Глава 10. Освобождение
Кин
«…ив и слы…»
«…уйста, бу…»
«…щи меня! Нел…»
Троя?!
От неожиданности осознания я замер, блокируя иные источники сигналов и сосредоточиваясь на том, единственном, которого не ждал. Толща земли над подземным лабиринтом так удачно обнаруженных пещер, которые мы изучали и одновременно осваивали, не мешала воспринимать происходящее снаружи. Однако голос Трои по-прежнему рвался, видимо из-за близости кристаллического леса, разросшегося над экранирующей породой. И потому воссоздать полную картину происходящего было сложно.
Послушное тело действовало в синхронном ритме, получая информацию об окружающем пространстве с помощью имеющихся у него органов чувств. Но при мысли о Трое и оно начало сбоить: сердце забилось быстрее, дыхание участилось, слух и вовсе подвёл, перестав доносить до меня шорохи шагов собратьев. И моя оболочка, и моя сущность сейчас концентрировались на одном – звуке голоса добычи.
Но почему я вообще слышу её? Ведь женщина должна быть в зиянии со Щегом, Риш и другими. Но нет… она определённо в одном со мной временном пласте, раз до меня долетают обрывки её мыслей.
Несомненно – что-то пошло не так, раз я её слышу…
«Враг активизировался, – в тот же миг сообщил Риз, укрывшийся наверху как наблюдатель. – Огибая лес, к равнине движутся два транспортника. Их сопровождает шесть штурмовиков».
Предсказуемо – розовое светило только что ушло за горизонт, а голубое вот-вот готово взойти. Мы были готовы к этому. То есть я был готов ко всему, кроме вот этих внезапных мыслей моей добычи, которые обрывались на полуслове, не позволяя вычленить смысл. И самое главное – не давали возможности сориентироваться и определить местоположение Трои.
Почему я слышу только её и нет никаких признаков присутствия собратьев? Что с группой, которая должна была укрыться в зиянии?.. Её одну или их всех захватили преследователи? Другой версии у меня не возникло.
«Поднимаемся на поверхность!» – краткий приказ, и все эдаити без мысли о протесте следом за мной и Оршем покинули подземные укрытия, в которых провели ночь.
Самую напряжённую ночь с момента аварийного приземления на планету. Пусть с вечерним появлением розового светила преследователи отступили, но мы продолжали контролировать происходящее снаружи. Окружающая темнота и прохлада подземных полостей этому лишь способствовали – не на что было отвлекаться.
Мы не испытывали особенной надобности в дополнительной защите, но приняли решение воспользоваться этими странными полостями. Постоянное движение, когда час за часом приходилось бы уворачиваться от выстрелов на поверхности, не было особой проблемой при скорости наших тел, тем более когда есть возможность мгновенного коллективного общения, а те из нас, кому она недоступна, в безопасности в зиянии. Но на беспрерывное движение тратится много энергии, а нам необходимо было её сберечь. Этот момент новой материальной жизни пришлось учитывать, ведь возможности спокойно добыть пищу и восстановить потенциал оболочек может долго не подвернуться.
Поэтому мы дружно решили использовать полости: на эту ночь исключительно как временное укрытие, а в дальнейшем как объект для изучения. Очень уж любопытным оказался этот подземный лабиринт. Укреплённый, с несколькими дополнительными выходами кроме того, которым мы воспользовались первоначально.
«Стены гладкие…» – пришла невозмутимая мысль Орша.
Прежде чем устремиться на поверхность, все мы на доли мгновения сосредоточили внимание на подземной пещере – одной из нескольких, уходящих в недра планеты. Подобно Оршу, прежде чем сделать шаг к выходу, я коснулся ладонью ближайшей стены, инстинктивно направляя небольшую волну энергии – привычка прощупывать всё сознанием эдаити осталась в нас и с обретением материальности.
Да, гладкие стены – об этом сознанию сообщили рецепторы кожи, отреагировавшие на соприкосновение. Что до энергетического щупа…
«Несинхронная вибрация», – подобно собратьям, уловил я резонирующий отклик на свою поисковую волну. И они тут же дополнили:
«Множественная пульсация».
«Похоже на жизненную энергию?..»
«Глубже…»
Мимолётом, сосредоточенные на происходящем на поверхности, мы просто отметили этот факт: что-то есть в недрах подземных пещер под нами. Что-то, обладающее жизненной энергией. Что? Возможно, очередные подземные «горы»? Или «черви»? Сейчас важнее было сосредоточиться на происходящем на земле. Ведь там находилась Троя!
Оказавшись на холме, мы рассредоточились, занимая позиции, удобные для возможной атаки или манёвров уклонения. Воздух, ставший холодным за ночь, осыпал нас белыми крупинками, которые Троя назвала «снег». Пора ультразвука прошла – розовое светило закатилось за горизонт, а голубое готовилось взойти. Небо, всё ещё тёмное, медленно светлело – по суточным ритмам этой планеты скоро наступит полноценный день.
Вопреки ожиданиям, враг нападать не спешил. Штурмовые корабли неподвижно висели, расположившись между нами и транспортниками, замершими над относительно ровным, открытым пространством между двух холмов. Место отлично просматривалось с возвышенности, на которой мы расположились.
«Что они делают?» – высказал общее наблюдение за манёврами противника Хем. Казалось, что враги потеряли всякий интерес к месту, где мы укрылись.
Оба транспортных корабля, как и накануне, опустились практически до земли. Один из них раскрыл нижний люк и сбросил вниз платформу. Ту самую, готовую трансформироваться в энергетические клетки, – мы все без труда опознали это устройство.
«Опять?» – выразил общее недоумение Зак: всех нас повторение вчерашнего насторожило.
«Противник не понял своих ошибок? – удивился Шох – Мы ведь уничтожим эту платформу так же легко, как те, что были сброшены вчера».
«Они повторяются, – обобщил наши наблюдения Орш. – Это или признак глупости, или новая ловушка, замаскированная под старую, в расчёте на то, что мы её не разгадаем?»
«Вероятнее второе», – решил я и замер, вновь уловив близкое присутствие добычи.
«Ой, мамочки!» – резанул по сознанию панический вскрик Трои.
В тот же миг из недр второго транспортника на землю рухнула ещё одна платформа. А на ней, в самом центре, окружённая вихревыми потоками готовой вырваться из недр платформы энергии, скрючилась Троя.
Отличное зрение наших новообретённых тел позволяло мне и на таком огромном расстоянии отчётливо видеть малейшую черточку на побелевшем и искажённом диким ужасом лице женщины. Её губы двигались – Троя кричала!
Ей больно?! Тело дёрнулось – потребность оказаться рядом с добычей возобладала до того, как я понял: ей, скорее, страшно.
«Что с остальными? – Ладонь Орша опустилась на плечо. Я чувствовал напряжение, с которым он всматривался в моё лицо, зная о моей способности «слышать» добычу. – Риш?..»
Вот! Непривычная черта материального существования – мы стали выделять объекты, имеющие для нас особое значение. И во всех случаях это были… женщины! Ну или эдаити, но неизменно антиподы по полу – в женских оболочках. Закономерность?
«Не слышу других…» – молниеносный ответ собрату.
Действительно: помимо моей добычи, никого из группы Щега не было. Почему?!
«Их всё же поймали?.. Нет! Живы!» – уже совершенно отчётливо донеслись до меня мысли Трои.
Женщина осознала наше присутствие. Увидела, поначалу вытянувшись на дрожащих ногах, всматриваясь в нашем направлении, затем рухнула на колени с каким-то мученическим полустоном-полукриком…
Опережая намерения сознания, моё тело исторгло громогласный рык, разнёсшийся по округе:
– Троя!
– Кин!
Вскрикнув в ответ, она немедленно поправилась, доподлинно не осознавая возможностей острого слуха, присущего нашим телам. Я услышал её, хотя слышать её мысленно было куда удобнее. Особенно сейчас, когда смятение и хаос из чувств и мыслей крайне усложняли понимание – женщина очень сильно переживала?..
Почти мгновенно я понял: из-за меня!
«Кин! Стой! Все вы – стойте, это ловушка. Меня сделали приманкой, они хотят… поймать вас, снова засадить в энергетические клетки, едва вступите на платформу… – Всё это залпом выстрелило в её сознании. Мысли метались так стремительно, что даже я с трудом успевал их фиксировать. – Вот гадство! – Было похоже, что добыча ругает себя. – О чём думаю?! С чего решила, что они пойдут? Должна первым делом пояснить про других амиотов. Кин? Их нет, они не с нами. Только я и Игерь попались, – она снова ругнулась в своих мыслях. – Вернее, сами пришли…»
Всё это, безусловно, имело значение: чем больше мы могли получить информации о действиях противника – тем лучше. Но состояние Трои мне не нравилось: зачем она так изнашивает своё тело, доводя себя фактически до исступления? Жертвует собой… ради меня?..
