Глава 6
Глава 6
- Я безнадёжна! - Эвелина огорчённо опустила руки.
- Не всё так плохо, как тебе кажется, - улыбнулся Талрек. - Дай мне руки, - попросил и застегнул на запястьях супруги блокирующие браслеты.
Эвелина, вздохнув, повертела ободки, сдерживающие её эфир. Раньше она не интересовалась тонкостями, но вот обретя полноценный дар, узнала, что браслеты состоят из трёх колец. Каждое можно разомкнуть отдельно, освобождая эфир частями. Всё для того, чтобы одарённый не нанёс вред себе и окружающим.
Талрек начав обучать её, размыкал по одному кольцу на каждом браслете.
- Пойдём домой, ты уже продрогла, - заметил мужчина, накидывая на плечи Эвелины меховую накидку.
Дорога не заняла много времени. Девушка, улыбаясь, наслаждалась свежим воздухом и ярким солнцем, слепившим глаза. Вспомнила свои эмоции, когда Талрек привёз её в своё имение.
Кто-то сказал бы «Домик на отшибе», но Эвелине понравился. Особняк за чертой маленького городка с большим садом упирающимся в лес. Дом был небольшим, но на вид добротным и очень уютным внутри.
- Моё логово, - улыбнулся Талрек, когда эфиркат подкатил к крыльцу.
- Дедушка! - выскочил из дома мальчишка и со всех ног бросился к экипажу, но увидев, что его дед помогает какой-то даме спуститься по ступенькам эфирката, резко затормозил.
- Рино, - расплылся в улыбке Талрек, распахивая объятия.
Мальчик, настороженно косясь на Эвелину и выбравшуюся из экипажа Торветту, подошёл к деду и сдержанно обнял его.
- Эвелина, знакомься, это мой внук – Ринольд. А это моя супруга – Эвелина, - представил их Талрек.
Первые не дни, недели, Ринольд с опаской посматривал на Эвелину и зачастую, завидев девушку на лестнице, либо в холле, исчезал из поля её зрения. Восьмилетний мальчик замкнутый и нелюдимый, своим нежеланием идти на контакт расстраивал девушку. Тем более её нянечка с мальчиком уже нашла общий язык. Но время шло, и внук Талрека постепенно оттаивал, хотя до полного взаимопонимания и семейного единения им было ещё далеко.
Талрек дал Эвелине несколько дней отдохнуть, обжиться в новом доме, а затем приступил к её обучению. Уводил супругу в дальнюю беседку сада и там как малому ребёнку объяснял основы управления эфиром.
Обладая двумя единицами дара, Эвелина управляла им инстинктивно. Она даже не обучалась взаимодействовать с даром. Подпитывала деток, для улучшения их самочувствия, помогала целителям вытягивать эфир Бездны. Она была уверена, что управлять полноценным даром легко. Взмахнул рукой и эфир выполнил приказанное. На деле всё оказалось очень сложно. Необходимо было научиться открывать сознание, нащупывать искорки эфира внутри себя, сродниться с ними и только после этого мысленно прорисовывать то, что должен сделать эфир. Направить его медленно и аккуратно.
Эвелина тренировалась долго и упорно. Каждый день выматывалась так, что перед глазами мелькали мушки, но постоянно что-то шло не так и, увы, пока не получалось. Талрек ругал её, но она не слушала. До сумасшествия хотела побыстрее научиться и помогать супругу в его целительской деятельности.
Эвелина никому не говорила, но изнуряя себя занятиями, она отвлекалась от воспоминаний, которые терзали, иссушая душу. Ночами просыпалась от своих же всхлипов, а после, с трудом заставляла себя уснуть.
Ей постоянно снился Кристэн. Едва ли не каждую ночь память открывала сундучок счастливых воспоминаний, истязая девушку.
