Глава 31 Два товарища

После сделки… – Генри, ты представляешь, что нас теперь ждет? – Ларри Робертс, обычно не проявляющий эмоций на публике, истерично смеется, откидывая голову на подголовник. Оба друга уселись на заднее сиденье арендованного Rolls-Royce с персональным водителем, который увезет их из порта на аэродром, где ожидает частный борт. Генри Купер безучастно пожимает руку мужчине рядом. – Да, ты шел к этому много лет. Поздравляю. – В моей власти будет не какой-то там штат! Можно считать, что Агилар – мне не помеха. Завтра его ждет сюрприз, когда он увидит на месте любимого казино груду углей. – Ларри раскручивает проволоку на бутылке шампанского, не откладывая празднование долгожданного события. – Столько лет… Оно того стоило! – Он делает глоток игристого, не обратив внимания на отсутствие особого энтузиазма у друга, не притронувшегося к своему напитку. – Осталось найти Мэда. Наверняка ушел в очередной загул, поганец, – тон Дона становится зловещим. – Отправлю его на Бали к монахам, как только найду. Может, там ему вправят мозги. Проблемный сын всегда доставлял полно хлопот, но теперь он не должен порочить честь Семьи. С таким оружием и новыми возможностями Робертсу открыты двери к высшим эшелонам власти. Ларри давно смекнул, что одними боеприпасами сыт не будешь. Ими никого не удивить, кроме черномазых религиозных фанатиков, жаждущих прогнуть под себя мир, запугивая терактами. Наиболее опасное оружие – то, которое нельзя увидеть и пощупать. И оно досталось ему. Аль-Джафар и в подметки не годится Робертсу. Тот слишком мелко метил, не подозревая, что в обмен на поставку вооружений он организовал плацдарм для куда более мощного арсенала. Ничем не примечательная лаборатория в Пакистане с ничем не примечательными подопытными нищебродами, готовыми ради небольших выплат и возможности излечиться от неоперабельных онкологических заболеваний глотать неизвестные препараты и подставлять свои вены под иглы. Самая подходящая страна для таких исследований. И придраться не к чему: смерть подопытных вполне оправдана. А всего-то было достаточно найти слабое место влиятельного человека: кровные узы. Единственный братишка, которому Аль-Джафар заменял отца, оказался в контейнере с другими похищенными детьми, переправляемыми на продажу. Робертсу сообщили о мальчике, вопящем о могущественном брате, способном разнести полмира в его поисках. По сравнению с остальной зашуганной малышней, этот отличался завидной смелостью и борзостью. Они были обязаны убедиться, что он не мелкий фантазер, и его дожали на допросе. Тогда у Ларри и выстроился в голове долгоиграющий план, занявший не один год для его воплощения. Тонкая ювелирная работа не любит спешки. Довольный собой, Ларри Робертс принялся строить грандиозную тактику еще на пути к самолету. Сначала он с превеликим удовольствием продемонстрирует эффективность разработки на такой загнивающей стране, как Индия. Антисанитария, зашкаливающая нищета, недоступность медицинских услуг, высокая плотность населения – оптимальные условия для того, чтобы никто не заподозрил неладное, когда эти жалкие людишки начнут вымирать один за другим от никому неизвестной чумы. Вскоре она всколыхнет весь мир. Поднимется грандиозная паника, и заражение перерастет в куда более серьезные масштабы. Вот тут-то и состоится выход Ларри Робертса на сцену. У него на руках будет средство для лечения этой дряни, за которое развернется нешуточная борьба правительственных верхушек разных стран. И только он решит, какую цену заплатят за «Кали». – Как Ханна? – интересуется Купер, сосредоточенно разглядывая машину, поравнявшуюся с ними. Эта девушка выросла у него на глазах, и ему было жаль ее. По-отечески жаль. – Нанял ей лучших психологов. – Дон немного сникает. – До сих пор понять не могу, как Агилар добрался до Хоука. И какого черта тот помчался на свою виллу? – Вздохнув, он допивает шампанское до дна и убирает фужер в специальную стойку в двери. В это же время их машина тормозит на одном из перекрестков. – Он мне нравился. Клянусь, даже подумывал вторым подручным назначить. – Какая