Глава 23

Тело перестало меня слушаться и, пока я бежала по улице, постоянно спотыкалась. Даже несколько раз упала на землю, слегка стесывая кожу на коленках и ладонях, но на боль никакого внимания не обращала. Просто бежала вперед. Все равно куда. Главное, подальше от того дома и Кирилла.

Перед глазами мелькали знакомые улочки и поросшие высокой травой проулки. Я даже не успела понять, в какой момент оказалась в другом конце села, но, глядя на черную воду пруда перед которым теперь стояла, опустилась на землю, больше не в силах стоять на ногах.

Силы полностью покинули тело и дыхание сбилось. Я легла на траву и невидящим взглядом посмотрела на звездное небо. Постепенно эмоциональное опустошение, спровоцированное шоковым состоянием, уходило и вместо него пришел жгучий гнев. Сначала он казался мне невнятными вспышками, но, стоило подумать о Чернове старшем, как гнев тут же распалялся и начинал жечь.

Как же сильно я злилась на Кирилла и ненавидела его за то, что он сделал.

— Сволочь… — сорвалось с моих губ гневное и прерывистое.

Мысленно я проклинала его, ощущая, как сознание начинало гореть от этой ярости. Гневом я дышала и им задыхалась. Сжимала ладони в кулаки, до побелевших костяшек и до крови кусала губы. Громко кричала ругательства и кидала в пруд камни, слыша, как в полной темноте вода расплескивалась. К счастью, в такое позднее время суток поблизости никого не было и я смогла наедине пережить свой личный апокалипсис.

Хотелось вырвать из воспоминаний прошедшую ночь и отречься от нее, но, всякий раз закрывая глаза, я все еще продолжала ощущать на себе грубые и жесткие прикосновения Кирилла. Я помнила то, как он резко двигался во мне и с каким жадным взглядом скользил по моим губам.

До самого утра я слышала, как мой телефон, лежащий в кармане сарафана, беспрерывно звонил, но на знакомую мелодию я внимания не обращала. Я ругала и корила себя за опрометчивость, ведь верила в то, что сильная, но, в итоге, только сейчас поняла насколько была слабой. Чувствовала же, что Кирилл не из тех, кто будет бросать слова на ветер, но, все равно, глубоко внутри сознания уверяла себя в том, что он мне ничего не сделает. Ага, не сделает… Глупая беспечность. Еще как сделал. После его вторжения все тело болело, в особенности тянуло низ живота, и как бы подсказывало, что мной против воли овладел ненавистный парень.

Я настолько сильно закопалась в мысли, что очередной звонок услышала только после того, как начали появляться первые лучи солнца. Я наконец-то достала телефон и посмотрела на экран. Оказалось, что звонила Юля.

— Да? — ответила хрипло. Я все еще находилась около пруда, но теперь спокойно сидела около берега и в воде мочила ножки. Целую ночь я боролась с собственными гневом. Нет, легче мне не стало, но эмоции слегка поутихли.

— Ника, ты где? — послышался обеспокоенный голос подруги. — Тебя все ищут! Кирилл всех своих друзей напряг, и они шерстят все село.

— Вот как?.. — поинтересовалась сухо.

— С тобой же все хорошо?

— Слушай, Юль, а ты вчера думала о том, будет ли со мной все хорошо, когда докладывала Кириллу о том, что я приехала в село? — поинтересовалась, склоняя голову набок.

— Что?.. Я не… — девушка растерялась, а потом сделала глубокий вдох и спросила: — Тебе об этом Кирилл рассказал?

— Нет, я сама догадалась, — пусть Юля меня не видела, но я все равно отрицательно помотала головой.

Понимание того, что меня предала подруга, пришло этой ночью. Я раз за разом против собственной воли в голове прокручивала слова Кирилла и вместе с этим пыталась понять, как именно он меня нашел. Нет, я не была окончательно уверена в том, что ему Юля рассказала, где именно меня искать, но вот теперь, после ее ответа, у меня не оставалось никакого сомнения.

— Еще в тот раз, когда я пряталась у подруги, мне показалось странным, что Кирилл меня так быстро нашел, — сказала Юле, продолжая смотреть на спокойную воду пруда. — Ты в те дни стала мне чаще звонить, хотя до этого мы долго не общались и вот теперь я понимаю, что ты ненавязчиво пыталась выведать, где именно я находилась. Но тогда еще несколько человек могли рассказать Кириллу, где именно я пряталась, а тебя я и не подумала подозревать. Подруга как-никак.

— Вероника… — пробормотала Юля, но я ее перебила.

— Сейчас же только ты знала, что еду в село. Даже родителям я сказала об этом уже, когда ехала сюда в автобусе, — я достала ноги из воды и встала, отряхивая сарафан от засохшей травы.

