Глава 35

София

— Как твое лицо? Вижу, уже намного лучше! Какая же красивая жена у моего брата, — запела Ясмин, склонившись надо мной.

Ясмин пахла цветами, она была очень нежной, но отнюдь не ранимой. Было видно, что ее никогда не били. Не позволял никто.

— Ты всегда такая молчаливая или просто сегодня переживаешь?

— А что сегодня? — переспросила я.

— Как же? Первая ночь. Брачная. Я уже все знаю, София.

— Что ты знаешь? — мой голос дрогнул.

— Ну, что прошлой ночью в Волгограде мой брат выделил тебе спальню, а сам ушел спать один. Я случайно увидела. Поэтому сегодня у вас первая ночь. В доме брата и обстановка располагающая.

Да, в его доме в Петербурге было красиво, но чуждо. Эльман и все те, кого я знала, остались в Волгограде, но даже после возвращения брата в Петербург мне навряд ли позволят увидеться с ним.

Я с горечью улыбнулась.

Петербург мне сразу не понравился, но Эмилю об этом ведь не скажешь. Эмиль и Давид весь день где-то пропадали, оставив меня на неугомонную Ясмин.

С ней было хорошо. Тепло по-домашнему.

Но также я знала, что скоро она уедет с отцом в солнечную Италию…

И мы с Эмилем останемся здесь вдвоем.

— Не беспокойся, — девушка вновь привлекла мое внимание. — Я уже все придумала и даже освободила спальню брата под твой гардероб. И постельное новое постелила…

Многозначительный взгляд Ясмин бросает меня в жар.

Я отворачиваюсь, забывая про остывший чай. Ясмин весь день наводила в доме порядок и изредка пользовалась моей помощью, но в основном она здесь чувствовала себя хозяйкой и ко всему прикладывала свои умелые руки.

Не верится, что вскоре эта обязанность ляжет на меня, а ведь мы с Эмилем даже не обсуждали мое дальнейшее обучение в университете.

— София, допивай чай, у меня для тебя еще сюрприз. Ты не сердись и прими это, тебе понравится.

— О чем ты? — я нахмурилась.

Как выяснилось, Ясмин пригласила в дом мастера по шугарингу. Боже, что за несносная девочка? Она ведь старше меня всего на четыре года, но так умело вгоняет меня в краску… как и ее братец!

— Давай, Софиюшка. Это нужно каждой девочке, особенно перед первой ночью с мужем. Результат тебя обрадует.

Вообще-то я знала, что такое шугаринг, и уже давно пользовалась этой услугой косметологии по совету мамы, но в интимной зоне — не делала еще никогда. Там не было надобности… раньше.

— Не смущайся, Настя и мне делала шугаринг! Все будет гладко и шикарно, — рассмеялась сестра Эмиля.

Мастером оказалась молодая девушка. Ясмин выделила нам под процедуру отдельную комнату, здесь были большие окна, она зашторила их и задорно улыбнулась мне на прощанье.

Было неловко, но через час уже все закончилось. На удивление, болезненность от процедуры была не выше, чем на привычных мне зонах. Больше всего смущало, что Ясмин думала о нашей с Эмилем ночи больше, чем я…

После обеда к нам снова кто-то приехал. Это оказался человек Давида, он говорил с Ясмин на итальянском и передал большую коробку прямо ей в руки.

— Ты красиво говоришь на итальянском… — заметила я. — Из иностранных языков я знаю только английский и испанский.

— Ничего, выучишь и итальянский, — качнула плечами Ясмин. — Я ведь там всю жизнь жила. Это мой родной язык… Я ведь даже пишу и читаю на русском плохо. О, глупости! Лучше посмотри, что у меня для тебя есть!

Я взяла в руки ту самую коробку и с осторожностью открыла ее.

Внутри лежала ткань… нежная, молочного цвета.

Я взяла вещь в руки и поняла, что это платье-сорочка. Вместе с этим в коробке лежала красная лента и красная фата.

— Не понимаю… — я вспыхнула. — Снова подарок? Ясмин, мне неловко, ты столько сделала сегодня, я едва поспеваю за тобой!

— О, глупости! — захохотала девушка. — Я еще в Волгограде зашла в онлайн-магазин и заказала. Фигурка у тебя на 42, но я взяла размер 44, все-таки у тебя большая грудь.

Дыхание сбилось. Ясмин была такой прямолинейной… такой чистой, что от ее слов меня порой бросало в дрожь.

Но одежду иногда действительно приходилось подгонять, и третий размер груди не был подарком. Особенно я переживала, что будет с грудью после родов…

— Это для ночи, — пояснила Ясмин. — Я, конечно, в ваших традициях не сильна, но в восточных фильмах всегда сочетают белый с красным. Красная лента на поясе перевязывается и…

— Это на свадьбе и… — я тяжело сглотнула.

— Ну, ничего. Это будет очень сексуально. Я помогу тебе одеться перед ночью. В вашей спальне я уже все приготовила… будет очень романтично!

— Ясмин, я не уверена, что у нас будет ночь. Все очень сложно, понимаешь?