«Солнечные лучики скользнули по любимому лицу и Кристэн поморщился. Его грудь вздымалась ровно, любимый ещё спал, а Эвелина, тихонько сев, любовалась супругом. Чёрные как смоль волосы разметались по подушке, длинные ресницы трепетали, подсказывая, что он скоро проснётся. Взгляд её обрисовал широкие плечи и опустился на мощную грудь любимого, ещё ниже к тёмной дорожке волос, которая убегала к паху, но тот был прикрыт лёгким покрывалом. Она замерла, заметив, как самые соблазнительные на свете губы тронула едва заметная улыбка. У неё дыханье сбилось, а в груди всё сжалось от переполняющих чувств. Аккуратно, кончиками пальцев прикоснулась к щеке Кристэна, не понимая – за что он выбрал и полюбил её?
- Давно не спишь? - Кристэн щурясь, смотрел на неё пронзительным взглядом и с губ девушки сорвалось:
- Люблю тебя! Благостные… как же я люблю тебя!»
Эвелина, заморгав некоторое время, пыталась понять – где она? Резко сев, осознала – сон. Опять всего лишь сон. Прикусив губу, задышала часто, заставляя себя вымести остатки воспоминаний, всё ещё витающих вокруг невесомой дымкой. Сжала кулаки, запрокинула голову:
- Я не буду плакать. Не буду я сказала! Я смогу забыть этого нарла! - процедила и резко вскочила с кровати.
Спустя полчаса Эвелина вошла в столовую, где о чём-то перешёптывались Ринольд с Торветтой.
- Доброе утро, - улыбнулась девушка и её улыбка стала солнечнее, когда заметила, что мальчик немного смущённо улыбнулся и кивнул в ответ. - О чём секретничаете? - спросила, усаживаясь за стол и наливая себе чай.
- В столицу приехали эфиррии конструкторы и твой муж разрешил нам всем посетить выставку. Талрек пообещал с утра забронировать номера в гостинице. Как ты смотришь на идею поездки?
Пока нянечка поясняла, Эвелина заметила, как у Ринольда сверкнули энтузиазмом глазки. Он увлекался конструкторскими разработками и мечтал когда-нибудь изобрести летающий на эфире экипаж. Поэтому, возможность посещения выставки инновационных технологий для него была маленьким чудом.
- Ты поедешь? - подал голос мальчик.
Взглянув на пасынка, Эвелина поняла, что он спросил скорее из вежливости, нежели действительно желал её общества.
- Спасибо, но вынуждена отказаться, - вздохнула девушка.
- Эви, - укоризненно начала Торветта, - девочка моя, нельзя столько заниматься! Тебе просто необходимо отвлечься!
- Да я и не планирую выкладываться сильно. Просто Талрэк обещал, что на днях возьмёт меня с собой на работу. Вы же не на день поедете, не так ли?
- Конечно нет! - возмутился Ринольд и тут же сконфуженно затих.
- Дня три, максимум пять, не больше, - улыбнулась Торветта.
- Ну и отлично! - закрыла тему Эвелина. - Я остаюсь.
Проводив пасынка и свою нянечку, Эвелина устремилась в сад. Разомкнув одно кольцо левого браслета начала тренировку. Злилась, пыхтела, всхлипывала от бессилия, когда эфир раз за разом, не подчиняясь, растекался из зарождающихся ниточек и оседал вялой лужицей. После таких занятий вокруг беседки образовалась выжженная полянка.
- Да чтоб вас исчадия Бездны разодрали! - выцедила сквозь зубы. Посмотрев по сторонам, поняла, что пропустила обед и дело уже идёт к ужину. Уныло вздохнув, направилась в дом.
Ей нравилось царящее здесь уединение и то, что Талрек не жалует посторонних в своём имении. Вспомнилось, как он на третий день её пребывания в королевстве повёз для представления главе рода. Четыре часа пути к роскошной усадьбе и множество чужих лиц – отпечатались в памяти девушки. Глава рода Талрека, седовласый, но ещё статный и властный мужчина осматривал Эвелину цепким, пронизывающим взглядом, пока супруг представлял её.
- … владеет семью единицами дара, целительского, Благостного. Но раскрытие было поздним, в связи с этим требуется обучение, которое я осмелюсь взять на себя, - завершил Талрек свою речь.