«Риш и другие – в зиянии, они выполнили всё в точности, как ты говорил. До них не доберутся, поэтому не подходите ко мне! Это ловушка! Ловушка!»
Последнее Троя мысленно почти вопила, повторяя на все лады. Всё полезное из сумбура мыслей добычи – новости о собратьях – я мгновенно ретранслировал Оршу и другим.
Появление Трои оказалось внезапным и несвоевременным – её присутствие осложняло наши манёвры, меня так и вовсе ослабляло, принуждая растрачивать время и энергию на защиту добычи. Это выбивалось из стратегии, что мы для себя выбрали: пока лишь уворачиваться, по возможности избегая прямых столкновений с противником, но, наблюдая и оценивая их возможности, вынуждать их тратить ресурсы. Условия планеты подходят нам больше, значит, измотать и ослабить преследователей – предпочтительнее. Логично было отталкиваться от этой данности. До того момента, когда я уловил близкое присутствие Трои…
«Кин, что ты творишь?! – Женщина заметила наши манёвры, имеющие целью приблизиться. Даже в мыслях её волнами растекался страх. – Проклятье! Не иди за мной! Не ко мне!»
Да, очевидно, что преследователи, желая навязать нам свою линию действий, задумали что-то, чтобы переломить ход событий. Сделав Трою приманкой, они угадали. Впрочем, случайности неслучайны: очевидно, что они руководствовались моим интересом к женщине. Откуда у них это знание? Игерь сказал?
Мы издали изучали капкан, готовый захлопнуться и отрезать нас от свободы. Были словно на ладони… Но всё это время штурмовые корабли, зависшие в неподвижности, сохраняли прежние позиции.
Выжидали? Чего же?
Я не понимал. Никто из нас не понимал. Единственный способ выяснить – проверить всё самостоятельно.
Атака, попытка уничтожить, загнать в угол или ту самую ловушку, о которой пыталась сообщить мне Троя, – это было бы логично и объяснимо. Но противник не торопился, словно точно знал – мы тоже не станем действовать, пока не проясним их намерения.
Оповестил он о них способом для нас необычным: между двумя кораблями развернулся голографический экран.
Возникшее на экране изображение меня не впечатлило – ещё один представитель чуждого нам мира. На фоне покрытой недавними взрывами дикой равнины это техногенное послание преследующей нас цивилизации смотрелось неуместно. Когда же незнакомец заговорил…
– Мы знаем, что вы нас понимаете. Поэтому рекомендую сначала меня выслушать, а потом действовать, иначе последствия могут оказаться не такими, на которые вы рассчитываете.
Совсем короткая пауза, видимо, чтобы убедиться – мы готовы его дослушать, и продолжение:
– Мы дали вам эти тела, без которых вашей участью был бы вечное забвение в плену «сырой» энергии. Мы же можем и лишить вас их! Вчера один из ваших собратьев погиб. Это наглядный пример того, что вы уязвимы. Этого достаточно для демонстрации наших возможностей? Или может точно так же погибнуть пленница, которую вы захватили на станции. А когда из зияний появятся женские особи – а рано или поздно им придётся это сделать, – мы уничтожим и их. Исход предопределён, любые ваши попытки сопротивляться – лишь небольшая отсрочка. Горстка амиотов не сможет противостоять сразу нескольким цивилизациям. Но нам не нужны лишние жертвы. Если вы сейчас без сопротивления спуститесь с холма и зайдёте в клетки, то все останутся живы. Наша цель – не уничтожение.
Усиленный техникой голос разносился над округой, я неожиданно осознал, что из груди моего тела вновь рвутся наружу странные раскатистые звуки. Вовсе не такие мягкие, которыми организм реагировал на близость Трои. Иные – жёсткие, резкие, не предвещающие ничего хорошего тому, кто сейчас окажется рядом.
Приходилось сдерживать привычную потребность сущности эдаити сокрушить противника, втянув в себя всю его жизненную энергию. Разум подсказывал: сейчас нет поблизости доступных объектов для подпитки наших сил. Минус ограничивающего и сдерживающего эффекта привязки к телам, увы.
– Обдумайте, мы даём вам немного времени. Но помните: единственный шанс для вас жить – это подчиниться.
Вот почему они не атакуют: важно пленить нас живыми.
«Он искренне верит в это? – презрительное замечание Орша на последнюю реплику зазвучало в наших головах. – Что мы ради пленницы войдём в клетки? Добровольно вернёмся в плен? И что исход предопределён?»
Безусловно, такой лёгкости в осуществлении планов мы преследователям не обеспечим. Скорее уж наоборот, будем противостоять им бесконечно долго, не способные оценить чужую логику.
«Они сделали выводы из нашего побега и вчерашней атаки, – спокойно констатировал я, мысленно примеряя к ситуации разные варианты развития событий. Для меня вопрос о том, нужно ли вернуть свою добычу или нет, даже не стоял. – Действуют на дистанции, не подпуская к нам тех, кем мы сможем восполнить растраченную энергию. А атакуй мы – это случится неизбежно».
«Возможности для нападения у нас нет – слишком высоко корабли, мы не способны летать и не доберёмся до них, – возразил Шох. – Не похоже, что сегодня будет наземная атака. Если хотим выманить их на поверхность – лучший вариант уходить вглубь подземных пещер. Если заполучить нас так важно – они пойдут следом».
Шох размышлял верно. Но я был намерен уйти с Троей – другого варианта просто не было в моём сознании. Собратья улавливали этот вектор, но пока не комментировали, ожидая разъяснений.
«Они угрожают и эдаити в женских оболочках!» — Зак отметил момент, особенно значимый для всех.
«В этом есть опасность, – согласился Орш. – Судьба укрывшихся в зиянии непредсказуема: где и когда они вернутся, мы доподлинно не знаем. Если врагу повезёт оказаться в нужном месте в нужное время, это приведёт к неизбежному столкновению».
Собрат, конечно, думал о Риш. Шансы эдаити в менее функциональных женских оболочках при контакте с преследователями значительно ниже. Но рассуждать о неведомом и гадать о том, что только может быть?.. Нет, мы так не умеем.
«Как почувствуем их, так и решим, каким образом действовать. Щег и другие тоже мгновенно ощутят близость врага и не станут лёгкой добычей», – выразил общее мнение Шох.
Мысли между нами вспыхивали и исчезали с такой скоростью, что вряд ли незнакомец, чье обращение нам транслировали, успел перевести дух. Непрерывные мысленные вопли Трои – не верьте им, оставьте меня, уходите сами, – я и вовсе игнорировал, отмечая как фон и подтверждение её текущей жизнеспособности, больше сосредоточенный на диалоге с эдаити. Решение по моей добыче было принято сразу, едва я ощутил её рядом, и обсуждению не подлежало.
Знал, что собратья поймут, пусть пока лишь с толикой недоумения отмечают моё целеустремленное желание вырвать Трою из плена. Потому подтвердил:
«Да, на данный момент они в безопасности. Но мою добычу заберём с собой. Она тоже часть нашей группы… – Я заблокировал общее восприятие, адресуя последнюю фразу исключительно Оршу: – Как Риш!»
Для всех нас этого было достаточно: если кто-то признавал пленницу частью общности, остальные принимали это – так происходит в нашей многомерности с новоявленными сущностями, таким оно останется для нас и в мире, куда мы попали. Признав среди своих значимость для меня Трои, я немедленно расположил к ней всех эдаити.
Сомнений у собратьев не осталось: раз одному из нас необходимо вернуть добычу – другие помогут. Так рассуждал бы и я на их месте. План того, как именно действовать, уже оформился в моих мыслях. Эдаити погрузились в оценку и распределение функций, принимая на себя свою зону ответственности: каждый из нас знал, что необходимо действовать сообща, во всём поддерживая других. Нельзя получить оптимальный результат, если нет слаженности и согласованности. А потому…
Потому мы начали действовать: разделились на две группы, которыми привычно руководили мы с Оршем, и начали спускаться с холма.
Утренний холод отступал, сменяясь дневным зноем. Двигались мы не слишком торопливо, скорее медленно, желая создать у врага нужное впечатление покорной исполнительности и смирения. Одновременно совершали неявные манёвры, чтобы разделиться.
