Глава 14

Ветер растрепал волосы и морозный воздух больно резанул кожу, забираясь под пуховик. Но, вопреки всему этому, я не ощутила холода. Наоборот, мне было жарко. От испытываемой обиды, смешанной со злостью и безысходностью, горели мысли и, кажется, этот жар передавался телу.

— Как?.. Как он мог? Ненавижу… — я что-то бормотала, но сама не вникала в суть сказанных фраз.

Раз за разом кусала губы, стараясь сосредоточиться исключительно на своем гневе, ведь так было легче и проще. Пропитаться ненавистью и просто не думать о том унижении, которое только что испытала, но, стоило вспомнить насмешки Марго, как в сознании вновь вспыхивали отголоски той моральной боли, которую пережила, из-за слухов во время старших классов.

Да, я уже не была беззащитной шестнадцатилетней девчонкой, но сейчас терялась. Кирилл переслал фотографию Марго и я понимала, что, вполне возможно, этим он не ограничится и уже скоро, благодаря скотству Чернова старшего, новые слухи обо мне станут для всех прекрасным развлечением. Вновь издевки и мерзкие домыслы. Молодец, Кирилл. Как всегда добился того, что хотел и убрал с пути неугодного для себя человека. А я была именно такой для него. Помехой для его брата.

Предполагая, что в это самое время фотография могла расходиться по телефонам других ребят, я понимала, что уже скоро она окажется у Стаса. Или же он уже ее увидел? Мне следовало поговорить с парнем, но пока что у меня не было слов для этого разговора. Поэтому я просто шла куда-то вперед. Подальше от гостиницы, Кирилла, Стаса, Марго и остальных.

Другие отели и заведения уже включили яркие огни на вывесках и блики от них виднелись на снегу. Дул ветер и мелкими крупицами падал снег. Кажется, было куда прохладнее, чем утром и благодаря этому желающих прогуляться по заснеженным улочкам не наблюдалось.

Окружающую меня тишину внезапно разорвали быстрые шаги, сопровождаемые хрустом снега и уже вскоре чья-то массивная ладонь сжалась на моем запястье, из-за чего я почувствовала боль даже сквозь пуховик.

— Какого ты творишь? — послышался позади меня хорошо знакомый голос, в котором тут же уловила гнев и раздражение. — Дала мне пощечину и убежала черти куда в ночь. С головой не все в порядке?

Я обернулась и посмотрела на Кирилла. Ни шапки, ни перчаток. Куртка расстегнута и ее края разлетались из-за ветра, давая мне увидеть широкую грудь, вздымающуюся из-за глубокого дыхания.

— Отпусти, — зашипела, отдергивая руку.

Мне удалось ее вырвать из твердой хватки лишь потому, что второй ладонью я несколько раз со всей силы ударила Кирилла в грудь и он, пытаясь ее перехватить, на мгновение ослабил хватку. Этого мне хватило.

— И больше никогда не прикасайся ко мне! — громко произнесла то, чего желала. — Ненавижу это!

Насколько же сильно мне сейчас были ненавистны его касания. Всегда грубые и неминуемо болезненные. От них по коже бежали разряды тока, а сейчас еще и в сознании бушевали волны злости. Настолько мощной, что просто не было сил сопротивляться. Был лишь один вход. Поддаться и ненавидеть этого мерзавца всей душой.

Я скривилась и с отвращением потерла свое запястье, к которому прикасался Кирилл. Делала это так, будто хотела убрать с руки невидимую грязь. Чернов старший это заметил.

— Что случилось? Неужели брат увидел засос и бросил тебя? — поинтересовался Кирилл. В полумраке улицы его глаза внезапно полыхнули. Правда, в этом блеске не было ничего хорошего. — Неужели, ты у нас теперь одинокая шалава? Свободна для новых клиентов?

Мои руки дрогнули и уже в следующее мгновение я вновь дала ему пощечину, в которую вложила все силы и негодование. От этого ладонь начало пощипывать и на щеке у Чернова появилась красная отметина. Только мне совершенно не стало легче от этого, ведь удар не сотрет из памяти людей мои обнаженные фотографии.

— Какой же ты козел, — с моих губ сорвались слова, пропитанные ненавистью.

Раздраженно потирая ладонь о ткань пуховика, чтобы убрать это покалывание, я развернулась и пошла прочь. Было невыносимо находиться рядом с этим человеком и теперь нам точно не о чем разговаривать. Кирилл подошел к краю и перешел черту. Уничтожил крупицы моего самообладания, благодаря которым я еще могла его терпеть. Все. Хватит.