Эвелина была настолько взволнована, что только по дороге домой вспомнила, что супруг преуменьшил силу её дара.
- Зачем ты это сделал? Сказал, что дар у меня семь единиц, а не двенадцать? – спросила, сидя в салоне эфирката.
- А тебе нужно излишнее внимание? - вскинул брови супруг, на что Эвелина, прикусив губу, помотала головой.
- Запомни на будущее – чем меньше людей знают настоящую силу твоего дара – тем лучше и безопаснее для тебя.
В усадьбе супружеская пара не стала задерживаться. Глава рода, узнав, что под его началом прибавился ещё один целитель среднего звена, с лёгкостью отпустил их, чему девушка была неимоверна рада.
Вспоминая равнодушные, а порою недружелюбные взгляды членов рода, было понятно, что к Талреку относятся с уважением, но в то же время с холодным отчуждением. Наверно поэтому никто из родственников не наносил ему визиты, и это тоже было огромным плюсом для Эвелины.
Некая изоляция не тяготила, а только радовала её.
- Ты вновь меня ослушалась? - Талрек за ужином попытался напустить на себя грозный вид, но из-за усталости у него это плохо получилось
- Не ослушалась, а немножечко потренировалась, - улыбнулась девушка. - Ты вот сам выглядишь очень устало. Неужели у вас в центре такие тяжёлые пациенты?
Супруг Эвелины к её удивлению работал в реабилитационном центре, но в нём содержали уже взрослых людей. Узнав место работы Талрека, девушка вытребовала у него обещание, что он устроил её в штат. Супруг же выдвинул условие, что это будет только когдаона научится более-менее сносно работать с эфиром.
- Я сегодня подрабатывал частным целителем. Пришлось проехать пространственным тоннелем на другой конец королевства и выложиться по полной. Через день опять отправлюсь туда же.
- Зачем себя так выматывать? - помрачнела девушка. - У меня есть содержание в пять тысяч, а вскоре я начну зарабатывать. Или ты мне не рассказал чего-то? У тебя финансовые проблемы? - Эвелина отложила столовый приборы, требовательно глядя на супруга.
- Нет, Эвелина, - улыбнулся мужчина, но девушка заметила, что вышло это немного натянуто. - Проблем никаких нет. Я просто хочу, чтобы моя семья была обеспечена. И даже в том случае, если со мной что-то случится – вы не будете ни в чём нуждаться.
За прошедшие два месяца Талрек и Эвелина очень много беседовали и постепенно узнавая друг друга, сближались. Они становились хорошими друзьями, и девушка была безмерно благодарна супругу за то, что он ни разу даже не намекнул на физическую близость.
Талрек открыто рассказывал о себе и своей жизни, но бывали вот такие моменты, когда девушка нутром чувствовала какую-то фальшь в его словах и это её настораживало.
Понимая, что даже если закидает супруга вопросами, он будет отнекиваться, перевела тему:
- Ты обещал взять меня в центр. Может завтра?
- Увы, завтра не смогу. А вот через два дня – да, - одарил мягкой улыбкой и поднялся. - Извини, пойду отдыхать. Сегодня я действительно устал.
Следующий день от предыдущего отличался лишь тем, что после обеда зарядил противный дождь. Эвелина, устроившись в гостиной с книгами, окунулась в теоретическое изучение управления эфиром и настолько углубилась в чтение, что вздрогнула, услышав приближающиеся крики.
Дверь комнаты с грохотом распахнулась, являя Кристэна.
От шока у Эвелины ошарашено распахнулись глаза и приоткрылся рот и она перестала дышать, услышав:
- Ну здравствуй, Эви.
Кристэн, не обращая внимания на извинения дворецкого, который уверял Эвелину что пытался остановить трэла, уселся в кресло и с усмешкой осмотрел застывшую соляным столбиком бывшую жену.
- Вижу не ожидала меня увидеть, - скривил губы в улыбке Кристэн, и Эвелина наконец отмерла.