Восемь эдати во главе с Оршем постепенно стали отставать, делая вид, что ранены, изнурены и не могут быстро идти. Кто-то поскользнулся на клочке мягких кристаллов, кто-то запнулся, преодолевая глубокую рытвину, оставленную взрывом… Неявно, но их продвижение замедлилось.
Остальные, которых вёл я, сохраняли прежнюю скорость, двигаясь к практически беснующейся Трое – женщина то подскакивала на ноги, хватаясь за голову, то плюхалась вниз, закрывая лицо ладонями. А уж как она вопила в своих мыслях…
«Маленькие корабли неотрывно следуют за вами, транспортники начали движение к платформам», – сообщил Риз, оставленный наблюдать за происходящим с вершины холма.
Острой необходимости в его контроле со стороны не было – каждому из нас достаточно бросить сканирующую волну, чтобы в один миг обозреть окружающее пространство. Но… мы берегли энергию. Для реализации замысла её потребуется много. К чему напрасно расходовать, если можно получить информацию об окружающем мире иным, менее затратным способом?
Тактический ход… Наше преимущество – внезапность и непредсказуемость. Враг не сможет просчитать наших действий просто потому, что они не укладываются в его понимание наших возможностей. А когда осознает, будет поздно…
«Кин, что ты делаешь, Кин?! Остановись, умоляю! Не надо! Уходи!»
Беспокойная женщина. Если подумать, её мысли никогда не бывали монотонно-размеренными. Сейчас же в голове Трои, следящей глазами за нашим приближением, нарастала паника. Даже отчаяние? Её мысли мне не нравились: чтобы нас вновь не захватили, она готова… погибнуть?
Слово со столь же загадочным смыслом, как и пресловутое «размножение», но ставшее более понятным после исчезновения Таса из навязанной оболочки. Оно вызывало отторжение и желание упорно противодействовать тому, что могло спровоцировать ту самую гибель Трои. Тело реагировало на это внутреннее состояние, – в горле вновь и вновь рождались перекатывающиеся гортанные звуки. Кажется, я начал догадываться, что они означали: недовольство.
Несмотря на протесты женщины, следовать её советам я не собирался. Она – моя добыча! Конечно, я её не отдам, не позволю украсть или забрать у меня.
Моя группа почти бегом, явственно спеша, первой подошла к платформе. Песок под ногами сменился запылённым искусственным покрытием, под которым скрывались наполненные энергией устройства. Бессмысленная попытка не позволить нам увидеть то, что содержит в себе энергию, даже если это и не живой организм. Когда-то для нас это вообще не играло роли…
– Кин! – едва я шагнул на платформу, обречённо всхлипнула Троя. – Ну зачем? Зачем?!
Она уже не делала попыток дозваться меня мысленно, отбросив намерение утаить наше одностороннее общение.
– Я обещал вернуться.
Глаза добычи ошеломлённо распахнулись, словно бы она не доверяла собственному слуху. Я же, отвечая Трое, одновременно действовал стремительно, чтобы успеть преодолеть разделяющее нас расстояние и оказаться с ней рядом до того, как сработают механизмы, рождающие энергетические прутья, и разделят нас на отсеки так же, как на станции. Важно было оказаться в одной «ячейке» с добычей!
Мои собратья обеспечили мне необходимые для этого мгновения – отвлекая внимание и заставляя противника медлить, они зашли в ловушку кучно позже меня, не одновременно переступив границу будущей энергетической клетки. Возможно, реакция у того, кто держал руку на пульте управления, запаздывала, или же преследователям важно было заполучить именно всех или пронаблюдать нашу с Троей встречу. Или причиной заминки стало несовершенство механических устройств в сравнении со стремительными рефлексами и движениями созданных для нас оболочек, только мне этого хватило.
– Троя!
Рванул добычу на себя, едва оказался рядом. Сгрёб в охапку, одновременно наблюдая, как под действием направляющего механизма пронзают воздух потоки энергии, формируя непреодолимую преграду и отрезая добровольных пленников от свободы.
Но внешне всё выглядело как полное осуществление планов врага: та группа, что двигалась со мной, оказалась пленена и разделена. Разрознена, разобщена, дезориентирована… Так полагал наш враг. Мы не спешили его разубеждать, покорно замерев там, где нас застали выстрелившие вверх потоки энергии.
– Задушишь, – тихо пискнула Троя.
Я не рассчитал усилия, с которым прижал женщину к своему телу. Её сердце билось в ускоренном темпе, пальцы рук крепко вцепились в мои плечи, взгляд с полубезумной лихорадочностью шарил по моему лицу. Реакция её тела противоречила словам, которые Троя говорила ранее: выходило, что она рада нашей встрече!
– Ты обманывала, – вслух спокойно отметил я очевидный сейчас и возмутивший меня факт.
Добыча, замедленно из-за внезапного ступора, сфокусировала взгляд на моих губах.
– Что?! О чём ты? – она выдохнула и сразу умолкла. Подняла голову и поверх моего плеча со страхом уставилась на медленно надвигающуюся на нас громаду транспортника.
– Когда просила не приходить за тобой, – спокойно пояснил я свои слова, тоже посматривая на корабль.
Вздрогнув, словно кто-то невидимый хлопнул её по затылку, Троя резко переместила взгляд на моё лицо. В её глазах сейчас отражалось то, что я уже научился с лёгкостью узнавать: недоумение и ужас.
– Проклятье! – с нервным смешком, исказившим губы, женщина прошипела мне почти в ухо. – Ты же не можешь говорить это всерьёз?!
«Чёртовы несмышленые младенцы с рефлексами киборгов, которых облапошить – как пирожок съесть», – билась непонятная мысль в её голове.
По всему выходило, что она была и рада, и не рада моему появлению. Как можно такое понять? Как вообще можно испытывать такие противоречивые устремления одновременно?
Не поняв сути её вопроса, я не собирался и отвечать. Неуловимо-гневное сопение Трои, которая явно пыталась совладать со своими страхами и усмирить дыхание, меня совсем не отвлекало. Привычно заинтересованный всем, что касалось поведения моей добычи, и обдумывая возникшую дилемму, я синхронно фиксировал действия и оценивал скорость, с которой вражеская техника опускалась. Транспортнику придётся сесть на поверхность планеты, иначе не поднять платформу с нами, а группа Орша ещё только подходила к расположенной рядом и скрытой пока платформе, двигаясь с отставанием.
«Приготовиться», – предупредил всех эдаити, хотя и знал – сейчас никто из них не позволяет себе отвлекаться. Концентрация на первом месте.
«До контакта с платформой… три… – начал отсчёт внешне запыхавшийся Орш, облегчая нам задачу, – два… один!»
Начали!
Всё свершилось молниеносно. Синхронно. С той же чёткостью, с которой шёл теперь уже прямой, а не обратный отсчёт.
Один…
Троя в какой-то непонятной ярости вскинула взгляд к небу, затемнённому подбрюшьем корабля, мысленно убеждая себя не призывать на головы «первобытных кретинов» – по всему выходило, что этими словами она обозначала нас, – всевозможные кары…
Импульсы от сознания эдаити, что направляли уже в совершенстве освоенные тела, устремились к клеткам, обеспечивающим выработку энергии и обмен веществ в наших оболочках. Невидимая волна жара прокатилась от кончиков ног до макушки, подтверждая готовность к переменам, – все мы приготовились к молниеносному переходу на «ускоренный» режим, когда будем двигаться на пределе скорости, едва заметные человеческому глазу. При побеге со станции военным ещё повезло, что мы тогда не могли в совершенстве управлять телами и координировать их взаимодействие с сущностью эдаити, иначе там бы вообще никто не выжил…
Транспортник опустился, распахнув створки днища и накрыв собой платформу, на которой мы стояли…
Группа Орша, только и ожидавшая этого, вместо того чтобы покорно ступить на второе устройство-ловушку, молниеносно перегруппировалась. Выпустив наружу сущности эдаити, собратья выплеснули из себя весь свой запас доступной энергии, вливая в накопители, и без того наполненные до предела в ожидании активации…
Мои эдаити поступили так же, атакуя дополнительным потоком силы энергетический каркас ловушки, что пленила нас…
Я, действуя на опережение, страхуясь на случай неминуемой активации, вытянул из ошейника Трои всю энергию, чтобы тут же окружить наши тела защитным коконом. Сам пострадать от волн растекающейся во все стороны силы не боялся, но за добычу опасался – тело женщины куда более хрупкое…
Два…
Обе платформы разорвало в клочья, когда переполненные аккумуляторы взорвались. Взрыв породил мощнейший вихрь, но наши тела успешно противостояли ему. Троя, едва успевшая опустить гневный взгляд вниз, взвизгнула от неожиданности и вжалась в моё тело, настолько молниеносными и непонятными для неё стали перемены. Это оказалось удобным, когда я тут же сорвался на стремительный бег, намереваясь переместить добычу в более безопасное место…
Собратья, и те, кто были с Оршем, и те, кто был со мной, вырвавшись из недолгого плена за контуры разрушенной платформы, бросились внутрь приземлившегося транспортника. Как и намеревались…
Три…
Настолько стремительно, насколько позволяли возможности оболочек, мои собратья рванули на абордаж, атакуя ставший доступным корабль. Абордаж – это слово, возникшее в мыслях ошеломленно наблюдавшей за происходящим Трои, – как нельзя лучше характеризовало захват приземлившегося транспортника. Последний не сделал и попытки взлететь – те, кто управлял им, снова не успевали реагировать на наши манёвры.
