за которых я оказалась здесь, я бы вернулась.

Когда Соня подрастет, она должна увидеть эту красоту. Ребенок – это такая ценность, для него хочется горы свернуть. Дать все самое лучшее, что только возможно. Подарить весь мир, поделиться всем, что знаешь, видел, пробовал.

Только пройдя паспортный контроль в аэропорту, я успокаиваюсь. Никто за мной не гнался, я в безопасности. И мое солнышко Соня, тоже.

Дорога обратно проходит в экономклассе. С моим токсикозом, который опять вернулся, прошла она выматывающе.

– Дома, – счастливо смеюсь, ступая на землю с трапа самолета. На улице прохладно, сейчас утро. Участливый пилот, покинувший салон так же, как и я, после всех пассажиров, помогает мне с чемоданом. Он в возрасте, у самого внуки. Пока мы доходим до выхода из аэропорта, успевает рассказать мне полжизни и нажелать крепких нервов и здоровья.

Благодарю его за помощь, машу на прощанье рукой.

На небольшой стоянке недалеко от входа пассажиров ждут три машины. Красная мазда с подбитым крылом точно за мной.

– Привет, – заметив меня, Костя выбирается из машины. Отбирает чемодан и забрасывает его в багажник. – Там Сашка тебя ждет, садись.

– Сашка, – с ходу обнимаю подругу на заднем сиденье, – спасибо за помощь, – по моим щекам льются слезы. – Если бы не ты…

– Люба, прекращай, а то я тоже заплачу, – всхлипывает на моем плече.

– Потоп не устройте, – комментирует с переднего сиденья Костя.

– Чурбан бесчувственный, – шипит Сашка, – рули, давай.

– Ты записала? – оторвавшись от подруги, растекаюсь по сиденью. Устала после ночных перелетов, спать хочу. Но прежде, чем моя голова коснется подушки, я должна знать правду.

– Да, запись на УЗИ через час, – она серьезнеет. – В клинике просили взять все обследования и анализы, что есть.

– Взяла, – сжимаю в руках сумку, – и таблетки, которыми меня пичкали, тоже.