Глава 8

Сабина Окно было открыто настежь и, нарезая овощи к мясу, я время от времени поглядывала во двор. Мангал у Амина был большой, добротный. На таком можно было нажарить шашлыков на большую семью, но мы с ним остались вдвоём. Даже охраны поблизости я не видела. Если бы я точно не была уверена в здравости рассудка мужа, решила бы, что он тронулся. Что пытается воссоздать то, чему уже никогда не случиться. Но нет. Всё, что он делал, он делал, исполняя обещание. А обещал он превратить мою жизнь в ад. – Как же я ненавижу всё это, – прошипела я, закончив нарезать помидор. Сок тёк по пальцам, к ладони прилип листик петрушки. На мне было перехваченное поясом длинное платье, волосы собраны в хвост. Амин сам собрал их перед тем, как отправить меня на кухню. На подоконник опустилась стрекоза. Посмотрев на неё, я бросила мимолётный взгляд на начавшего жарить мясо Амина. Оказалось, что он не один: к нему приближался Захар. – У нас гости, – сказал он достаточно громко, не подходя близко. – Мои люди заметили машину. – Кто? – Отец вашей жены. Я затаила дыхание. Отец?! Сердце тоже остановилось. Буквально на секунду, а потом снова застучало – и стучало всё быстрее с каждым ударом. Забыв про всё, я бросилась к двери. Вперёд гнала одна только мысль о том, что я смогу увидеть папу. Прижаться к нему, обнять и вдохнуть родной запах… Как же я жаждала этого! Амин и Захар одновременно посмотрели на меня, едва я оказалась на лужайке. Перебросились парой слов, расслышать которые я не смогла. – Где папа? – подхватив платье, я быстро подошла к ним. – Я всё понял, – сказал Захар Амину. Мне – ничего. Вернулся к мангалу. Я готова была броситься за ним, но непроницаемый взгляд заставил сдержаться. – Отец приехал? Амин! Он поправил один из шампуров. Моего вопроса будто бы даже не слышал. Поправил другой. День был солнечный, но прохладный, от мангала исходил жар. А мне в который раз стало холодно. Рядом с ним – с мужчиной, согреться рядом с которым было невозможно. – Ты нарезала овощи? – Нарезала, – сказала я сухо. – Я сделала всё, что ты приказал. Всё, что сделала бы Лейла. – Стоило имени сестры сорваться с губ, Амин перестал играть в «ничего не вижу, ничего не слышу». Может быть, я зря злила его, но иначе уже не могла. – Я задала вопрос. Амин долго молчал. Выдержка подходила к концу, и с каждой секундой тишины между нами, ощущение, что я ступаю по острию бритвы над пропастью, становилось сильнее. – Твой отец решил заявиться без приглашения, – наконец проговорил он очень сдержанно, тихо. – Я не люблю непрошенных гостей. К тому же, сегодня у меня другие планы. – И какие же у тебя планы? – Хочу провести день с женой, – ответил Амин так же тихо. Он подошёл ближе, дотронулся до пояса моего платья. Он смотрел в глаза, а пальцы его опускались от талии к животу. – С любимой женой. – Ещё тише. Амин убрал руку. – Накрывай на стол. Мясо скоро будет готово. Поставив на стол в беседке бокалы, я с ожиданием посмотрела в сторону ворот. Каждый раз, выходя из дома, я смотрела в ту сторону, и с каждым разом надежда увидеть отца таяла вместе с радостью. Я протёрла влажные глаза. За эти дни слёзы обесценились, превратились в воду – столько их было. Я хотела вернуться в дом за тарелкой с фруктами, когда услышала шум. Показаться не могло. И опять сердце заколотилось. На дорожке появилась незнакомая машина. Ноги понесли вперёд сами, но тут на плече сомкнулись жёсткие пальцы. – Стой тут, – сказал Амин у меня над головой. Я дёрнула рукой, развернулась к нему. – Это мой отец! Я не видела его… Амин смерил меня тяжёлым взглядом. Да плевать он хотел на то, сколько я не видела отца. Ещё и воспользуется этим. Хватка ослабла. Машина остановилась в десятке метров от нас. – Говорить будешь, если я разрешу. – В каких правилах прописано, что жена имеет право говорить только с разрешения мужа? – процедила я в ответ. – В моих. За