Глава 28 Светские львицы

Майами, спустя 4 дня Кассандра «Значит, тебя ждут увлекательные дни…» – эти слова звучали многообещающе, но в тот момент я настолько устала, что не акцентировала внимание на слове «тебя» вместо «нас». Больше трех дней я убиваю время с Лили и ее шумными подругами –Мелиссой и Джилл, которым, более чем уверена, было поручено меня развлекать и отвлекать. Походы по магазинам за модными шмотками сидят в печенках, меня воротит от кафе и ресторанов. Я и на океан больше не могу смотреть. Он точно такой же, что и в Лос-Анджелесе, пусть и Атлантический. Апогеем всего этого становится внезапно начавшийся токсикоз. Но, как ни странно, я этому даже обрадовалась, ведь мне теперь нет нужды таскаться за хохочущими девушками, тогда как все, чего хочется, – это накрыться одеялом, свернувшись в комок, и рыдать, купаясь в жалости к себе. Меня саму раздражают эти перемены в настроении. Найти баланс между понимающей и капризной частью меня пока не удается. Брайан не появляется уже два дня, балуя лишь редкими звонками и сообщениями, в которых уверяет, что улаживает наше будущее. Самое смешное, он тоже сейчас в Майами, но добровольно изолировался, ссылаясь на мою безопасность. Мое тело, может, и в безопасности, а вот менталка – на грани срыва. На днях я приказала себе целиком положиться на Кроу и довериться его решениям, но неопределенность и недосказанность меня убивают. Чем дольше длится разлука, тем больше я убеждаюсь в том, что он замышляет нечто опасное. Черт, как же сложно договариваться с собой! Разве мне нужен мужчина, сидящий возле юбки? Нет, такого я бы и не полюбила. Однако капля доверия с его стороны была бы не лишней. Повышенная чувствительность и плаксивость бесят. Раньше последнее мне было несвойственно. Я всегда заботилась о себе сама, училась выживать, ни на кого не рассчитывая, а теперь мне не хочется вылезать из объятий Брайана. Умом я понимаю, насколько важно сейчас быть сильной, собранной и не поддаваться апатии, но как подчинить предательский организм? Три громких и три тихих стука в дверь вынуждают выбраться из пухового укрытия. Проходя мимо зеркала, ужасаюсь собственному виду и наскоро приглаживаю спутанные вихры на голове. Уверенно распахиваю дверь, так как знаю, кого увижу. Лили с Максом арендовали апартаменты в этом же доме, а пароль нас заставили придумать братья Кроу на всякий случай. – Приве…тик. – Улыбка сходит с лица Лилиан при виде моего скуксившегося лица. – Привет, – отвечаю не самым гостеприимным тоном, стыдливо вытирая распухший нос. Блондинка проходится скептическим взглядом по моему неряшливому образу и, закатив глаза, шагает мимо меня в квартиру. Что мне в ней нравится, так это отсутствие комплексов. Закрыв дверь, с интересом наблюдаю, как Лили выгружает на небольшой обеденный столик кучу продуктов. Желудок мгновенно отзывается урчанием вперемешку с резью. Если я что-то и ела, эта еда давно покинула мой организм тем же путем, что и вошла. Налив из термоса желто-зеленую жидкость, девушка вручает мне стакан и, подмигнув, командует: – На, выпей. – Что это? – Я настороженно принюхиваюсь к напитку, пытаясь понять, понравится он моему животу или нет. – Расслабься. Это зеленый чай с медом и имбирем. Охлажденный. Делаю осторожный глоток, но, распробовав умеренно сладкий вкус с пряной кислинкой, тут же выпиваю до дна. И правда, чертовски вкусно. Присаживаюсь на соседний стул и придвигаю опустошенный стакан к Лилиан: – Есть еще? Лили довольно смеется, но отказывает: – Мел сказала, одного достаточно, иначе заболит желудок. А она в этом опытна, уж поверь. Теперь пожуй