Сипло, едва слышно спросила:
- Что… что ты тут делаешь?
- Навещаю бывшую неверную супругу. Что тут неясного? - Кристэн демонстративно стряхнул с колена несуществующую пылинку и мрачно посмотрел на рухнувшую в кресло девушку.
Эвелине казалось, что земля раскалывается у неё под ногами, что она сошла с ума, раз видит бывшего мужа в маленькой гостиной. Тряхнула головой, ущипнула себя и только потом подняла взгляд, сталкиваясь со штормовыми глазами Кристэна. Ей хотелось забиться в какой-нибудь уголок, чтобы осмыслить происходящее, начать мыслить связно и засыпать Кристэна вопросами. Но в голове был такой ураган, что она молча шокировано смотрела на Кристэна, не в силах вытолкнуть из себя ни слова.
Кто знает – чем бы закончилась эта встреча, но буквально через несколько минутпосле того, как в гостиную вошёл Кристэн, дверь вновь с резким ударом распахнулась, являя негодующего хозяина усадьбы. Талрек цепким взглядом осмотрел Эвелину и удостоверившись, что она в полном порядке, выдохнув, бросил негодующий взгляд в сторону гостя.
- Трэл Кристэн. Какая неожиданная и должен признать неприятная встреча. Что привело вас в мой дом? - заложив руки за спину, Талрек прошёл в комнату и встал на линии взгляда между Кристэном и Эвелиной, заслоняя её собой.
- Я думаю – вы оба догадываетесь о причине моего визита, - язвительно усмехнулся Кристэн.
- Я всё же требую от вас объясниться, - отчеканил Талрек.
- Ну что ж, сегодня я в отличном настроении и прощу вам эту вольность. Намедни до меня дошли слухи, что у моей бывшей супруги открылся дар.
- Вы правильно сделали акцент, - спокойно парировал Талрек: - бывшей! И вас никоим образом не касается одарённость моей! супруги.
- Отчего же? - в наигранном удивлении вскинув брови, Кристэн поднялся и вплотную приблизился к Талреку. Сделал шаг вбок, глядя насмешливо на застывшую в кресле Эвелину: - Эви, милая, разве ты не удосужилась поставить в известность своего нынешнего, - выделил он интонацией последнее слово: - супруга, о том, что ты до сих пор принадлежишь роду Аладун?
- Вы потеряли право обращаться к Эвелине напрямую, как только разорвали с ней брачный контракт, - процедил Талрек и как Кристэн сделал шаг вбок, вновь перекрывая ему обзор на Эвелину. - Извольте соблюдать приличия, трэл, иначе…
- Замолкни, - отмахнулся он от Талрека и в воздухе взметнулись жгуты тёмного эфира. Но и Талрек быстро среагировал – искристая энергия его дара пронзила жгуты, отчего те развеялись, оседая на пол пепельным облаком, опаляя цветастый ковёр под ногами мужчин.
- Неплохо, - усмехнулся Кристэн. - Но я ведь могу размазать тебя по стене так, что и ошмётков не останется, - процедил сквозь зубы, и в этот момент Эвелина очнулась, подскочила на ноги и вцепилась в руку Талрека.
- Не надо, - пролепетала едва слышно. - Не трогай нас! Что тебе нужно?
Часто дыша, Эвелина до сих пор не верила, что всё происходит в реальности.
Ей казалось, что всё это плод её воображения, сон, иллюзия – страшная, непонятная, пугающая. Но в то же время она жадно вглядывалась в каждую чёрточку бывшего супруга. Сердце заходилось в сумасшедшем ритме, пока её взгляд метался по лицу Кристэна.
- Милая Эвелина, - протянул Кристэн. Засунул руки в карманы и легонько покачнулся на каблуках высоких сапог: - ты всё такая же наивная и глупая. Но раз уж ты сама не можешь прийти к очевидным выводам, я так и быть – объясню. Разрывая с тобой брачный союз, я оставил тебя под опекой рода. Ты собственность, вещь моего рода, - Кристэн бил наотмашь словами и при этом, сузив глаза, следил за сменой эмоций на лице девушки.