– Граш-ш-ш… – сипло выдохнула женщина на моих руках, очевидно только обретя способность говорить, но тут же смолкла, задохнувшись от зрелища прямого столкновения эдаити и её соплеменников. – Ох, нет… только не это…
Пополняя растраченные на разрушение клетки запасы, тех, кто вставал на нашем пути в рефлекторных попытках нас остановить, выпущенные наружу сущности эдаити выпивали мгновенно. Это было правильно – не мы напали первыми, они вынудили нас опустошить себя энергетически, теперь пришло время вернуть назад отобранное. Во всех смыслах!
– Нет, стойте! Остановитесь! – Троя билась на моих руках, силясь докричаться… До моих собратьев? Или до своих?
Последних здесь оказалось мало – безжизненные уже редкие тела проваливались сквозь раскрытый транспортировочный люк-днище, падали на местный желтоватый песок и оставались позади, пока все эдаити неуклонно и стремительно продвигались к кабине управления.
Я же, одной рукой удерживая колотящую меня в плечо и кричащую женщину, в пару прыжков оказался в недрах транспортника, другой рукой вцепился в скобы, служащие для фиксации грузов в отсеке. Поверхность под моей ладонью задрожала – наконец-то кто-то из противников сделал попытку запустить механизмы корабля, но он катастрофически опоздал с этой реакцией.
Прикрыв глаза, я сосредоточился, силой эдаити отслеживая происходящее вокруг и координируя наши действия с действиями захватившей корабль группы Орша. Полную картину получать всё ещё не удавалось. Возможно, из-за близкого присутствия леса, под покровом которого скрывалась экранирующая энергию порода.
– Кин! – заорала мне в ухо Троя. – Прекратите убивать!
– Да, – я спокойно согласился, прислушиваясь к состоянию собратьев. – Энергетический запас восстановили, больше добычи не требуется.
Паника, накрывшая ряды врагов, была заметна во всём. В том, как громко они орали, отдавая бессмысленные приказы. Как суматошно метался оставшийся десант в попытках уклониться от контакта с нами, облегчая задачу выдворения всех выживших на поверхность планеты. Подберут их свои или нет до наступления розового заката – не наше дело.
Другие штурмовые корабли, тоже реагируя нервно и запоздало, начинали стрелять и тут же прекращали, опасаясь разрушить свой собственный и, возможно, нужный им транспортник или уничтожить своих же соплеменников… Очевидно, что первоначальный план противника с треском провалился, а понимания, как действовать в сложившихся обстоятельствах, не было.
Но уже через несколько минут, за которые эдаити полностью завладели кораблём, транспортник содрогнулся от очередного огневого залпа. Стало ясно: решение принято, в отчаянии враги выбрали единственный доступный им вариант воздействия на нас – уничтожение собственного корабля.
Троя затихла, напряжённо сжавшись, поверх моего плеча наблюдая за последними, поспешно выпрыгнувшими на песок под натиском моих собратьев членами экипажа. Пленники сейчас стали бы обузой, а так… оставался шанс, что их близкое присутствие сдержит огонь противника. Впрочем, анализ предыдущих действий военных подсказывал: они с лёгкостью пожертвуют своими.
Прощупывая пространство силой сознания, я внутренним взором видел, как корабли готовятся к новому залпу. Одновременно, касаясь обшивки, сканировал недра нашего укрытия, выясняя, есть ли здесь устройства, что могут атаковать в ответ.
Увы. На транспортнике не оказалось ни орудий, ни даже силового экрана, которым можно окутать корабль, чтобы снизить урон. А прочность материала стен в сравнении с первым захваченным нами кораблём невысока.
«Нужно вернуться в подземные полости. Там им нас не достать», – решение пришло мгновенно.
Столь же быстро, как и последующие действия собратьев, взявших под контроль управляющие и движущие механизмы захваченного объекта. Все мы точно знали, что в этот момент нужно сделать.
– Военные стреляют… – воспринимал я и сиплый шёпот Трои, прижавшейся ко мне и вздрагивающей при каждом новом ударе огневого залпа по обшивке. – Как же те, кто снаружи?.. Они погибнут… Мы погибнем…
– Нет, – заверил я женщину насчёт последнего, продолжая концентрироваться на заработавших на полную мощность двигателях.
Им предстояло переместить махину транспортника к месту нашей сегодняшней ночёвки. Что в условиях прицельного обстрела сделать непросто – уж слишком неповоротливой оказалась летающая громадина. Стены грузового отсека под давлением огня плавились и рвались на фрагменты, разлетаясь по помещению. Скобы под моими руками шатались и дребезжали – каждый новый залп сопровождался изрядной тряской и приносил неизбежные повреждения. Свет мигал красным, сирены выли, мимо проносились то куски обшивки, то фрагменты крепёжного оборудования, грозя травмами Трое. Занятый наблюдением за противником, я неизменно отслеживал и состояние защитного поля, окутывающего наши тела, не допуская его истощения раньше времени.
«Скорость приближения к цели достаточна, чтобы оказаться над нужным местом до разрушения обшивки. Но сохранить технику не получится», – Орш, занявший рубку управления, сообщил самую актуальную информацию. Очевидно и по существу – собрата не изменила и материальность.
«Она нам не нужна. Слишком непрочная и негодная для сохранения и перемещения физических оболочек в космосе. Захватим крейсер, когда придёт время», – решил я, вновь и вновь бросая сканирующие волны, охватывая внутренним взором происходящее снаружи.
Окружившие транспортник, обстреливающие его корабли…
Огненные вспышки – одна за одной…
Риз, по-прежнему наблюдавший за боем из своего укрытия и дополнявший для нас картину боя…
Эдаити, рассредоточившиеся по кораблю…
Неспешно ползущий под днищем транспортника склон холма… Последнего, за которым равнина и…
«Все вниз!» — краткий приказ Орша, и скрежет натужно расползающихся створок искорёженного днища, которые тут же снесло очередным залпом.
– Закрой глаза, Троя.
Разжав пальцы, я рухнул в огненное облако вместе со своей добычей, дополнительно прижав её лицо к груди и перекрыв обзор – не было уверенности, что женщина выдержит зарево обстрелов и зрелище падения в пропасть. Вокруг полыхнуло, защитный кокон лизнуло яростное пламя: плазма – это та самая «сырая» энергия, которую невозможно в себя втянуть. Но благодаря защите вреда ни мне, ни Трое она не причинила. Куда больше неудобств доставила сила удара – прыгать пришлось с большой высоты. Мы рисковали, не будучи уверенными, рассчитаны ли на это тела…
От удара о землю Трою в моих руках вскинуло вверх. До этого момента глухо скулившая мне в грудь от волнения, она завопила во весь голос от ужаса. С силой притянув добычу к себе, осмыслил силу удара, едва не сломавшую кости ног, на которые я по возможности пружинисто приземлился. Но тут уже показала себя лучшим образом оболочка – материя выдержала.
Создатели наших тел перехитрили сами себя!
Такая отчаянная демонстрация физического превосходства словно подхлестнула ярость противника – выстрелы стали непрерывными. Только вот эдаити с невероятной скоростью и обострённым слухом новообретённых тел оказались проблемными мишенями – собратья неприметными тенями метнулись в стороны.
– Ки-и-и-и-ин! – голос Трои впервые звучал настолько высоко, что походил на непрерывное дребезжание.
Круговерть сражения и встряска за встряской определённо на неё повлияли. Но всё, что я мог сейчас, – защищать свою добычу, крепче прижимая к себе.
– Терпи. Ещё немного, – не вполне уверенный, что она меня расслышит, бросил быстрый ответ, увернувшись от разряда, пропахавшего землю рядом со ступнями.