Пошел он к черту.

— Стой, — прозвучало грубо, словно приказ.

Ладонь Кирилла вновь легла на мое запястье, но прежде чем она стиснула его, я успела выдернуть руку. Больше не оборачиваясь к парню, я быстрыми и резкими шагами пошла прочь.

— Я сказал, стой, — Кирилл легко меня перегнал и встал впереди, своим громоздким телом преграждая путь. — Мы еще не договорили. Почему я должен повторять дважды? — он был в ярости, но сейчас меня это совершенно не пугало.

Мне хотелось возразить. Сказать, что это никакой не разговор, ведь его вечные оскорбления таковыми точно не являются, но вместо того, чтобы вновь опускаться до повышения голоса и очередной ругани, я просто промолчала. Не было смысла ему что-то говорить или объяснять. Раньше я пыталась это делать и вот к чему все привело. Слова, сказанные Кириллу — пустая трата времени.

Я ловко проскользнула между Кириллом и каменным забором очередной гостиницы, после чего быстрым шагом, вновь побрела вдоль улицы. Мы уже находились в конце курортного поселка, и я как раз миновала последнее здание. Плохо. Тут негде спрятаться от ненавистного человека.

— Твою же мать… Ника! — разъяренный рев раздался позади меня. Кириллу явно не нравилось мое молчание. Оно вводило парня в бешенство.

Желая все же уйти от парня, я еще сильнее ускорила шаг и сорвалась на бег. Впереди были припорошенные снегом сосны и я надумала спрятаться между ними, из-за чего забежала поглубже в лес, но не учла одного — тут снег не был притоптан и мои следы были прекрасно видны. Благодаря этому, пусть Кирилл сразу и отстал от меня немного, но уже вскоре так же легко нашел и догнал.

— Бесишься из-за того, что Стас увидел засос? Лишилась богатенького парня и строишь из себя обиженную недотрогу? — гневно взревел он, вдавливая меня своим телом в дерево. — Я на это не поведусь! Если бы ты не была такой шлюхой, я… — парень замолчал. Просто оборвал фразу по середине и несколько раз глубоко вздохнул, словно пытаясь успокоиться.

Я вновь ничего не ответила. Смотрела на него с отвращением и игнорировала абсолютно все слова. Очередные обвинения и оскорбления. Кирилл на другое не способен, а я уже слишком сильно устала от этого.

— Решила в молчанку поиграть? Со мной это не прокатит, — и вновь несдержанность и ярость в голосе. Кирилл сильнее вдавил меня в дерево. Стало практически невыносимо больно, но я даже не пискнула.

Было видно, что мое молчание его злило все сильнее и сильнее, а мне, наоборот, становилось легче. Нет, я не ощущала свободы от плохих эмоций, но в какой-то момент меня просто переполнило все плохое, что произошло за последнее время и появилось некое безразличие ко всему. Чтобы я не делала, хуже уже не будет.

— Пошли в гостиницу, — Кирилл сжал мою ладонь в своей и потянул за собой.

К этому времени уже полностью стемнело и начался куда более сильный снег, который повсюду вихрем кружил ветер, пробирающийся сюда даже сквозь деревья. Из-за этого я свободной рукой прикрыла лицо, после чего попыталась высвободить свою руку из хватки Кирилла.

— Не вырывайся, — прорычал Чернов старший. — Не хочешь говорить? Заставлю. Будешь у меня и говорить и кричать и стонать. Только номер сниму отдельный. Раз уж Стас знает о том, какая ты…

Я прикусила губу и резко затормозила, это не помогло. Кирилл просто потянул меня на себя и я упала на колени. Снег мог бы смягчить падение, но под ним оказалось нечто наподобие корня дерева, что больно впился в ногу. Правда, я на это не обратила внимания.

— Вставай, — Кирилл потянул меня на себя, но я, обмякнув, повисла, как кукла.

— Стас знает, о том, какая я? — я все же нарушила свое молчание. — Стас знал меня лучше, чем ты. Он стал для меня дорогим человеком, но ты все разрушил. И еще таким мерзким образом. Ты даже не просто отправил фото Стасу. Ты переслал его Марго. Поступок, достойный тебя.

— О чем ты говоришь? — Кирилл подхватил меня за талию и все же поднял на ноги, но я тут же оттолкнула его.