немного крутонов. – Она раскрывает крафтовый пакет и сует его мне под нос. В жизни бы не подумала, что хлебный аромат сухариков окажет такое целебное действие. После нескольких штук мне действительно легчает. Тошнота отступила, и, кажется, даже солнце за окном засветило на несколько тонов ярче. – Спасибо, Лили. Что бы я без тебя делала, – вздыхаю с благодарной улыбкой. – Как там у них дела? Есть новости? Она без уточнений понимает, про кого я спрашиваю, ибо выражение ее лица становится непривычно серьезным. Я бы сказала, деловым. Примерно такой я и представляю адвоката Лилиан Кроу на будущих судебных заседаниях. Выдержанной, рассудительной и убедительной. Она садится напротив и озвучивает главную причину своего визита: – Сначала я не хотела тебя втягивать из-за беременности. Но, поставив себя на твое место, решила, что ты должна знать. И мне не справиться в одиночку. Мы с тобой в одной упряжке, поэтому послезавтра нужно быть в полной боевой готовности. – Это ты о чем? – сразу подбираюсь я. – Макс с Брайаном нас убьют, если узнают, что мы тоже там будем, но они ввязались в такое… такое… – Лили прерывается и оглядывается по сторонам, потом снова возвращает внимание ко мне и только открывает рот, чтобы продолжить, как опять его закрывает, поднимая вверх указательный палец в жесте «Подожди». Я терпеливо жду, пока она достает блокнот, быстро в нем что-то пишет и, вырвав лист, протягивает его мне. – Читай молча. Если будут вопросы, напиши там же, – переходит она на шепот. Принимаю из ее руки листок, догадываясь, что не увижу там ничего оптимистичного. «Послезавтра они встречаются на лайнере с международным террористом. Брайан будет там под видом Робертса, а загримированный Макс – под видом террориста. Настоящий Робертс и настоящий террорист будут на встрече не друг с другом». Это какая-то шутка? Потому что текст звучит смехотворно и бредово. Что за маскировка на встрече с преступником подобного масштаба? Сердцебиение мгновенно становится таким сильным, что ощущается в горле. Инстинктивно прижимаю к нему ладонь, вчитываясь в написанное повторно. Беру ручку и пишу все свои вопросы разом: «Как ты узнала об этом? Этот террорист слепой? Дон тоже внезапно ослепнет? И еще: Макс совсем не смахивает на террориста, а Брайан – на пятидесятилетнего главаря калифорнийской группировки. Их обоих пристрелят, как только они заявятся на встречу. Как они все это провернут?» Лили в раздумьях потирает лоб, читая мое послание, после чего выводит ручкой многословный ответ: «Они воспользуются тем, что Робертс и этот мужик не встречались в реальной жизни. Глория же сейчас профессиональный гример. Макс вызвал ее сюда и приказал молчать об этом, заставив поклясться памятью родителей. Она так и планировала сделать, пока не поняла, что попахивает жареным, и выложила мне цель своего приезда. Глория испугалась за самых близких ей людей, понимаешь? И я совершила отвратительный поступок, за который мне еще придется долго вымаливать прощение: установила жучок в часы Макса, которые купила взамен специально разбитых. Так я и узнала обо всем» Мне и смешно, и страшно. Меня тянет одновременно заржать в голос и разрыдаться. Это и есть приближающаяся истерика, наверное? Забираю у Лили блокнот, поскольку лист быстро закончился. Она поджигает его с помощью свечки, стоящей на столе в старинном канделябре, а я рьяно строчу дальше. У меня куча вопросов, начиная с того, где она раздобыла жучок, но спрашиваю о более важном: «Почему на это идут они? В агентстве нет других профессионалов? И зачем втягивать в это Глорию? Разве у них нет каких-нибудь