Пара стремительных прыжков под нескончаемую канонаду взрывов, и я следом за собратьями нырнул в темноту ближайшей полости, спасаясь в уже знакомом подземном лабиринте. Сюда попадали лишь всполохи от огненных вспышек, а поверхность над нашими головами содрогнулась, осыпая песком, лишь когда транспортник, который мы покинули, врезался в землю…
Троя, почти окаменев от напряжения, вцепилась в мои плечи, слепо озираясь в темноте. Я же, как и все эдаити, видел все окружающие поверхности, но для меня в них не было ничего примечательного. Мы быстро, но осторожно спускались, уходя глубже по подземным переходам.
Какое-то время оглушающий грохот выстрелов нас ещё преследовал, но в итоге стих.
«Враг отходит, – донеслось сообщение оставшегося на поверхности Риза, – второй транспортник и шаттлы улетают на базу».
«Даже не попытались преследовать?» – Шох не сдержал разочарования, стычка на транспортнике только раззадорила азарт хищника.
«Им нечем атаковать. Десант в достаточном количестве они с собой не захватили, надеясь на успех шантажа и ловушки, а снаряды шаттлов пробить землю и достать нас не могут», – чуть раньше меня высказал верную мысль Орш.
«Но это временное отступление, они вернутся, и будет новая атака», – дополнил я очевидное: преследователи явились сюда за нами и так легко не отступят.
«К чему ждать? Ударим по ним первыми? Сейчас! – воодушевился Зак. – Можно перехватить инициативу и напасть, пока враг деморализован, восстанавливает силы и не готов к отражению атаки».
«Без способности к полёту? У нас не будет преимуществ», – резонно, приглушая его энтузиазм, парировал Орш.
Вот только меня куда больше воинственных планов заботило состояние Трои – сердце женщины всё ещё билось излишне учащённо, а сама она вела себя нехарактерно тихо. Сосредоточившись на шуме её крови, я вдруг уловил непонятный отдаленный звук… Шорох? Лёгкие шаги?..
«Тсс… Что это?» – послал сигнал спорящим собратьям, и все эдаити немедленно остановились, застыв на месте, прислушались.
Однако непонятный звук больше не повторился, а сканирующая волна вернулась ни с чем. Решив заняться этим позже, я решительно пресёк обсуждение заведомо проигрышной сейчас стратегии:
«Мы ударим позже, с утренним ультразвуком. Он заблокирует врага на базе, не позволяя выйти за её пределы. Защитный купол их лагеря – это ловушка, в которую они сами себя загнали. Нам лишь надо разрушить его. А пока необходимо дать отдых телам. Устраиваемся на ночлег».
Очередной проход привёл нас в широкую пещеру, где мы ночевали вчера. Сюда мы перетащили становившийся всё более скудным запас вещей, прихваченных с транспортника.
«Нис, возьми еду для Риза и отправляйся на поверхность», – развил мысль Орш, на случай непредвиденных действий противника оставляя снаружи наблюдателя.
Возражений не последовало – Нис тут же, прихватив нужное, повернул обратно. Другие эдаити быстро оценили преимущества моего предложения, сразу перейдя от разговоров к действиям – нам следовало подпитать ресурсы оболочки сном и материальной пищей…
«Спроси свою добычу про Риш, – пришла адресованная только мне мысль Орша. – С ним всё было в порядке перед провалом в зияние?»
«Позже», – заверил собрата, осознавая, что сейчас не время заводить об этом разговор. С Троей что-то было не так. В мыслях женщины царила непонятная пустота, как если бы она была без сознания, при том что я отчётливо видел её широко распахнутые глаза, устремлённые в никуда.
Как она воспринимает окружающую обстановку? Темнота, незнакомое подземелье, отсутствие еды, питья и места для отдыха… Для неё всё это выглядит… Пугающе?
«Нужен свет. Разведите огонь, – обратился я с просьбой к собратьям, желая развеять для Трои окружающий мрак. И тут же пояснил на дружное молчаливое недоумение: – Приготовим жареную еду из остатков мяса, и моей добыче так привычнее».
Шох и Зак сразу приступили к выполнению, осознав подоплёку моего странного желания.
Горючие пластины, что использовал Игерь, имелись в наличии. Несколько минут, и посреди облюбованной нами пещеры засверкал огонь.
– Троя?
Осторожно спуская с рук и устраивая женщину на камне поблизости от костра, заметил, что её взгляд приобрел осмысленность, сфокусировавшись на язычках пламени. Чуть расслабившись, она медленно выдохнула:
– Ч-что?
– Тебе страшно?
Отличительная черта этой женщины: она неизменно пугалась и переживала. Но меня это скорее забавляло, чем раздражало…
– Немного, – с заминкой подтвердила Троя очевидное. – Когда мы рухнули в… яму, я подумала… – она снова замялась, сделав глубокий вдох. – Это как быть живьём замурованным в могиле… жутко.
Моя догадка оказалась верна: в темноте добыча чувствовала себя неуютно.
– Троя хочет есть? Пить? – Не поняв смысла её слов, я переключился на более привычные уже потребности. Возможно, за рутинными занятиями она оживится?
Отойдя к контейнерам с запасами пищи, женщину из вида не терял.
– Не знаю, – довольно вяло отреагировала добыча. Обхватив себя руками за плечи, неожиданно тихо позвала: – Кин?
– Я тут. – Подхватив последнюю, оставшуюся нераскупоренной бутылку с водой, сразу вернулся к Трое.
– Можешь… посидеть со мной?
Сердце женщины всё ещё билось часто. Устроившись рядом, я протянул воду.
– Попей.
Потворствуя глубинному порыву, обхватил рукой её плечи, притягивая к себе. Троя выглядела как-то надломленно – измученной и беззащитной, чем провоцировала у меня потребность… прикасаться. Рука взметнулась вверх, устроившись поверх головы добычи, и плавно заскользила вниз по спутанным волосам. Чуть зарываясь кончиками когтистых пальцев в копну женских волос, я старался осторожно распутать эти невесомые узелки, разглаживая прядки. Такое увлекательное занятие!
– Я должна что-то сделать? – голос Трои звучал напряжённо, в руках она теребила бутылку, не отводя глаз от огня. – Рассказать детали? Сведения о военных?
Никакого желания делать предложенное в ней не чувствовалось. И это я понимал – все мы понимали. Тишину в пещере нарушал только треск огня и наш шёпот – собратья, кто не устроился для отдыха, а занимался приготовлением белковой еды, делали всё бесшумно.
– Расскажи об эдаити, с которыми вы с Игерем ушли. Риш, Щег и другие? Они не встретили на пути опасностей?
Конечно, наш разговор слышали все. Другое дело, что только сейчас он заинтересовал остальных эдаити. Орш так и вовсе затаил дыхание.
– Нет, только о вас волновались: доносилось очень много отзвуков взрывов. Риш очень смелая, – Троя неизменно воспринимала нашего собрата и других подобных как особей одного с собой пола, реагируя на внешнее впечатление от оболочек. Это уже становилось привычным, не вызывая прежнего отторжения: раз эти тела уступают функционально, нам придётся их выделять. Пусть будут эти материальные разделения – мужчины и женщины. – Поддерживала нас с Игерем и, когда военные, наводнившие лес, оказались совсем близко, одна из последних, держась за руку Щега, шагнула вместе с ним в зияние.
Добыча, конечно, этого не заметила, но на последних словах Орш в отдалении тёмного угла вскинулся, сверкнув глазами и не сумев полностью подавить такие знакомые мне раскатистые звуки, рождающиеся в груди. Он не обрадовался услышанному. Вспомнив уединение с Троей в зиянии, я его понял – не хотел бы оставить её там с другим. Почему представил это только сейчас?
– С тобой плохо обращались военные?
Вопрос имел совсем иную цель. Отвечая, Троя начала невольно думать о произошедшем, позволяя мне получить представление о событиях вчерашнего вечера и сегодняшнего утра. Особенно я для себя отметил промелькнувшие детали внутреннего обустройства и организации лагеря, поведение Игеря и облик лидера преследователей.
«Не человек… – вынесло уверенный вердикт сознание эдаити. – Кто-то чуждый в подобно нашим искусственно созданном теле? Интересно…»
– Н-н-нет, – ожидаемо неуверенно отозвалась добыча. И уже сама задала вопрос: – Так у вас был план? Вы не просто так бездумно заявились за мной?