Вот она неверяще смотрит на него, после заморгав, пытается осмыслить услышанное и, побледнев ещё сильнее, отрицая – качает головой:
- Этого не может быть. Не может! - прошептала, а перед глазами, за пеленою слёз, каруселью мелькали воспоминания. Счастливые годы замужества – наполненные нежностью, любовью, последний день перед расставанием, когда глаза Кристэна сверкали яростью, статья в периодике о его женитьбе и острые зубья боли, разочарования, обиды всё сильнее стягивали в капкане сердце. Эвелина от наплыва чувств начала задыхаться, рывками втягивая воздух, и в этот момент Талрек обнял её за плечи:
- Не тревожься. Мы всё решим, - тихо проговорил ей на ухо, поглаживая успокаивающе по спине и вселяя в девушку уверенность, укрывая своей аурой защиты. И только после этого Эвелина смогла вздохнуть полной грудью и стиснув зубы, прямо взглянуть в глаза Кристэна:
- Зачем? Что тебе нужно? - пусть и дрожащим голосом, но спросила решительно.
- Всё просто, - Кристэн отступил на несколько шагов, сжал кулаки, глядя только на Эвелину, игнорируя Талрека: - твои двенадцать единиц дара пригодятся роду Аладун.
- Как вы узнали? - Талрек растерянно посмотрел на испуганно моргнувшую Эвелину и перевёл взгляд на Кристэна.
- Ты сомневаешься в моих возможностях? - насмешливая улыбка заиграла на губах Кристэна, но вдруг он помрачнел и с ледяным равнодушием продолжил: - Ты,- указал на Эвелину: - завтра в три часа пополудни обязана явиться на тренировочную базу. В столице подходящая для меня только одна – имени Гензера. Пройдёшь через воронку считывания, чтобы я убедился в единицах твоего дара. А там посмотрим – нужна ты мне будешь или нет.
- Я не поеду! - сорвалось с губ Эвелины хриплое. Она вцепилась в руку Талрека как утопающий в соломинку и немного осмелела, ощутив ответное пожатие. - Нет! - произнесла чуть громче и решительно вскинула подбородок.
И пусть в её глазах плескалась боль и страх, она не опустила головы, стояла, вытянувшись как маленький воин под насмешливым взглядом Кристэна.
- Ну надо же – не ожидал что ты проявишь смелость. Раньше была как бесхребетное создание, а сейчас… Если это заслуга твоего нового… хм, мужа, то могу даже поаплодировать.
Слова Кристэна сочились таким ядом, что девушка едва не покачнулась. Её словно окунули по самую макушку в чан с помоями. На глаза то и дело наворачивались слёзы, но вскинув голову, девушка сдерживала их.
- Моя… супруга… никуда… не поедет! - чётко, резко, выделяя каждое слово гневно проговорил Талрек.
- В моей власти разрушить вашу идиллию как песочный замок. Ты, - Кристэн посмотрел на Эвелину: - принадлежишь мне! А ты, - перевёл мрачный взгляд на Талрека: - заткнёшься и всеми силами будешь способствовать тому, чтобы она завтра вовремя прибыла на базу. И если меня не устроит её рвение и пунктуальность – лишитесь всего! Ты же не хочешь, чтобы твоя маленькая, грязная тайна стала достоянием властей? Что будет с твоим внуком Та-а-алрек? - едко растянул Кристэн имя оппонента. Улыбнулся и резко развернувшись, направился к двери. Остановившись на пороге, обронил:
- Ты зря тянешь. Никакая реабилитация и никакое лечение Миграду не помогут.
Дверь закрылась и супруги на негнущихся ногах, поддерживая друг друга, прошли к дивану. Талрек, опустив голову, погрузился в свои тягостные думы и только тихий всхлип вернул его в реальность. Посмотрев на Эвелину, которая сидела, обняв себя руками, тотчас приобнял её.