— Слушай, я хотела, как лучше, — Юля пробормотала растеряно. Сейчас она явно не ожидала этого разговора.

— Да? Луше для кого? — поинтересовалась. Я подняла голову и, прищурившись, посмотрела на небо.

— Для всех, — теперь уже в голосе девушки послышалась нервозность, смешанная с еле ощутимыми нотками раздражения. — Если тебе не нравился Кирилл, нужно было более настойчиво его отшивать. Я просто хотела, чтобы вы нормально поговорили и Кирилл понял, что бегать за тобой бесполезно и наконец-то мог переключить свое внимание на другую девушку.

— На другую девушку? Ты имеешь ввиду себя? — мне было интересно, почему подруга предала и теперь наконец-то картина вырисовывалась. А ведь раньше я даже не замечала ее заинтересованности в этом человеке.

— А если и да? Что с того? — голос Юли немного дрогнул. Ее раздражение усилилось. — Чем я хуже тебя? Ничем. Только вот у меня не было и шанса начать отношения с Кириллом потому, что ты его толком отшить не могла. Виляла возле него хвостом…

Мне вдруг стало предельно ясно, в каком Юля оказывалась раздражении всякий раз общаясь со мной — той, которая отбирала внимание ее возлюбленного. Должно быть она меня презирала. После того, как правда открылась, подруга не скрывала своих настоящих эмоций и показывала свою ярость через слова:

— Ты давала ему надежду каждый раз общаясь с ним по телефону, а он — здоровый, взрослый парень естественно воспринимал ваше общение, как флирт. Все время расспрашивал у меня про тебя. Ты не представляешь, как мне было тяжело — приходилось скрывать свои чувства от себя, от тебя, от него. Поначалу я думала он общается со мной из-за того, что я ему понравилась, но оказалось его интересовала только ты, а не я. Его не интересовало, где Мы гуляем, а только где ты. И да, черт возьми, я тебя постоянно сдавала! Да! Рассказывала где ты, чтобы самой увидеть его. И сегодня я хотела, чтобы он присоединился к нам в клубе, но он плевать хотел на меня, а ушел за тобой. Как на привязи! Черт, Ника, порой мне кажется я тебя ненавижу. Отпусти уже Кирилла!

Пришлось спокойно выслушать весь эмоциональный выплеск, но после него осталось лишь полное ощущение, что меня морально побили. В голове в ту же секунду сломался привычный образ той преданной девочки Юли из детства.

В ответ на ее обвинения и злость, я, стараясь не выказать своего разочарования, холодно произнесла:

— Спасибо за совет, Юль. Я подумаю над ним.

Я отключила звонок и краем глаза заметила, что на экране так же виднелось множество пропущенных от Кирилла. Еще было далеко не одно сообщение от него, но их я читать не стала. Просто удалила и выключила телефон.

Уже вскоре я поплелась домой и, пока меня не увидели родители, проскользнула в свою комнату затем, чтобы привести себя в порядок. Я как раз успела переодеться, когда ко мне в комнату ворвалась взволнованная мама.

Она окинула меня очень внимательным взглядом, но, к счастью, последствия этой ночи я хорошо скрыла за тканью спортивного костюма. Но все равно, мама, будто чувствуя что-то, начала расспрашивать о том, что случилось и почему я не отвечала на ее звонки.

— Мам, да все хорошо, — я изобразила спокойствие и улыбнулась. — Я давно не виделась с Юлей и не уследила за временем. А в клубе музыка громко играла, и я не слышала, что телефон звонил.

— Да ты хоть можешь представить, как сильно я волновалась? — у мамы голос сильно подрагивал. Видно, что она до сих пор не могла успокоиться.

Она еще немного поругала меня, а потом обняла и сказала, чтобы я больше не вела себя так безответственно. На это я кивнула и улыбнулась уже более искренне. От заботы мамы стало спокойно и хорошо на душе. Правда, следующие ее слова кольнули. Мама сказала, что ночью к нашему дому приходил некий темноволосый парень и искал меня. Естественно я поняла, что речь зашла о Кирилле.

— Это ненормальный поклонник, — я наигранно фыркнула. — Он безобидный, но очень приставучий. Мам, если он придет опять, пожалуйста, скажи, что меня нет или лучше, что я умерла? — предложила в шутку, но в тайне надеялась, что вести о моей кончине принесут ему немного проблем или возможно заставят сожалеть о содеянном. Но мама не оценила мою попытку пошутить и подозрительно сощурилась, будто выискивая во мне произошедшие изменения. С целью исключить подозрения я поспешила исправиться. — Лучше скажи, что я вернулась в город.

Естественно, мама так просто не ушла и начала спрашивать, что это за поклонник такой. Пришлось соврать и придумать какую-то чушь, лишь бы мама не начала вновь волноваться.

Позже, я приняла душ и упала на кровать. Думала, что не засну, но, стоило голове коснуться подушки, как я тут же провалилась в темноту.