честь, – ехидно отзывается их водитель. Услышав хорошо знакомый голос, Робертс тотчас меняется в лице. Все, о чем он только что рассуждал, лопается, как мыльный пузырь, столкнувшийся с преградой. Водитель поворачивается к нему лицом с лукавой улыбкой, и от неожиданности у Дона получается вымолвить лишь короткое: – Ты? – Я, – нагло отвечает тот, кто оказался живее всех живых. Сообразив, что его облапошили, Ларри дергается вбок в сторону друга. Но вместо ожидаемой защиты видит направленное на него дуло пистолета. Его пистолета. Подручный не произносит ни слова. Ни единый мускул не дергается на лице Генри. Ни малейшего намека, который позволил бы Робертсу понять, что это все – дерьмовый розыгрыш. На правом запястье Дона защелкивается холодный браслет наручников, которые Купер в два счета пристегивает к подголовнику правого сиденья. Все происходит настолько быстро, что и некогда отменная реакция не помогает Ларри среагировать. Он совершает рефлекторный взмах свободной рукой, но на ней тут же оказывается второй браслет, ловко накинутый Брайаном. Щелчок – и вторая рука тоже обездвижена, только на левом подголовнике. – Я не понял, Генри. Какого дьявола? – Глаза Дона мечутся между другом и Хоуком. Он с остервенением дергает обеими руками, но причиняет себе лишь больше боли. – Если он здесь, то кто тогда сгорел на вилле? – внезапно осеняет его. – Ларри, я думал, ты умнее, – ухмыляется Брайан и тормозит на обочине возле складского помещения. Скинув с головы неудобную фуражку от водительской униформы, он взъерошивает примятые волосы на затылке. – Мэддок? Там был Мэддок? – не своим голосом рычит ошарашенный Робертс. – Гнида! – Он рывком подается вперед к Брайану, но зафиксированные руки не позволяют предпринять хоть что-то. – А ты? Как ты мог? Я считал тебя другом, сука! – Дон плюет в лицо Генри, а тот делает то, о чем мечтал на протяжении многих лет. Размахнувшись, бьет по челюсти так, что голова Дона откидывается назад. Струя багровой крови изо рта и характерный хруст из-за перелома – малая часть того, что он заслуживал. Но главное его ждет впереди. Накручивая глушитель на ствол, Купер отвечает равнодушно: – Я никогда не был тебе другом. – Ч-что ты собираешься делать? – заикается Робертс, глядя на действия бывшего друга. Сейчас перед Кроу и Купером сидит не властный главарь мафии, а жалкая стареющая особь, ни на что не способная без пушки в руках. – А на что это похоже? Помещение здесь маленькое. Нет желания оглохнуть. Генри апатично наводит пистолет на колено Робертса и нажимает на курок. Через секунду та же участь настигает и другую ногу. По салону разносится громкий скулеж. – С-у-у-ки! Какие же вы суки! – с силой сжав челюсти, воет Робертс, наблюдая за простреленными коленями. Из них толчками фонтанирует алая кровь, а он не в состоянии закрыть раны. – Не ори. – Кусок липкой ленты запечатывает рот Дона, и в салоне становится относительно тихо. – Хоук, твой выход. Генри открывает дверь со своей стороны и пересаживается в черный тонированный внедорожник, припаркованный бок о бок. Rolls-Royce сразу трогается с места и, как только выезжает на трассу, разгоняется до убийственной скорости. – Ларри, жаль тебя расстраивать, но ты доживаешь последние минуты своей жизни, – наконец, берет слово Брайан. Он почти счастлив. Совсем скоро они с Кэсси вырвутся на свободу и начнут заново. Но так легко отпустить Дона на тот свет – слишком милосердно. Лучшим наказанием для «Папаши» будет узнать, каким тупицей он оказался. – В данный момент тело твоего пакистанского компаньона упаковывают криминалисты, а ты… Для спецслужб все выглядит так, будто я решил доставить тебя лично. И перед тем, как ты отключишься, должен знать кое-что. Сегодня ты встречался не с Аль-Джафаром, колбы в твоем чемодане – подделка, а карта памяти – копия. Оригиналы также уже в надежных руках. Мычание за спиной красноречивее любых слов. Дон недоволен. – И самое главное: Кассандра Агилар жива. Она все это время жила в моем доме. – Вспомнив Кэсси в том красном платье, Брайан не может сдержать улыбку. Какая же она настырная и своенравная, но