супермасок, превращающих агентов в других людей?» «Кэсси, мы не в кино. Подобные маски требуют многодневной подготовки. И все должно выглядеть по-максимуму естественно. Грим – их подстраховка. Глория будет накладывать его прямо там, когда они увидят, как выглядит настоящий террорист. Ответа на первые два вопроса у меня нет. Они не обсуждали это на своих «совещаниях». Зато я догадываюсь. Кроу говорил что-то про козыри и сделку с агентством. В голове кишат сотни мыслей, одна другой хуже. Зная Брайана и его порой неуместный героизм, боюсь, у этой сделки лишь два итога: свобода или смерть. Но каковы шансы на успех? «Каким образом они подменят настоящего Дона и этого террориста?» «Этого я не знаю. Это и пугает. Вдруг их затея не выгорит?» Возвращаю Лили бумажку, которую она также сжигает, и, схватив термос с чудодейственным чаем, делаю несколько основательных глотков вопреки рекомендациям Мелиссы. Интересуюсь на этот раз вслух: – Какой у тебя план? – Я урвала пригласительные для VIP-персон, чтобы попасть на лайнер без всяких обысков. Завтра пройдемся по магазинам. Нам нужно подобрать вечерние наряды согласно их дресс-коду. – Выразительно оглядев мое тату, Лилиан добавляет: – Понадобится специальный камуфляж для татуировок. И платья должны быть очень и очень привлекающими внимание. – Как ты достала билеты? – Есть у меня в Майами один влиятельный знакомый. – Она многозначительно улыбается, а в меня просачиваются сомнения. – И чем мы им поможем? – Кэсси, ты любишь Брайана? – задает Лили наиглупейший вопрос. – Любишь, – отвечает за меня, как только я раскрываю рот. – Вот и я люблю Макса. И понимаю, почему он идет на эту операцию с Брайаном, хотя находится в отпуске. Возможный крах его карьеры на этом фоне кажется мелочью. – Лили, дело сейчас не во мне, а в Брайане. Не сделаем ли мы хуже своим появлением? Я столько раз игнорировала его просьбы… – Печально вздыхаю, хотя полностью на стороне Лилиан. Неведение меня нервирует гораздо больше, чем мысль о рисках и последствиях. И то, что Макс будет помогать Брайану в операции – плохой знак. Получается, им не хватает людей? – Не о чем переживать. Мы с тобой – всего лишь приглашенные светские львицы, и там будет полно народу, – описывает Лили предстоящее событие. – Глория пообещала при первой возможности прислать номер нужной нам палубы, поэтому будем тереться неподалеку. Я с ума сойду, если останусь дома или у подруг, не зная, живы наши мужчины или нет. Ну, поорут они на нас немного, не велика проблема. Мы просто будем следить за обстановкой. Не могу не улыбнуться оптимизму Лили. Мне импонирует ее боевой настрой и готовность бросаться в атаку. Сама такая же. Правда, после этого братья точно прикуют нас наручниками на далеком необитаемом острове. В мыслях прогнозирую реакцию Брайана, так как это единственное, что меня стопорит. Но я могу и не дождаться никакой реакции, если в критический момент ему понадобится помощь, а ее будет некому оказать. Не прощу себе этого. – Возможно, мы там вовсе не пригодимся. Главное, держаться вместе, и нам ничто не будет угрожать. Тем более с нашими навыками, – продолжает уговаривать Лили, приняв мою задумчивость за нерешительность. – Какими еще навыками? – Я отлично стреляю, а ты… – Лили поигрывает бровями, и меня вдруг озаряет… Как я могла забыть, что умею не только пренебрегать требованиями Брайана, но и метать ножи? – Но, если ты откажешься, я пойму, Кэсси. Все-таки в твоем полож… – Нет, Лили, мы отправимся туда вместе, – обрываю я категорично и добавляю с интриганской улыбкой: – Думаю, нам не помешает развеяться. Совместим приятное с полезным.