***

Мама продолжала недоумевать. Говорила, что тот парень еще несколько раз приходил к нашему дому и, более того, как ей рассказала соседка, он и его друзья искали меня по всему селу.

— Не обращай внимания. Я же говорила, что он настырный, — я покачала головой и взъерошила волосы. После того, как я выспалась, стало немного легче. Хотя, прикосновения Кирилла я все так же продолжала ощущать, но, при этом, именно их хотела забыть.

В памяти хорошо отложились некоторые моменты болезненной близости, в особенности, то как в ответ на нетерпеливые движения Черного во мне, а также его попытки склониться надо мной и соединить наши губы, я лишь холодно убирала лицо в сторону. Тем самым отворачивалась от настойчивых поцелуев и показывала парню свое негодование и не желание заниматься сексом.

Но он не желал этого понимать или же предпочитал трактовать по-своему и наоборот быстрее подавал бедра и вонзался в мою плоть, отчего я все сильнее сжималась на нем. Едва вспомнила его нетерпение и яростные движения, как рефлекторно между ног начало болезненно тянуть, напоминая, что там совсем недавно побывал Кирилл.

Как я и просила, мама сказала поклоннику, что я уехала еще рано утром, но, судя по тому, что он продолжал приходить, в этих словах парень сомневался. Как-то, незаметно выглянув в окно, я увидела его. Чернов-старший стоял около ворот и писал что-то в телефоне, а после этого посмотрел на мое окно, словно знал, что я здесь, но пока не наглел и не смел заявляться ко мне домой.

Кирилл был одет явно наспех и с растрепанными волосами, много курил, каждый новый окурок отбрасывая в сторону дороги. С такого большого расстояния я не могла толком его рассмотреть, но, кажется, он был мрачным и хмурым. Даже немного жутковатым.

Естественно, выходить к Кириллу я не собиралась. Весь день я только и делала, что сидела у себя в комнате. Сказала родителям, что простудилась и долго лежала под одеялом.

Я все размышляла о словах Юли. Виновной в ситуации с Кириллом она считала меня, явно намекая, что я не говорила ему остаточное «нет» и этим самым давала надежду. Честно, я не могла вспомнить момента, когда бы шла навстречу Чернову-старшему, таким образом показывая, что отношения между нами возможны, но разговор уже с бывшей подругой подтолкнул меня к тому, что в кое-то веке я решила окончательно расставить все точки. Оборвать любую связь с тем, что тяготило и то, что я так сильно ненавидела.

Следующим утром, еще до того, как начало светать, папа на своих старых жигулях, которые уже еле заводились, собрался ехать в соседнее село. Я собрала свои вещи в сумку и попросила подвезти к остановке, сказав, что уже пора возвращаться в город, ведь в понедельник начиналась учеба.

Вот только, еще когда мы только подъезжали к остановке, я издалека заметила около нее крутую иномарку. Это точно была машина друга Кирилла и мне показалось, что лучше не показываться ему на глаза. Парень мог рассказать Чернову-старшему, что я собралась в город и, до того, как приедет автобус, он уже придет сюда.

Очень быстро я разыграла целый спектакль, сказав папе, что хочу поехать с ним в соседнее село. Сказала, что давно там не была и мне просто любопытно, как все поменялось. Заодно, уже там я спокойно села на автобус и поехала к городу.

Во время дороги, я постоянно вертела в руке телефон и, когда автобус ненадолго остановился на заправке, я вышла на улицу и, словив связь, зашла на свою страничку в соцсети, после чего решила записать аудиосообщение Кириллу:

— Хочу объясниться, но при этом не хочу видеть тебя, — сказала хрипло, пытаясь собраться с мыслями. — Я ненавижу тебя за то, что ты сделал. Невозможно презирать кого-либо сильнее, чем я презираю тебя. Для меня ты самая последняя сволочь, — я ненадолго остановилась, чтобы сделать глубокий вдох и продолжила: — Сейчас ты ищешь меня в селе… Прекращай. Все равно не найдешь. Ты меня вообще больше не увидишь и не услышишь. Сейчас я ставлю между нами окончательную точку. Попытаешься опять появиться в моей жизни и, поверь, я сделаю все, лишь бы ты ответил за то, что сделал со мной. Тебя не спасет ни отец, ни твои деньги, ни статус в обществе. Можешь не сомневаться. У меня есть возможность сделать так, чтобы ты ответил за все. Прощай. С неуважением та, которая искренне ненавидит тебя.

Закончив записывать аудиосообщение, я отправила ее Кириллу, после чего бросила парня в черный список и полностью закрыла свою страницу, чтобы мне вообще не мог никто писать.