— Я говорю про ту фотографию, которую ты сделал, когда я голая лежала у тебя на кровати, — я выставила руку вперед, не давая Кириллу подойти к себе ближе. — Да, я дура, ведь перепутала вас, но то, что ты сделал… Молодец, Марго сегодня отлично развлечется. Она ту фотографию уже вовсю обсуждает со своими подругами. Ты нашел отличный способ распространения мерзких слухов. Марго с этим отлично справится.

— С чего ты взяла, что я ее переслал Марго? Тебе померещилось черти что… — я не дала Кириллу договорить и тут же перебила его:

— Мне померещилось лишь то, что в тебе может быть хоть немного адекватности, — я развернулась и пошла назад, все еще продолжая закрывать лицо ладонью. — И оставь меня в покое. Ты и так сделал все, что мог. Можешь собой гордиться.

— Остановись! — раздался очередной приказ Кирилла.

Парень пошел за мной и еще что-то говорил, но я его не слушала. Решила абстрагироваться от того, что было неприятным, а на данный момент первое место в списке ненавистного как раз находился Кирилл.

Я намеревалась вернуться в гостиницу и собрать вещи, чтобы утром следующего дня вернуться домой, но, пройдя метров десять поняла, что, кажется, шла не в ту сторону. Ветер и ночной мрак скрыли наши прежние следы, оставляя вокруг лишь вихри из падающих снежинок.

Я остановилась и оглянулась вокруг, но так и не смогла понять в каком направлении находилась гостиница.

— Ты меня слышишь? — Кирилл сжал ладони на моих плечах и развернул меня к себе. Кажется, он только сейчас понял, что я его опять игнорировала и это точно разозлило парня.

— В какой стороне находится гостиница? — я не ответила на вопрос Чернова старшего и задала свой.

— Ты слышала, что я говорил? — он явно хотел выяснить отношения, но этого не хотела я.

— Откуда мы пришли? — вновь спросила. — Я хочу вернуться в гостиницу.

— Хорошо, давай вернемся, — парень шумно вдохнул и кивнул. Казалось, что он из последних сил пытался держать себя в руках. — Поговорим у тебя в номере.

Кирилл взял меня за руку и повел ровно в противоположную сторону той, в которую я шла изначально, но через пару метров, он остановился и оглянулся вокруг. Так я поняла, что, возможно, он тоже не знал, куда нам нужно идти.

— Я же просила не трогать меня. И в свой номер я тебя не пущу, — вырвала свою руку и сделала шаг в сторону. Кириллу это не понравилось, и он вновь потянулся ко мне.

— Как будто я тебя спрашивал о разрешении войти в твой номер, — прорычал парень, но вновь мою ладонь поймать не смог. Я резко отстранилась и сделала несколько шагов в сторону, потому что очень сильно не желала чувствовать его прикосновения к коже. — Блять, если ты не перестанешь сопротивляться…

— Что ты сделаешь? — фыркнула. Кирилл резким рывком сократил расстояние между нами, но я вновь попыталась его увеличить. Его рука потянулась к моему пуховику, но из-за того, что я споткнулась, замирая на месте, получилось так, что парень, наоборот, меня толкнул.

Позади меня находился то ли пень, то ли сваленное дерево, на что я упала и не смогла удержаться на ногах. Рухнула в снег и покатилась вниз по склону горы. Падала я не очень долго, но успела обо что-то удариться и в полном мраке я лишь по ощущениям поняла, что лицо насквозь залила кровь, и во рту ощущался ее вкус. Кажется, я разбила губу и на брови теперь была ранка. Эти места жгло особенно сильно.

— Мать твою…! Какая же ты проблемная девушка! — одно мгновение и рядом оказался Кирилл и он начал меня с опаской трогать, проверять целостность костей. — Ты меня слышишь? Не смей отключаться на холоде и не пойми где.

Я не отвечала. Заторможено сжимала в ладони снег и пыталась им смыть с века кровь. Голова у меня кружилась, но силы как-то иссякли, и я ничего не ответила.

Кирилл попытался поднять меня на руки, но я его оттолкнула и сама поднялась с земли. Он что-то говорил, но я не вслушивалась во фразы. Не могла и не хотела это делать. Зато, из каких-то последних сил отталкивала от себя Кирилла. Старалась идти самостоятельно, но длилось это недолго.

Уже вскоре я потеряла сознание, но, прежде чем рухнула в снег, сильные руки подхватили мое обмякшее тело.