самая любимая. Скоро они воссоединятся. Хоук бросает взгляд в зеркало заднего вида и наталкивается на разъяренные глаза Робертса, покрасневшие от перенапряжения и боли. Брайан добился своего. Цели спецоперации достигнуты. Все координаты баз, складов, пунктов передержки клана и испытательной лаборатории переданы Куперу, который сообщит их нужным людям. Конечно, он мог бы покончить с Робертсом более жестоким образом, например, повторить судьбу Халка, но Кроу не станет пачкать руки о его мерзкую тушу. Сделав подобное, он запятнает то чистое и светлое, с чего решено начать новую жизнь. Ах да, не забыт и еще один человек, испоганивший их с Кэсси судьбы: отец Тома Миллигана, продолжающий практиковать грязные методы работы. Доказательства его связи с преступными организациями тоже отправлены в ФБР. Диего Агилар снова сядет за решетку, если не успеет свалить из страны раньше запланированной облавы. Догнав еле плетущийся автовоз, Кроу по зеркалам убеждается в том, что позади все чисто, переключает передачу и ускоряется еще больше. Они мчат туда, где один обретет свой конец, а другой – начало. Ту отправную точку, откуда надо было начать еще восемь лет назад. *** Кассандра – Кэсси, постарайся успокоиться, – щебечет Лили, поглаживая мое плечо. – Я спокойна, – вру, не отрывая взгляда от автомобиля, который с каждой минутой увеличивает между нами расстояние. Мы едем вслед за Брайаном на тачке, угнанной с парковки для высокопоставленных гостей. Я в очередной раз не выполнила его указ, но у меня предчувствие. Липкое, щемящее… У меня ощущение, что последние минуты я живу на задержке дыхания. «Что бы ни случилось, помни о моих словах в Форт-Стоктоне». В Форт-Стоктоне Кроу много чего говорил: признавался в любви, рассказывал о сделке с агентством и рассуждал о вечности со мной. Об этом я должна помнить? Он в своем уме? Слова, которые, по его логике, должны были воодушевить, сильно напугали. Вечность на Земле невозможна. Она существует только на небесах. Он что, прощался со мной? Честное слово, я собиралась уехать, как он и просил. Мы с Лилиан уже уселись в такси, но потом я увидела Брайана, скользнувшего за руль черного Rolls-Royce. Автомобиль был припаркован у центрального трапа, и его сложно было не заметить. Я попросила водителя подождать, словно сердцем почувствовав надвигающуюся беду, а минут через двадцать оттуда спустился Ларри Робертс в сопровождении высокого мужчины. Как ни в чем не бывало, они сели на заднее сиденье, и машина тронулась с места. Так мы и оказались здесь. Опрометчиво? Необдуманно? Может быть. Но я люблю Брайана больше жизни, и сию секунду он какого-то черта едет в одной машине с тем, кто считает его мертвецом. Совсем один. И грима на нем уже не было, поэтому надежда на то, что Дон его не узнает, нулевая. Солнце близится к линии горизонта, и я боюсь упустить Rolls-Royce, если темнота спрячет его раньше, чем он доедет до пункта назначения. Никогда не водила на такой бешеной скорости, а на подобной громоздкой машине – тем более. Она менее маневренная, чем та, которой сейчас управляет Брайан. – Кэсси, прости меня, – сокрушается Лили дрожащим голосом. – Прости, что потеряла тебя из виду, и все вышло вот так. Боже, тебя чуть не прикончили… Макс меня убьет, непременно убьет. Или сначала разведется со мной и убьет после, а Брайан поможет расфасовать мои останки по пакетам. Или в обратном порядке. – Она закрывает лицо ладонями, подавляя всхлипы. – Лилиан, это я ринулась за этим Зейном. При чем здесь ты? – Теперь моя очередь подбадривать девушку. – И все обошлось, к счастью. Почти. – Нет, не обошлось. Я была уверена, что Макс с Брайаном узнают о нашем шпионаже только после успешного завершения их операции. Вкус победы свел бы на нет их негодование, и все стало бы как прежде. А теперь… Макс не был в такой ярости, даже когда я год назад пошла на свидание с одним из подозреваемых в нашем деле. – Что он сказал? – Ничего. У него все было написано на лице, – вздыхает она. – А потом он вызвал нам такси. – Не стоило ехать со мной, Лили. – Я тебя подвела на лайнере. Второй раз точно