- Девочка, посмотри на меня, - попросил, с тревогой заглядывая в глаза супруге.
Но она глядела сквозь него. Тихонько, на грани слышимости всхлипывала и, покачиваясь, впала в какой-то транс.
- Ринада, - позвал громко, но девушка в его объятиях даже не вздрогнула. - Присмотри за ней, - велел вошедшей экономке, порывисто поднимаясь на ноги и торопливо покидая гостиную.
Эвелина не слышала и не видела ничего вокруг. Перед глазами стояло лицо любимого. Все её старания забыть, вычеркнуть его из жизни пошли прахом, рухнули, стоило Кристэну появиться на пороге. И опять вопрос: «за что?», начал терзать душу. «Почему не объяснился, почему не дал ей слова? Любил ли он когда-нибудь или для него их брак был всего лишь забавной игрой?»
- Лина, выпей, - к губам девушки прислонилось холодное стекло и она, вздрагивая всем телом от подступающих рыданий, послушно выпила горькую, успокаивающую настойку.
- Вот так, поплачь, тебе надо выплеснуть эмоции, - уговаривал её Талрек, усадив на свои колени и укачивая как ребёнка.
Рыдания Эвелины постепенно стихли и она, всхлипывая и икая, начала выплёскивать супругу свои терзания:
- Он же меня… ик… как нашкодившего котёнка… ик выкинул. Понимаешь? А теперь, - Эвелина отстранилась, вытерла слёзы и схватив белоснежный платок, протянутый Талреком, затрясла им: - а сейчас ему видите ли мой дар нужен! - боль и обида постепенно сменялись злостью.
- Да что он себе позволяет? - девушка вскочила на ноги. - Я ему что – игрушка? Захотел – выкинул, захотел – вернул? Да я… да мы… Надо срочно поехать к главе твоего рода и рассказать ему всё! Он-то его приструнит! Ему…
- Лина, дорогая, - Талрек поднялся на ноги и приобняв разбушевавшуюся жену повёл на выход.
- Ринада, - встретив в коридоре экономку, остановил её: - ванна для трэи готова?
- Всё как вы распорядились, - закивала женщина. - И вещи…
- Благодарю, - оборвал её Талрек и повёл возмущающуюся супругу дальше. - Эвелина, прими сейчас ванну, и мы поговорим, хорошо? - завёл он девушку в её покои, передавая опеку над ней камеристке.
Эвелина безропотно позволила себя раздеть и погрузилась в тёплую воду. Эмоции штормили и её кидало то в ярость, то погружало в омут душевных терзаний. Покинув купальню, увидела, что горничные собирают её вещи, укладывая в сундук.
- Что вы делаете? - растерянно обвела взглядом суетящихся девушек.
- Хозяин приказал, - отозвались прислужницы.
- Трэл распорядился собрать вас в дорогу, - вмешалась камеристка, вынося из гардеробной дорожный костюм.
- Куда мы поедем? - озадаченно спросила Эвелина, скидывая пушистый халат и вытягивая руки, пока камеристка накидывала на неё тонкое нательное платье.
- Этого, простите, не ведаю, - услышала в ответ и, одеваясь, решила для себя, что Талрек повезёт её к своему главе рода. Воодушевившись этой мыслью, начала двигаться сноровистее и вскоре спешно вошла в гостиную, к ожидающему супругу.
- Лина, уже готова? - не дав девушке задать ни единого вопроса, повёл на выход: - В дороге поговорим. Сейчас нам нужно выезжать.
Уже сидя в эфиркате, Талрек некоторое время напряжённо молчал, избегая взгляда Эвелины и потом со вздохом признался:
- Нет, Лина, мы не едем к моему главе. Мы едем в столицу.
- Эм… Но зачем? - глухо спросила девушка, предчувствуя худшее и её опасения оправдались:
- Тебе необходимо завтра явиться в центр и…
- Нет! - резко, с отчаянием выдохнула девушка. - Талрек, пожалуйста, - наклонившись вперёд, ухватила ладони мужа. - Не отдавай меня ему! Прошу… умоляю тебя!
