Глава четырнадцатая

Эленья мела, а я держала металлический совок.

– Айсир никогда не бил посуду со злости. Что вы ему сделали? – шёпотом спросила служанка, косясь на разговаривающих мужчин.

– С чего ты взяла, что я ему что-то сделала и он разозлился? – удивлённо усмехнулась в ответ.

– Ну… – Эленья замялась. – Он так смотрит на вас… будто хочет съесть.

– Разве он не на всех так смотрит? – отозвалась иронично и, взяв крупный осколок, закинула его в совок. Но не слишком удачно… – Ай! – отдёрнула руку и прижала к себе. Из пальца сочилась кровь.

– Что там у тебя? – волк мгновенно оказался рядом, широко раздувая ноздри. – Дай посмотрю, – схватил меня за запястье и не слишком-то церемонно поднял на ноги.

– Ты ещё и неуклюжая, – хмуро добавил он.

Эй! Где это я неуклюжая? Просо порезалась, с каждым могло…

– Ой… – тихо пискнула, изумлённо глядя волка.

Его тёплый влажный язык осторожно прошёлся по порезу, слизывая кровь. Губы мягкие… горячие. Зачем делать это столь нежно и эротично?!

Судорожно сглотнула и попыталась отдёрнуть руку, но волк предупреждающе рыкнул, не выпуская мой палец из плена своих губ и языка.

– Ну вот, – произнёс непринуждённо, не замечая на себе поражённых взглядов. – Будь осторожна в следующий раз, – отпустил руку и повернулся к Раиру. – Чего застыл? Работы совсем нет? Уже отчёт по собранию Совета подготовил?

– Да, мой сир, сейчас всё будет, – засуетился Раир, смотря недоверчиво то на волка, то на меня.

Я же хлопала глазами, любуясь совершенно целым пальцем. Даже следа не осталось.

– Потрясающе… – тихо выдохнула и вскинула руку на свет. – Просто невероятно! А вы любые раны заживляете? Только себе или всем? А если вас ранят в зад, например, тогда…

Эленья испуганно сглотнула, побелев, и сгинула, прихватив уборочный инвентарь. Раир же обречённо прикрыл глаза, а вот волк… Волк угрожающе наступал.

– Не вздумай болтать об этом… – вкрадчиво процедил он мне на ухо.

По тему разбежались мурашки, и я почему-то совсем не испугалась. Наоборот. Захотелось, чтобы он шептал так как можно чаще…

Ужаснулась собственных мыслей и отпрянула.

– О чём болтать-то? – невинно похлопала глазками, сторонясь волка. – Ничего ведь не произошло, верно? Давайте уже ко сну готовиться…

Может, у них зализывание чужих ран какое-то священное таинство? Что за реакция странная?

– Верно, – хладнокровно произнёс Раир. – Вам, мой сир, во избежание слухов и усугубления сложившейся ситуации лучше вернуться в свои покои.

Хант ответил тяжёлым взглядом.

– Ты указываешь мне? Уже все дела сделал? – невозмутимо заявил он и расстегнул ворот рубашки. Взялся за рукава, но тут в дело решила вмешаться я.

Сначала он женит меня, точнее замуж выдаёт, без моего согласия, а теперь спать здесь собирается!..

– Простите, айсир, но я с Раиром солидарна, – ободряюще улыбнулась советнику и встретилась с прожигающим взглядом волка. – Нас уже застали в… гм… пикантной ситуации. А что, если кто-то узнает, что вы здесь спите? Представляете какие слухи поползут?

– Кто может узнать? – раздражаясь, огрызнулся волк. – Ночью сюда никто не явится. Выставлю охраню под дверь.

Ага, хитренький какой…

– А как же нормы приличия? Я почти замужняя девушка и не могу спать в одной кровати не своим женихом.

Волк опешивши моргнул и покосился на Раира.

– На что ты намекаешь? Хочешь спать с Раиром?

– Ну… – протянула хитро. – Мне бы не хотелось до свадьбы… – как не засмеяться только?.. – Но если хотите, вы можете оставаться здесь с Раиром, а я пойду в ваши покои. Так и быть, уступлю на ночь своего жениха…

Глаза волка вспыхнули жалящим огнём.

– Так всё… – прорычал он, снимая сапоги. – Ты, – указал на Советника, а потом на дверь. – За работу.

Раир нервно икнул, поклонился, метнул в меня многообещающий взгляд и испарился.

– А ты… – хищник перевёл взгляд на меня. – В кровать, живо. И молча. Чтобы ни звука.

– А если…

– Если пикнешь… – волк красноречиво дёрнул бровями. – У меня был тяжёлый день, прояви уважение. И назови хоть одну причину, почему я тебя ещё не выкинул за ворота? – ворча стянул рубашку, штаны, оставшись в кальсонах и забрался под одеяло.

– Может, вы мазохист? – протянула задумчиво и начала снимать платье. – Вам просто нравится причинять себе душевные страдания, не можете без трудностей в жизни?

– Я без них прекрасно жил, – скептически отозвался волк, не сводя с меня взгляда. Хоть бы постеснялся. Хотя, чего ему? В белье он меня уже видел, а тут рубашка всё-таки…

Повесила платье в шкаф и подошла к кровати.

– Может, подвинетесь хотя бы?

Волк криво усмехнулся и откинул одеяло, не собираясь отодвигаться ни на миллиметр. Гад хвостатый…

– Вервольфом вы мне нравились больше, – проворчала мстительно и обошла кровать с другой стороны. Не на ту напал.

Подняла уголок одеяла, намереваясь лечь с самого края, как меня резко дёрнули и утянули в кровать. В одно мгновение я была развернута и прижата спиной к горячей груди, в которой мощно стучало сердце.

– Лежи смирно, поняла? – волк уткнулся носом в мой затылок, тяжело вдыхая. Руки обвили талию, сдавливая.

Господи, он так все внутренности из меня выдавит!

– Обязательно рычать на меня каждый раз и приказывать?

– Р-р-р… – раздалось в ответ.

Печально вздохнула и расслабилась.

Нет, это чертовски странно, но сейчас явно не время для заговоров. С мужчинами и так непросто, а уж с мужчинами-волками!..

Постепенно хватка ослабла. Дыхание Ханта выровнялось. Я смогла осторожно выбраться и полюбоваться им спящим.

Усмехнулась и осторожно убрала серебряно-чёрные пряди со лба.

Красивый… Не только красивый, но и мужественный. А ещё…

Перед внутренним взором вспыхнули воспоминания того, как он облизывал мой палец. Живот скрутило сладкой негой, и я едва смогла сдержать стон.

Просто… мне девятнадцать. Мне нравились мальчики, я целовалась, но таких ощущений не было. И это, наверное, не очень хорошо…