спиной у меня хлопнула дверца машины, взгляд Амина устремился поверх моего плеча. Я вдруг поняла, что боюсь повернуться. Боюсь увидеть отца, а ещё больше – встретиться с ним глазами. Но сделать это всё же пришлось. Отец шёл к нам. Постаревший за три года так, словно прошли все десять, он всё равно оставался красивым. Статный и подтянутый, с суровым выражением лица, он остановился, не дойдя до нас пару метров. Я схватила ртом воздух, глаза стали мокрыми, но это была уже не вода. – Папа… – прошептала я. И сразу же в голос: – Папа! Я бросилась было к нему, но меня снова схватили. На этот раз не Амин – Захар держал меня за локти, не давая пошевелиться. – Отпусти! – процедила я, попробовала его оттолкнуть. Ничего. Куском гранита, вот кем он был. Машиной, служащей для исполнения приказов хозяина. – Зачем ты приехал, Арсен? – За своей дочерью. Не успела я сделать новый вдох, не успела хоть на миг испытать облегчение, Амин заглушил надежду. – Она больше не твоя. В первую очередь она моя жена, и принадлежит она мне. Кто она тебе – не имеет значения. Ты сам отдал её. – Ты не оставил мне выбора, Амин. Они смотрели друг на друга. Враждебно, напряжённо. Машина отца стояла в считанных метрах, он сам – ещё ближе. От свободы меня отделяло всего-ничего. Но я не могла не то что получить свободу – броситься к отцу. Молчать и ждать – единственное, что мне оставалось. – Тебе тут не место, – прервал молчание Амин. – Убирайся. В моём доме ты нежеланный гость. – Отпусти её, – на меня папа посмотрел только мельком. И снова на Амина. – Дай ей уехать со мной. Зачем она тебе? Взгляд отца стал ещё суровее. Он напомнил мне воина, единственного выжившего в битве на чужой земле, но по-прежнему гордого и не собирающегося отступать. Я не выдержала, всхлипнула и опять попыталась вырваться. Отец заметил. Скулы его напряглись, лицо превратилось в маску. – Она родит мне наследника, – в тишине, как гром, прозвучал голос Амина. – Сына. Твоя дочь должна мне сына, Арсен. Взамен того, которого убила. Прошлое Амин Поездка затянулась. Вместо двух дней в Португалии пришлось проторчать четыре. Но оно того стоило. В особенности потому, что возвращаться к желанной женщине всегда приятнее, чем просто возвращаться. Как ни странно, навстречу мне Лейла не вышла. Нашёл я её в нашей спальне. Сидя на постели, она рассматривала обручальное кольцо. Даже голову не подняла. – Всё в порядке? – спросил я с порога. Обычно собранные волосы были распущены. Она наконец посмотрела на меня. Улыбнулась, как мне показалось, грустно. – Да. – Она встала, подошла ко мне и обняла. Только после этого меня отпустило. Лейла потёрлась носом о мою грудь, о ключицы. – Не ври мне. – Тебя не проведёшь, – всё ещё обнимая меня, она подняла голову, и чёрные волосы волной опустились мне на руку. Я прижал её крепче, пытаясь понять, в чём дело. – Лейла… – Всё хорошо, Амин, – таинственная улыбка. – Я… У нас будет маленький. Я подобрался. Маленький? Меня словно обухом по голове ударили. Всё вроде бы было ясно и понятно, Лейла смотрела на меня в ожидании, а я, отупевший, просто прижимал её к себе, не зная, что сказать. – Я беременна, – добавила она. Похоже, выглядел я, как осёл. – Лейла… – я зарылся лицом в её волосы. – Ты не представляешь, как я рад! Нет, она как раз представляла. А вот я сам себе казался остолопом. Жена только что сказала мне, что ждёт нашего первенца, а я… Я поднял её на руки. Она взвизгнула, вцепилась мне в плечи и задорно засмеялась. Проклятье! Да неужели?! Кричать хотелось так, чтобы слышали все. Я – отец! У меня будет наследник! Я с трудом заставил себя поставить жену на пол, пропустил пальцы сквозь её волосы и посмотрел ей в глаза. Её мягкая полуулыбка грела душу. Я погладил Лейлу по щеке, не в силах подобрать слова. Всё казалось легковесным и пустым. Я прижался лбом к её и подумал, что, если и есть в этом мире женщина, достойная