До того, как автобус уедет, было еще немного времени, и я решила позвонить Стасу. В течение недели мы периодически списывались и разговаривали на отстраненные темы, не особенно касаясь вновь имени Кирилла. И на этот раз он мгновенно ответил на мой звонок.

— Привет, детка, почему не отвечаешь на мои сообщения? Мне начинать ревновать? — насмешливо поинтересовался парень, чем вновь заставил меня испытать укол совести. — И, слушай, я завтра приеду ближе к обеду. Давай сходим в ресторан, я сильно соскучился…

Он вновь успокоился, прекратил ревновать и вел себя, как добрый друг из университета, чем вызывал во мне желание быть откровенной и максимально честной.

А плохая погода на улице и сильный ветер хлестал по лицу и создавал жжение на глазах.

— Стас, нам нужно поговорить, — перебила речь парня. — Прости, что говорю об этом по телефону, но нам нужно расстаться.

— Ника, прекрати, — голос собеседника в один момент стал жестче. — Я не хочу слышать о том, что ты опять собираешься меня бросить. Все дело в Кирилле? Да? Он опять пристает? Черт! Ты хочешь бросить меня, чтобы быть с ним?

— Нет, с твоим братом я точно быть не хочу! — на моих губах появилась далеко не веселая и ироничная улыбка.

Шумно выдохнув, я подняла голову и посмотрела на небо. Пути назад не было, и я рассказала Стасу о том, что происходило между мной и Кириллом. Рассказала даже о той фотографии и о том, что пару раз перепутала братьев. Я не оправдывалась и не пыталась всю вину скинуть на Кирилла, ведь во многом была сама виновата, из-за чего просто не имела права пытаться отбелить себя в глазах Стаса. Умолчала я лишь о том, что Кирилл сделал прошлой ночью.

— Ты… Черт, почему ты мне раньше не рассказала? Я, по-твоему, не заслуживаю знать о том, что происходило между вами? О том, что ты пару раз чуть не легла под Кирилла? — Стас сильно злился. Я его понимала и даже немного обрадовалась тому, что разговор состоялся по телефону.

— Боялась, что ты меня бросишь, а теперь понимаю, что все зашло слишком далеко и мы просто не можем больше встречаться, — сказала, качнув головой. — Поэтому и позвонила тебе, чтобы сказать об этом. Не хочу больше тебе морочить голову.

— Так, Ника, я приеду завтра, и мы обо всем поговорим. Я не собираюсь это обсуждать по телефону, — Стас все еще злился, но все же новость о нашем расставании принимать не хотел.

— Нет, не нужно, — я опять отрицательно покачала головой. — Никакие разговоры уже ничего не изменят. С этого дня мы больше не пара и даже друзьями быть не получится. Стас, я желаю тебе счастья и надеюсь, что ты уже скоро найдешь себе хорошую девушку. Спасибо тебе за все. Прощай.

Наверное, Стас хотел еще что-то сказать, но я просто отключила телефон и вяло направилась к автобусу. Как раз вовремя, ведь тот собирался отъезжать от заправки.

***

После приезда в город, я достала из телефона сим-карту и сломала ее, исключая возможность людям позвонить мне. После открывшейся правды насчет Юли и мерзкого поступка Кирилла я окончательно потеряла доверие к своим знакомым и близким.

Поездка в село имела своей целью найти распространителя слухов, но я не ожидала, что предателем окажется лучшая подруга из детства. Мерзко осознавать насколько люди равнодушны к тебе.

В городе уже через сеть я позвонила Ирке — подруге из столицы, у которой пряталась после первой встречи с Черным. К счастью, подруга ответила на мою просьбу помочь мгновенным согласием. Она договорилась со своей знакомой, чтобы та пустила меня пожить у нее. Старенькая двухкомнатная квартирка на краю курортного города, где меня никто не найдет.

Позже, понимая, что наглею, попросила у Иры помочь еще и с институтом. Ее отец был заведующим кафедрой и вполне мог прикрыть меня на пару месяцев отсутствия. Все получилось и я поспешила договориться с одной знакомой насчет работы. Олька являлась аниматором в этом курортном городке и как-то упоминала, что им не хватало людей. Отличный шанс отвлечься на работу.

В моем телефоне уже стояла новая карта, номер которой знали лишь родители и еще три подруги. Больше не было внезапных звонков и сообщений. Я не знала, как поживал Кирилл или Стас. Да и не хотела о них слышать. Хотела их вычеркнуть из жизни. Забыть о них. Как-то раз еще до отъезда Ира попыталась завести разговор о братьях Черновых, упоминая, что там творилась какая-то жесть, но я сразу дала понять, что не желала слышать подробности их жизни.

Переезд на удивление легко осуществился и вскоре я оказалась в солнечном городке, свободная от слухов и можно сказать счастливая. А затем в один жаркий день в раздевалке аквапарка, одетая всего лишь в черное кружевное белье я повстречалась с Ним…