Глава 43.ГЛЕБ: Простейшая арифметика

Убедив Аню в том, что вот-вот подоспеет охрана, я наконец получаю неуверенное добро на выход из ванной. Кстати, эти оболтусы что-то задерживаются. Должно быть, уже крутят ребят снаружи.

Выскакиваю за дверь и упираю ствол в татуированный затылок.

— Не меня ищете, ребятки? — выплевываю я, опуская ладонь на плечо застывшего мужика.

Второй пацан, который нависает над распластавшимся на полу Головастиком, реагирует не слишком резко. Однако все же реагирует: поднимает руку, направляя на меня пистолет.

— Золотов, сука! Опять шухеришься? — Взгляд нервно бегает от его кореша ко мне и обратно.

Боится, значит. Это хорошо, но вполне ожидаемо. Не каждый может кидать Золотову в лицо такие смелые заявления. Как уж тут не испугаться?

— Как же, — усмехаюсь я, равнодушно пожав плечами. — Вот он я! Кента вашего баиньки уложил и отлить отлучился. Сейчас еще вас к нему же определю и пойду завтракать, пока мои ребята будут вас в братскую могилу упаковывать. А то вы нерасторопные какие-то. Вы хоть в курсе, как правильно выбираться из гроба, если вас заживо закопали?

Колян продолжает стоять неподвижно, вроде и не при делах. Ну не против — уже хорошо! Для него в первую очередь…

— Слишком много понтов, Золотов, — кидает парень со стволом, очевидно, собрав всю свою наглую браваду. — Ты один. Нас семеро. Значит, ты выстрелишь раз, а в тебе уже будет семь дыр.

Голос звучит не слишком уверенно, а потому от этого мне только смешно становится.

— Ты вообще в школе, что ли, не учился? Как-то херово у тебя с математикой, — смеюсь я и киваю на лежащего без сознания Головастика. — Минус один.

Воспользовавшись тем, что пацан повелся на уловку и глянул на своего собрата по несчастью, быстро отвожу ствол от татуированного затылка и стреляю по коленям умника:

— Еще минус половина! — комментирую я.

Взвыв, пацан оседает на пол и бездумно стреляет. Дергаю на себя этого татуированного, прикрывая дверь в ванную и догадываясь, что моя девочка сейчас стоит сразу позади нее. Чувствую, как чужое плечо под моей ладонью резко проваливается, и понимаю, что умник таки попал в Хила. Вот дебил.

— Ну вот ты мне уже и сам помогаешь! — выдаю я, подаваясь вперед и одним резким движением выбивая из рук постанывающего умника пистолет. — Еще минус один. Итого — сколько?

— Нас все еще больше! — шипит он.

— Не на того нарвался, сосунок! — рычу я, видя, что он не собирается угомониться.

— Шухер!!! — раздается вопль из коридора. А следом за ним слышится выстрел.

— Ну, вот и еще минус один, — пожимаю я плечами, однако глаз от Коли не отвожу на случай, если он все еще не определился, на чьей он стороне.

Дверь в комнату отворяется, и на пороге появляются мои парни в форме во главе с Витьком.

— И за что я вам деньги плачу? — усмехаюсь я. — Все приходится делать самому. Всех выживших сюда. Быстро! Пора поговорить по душам.

Уже через минуту на ковер в Аниной комнате высаживают на колени в рядок троих связанных парней. Остальные валяются ладненькой кучкой под шкафом. Маякую Коле, чтобы тоже не стеснялся и присаживался рядом с братвой.

Витя кидает на меня вопросительный взгляд, а Колян, по ходу, понял правила игры.

— Значит, так, — начинаю я, — запоминаем, потому что записать у вас возможности нет. И потом рассказываем другим, если удастся-таки выбраться. Первое: в дом Золотова можно приходить только по приглашению самого Золотова! Ясно?

Игнорят, естественно. Ухмыляюсь.

— Что ж, дабы вы уяснили урок номер один, думаю, стоит вам не отходя от кассы провести урок номер два… — Я скалюсь, оценивая относительно уцелевших ублюдков. — Вам понадобится рубашка. И бляшка от ремня, чтобы сломать крышку.

Вижу, что привлечь внимание все же удалось. Парни начинают переглядываться, все еще не понимая, о чем я говорю.

— Главное, не разводите панику, это значительно уменьшит ваш запас кислорода. В обычном гробу его хватает примерно на час, — ухмыляюсь я, когда по лицам моих слушателей одновременно с пониманием начинает расползаться ужас.

— Заболотский все равно тебя достанет! — шипит умник.

— Да как же?! — смеюсь я. — Разве не ты сказал, что он велел без моей головы живыми не возвращаться? Моя голова все еще при мне. Да и вы никуда в ближайшее время не собираетесь. Я-то вам хотя бы шанс даю…

— Давай уже к делу! — не выдерживает умник. — Чего ты от нас хочешь?!

— Ничего, — пожимаю плечами.

— Тогда какого хера не пристрелил сразу?! — вклинивается еще один, должно быть, водила. Он тут самый чистенький. Видать, ребята его аккуратненько из машины вытащили.

— Душнилы вы такие, — отмахиваюсь. — Предлагаю же поиграть. Кто выживет, тому и предложу сделку.

— Лучше сразу убивай! — наконец подключается третий из тех, кто еще в сознании.

Слышу, как за моим плечом щелкает дверь, и холодею от мысли, что эти мрази могут увидеть Аню. Почему-то ощущение, что стоит прятать ее от недобрых глаз, не отпускает. Хотя сейчас ребятки абсолютно точно не способны причинить ей вред.

— Договорились! — отзываюсь я и резко дергаю ручку двери, не позволяя Ане выйти. — Ребят, организуйте этим мудозвонам путешествие по ту сторону земли.

Тихонько подпиравшие стенки охранники тут же приходят в движение, словно ожившие титаны, и начинают собирать падаль. Киваю Витьку, подзывая его к себе, когда в комнате постепенно становится пусто.

— Глеб Виталич, ну за что ж вы так с Коляном? Он же свой! — тут же вступается за друга Витя.

— Этот «свой» стоял не шелохнувшись, пока я с этими уродами разбирался, — многозначительно приподнимаю брови я. — А значит, еще окончательно не определился.

— Да все он определился! Просто…

— Значит, так, — останавливаю я неуместные оправдания водилы, — сейчас на пути к подвалу тормознешь парней, что скрутили твоего другана. Упакуете его в прослушку и отправите к остальным. Передай от меня, что это его последний шанс. Если не узнает все, что мне нужно, пусть молится, чтобы этот подвал попросту обрушился. Это станет для него избавлением. Иначе твоего Коляна ждет кара похлеще! Понял?!

— Понял-понял!

— Тогда иди. Основные тезисы для «интервью» накатаю тебе в сообщении. Пусть уж постарается доказать свою верность! Жду отчета! Чем быстрее, тем лучше для вас же!

Витя удаляется, и в комнате становится совсем пусто. Я выдыхаю, поворачиваясь лицом к двери в ванную, от которой так ни разу и не отошел за все время. Рука, ложась на бронзовую ручку, подрагивает. Что ж, теперь и поволноваться не грех.

Сбоку слышится какая-то возня, а я успеваю лишь повернуться, чтобы увидеть незнакомое лицо в дверях, ведущих на террасу, и слышу выстрел.

Черт. Умник ведь сказал, что их было семь. Похоже, он забыл посчитать Коляна…