- Лина, - надломлено вытолкнул Талрек, опуская голову: - ты не понимаешь. У меня нет возможности защитить или спрятать тебя.
- Нет. Нет. Нет! - с ужасом твердила Эвелина. Отстранившись и втиснулась в самый уголок салона экипажа. - Ты же обещал! Талрек, у меня же дар и твой глава… ему ведь нужны сильные эфиррии! Я клянусь – я буду учиться, я буду…
- Никто не пойдёт против скользящего. Лина, глава моего рода сам тебя отправит к твоему бывшему мужу.
- Какому скользящему? Послушай, ведь можно…
- Лина! - Талрек повысил голос и, вскинув голову, прямо посмотрел на жену, прижавшую ладони к груди. - Твой бывший мало того, что скользящий, он проникающий! А между нашими государствами, да и другими заключен негласный договор – таким как он, оказывать всяческое содействие! Я даже спрятать тебя не могу, потому что…
Талрек не закончил, вновь опуская голову и сжимая ладони в кулаки.
- Ты о чём? - Эвелина, мотнув головой, растерянно спросила: - Почему оказывать содействие?
- Потому как проникающих слишком мало. У Кристэна уникальный дар и…
- Он берсерк! - выкрикнула девушка. - Обычный воин. Я знаю, что иногда он зачищает территорию возле разломов, но то что ты говоришь – это…
- Сколько ты прожила с ним? - нахмурился Талрек, а услышав ответ, прикрыл глаза. Чуть усмехнулся и, вздохнув, кивнул: - Он не рассказал тебе.
- Не рассказал что? - тихо спросила девушка, ещё больше сжимаясь и холодея. Боясь услышать правду.
- По закону им запрещено распространяться о подобном, но обычно жены знают – с кем делят постель и от кого рожают детей. Но твой бывший…
Талрек откинулся на спинку кресла и с сочувствием посмотрел на девушку:
- Среди сильнейших эфирриев есть скользящие – те, кто могут проникнуть в разлом Бездны и выдернуть из того мира образцы для наших учёных. Но есть ещё и проникающие. Ты слышала, что в разломы утягивают людей?
- Одарённых, - растерянно кивнула Эвелина, не веря в то что слышит.
- Да. Я, работая по найму, знаю довольно специфическую, конфиденциальную информацию. Так вот, создания Бездны утягивают в разломы одарённых и питаются их энергией, эмоциями. Но есть возможность выдернуть в наш мир попавшего туда. Если одарённый важен, и прошёл небольшой отрезок времени, к разлому в срочном порядке направляют проникающих. Таких как твой бывший муж, Лина.
- Но ведь этого не может быть! Все, кто попал под воздействие эфира Бездны сходят с ума!
- Не все, - качнул головой мужчина. - Иногда одарённых утягивают, но разум у них остаётся чист.
- Нет, Талрек, нет! - Эвелина не верила в то, что слышит.
Она не верила, что Кристэн за два года супружества не рассказал ей о подобной грани своего дара. Продолжая отрицать, она растерянно осмотрелась и положила ладонь на дверную ручку эфирката.
- Лина, не делай глупостей, - её руку накрыла мужская ладонь и мягко увела в сторону.
- Ты даже не пытаешься найти выход, - всхлипнула Эвелина, пытаясь оттолкнуть обнявшего её супруга.
- Прости меня, девочка. Я не могу, - сипло признался Талрек. - Я хочу… но не могу! Если ты завтра не прибудешь в центр, твой бывший муж уничтожит не только меня. Судьба моего внука – Ринольда в твоих руках. Прости меня, - поник он, сжимая ладони Эвелины.
- Почему? - спросила девушка тихо. Она чувствовала, как сердце сковывает ледяная плёнка и захотелось закрыть глаза, провалиться в небытие, где нет терзаний. - Что ты скрываешь?
