64

— А я всё видела, — прошептала мне Велизара, специально дождавшись, когда я откушу кусочек ватрушки.

— Не понимаю, о чём ты, — как можно равнодушнее ответила я, безразлично продолжая завтракать.

Хорошо, что Емельян вышел на улицу. В отличие от ведьмы, он мог услышать с какой силой и скоростью забилось моё сердце под наплывом воспоминаний.

До сих пор я не могла себе объяснить, что это было. Как я вообще допустила… подобное. Сидела, как покорная лань и отвечала на поцелуй этого… гадкого клыкастого! Больше скажу – получала удовольствие от его близости и касаний. Наслаждалась мягкостью губ и ощущениями, что волнами тепла отзывались где-то в груди.

Может, я ошиблась, и Емельян всё же может воздействовать на меня? Более логичного объяснения всему этому, чем гипноз – у меня просто не было.

Гипноз, который (что немаловажно!) я всё же сумела с себя скинуть. Как и руки Емельяна со своей талии, перед тем как сбежать в дом.

Вернее, быстрым шагом скрыться в спальне, плюхнувшись в кровать и укрывшись с головой под одеялом, делая вид, что ничего не было.

Совсем ничего.

Абсолютно.

— Ну-ну, — протянула Велизара.

А я что? Ничего. Ем ватрушку. Сосредоточенно жую, не обращая никакого внимания ни на хлопнувшую дверь, обозначившую возвращение Емельяна. Ни на его уверенные семь шагов, которые он прошёл до того, как присесть за стол.

И вздрогнула я не от случайного касания наших ног. Просто клюковка в ватрушке попалась кисленькая.

— Значит, сегодня вы планируете продолжить начатое? — поинтересовалась ведьмочка с такой невинной улыбкой, что мне захотелось запустить в неё остатками ватрушки.

— Нет.

— Да, — хором со мной произнёс Емельян, заслуживая очень многозначительный взгляд с моей стороны. — Ты передумала проверять людей с помощью Нечистого? — поинтересовался он, изображая удивление.

Недоеденный кусок ватрушки был слишком маленьким, чтобы его разделить и запустить в сторону двух наглых лиц.

— Где сосуд? — окончательно потеряв аппетит, я отряхнула руки и залпом допила травяной отвар, поднимаясь со стула.

— На лавке, — милая улыбка не сходила с лица Велизары. — Можешь всех чистых ко мне отправлять. Кажется, пока это самое безопасное место из всех.

— Угу, — взяв горшочек, от которого пахло вложенными в него чарами, я бросила через плечо Емельяну: — Здесь подождёшь?

— И не надейся, — заявил он, приближаясь ко мне.

Щеки и шею опалило волной жара, когда вампир взял меня за руку, готовясь к первому перемещению. Меня пугала собственная реакция на его близость, но я ничего не могла с этим поделать!

Сердце замирало в груди, после чего ускорялось, разгоняя по жилам кровь. Дыхание срывалось, противясь голосу разума.

Не помогали ни мысленные оплеухи, что я отвешивала самой себе. Ни здравые напоминания о том, что происходит сейчас. Не знаю, почему, но после того, что случилось ночью, я не могла чувствовать себя спокойно рядом с Емельяном.

В память словно въелась картинка того, как клыкастый склоняется к моему лицу, мягко касаясь своими губами. Я помнила, чем пах воздух. Как светили звезды. Видела отражение своих испуганных глаз во взгляде Емельяна.

И сколько бы я не заставляла себя считать случившееся ошибкой, нелепой случайностью и чем-то неправильным – где-то на краешке сознания стучало робкое желание… повторить.

— Нечистый, — я испугалась хрипу, что появился в голосе, когда я позвала Духа, стоя в тёмном коридоре замка.

Емельян стоял так близко, что я даже через одежду чувствовала исходящее от него тепло.

— Готово? — поинтересовался Нечистый, обдавая нас порывом ветра.

— Готово, — подтвердила я, поясняя больше для себя, чем для окружающих: — Я прикрою нас с Емельяном отводом глаз. Проверять будем бесшумно, не привлекая к себе абсолютно никакого внимания. Всех, кто не попал в лапы кровососа – переместим… туда, где я встретила первого из Бессмертных.

Во-первых, концентрируясь на насущных проблемах и озвучивая их, я немного теряла из фокуса Емельяна. Не совсем, конечно, но хоть как-то.

А, во-вторых, несмотря на заявление ведьмочки, свою старую пещерку я считала более безопасной, чем жилище Велизары.

— Согласен, — согласился со мной Емельян. — Когда начнём?

— Сейчас, — тихо произнесла, почувствовав, как Нечистый занимает предназначенный для него сосуд.

Следующие несколько часов смешались для меня в поток перемещений и разочарованных вздохов. Мракьян, Кирьяна, Коша, Елена – они все были в подчинении вампира. Как и прибывшие Кощей-младший. Как и дети правителя Китежа.

Разочарование сменялось раздражение, следом за которым душу охватывало волнение, медленно превращающееся в страх.

Сокол, Финист и Соловей.

Воевода, что заведовал стражниками Китежа.

Все, кто могли помочь мне вычислить гнусного вампира и пленить – были под чарами врага.

— Водяница? — позвала я, переместившись в сердце Черного леса, вставая у самой кромки воды.

Минуты ожидания шли, но повелительница вод и русалок не откликалась на мой зов.

— Нам нужны вампиры, — коснувшись рукой моего плеча, Емельян вынудил меня оторвать взгляд от водной поверхности и посмотреть на него. — Позволь мне связаться с отцом. Мы придумаем, как открыть границу миров и пропустить сюда вампиров. Больше помощи, как я понимаю, ждать неоткуда.

— Ещё есть Жар-птица, наши ведьмы, Сивка… — начала я перечислять, но замолчала, ощутив лёгкий порыв теплого ветра, пропитанного запахом нагретого солнечными лучами мха и дерева.

— Не помогут они вам, Кладенец, — скрипучий голос старейшего из леших заполнил собой всё пространство вокруг. — Прав вампир. Победить врага надобно его оружием. Не нашим. И Серого не кликай. С волками что-то не то. Стаи распались, по лесу Черному, осиротевшему, разбрелись они.

— Серый распустил стаи? — переспросила я, вспомнив слова Емельяна: — Ты говорил, что вы можете делать что-то с волками…

— Подчинять, — кивнул он, пристально осматриваясь.

Как и я, он слышал голос лешего, но не видел его.

— Спасибо за предостережение, — поблагодарила я, чувствуя, как старейший уходит.

Ощущение его присутствия рядом исчезло так же стремительно, как и появилось.

— Кладенец…

— Ладно, — не дала я договорить Емельяну. — Выбора у нас всё равно нет.