— Я понимаю, что мой брат не очень ценит традиции твоей культуры и вы совсем разных религиозных взглядов, но ведь между вами что-то есть. Я помню, что ты не стремилась к браку с ним, но я чувствую, понимаешь? — Ясмин приложила руку к сердцу. — Я чувствую от вас искры, когда вы рядом.

Да, между нами что-то есть.

Одна ночь, которая решила все. Я навеки Эмилю отдана и дома отчего больше никогда не увижу.

Я приняла подарки Ясмин и стала ждать.

Стемнело очень быстро.

Ясмин закончила с уборкой, а я с ужином, но мужчин все еще не было.

— Папа позвонил, они уже едут! — крикнула Ясмин со второго этажа. — Поднимайся ко мне, Софиюшка. Будем делать из тебя сексуальную скромницу!

— Что? — охнула тихо. — Ясмин, не выдумывай. Еще неизвестно, в каком настроении приедет Эмиль!

— О, поверь, на такую красотку настроение быстро поднимется!

Ясмин заливисто засмеялась, а я покраснела с ног до головы. Что за безумная девушка? Она сбежала по ступеням вниз, взяла меня за руку и повела за собой.

— Они приедут, и надо будет накрыть стол. Так положено, Ясмин.

— Мои мужчины приучены к самостоятельности. Еда на плите, это самое главное!

Наверное, это так.

Ясмин заботилась об отце и братьях всю жизнь, у нее было много ответственных ролей — и мать, и дочь, и сестра. Наверное, особенно это приходилось совмещать для младшего сына Давида.

Но меня удивило другое. По счастливым глазам Ясмин нельзя было сказать, что ей это было в тягость.

Я зашла в спальню Эмиля впервые за весь день, но разглядеть так ничего и не смогла — сердце билось невероятно громко, а перед глазами будто пелена стояла.

Ясмин села на край широкой кровати, от взгляда на которую у меня холодели конечности.

— Смотри! Нужно вот так сидеть, чтобы мужчина прямо заинтересовался тобой! Ну, Эмиль и так заинтересован тобой, но, чтобы прямо огонек вспыхнул… поняла?

Ясмин вытянула спину, положила руки на колени и опустила взгляд.

— Мужчинам нравится покорность. Ты как будто бы в его власти. Мы-то знаем, что это не так, но надо дать иллюзию.

— Откуда ты столько всего знаешь? — я удивилась.

— О, глупости! — воскликнула Ясмин. — Ты не подумай, я еще девственница вообще-то. Но у меня подружка на Сицилии… кхм… она сразу с двумя, понимаешь? И вот у каждого одинаковые повадки.

— Сразу два?!

— Ага. Оба ревнивые, не поделили ее и сделали своей. О, глупости! — взмахнула рукой Ясмин. — Там мужчины такие, что легче смириться, чем бороться с ними. Она многими секретами делится со мной. Мамы нет, а я живу среди одних мужчин, поэтому мне интересно слушать ее рассказы.

— Но ты же не будешь… так, с двумя?

Я почему-то стала переживать за эту девушку. Она была такой уютной, а у меня никогда не было сестры.

— Конечно, нет! Мой поклонник этого не допустит, — рассмеялась Ясмин. — Папа почти разрешил ему жениться на мне. Повезло счастливчику! Конечно, если я не буду против. Так, садись!

Постель была холодная и большая. Я сделала все, как велела Ясмин, но еще не переоделась.

— Мне говорили, что это должно быть больно, — поделилась Ясмин шепотом.

Для меня это было не секретом.

Для Эмиля тоже.

Это была наша тайна, которая сегодня потеряет свою важность. Эмиль хочет, чтобы я покорилась. Тогда не будет больно, тогда не будет плохо. Возможно, он будет обо мне заботиться и рядом с ним не станет так страшно, как было дома рядом с Мурадом.

— Но ты попробуй расслабиться, София. Я уж не знаю, какой Эмиль в постели… ну, я же его сестра и не должна знать такое, и с женщинами его я тоже никогда не встречалась, но я попрошу его быть аккуратнее с тобой.

— Ясмин… не надо, — я тактично улыбнулась. — Я сама. Больше ничего не нужно, спасибо. Ты и так много сделала.

Ясмин кивнула. Она положила коробку с платьем-сорочкой на постель, когда внизу послышались шаги.

Бах-бах.

Эмиль уже рядом. Очень.

— Они приехали! Так, все, я беру мужчин на себя. Пока буду их кормить, ты сходи в душ и надевай платье. Позже я поднимусь и помогу тебе с поясом и фатой! Эту ночь ты навечно запомнишь!

Запомню. На век запомню.

Ясмин ушла и запал будто — тоже. Он вмиг испарился и остался лишь страх.

Сегодня у нас с Эмилем будет близость.

Нет, не так.

Эмиль вернулся домой с мыслями обо мне. Он поднимется в эту спальню с мыслями о грядущей ночи. И, увидев меня на своей широкой кровати, совершенно точно захочет получить эту ночь.