- Мой сын… Когда Ринольду было пять лет, моя жена привезла внука к нам домой, а сама отправилась к сыну. Невестка была на последнем сроке беременности, и моя супруга хотела ей помочь после рождения ребёнка. В той области, где жил мой сын, открылся разлом. Моя супруга, невестка и сын попали под воздействие эфира, - Талрек задышал чаще и на мгновение закрыл глаза, пытаясь справится с обуревавшим его горем. - Сын… он остался жив, - сипло прошептал мужчина.
- Ты же сказал… - Эвелина отстраненно посмотрела на супруга.
- Да, я всем сказал – что мои родные погибли. Но никто не знает, что мой сын выжил. Его должны были уничтожить. По счастливой случайности – среди берсерков, которые вели зачистку, оказался мой давний друг. Он спрятал Миграда в одном из подвалов, а после вывез его. Разум моего сына искорёжен, и он не может жить среди людей. Он опасен не только для окружающих, но и для себя самого. Но понимаешь, - Талрек блеснув надеждой в глазах, сжал ладони девушки: - временами, редко, но бывает – сознание возвращается к нему! Сейчас ведутся исследования и разработки – как вернуть рассудок людям, попавшим под выброс эфира. И я верю, что Миграда удастся спасти! Поэтому и прячу его по лечебницам. Все они в целях безопасности находятся в отдалении от поселений. На сокрытие уходят большие суммы и бывает приходится его переводить из одной лечебницы в другую. Но я не сдамся!
Эвелина, застыв, смотрела на мужа как на сумасшедшего. Она прекрасно знала, что выживших после воздействия смертоносного эфира Бездны уничтожают. Это был непреложный закон. И не потому что они теряли разум, а потому, что проникший в их тела эфир Бездны, подпитываясь энергией человека начинал крепнуть, увеличиваться. Даже если пострадавшего всего обвесить блокирующими браслетами, запертая сила, достигнув максимума, срывала все ограничения, выплёскиваясь в мир. Уничтожая всё и всех вокруг.
Поэтому и приняли подобный закон, а за сокрытие подобных людей грозила высшая мера.
- Ты же понимаешь, что тебя казнят? - севшим голосом спросила Эвелина. - Законы всех государств едины на этот счёт. Ты подставляешь под удар не только свою жизнь. Благостные, я уже не говорю о том – сколько людей могут пострадать! Я говорю о жизни твоего внука, которого ты также подставляешь под удар, а теперь и меня. Если это вскроется – мы все попадём в опалу, и нас прировняют к уровню отщепенцев. Нас могут отправить в зону отчуждения!
- Я знаю, - кивнул Талрек и, не сумев сдержать эмоции, с отчаянием вскрикнул: - Знаю! - Ударил кулаком по стенке эфирката. - Да, я скрываю! Но я верю, что вскоре всё получится! Найдут решение, лечение и я не прощу себе, если сын умрёт до этого времени! Ты не понимаешь, - Талрек порывисто отвернулся и взъерошил волосы: - У тебя нет детей, и ты не знаешь – каково это – дать добровольно! - просипел мужчина. – Добровольно, мать вашу, дать сыну умереть!
- Да, я не понимаю, - с горечью прошептала девушка, обнимая себя за плечи и отворачиваясь к окну.
Она более не слушала супруга, понимая, что он как фанатик не сойдёт с выбранного пути. Понимала, что он не только отвезёт её к Кристэну, но, если потребуется – на руках донесёт до центра и как подарок ленточкой украсит. Только бы его тайна не всплыла, только бы защитить внука и сохранить жизнь сыну.
Как она провалилась в сон, Эвелина не помнила, очнулась от мягкого прикосновения к плечу и тихого:
- Лина, просыпайся, мы приехали.
Покинув экипаж, девушка понуро поплелась за супругом в холл гостиницы, а затем и в снятый номер, где не раздеваясь, упала на кровать. Долго лежала, отрешённо наблюдая, как за окном разгорается рассвет, как всходит солнце, а очнулась от требовательного зова Талрека:
- Лина, проснись. Тебе пора собираться.