– Захватить себя не позволим. Мы знали, что заберём тебя и уйдём, – подтвердил я догадку, убирая за ухо женщины несколько прядок, соскользнувших на лицо. При этом подушечки пальцев чуть задержались, поглаживая её по мягкой щеке. Вот такие неведомые прежде порывы провоцировало близкое присутствие добычи.
– Понимали, что там ловушка?
– Да.
Ноздри Трои затрепетали, реагируя на растекающийся по пещере аромат жареного мяса. Невольно сглотнув, она подтвердила мои подозрения: её не удосужились накормить в плену. Это нисколько не добавило мне терпимости в отношении преследователей!
Осторожно высвободив ладонь из женских волос, одним движением оказался на ногах и отправился за едой для своей добычи. Голодать ей не позволю! Рядом со мной Троя всегда будет обеспечена пищей.
– Ешь.
Едва первый готовый кусок мяса оказался в её руках, как Троя буквально накинулась на него, демонстрируя повадки голодного эдаити. Мне же захотелось немедленно переловить в этом лагере всех, начиная со странного лидера и заканчивая последним воякой, и выпить всю их жизненную энергию!
В материальном теле, это, увы, нереально. Если только… растянуть удовольствие надолго?
Впрочем, вспомнив реакцию Трои на сегодняшнее столкновение собратьев с военными, понял, что не обрадую её своим аппетитом. А хотелось именно радовать…
От неожиданной мысли я сам встрепенулся, словно ощутил невидимый хлопок по затылку.
Вот это новость!
В полутьме, наблюдая за тем, как, едва жуя, добыча глотает куски жареного мяса, сам ощутил голод. Только вот совсем не материальной пищи мне сейчас хотелось… Скрытый за сомкнутыми губами язык задвигался, реагируя на сильнейшую потребность смахнуть мясной сок с губ и подбородка женщины.
Сдержать порыв я и не подумал. Улучив момент, когда Троя, проглотив очередной кусок, потянулась за другим, перехватил её подбородок. Миг – и к приподнятому лицу устремились мои губы.
Смакуя, поначалу медленно, подбирая каплю за каплей, мой язык очертил контур женского рта. Троя замерла, глаза её широко распахнулись, а зрачки расширились. Сердце добычи вновь затрепетало, но совсем не так испуганно, как билось недавно. Она медленно выдохнула, позволяя мне ощутить жар своего дыхания…
Глаза закрылись сами собой, усиливая концентрацию на ощущениях. Так… вкусно… В практическом смысле вкусно…
Мои губы, отринув недавнюю осторожность, уверенно пленили рот Трои. Вкус добычи смешался с привкусом мяса. Мягкость и податливость женских губ совершенно обезоружили – вдруг я сам впал в забытьё, перестав слышать и реагировать на окружающий мир. Только прикосновения. И поцелуй…
Стоп!
Что это? Что насторожило? Снова этот отдаленный звук. Шорох? Точно шаги!
С ощущением разочарования резко отстранившись, я замер, прислушиваясь к сигналам тела. Острый слух позволил уловить едва слышный скрежет камней друг о друга. Словно по ним кто-то ступал!
Бесшумные в своих действиях, вскинулись все эдаити, реагируя на звук. Лишь Троя, наконец расслабившись после еды и поцелуев, безмятежно смотрела на меня, не подозревая о приближении… Кого?
Действовать с шумом и суетой – не про эдаити. Все мы приготовились к встрече с любой угрозой, но внешне это никак не проявлялось. Мне же и вовсе не хотелось напугать Трою резкими необъяснимыми манёврами, она только-только успокоилась.
Сканирующая волна, которую я, как и остальные собратья, направил в сторону источника шума, вернулась со слабым отражением… нечёткой пульсации. Никакой конкретики, нечто непонятное. Но! Мы такую уже ощущали прошлой ночью, когда пытались «прощупать» эти ходы. В тот момент изучить её возможности не было, но сейчас…
«Что это? Слабый след какой-то жизненной энергии? Той самой?» – высказал общее недоумение Зак.
«Слишком слабый для таких шагов…» – возразил Рух.
С этим все мы были согласны: слух уверенно подсказывал – приближается достаточно крупное существо. Но как оно может иметь настолько незначительный энергетический потенциал?
Синхронно мы впились глазами в тёмный проход, оттуда ощущался слабый поток энергии. Существо даже если и кралось, то безуспешно – его выдавало дыхание. Да и шаги раздавались всё отчётливее, позволяя определить, что оно… двуногое, судя по ритму.
Троя наконец заметила, что общее внимание сконцентрировано на дальней стороне пещеры, и тоже обернулась, щуря глаза и старательно всматриваясь.
– Что там? – её шёпот был единственным в тишине пещеры. Именно поэтому прозвучал громко, эхом отразившись от стен. Тут же она озвучила и первое предположение: – Хищник?!
– Не дум… – начал было я и осёкся, увидев наконец незваного визитера.
Что?! Откуда?..
Из темноты на зону, слабо освещённую догорающим костром, но всё же дающим достаточно ещё света, чтобы и Троя смогла увидеть, ступила нога…
– Ой… – резко вскрикнула моя добыча, от изумления замерев на месте и выдохнув уже тише. – Кто-о это?
В следующую секунду, не отрывая взгляда от так неожиданно появившейся перед собой особы, Троя заёрзала, сдвигаясь назад.
«Галлюцинации?! Что за ерунда?! Кто это вообще? Аборигенка? Местная раса гуманоидов? Почему тогда выглядит совсем как человек? И откуда здесь взяться человеку?» – хаотично метались в её голове мысли, выдавая абсолютную растерянность.
«Женщина!» – обменялись мы с собратьями коллективным выводом, продолжая спокойно наблюдать за происходящим – пока никаких агрессивных сигналов существо не подавало.
Это точно была женщина. Подобная Трое физически, разве что со значительно более изношенной оболочкой. Все мы с одинаковым непониманием рассматривали визитёршу: откуда она здесь? Даже если предположить коварный манёвр противника, как она смогла приблизиться с внутренней – глубинной – стороны?
«Риз, – Орш уже подстраховался, – никакой активности преследователей поблизости не заметил? Возможно, небольшая, внезапно пропавшая из вида группа? С… женщиной в составе?»
Наши ментальные щупы не зафиксировали других входов и выходов из этих подземелий, но и визитёршу мы обнаружили слишком поздно… За этим снова крылось что-то, способное нейтрализовать силу сознания эдаити?..
«Нет, ничего такого, – собрат ответил мгновенно. – Никто не приближался!»
Ещё странность – одежда на незнакомке была не из ткани, а из какого-то иного… тёмно-бурого материала? Именно она блокировала наши исследующие пространство сканирующие волны, выдавая лишь слабый отклик жизненной энергии от неприкрытых участков тела – лица, шеи и кистей рук.
Теми же вопросами были озадачены мои собратья – я чувствовал их попытки разобраться и понять необъяснимое. Однако строить предположения, не имея данных, – бессмысленно, потому мы просто ждали следующего шага незнакомки, готовые в любой момент её обезвредить.
На какое-то время в пещере установилась абсолютная тишина: мы, включая и Трою, не сводили с женщины изучающих взглядов, она в свою очередь с явным напряжением на лице рассматривала каждого из нас. Взгляд её вновь и вновь возвращался к моей добыче, и когда она заговорила, то обратилась именно к ней.
– Вы же понимаете меня?
Троя, помешкав, кивнула.
«Юнивёрсл… обычный универсальный язык для Земли и её колоний…» – анализировала она в своих мыслях.
Мы же с собратьями отметили для себя ещё один аспект, несомненно важный для всех материальных и оказавшийся безразличным для нас. Звуки, которые используются для обозначения, мы одинаково понимаем, воспринимая связанные с ними образы. Даже если они произносятся на разных «языках».
– Как хорошо, – незнакомка переступила с ноги на ногу, бросая на меня и собратьев насторожённые взгляды. – Вчера, когда они, – жестом она указала на эдаити, – появились в наших пещерах, то только молчали. Но сегодня среди них есть ты. И мы услышали речь. Поэтому я решила, что мы должны проявить себя, вступив с вами в контакт.
– Но… кто вы?
Троя отвечала замедленно – в её мыслях преобладали растерянность и неверие. Мы же отметили очевидный факт собственного упущения: некто разумный был так близко, но мы этого не заметили, полностью сосредоточенные на внешней угрозе! Вновь материальный мир указывал нам на ошибочность излишней самоуверенности.
– Мы – потомки одной из экспедиций, организованной Землёй и достигшей планеты. Третье поколение выживших, если точнее. Мы не ожидали, спустя столько лет, увидеть в наших пещерах кого-то ещё, тем более человека. А они?.. – женщина замялась, явно волнуясь, и осторожно указала на нас. – Кто это? Это же не… люди?