любви, – это моя жена. – Отпустишь меня на час? – я взял её за подбородок. – Обещаю, через час я вернусь. – Хорошо, – она снова прильнула ко мне. Я поцеловал её. С самого дня свадьбы я ждал этого момента. Но почти три года ничего не получалось. И вот… *** За час я не справился. Как ни старался, прошло почти два, когда я снова вошёл в спальню. И снова Лейла сидела на постели. На этот раз взгляд она подняла сразу и почти сразу потупилась. – Прости, – я присел возле неё. Взял за руку. – Был уверен, что уложусь. – Да ничего страшного. – Она посмотрела на лежащий рядом телефон. Вот же чёрт! Я так торопился, что не додумался написать ей. Я взял Лейлу за руку. На её тонком запястье болтался браслет с подвесками. Она почти никогда не снимала его, сколько я помнил. Даже в день свадьбы он был на ней. – Я не просто так уезжал, – я погладил её по руке. – Можешь считать это моим оправданием. Я вытащил из кармана коробочку и, открыв, показал ей крохотный кинжал с рубином. Губы Лейлы приоткрылись. Она посмотрела на меня из-под чернющих ресниц. Я снова погладил её руку и прицепил крохотный кинжал к браслету. – У нас будет сын. Воин. Первенец. – Сын… – откликнулась она эхом. – Да, сын. У нас… – На её глазах выступили слёзы, а слова прозвучали глухо. – У нас будет сын, Амин. Наш сын. Первенец. Настоящее Сабина – Пусти меня! – зарычала я, вырываясь из хватки Захара. – Да пусти ты! На меня отец не смотрел. Амин не оставил ему выбора: он должен был уехать. Что он мог сделать против него и его своры? Злые, ядовитые слёзы жгли глаза. – Папа! – закричала я в отчаянии. Я не хотела, понимала, что одно «папа» оставит на сердце отца рану, какую не оставили бы десятки ножей, но не сдержалась. Если бы он не любил меня, если бы винил, не приехал бы. И от этого было ещё больнее. – Папа! – зарыдала я в голос. На миг он остановился. Остановился и всё-таки оглянулся. Я буквально озверела. Всё, что было во мне животного, ожило, инстинкты захватили разум. Я впилась в руку Захара, полоснула ногтями. – Ах ты ж… – Он попытался перехватить меня. Я извернулась. На губах появился вкус крови. Не нужно было пытаться зажать мне рот. Не нужно! Он зашипел, я рванулась к отцу. Почти добежала, но тут меня снова схватили. – Нет! – зарыдала я сдавленно. – Папа! Отпусти меня! Отпусти! – это уже Амину. Он отшвырнул меня. Словно я ничего не весила, словно я была щепкой. Отец было сделал шаг, но, откуда ни возьмись, появились ещё несколько охранников. – Пойдёшь мне наперекор, хуже будет ей, – выговорил Амин. И я знала – он не шутит. Знал это и отец. Захар подхватил меня. Я изо всех сил попыталась вырваться. Сердце щемило, дышать становилось всё труднее. Я так давно не видела папу! Как же он был мне нужен! Как же я хотела просто оказаться у него в руках и почувствовать его уверенность, его силу. Папочка… Меня словно заживо рвали на части. – Чтобы я тебя здесь больше не видел, – процедил Амин. – Дай мне поговорить с папой! – взмолилась я, глядя на мужа. – Прошу тебя! – Нет. Он кивнул Захару, и тот поволок меня к дому. Как я ни плакала, как ни умоляла дать мне хотя бы немного времени, слова отражались от стены неприятия, выстроенной Амином. Услышав, как отъезжает машина, в конец обессиленная, я буквально повисла на руках Захара. Горькие слёзы текли по щекам, во рту тоже была горечь. – Ожидайте своего мужа, Сабина, – охранник втолкнул меня в кухню. Я опустилась прямо на пол возле шкафчика. Подтянула ноги к себе, прикусила коленку через платье, чтобы не взвыть. Папа… Папочка! Когда мы ещё увидимся? Когда Амин разрешит мне?! Что я должна для этого сделать?! Сколько я так просидела, не знаю. Должно быть, не слишком долго. Дверь открылась, в кухне появился Амин. – Я жду тебя, – он посмотрел на меня сверху вниз. – Ты же не забыла, что у нас шашлыки? Я отложил свои дела, чтобы провести день с тобой. Будь добра, цени это.