себе не прощу. Я крепко вцепляюсь в руль, так как нас резво обгоняет белый минивэн. Перестроившись на мою полосу, он перекрывает обзор на Rolls-Royce Брайана, и я начинаю по-настоящему нервничать, боясь проморгать тот момент, когда он свернет с трассы. Мы выехали за пределы Майами, и, судя по постройкам по обе стороны дороги, это промышленная зона со складами или фермами. Мне приходится сбавить скорость, поскольку машина перед нами тоже притормаживает. Пробую выехать на встречную полосу для обгона, но минивэн виляет влево, препятствуя этому. Волна жара пробегает по оголенным нервам, натягивая их с новой силой. – Какого черта он делает? – Кэсси, попробуй справа. Какой-то подозрительный тип. Еще и без номеров! Съезжаю на обочину, но авто повторяет за мной, вынуждая меня дать по тормозам, чтобы не улететь в кювет. Что происходит? – Так, пусть этот придурок отъедет немного вперед. Мы обязательно догоним Брайана, – уверенность в интонации Лили угасает к последнему слову. Дорога уходит в крутой поворот, и отсюда прекрасно обозревается машина Кроу с характерными «сердитыми» фарами. Вот он, почти поравнялся с нами, но нас разделяет небольшое лавандовое поле, которое мне еще предстоит объехать. Отчаяние колотит изнутри до озноба, но я ударяю по педали газа. Горло необъяснимо стягивает тугим канатом, спирающим дыхание. Пытаюсь сглотнуть колючий клубок, мешающий сосредоточиться на дороге, но ничего не выходит. Кидаю быстрый взгляд на колечко, украшающее безымянный палец, и глаза обжигает горькой солью. «Не нагнетай, Кассандра», – успокаиваю саму себя. Пока нет повода для паники. Правда же? Брайан наверняка знает, что делает. – Кэсси, тормози! – неожиданно кричит Лили, выкручивая руль вправо, отчего нашу машину заносит. От резкой остановки мы дергаемся вперед, но мои глаза намертво приковываются к происходящему впереди. Я четко вижу, как из люка минивэна, почти догнавшего Rolls-Royce, высовывается человек во всем черном с огромным предметом на плече. Не разбираюсь в оружии, но я вмиг покрываюсь ледяным потом, впиваясь в руль с такой силой, словно это поможет спасти любимого мужчину. – О, Боже, что это? Гранатомет? – с изумленным вздохом озвучивает Лили то, о чем я боялась подумать. Уши закладывает от нестерпимого звона, изолирующего меня от других окружающих звуков. Мой застывший взгляд фокусируется только на том, как этот человек осуществляет задуманное. Его слегка откидывает от отдачи, а я все смотрю и смотрю на страшное зарево, в которое теперь превратилась машина Брайана. Этого не может быть. Нет. Отстегнув ремень, выпрыгиваю из салона и бегу босиком по цветочному полю в ту же сторону. – Брайан! – зову я в отчаянии. – Брайан! Ноги путаются в длинном платье, и, не пробежав и полпути, я падаю, споткнувшись об твердый бугор. Слезы душат и душат, раздирая изнутри жгучей болью. Цепкий холод опутывает невидимой паутиной все тело. Пытаюсь встать, но ноги не слушаются, подводя в такой важный момент. Вдруг он жив? Вдруг я успею? – Кэсси, пожалуйста, посмотри на меня! – Мое лицо обхватывают теплые ладони Лилиан, и я выполняю ее просьбу. Она плачет. Она тоже все видела. Значит, не показалось. Это не сон. Лили бросается мне на шею, отчаянно обнимая. – Я с тобой. Я с тобой… – беспрестанно повторяет она. Я снова смотрю на полыхающее пламя, оставшееся от моей жизни, от моего сердца, от всего, во что я так свято верила. Грудную клетку прожигает чудовищной болью, но я откуда-то нахожу в себе силы отцепить от себя Лилиан и встать. Она не останавливает, чему я сейчас очень благодарна. Шаткой походкой иду к Брайану, в мыслях умоляя забрать меня с собой. Я хочу к нему. Только к нему… По мышцам расползается странная легкость, уносящая далеко-далеко отсюда. Туда, где меня не будут мучить боль и отчаяние. С каждым шагом вокруг становится все темнее и темнее, словно кто-то с легкой руки начал выключать остатки солнечного света. Окружающее пространство наконец исчезает совсем, и я проваливаюсь в желанное забвение, оставляя при себе только те самые глаза цвета осеннего мха, в которых я всегда видела главное: себя.