«Слышал бы её Игерь…» – следуя какой-то своей логике, моя добыча мимолётно вспомнила штурмана.
Но её действия оказались направлены на меня: развернувшись корпусом и подавшись ближе, Троя просунула свою руку под мою, обхватив за локоть. Демонстрация близости? Доверия?
– Мм… – она не сразу нашлась со словами, явно всё ещё с трудом веря в реалистичность происходящего и стремясь избежать конкретики. – Люди научились искусственно выращивать тела. Те, кто со мной, как раз с такими телами. Не бойтесь их, они не причинят вреда.
Впрочем, на последних словах её голос неуверенно дрогнул, а мысленно она взывала уже явно ко мне:
«Кин? Вы же не уничтожите их?!»
Поймав взгляд Трои, я моргнул: да, не станем.
Если эта женщина и те, кто с ней, не затронут наши интересы, то нет смысла в их истреблении. Их энергия нам не нужна, а сама незнакомка и информация, которой она обладает, могут оказаться полезными.
– Вас много? – вернулась к первоначальной теме Троя. Этот вопрос интересовал и нас. – Удивительно вообще встретить тут выживших. В Конфедерации считают эту планету непригодной для жизни людей. Экспедиция, направленная сюда, пропала бесследно, а переселенцы, которые попытались приземлиться, отправили послание с предупреждением… – Спохватившись или устав смотреть на женщину снизу вверх, Троя заговорила торопливо: – Садитесь же, чего стоять? Расскажите, как получилось, что кто-то выжил?
Определённо, именно моя добыча вызывала наибольшее доверие у незнакомки. С нами она и не пыталась разговаривать, хотя после разъяснений Трои немного расслабилась. И присела у огня, расположившись ближе к нам на камне, который для неё освободил Орш. Все мы заметили, что при этом он старался двигаться медленнее. Причину точно знали – собрат не хотел её напугать.
– Наша община насчитывает сорок восемь человек, из них тридцать два взрослых. Этот мир очень суров, даже сейчас забирает много жизней, что же говорить о времени, когда наши предки ничего не знали о планете? Мои прародители и остальной экипаж, отправившие это предупреждение, поторопились. Тогда казалось, что надежды, как и спасения от убивающего звука, нет, – уголки губ незнакомки скорбно опустились. – Часть из них выжила, только обнаружив эти пещеры, где нет воздействия ультразвука и где по сей день скрываются их потомки. – Она в очевидном волнении отмахнулась. – Но эта история давняя, она может и подождать. Сейчас куда важнее разобраться с происходящим на поверхности. Мы из поколения в поколение передаём знания о Земле, храним надежду, что связь восстановится или же нас обнаружат. Но никак мы не думали, что появление наших соотечественников будет похоже на конец света…
«Захотят ли военные признать эту кучку одичавших местных, возиться с ними? – мысленно отреагировала Троя. В воспоминаниях я увидел лицо мужчины, шантажировавшего её. – Или вероятнее, что используют их, выкачав всю полезную информацию, а позже уничтожат? Секретный проект с амиотами не предполагает излишней осведомлённости, а они и так увидели многое».
Одновременно прислушивался я и к собратьям.
«Нет ультразвука! Надо разобраться: почему? – заинтересовался Зак. – Если с зияниями всё понятно, то эти пещеры точно не в другом временном пласте…»
«Сорок восемь особей, – отметил ещё один момент практичный Орш. – Всего в два раза больше нас…»
«Мы не должны допустить их объединения с военными, – думал о другом Хем. – Они выгонят отсюда этих несчастных и займут пещеры, когда поймут, что лагерь под куполом не нужен».
«Не успеют», – заверил я собрата, намекая на наши утренние планы.
– Происходящее… – Троя задумалась, подбирая слова для ответа. Сидя вплотную, я почувствовал, как окаменело её тело от напряжения. Она стремилась избежать лжи, но и не оттолкнуть правдой собеседницу. – Вам лучше пока не показываться на поверхности, это опасно. Вы же видели все эти взрывы и обстрел?
Понятно, что добыча выбрала вариант защиты местных. Иллюзорная надежда на связь с Землёй – хорошо, но гарантия выживания – лучше.
– Но почему они стараются вас убить?
Женщина снова стрельнула взглядом на нас, конечно всё ещё воспринимая внешне отличающийся облик эдаити с подозрением. Троя вздохнула.
– Это сложно. Тут схлестнулись интересы двух противоборствующих сторон, а все они, то есть… мы оказались между ними. Идёт практически война до полного уничтожения. Объяснить всё с ходу сложно, но поверьте: вам вмешиваться опасно.
Незнакомка задумалась. Увы, её мыслей никто из нас слышать не мог, но вот красноречивый взгляд, скользивший от одного эдаити к другому, заметили все. И дружно постарались ничем не напугать женщину.
– Как твое имя?
– Троя, – извиняющимся тоном сразу отозвалась добыча. – А ваше?
– Лилия…
– Как? – отчего-то изумилась Троя. – Как цветок?
– Да, – немного грустно улыбнулась в ответ собеседница. – Только никто из нас никогда его не видел.
– Я видела, эти цветы очень красивы. Могу нарисовать…
– Да? – Женщина улыбнулась по-доброму, немного застенчиво. Но тут же встрепенулась, словно приняла решение. – Поступим так: раз мы вас встретили, то должны проявить гостеприимство. Не думайте, что мы совсем утратили обычаи предков! – Она немного натужно поднялась на ноги. – Пойдёмте со мной к месту, где обосновались все члены общины. Там вы получите еду и тёплую постель. А когда отдохнёте, будет время обсудить происходящее и принять решения.
– Хорошо, – тут же откликнулась добыча, ощутив моё лёгкое пожатие.
«Уйти глубже, подальше от военных, скрывая своё присутствие – точно будет для них лучшим выбором», – размышляла Троя, практически ликуя в предвкушении встречи с себе подобными.
Восторженная радость, охватившая Трою, была мне непонятна, но присутствие незнакомки явно доставляло удовольствие моей женщине и не несло угрозы. Потому никто из нас не стал возражать, когда она приняла предложение Лилии.
– Вам нужна помощь с вещами? – женщина указала на оставшиеся контейнеры. – Я могу позвать мужчин, если вы изнурены.
– Справимся сами, спасибо, – отреагировал Орш, отвечая так, чтобы не были заметны клыки.
Четверо собратьев опять же в медленном темпе подхватили оставшиеся контейнеры. Костер мы тщательно затушили, размышляя о том, как же состоится продвижение в темноте? Для эдаити в этом проблемы нет, но люди?..
«Не переусердствуйте», – отправил общую мысль Зак, намекая как на необходимость в движениях и поведении походить на людей, так и на бдительность – в темноте легче подстроить ловушку.
Впрочем, беспокоились мы напрасно: Лилия шагала вперёд уверенно, рукой неизменно касаясь стены. Стало понятно, что она просто очень хорошо знает этот лабиринт переходов, ориентируясь в нём на ощупь.
– Идите за мной, не спешите, – позвала она. – Дорога ровная, я буду говорить. А дальше будет освещение.
Трою я взял за руку, устраиваясь следом за нашей провожатой. Зрение быстро перестроилось на режим видения в темноте и позволило рассмотреть неприметный узор на стене, которого касались пальцы Лилии. Что ж, теперь любому эдаити не составит труда найти выход на поверхность.
«Риз, мы идем глубже, – отправил предупреждение собрату на поверхность. – Заодно проверим, сработает ли особенность пещер с нашим общением – будем слышать друг друга или нет».
– Как же выжил экипаж? – Троя вернулась к расспросам, продолжая разговор и во время движения.
Мы прислушивались, но и бдительно осматривались. Теперь знали, что необходимо искать, оттого сразу отметили три таких же крошечных отголоска жизненной энергии уровнем ниже. На большее расстояние мы всё так же не видели.
– Их корабль упал не в болото, как ваш, а на эту равнину. Но не взорвался, а пробил поверхность, почти полностью уйдя под землю и вскрыв подземные пустоты. Люди выбрались наверх, это и стало ошибкой. Погибла половина экипажа, прежде чем они сообразили вернуться обратно и найти укрытие от ультразвука и перепадов температур в подземных ходах. На этой планете они под землей везде, кроме гор и болот. Здесь люди и обосновались, выходя на поверхность только в безопасное время.
Это стало новостью для нас: подземный лабиринт имеет не только другие выходы и входы, он ещё и распространён повсеместно!
«Почему мы его не ощущаем? Эти полости, разве не должны они отображаться при сканировании недр силой эдаити?» – наш безмолвный диалог наполнился одинаковыми мыслями.
«Причину надо выяснить в первую очередь!» – Хем неизменно осторожничал.
«Похоже, что техника преследователей их тоже не фиксирует, – дополнил Орш. – Иначе они бы уже пришли сюда».
– Поэтому вы появились только сейчас? Не вышли к нам где-нибудь возле болота? Или в лесу?
– Нет, эти зоны планеты для нас закрыты. Мы даже не надеялись, что вы их преодолеете, – с волнением пояснила Лилия, уверенно ведя нас вперёд, но ожидавшие её спутники были уже близко, за ближайшим поворотом. – Как вы сумели?
Троя замешкалась лишь на миг:
– Использовали скафандры.
В их с Игерем случае это было практически правдой.
– Какая огромная удача, что они сохранились. Нашим предкам не так повезло. Корабль сильно пострадал, уцелело совсем мало скафандров. И не было возможности починить системы связи.
– А как же подземный… червь, – Троя резко остановилась, передёрнувшись от жутких воспоминаний, невольно меняя тему. – Тварь такая гигантская с выростами светящимися. Он же как раз в земле обитает! Он на вас не нападает в этом повсеместном лабиринте подземелий?
– Мы называем его – лесной угорь, – улыбнулась Лилия. Хотя Троя улыбку не видела, но на успокаивающий тон отреагировала. – Он живёт только под лесом из кристаллов. Под равниной безопасно. То есть было безопасно, – поправилась женщина. – Пока не появились вы и корабли, что второй день громят поверхность…
– Да уж… – Троя виновато потупилась, словно лично была ответственна за происходящее. – Не таким вам, должно быть, виделось воссоединение со своими…
– Чего-то особенного мы и не ждали. Вообще уже ничего не ждали! – Провожатая пожала плечами. – Понятно, что мы тут уже обосновались, родились на Золере – так планету назвали, – другой жизни не знаем. А Земля… Это как несбыточная мечта, сказка, волшебная и недостижимая. – Лилия, едва нащупав выпуклый завиток, громко позвала: – Соран? Григорий? Ирис?
Трое ожидавших с другой стороны пещеры, у входа в которую остановилась наша провожатая, засуетились. Через несколько мгновений в их руках вспыхнули слабые огоньки, довольно тускло, но освещая пространство вокруг. С этими факелами непонятной природы двое немолодых мужчин и на удивление юная женщина двинулись к нам.
– Бабушка? Что с чужаками? – она сразу забросала соплеменницу вопросами, сверкая любопытным взглядом. В голосе незнакомки чувствовалось явное почтение.
– Мы немного поговорили, – отозвалась наша спутница. – Я пригласила их к нам, пообещав еду и ночлег. Они те, кто спасся с корабля, падение которого мы заметили несколько недель назад.
– Выжили, рухнув в болото?! – изумились мужчины. – Поверху добрались сюда? Прошли через лес?!
– Их спасли скафандры, – сразу поделилась сведениями Лилия.
К счастью, следом за ней шла Троя в остатках скафандра, а я предусмотрительно отступил на шаг, чтобы полутьма размыла облик, сохранив только очертания тела. Другие эдаити стояли ещё дальше.
– Только одна женщина? – Любопытная Ирис щурилась, стараясь рассмотреть нас. – Все остальные – мужчины?!
В нетерпении она чуть ли не подпрыгивала. Несдержанное ликование и доверчивость женщины нас озадачили: её радость казалась неподдельной.
– Внучка, не стоит спешить. Бедняги выдержали немало тягот на пути, прежде необходимо дать им отдохнуть, а уж после засыпать вопросами.
Махнув рукой, Лилия призвала всех продолжить путь. Один из факелов она взяла из рук девушки, освещая дорогу. Пара пожилых мужчин с факелами, пропустив нас вперёд, замкнули шествие. Неугомонная Ирис пристроилась рядом с бабушкой, громко зашептав:
– Как не спешить? У нас мужчин на всех не хватает. Если эти, – она мотнула головой назад, – выживут, то многие женщины смогут получить только своего мужчину для создания семьи. Мне тоже нужен!
Неожиданно рука Трои сжалась, с усилием обхватывая мою ладонь.
«Мой», – отпечаталось в её сознании.
Не понимая причины её поступка, я всё же легонько пожал пальчики добычи в ответ.
– Вы уж извините её, – на ходу обернулась к нам Лилия. Сеть морщинок на её лице в тусклом свете факела была отчётливо видна. – Ирис это от волнения. У нас в самом деле настоящая беда с мужской смертностью: местным болезням больше подвержены мальчики, а взрослые мужчины чаще гибнут, добывая пищу и ресурсы.
– У меня трое братьев было, – подтвердила девушка, вмиг утратив всю весёлость. – Остался только Григорий, а двое погибли. Один в лесном свечении сгинул, другой скончался от ран на охоте.
«Необычные кристаллы на стенах и потолке, – отвлёк наблюдением Хем. – Чем глубже мы уходим, тем их больше – сплошняком покрывают все свободные поверхности этих пещер».
«Верно, – подтвердил Орш. – Плоские, очень тонкие… В верхних пещерах они тоже были, только редкие и совсем крошечные. А здесь есть размером с полный размах моих рук».
Кристаллы такой формы на поверхности планеты нам не попадались – там они были неизменно объёмные, если не окаменевшие, то мясистые.
Незаметно сколупнув один острым когтем, я помял его в пальцах.
«Мягкие, гибкие, прочные на разрыв, цвет бурый… – Обдумал и поделился догадкой: — Кажется, из этих пластин сделана одежда аборигенов».
«Сшита из кристаллов?.. – начал было Орш и осёкся, уставившись на мою руку. – Кин… Пальцы твоей оболочки не воспринимаются, словно их нет. Глазами вижу, но для изучающей волны сознания они отсутствуют».
Я уже и сам с интересом отметил этот факт, пытаясь определить, как именно функционирует необычная материя. Отражает энергию? Не похоже. Поглощает, вбирая и накапливая? Нет, тоже не то… Пропускает через себя?
Последняя догадка показалась самой правильной. Сила эдаити словно прошла сквозь мой завёрнутый в пластинку палец, не ощутив никакой вещественной преграды.
«Раз эти странные кристаллы экранируют материю от наших сканирующих волн, выходит, именно поэтому мы не можем «прослушать» подземные полости. Особенно там, где «пластины» большие и их много», – обобщил итог моего нечаянного эксперимента Хем.
Тем временем разговор между женщинами продолжался – моя добыча задала очередной вопрос идущим впереди аборигенам:
– Поэтому вас так немного?
– Да, дети-то рождаются, но вот до взрослого возраста мало кто доживает. Нет у нас иммунитета к местным хворям, – со вздохом подтвердила Лилия. – Это дело многих и многих поколений.
«Или изначального везения с телами, – мелькнула у Трои мысль явно на наш счёт. – Такие никаким вирусам не по зубам – всё создатели предусмотрели. Будь у эдаити дети, они станут такими же неуязвимыми? Вот кто заселит планету за считаные поколения».
Но прежде чем я разобрался в потоке её размышлений, добыча прогнала эти мысли, переключившись на другое:
– А ваша община всегда в этом месте живёт?
– Нет, – ответила Ирис. – Кочуем, меняя стоянки. Когда пищевые ресурсы рядом с одной оскудевают, уходим на другую, чтобы через сезон или два вернуться.
Мы спустились ещё на два яруса ниже, и тут совсем близко замелькали крошечные вспышки энергии – явный знак, что мы подошли к месту обитания общины.
«Риз?» – позвал я собрата.
«Едва слышу», – пришёл совсем слабый отклик. Ожидаемо…
«В этих подземельях без дозорных никак. Только силами сознания эдаити не обойтись», – поделился ворчливой мыслью Орш.
«Главное, чтобы их до завтра не обнаружили военные».
«Маловероятно, – усомнился я. – Противник сидит под своим колпаком, опасаясь ультразвука и ночных хищников».
Но вчерашний урок мы усвоили: вопреки уверенности в трусости военных двое собратьев – Кос и Рам – незаметно для наших провожатых отступили в темноту. Им предстояло вернуться и рассредоточиться на расстоянии друг от друга, достаточном для передачи сообщений.
– Ух, как тут всё… необычно! – ахнула Троя, невольно привлекая моё внимание к открывшемуся перед нами виду обжитой пещеры…