Глава 13

Егор

Перед работой заезжаю домой, чтобы принять душ.

Скидываю с себя вчерашнюю одежду, прохожу в душевую.

Струи горячей воды бьют прямо в лицо, сотнями брызг летят в разные стороны. Но это не помогает мне взбодриться, переключаю на холодную. Немного лучше.

В голове какой-то хаос. То ли из-за недосыпа, то ли из-за свалившейся на меня информации.

Как быть дальше?

В моей жизни в принципе ничего не должно измениться. Разве что общение с отцом я теперь хочу свести к минимуму.

О чём разговаривать с человеком, который почти тридцать лет лгал тебе?

Ну, если не лгал, то скрывал часть правды точно.

Утром он рассказал мне о том, что мать угрожала ему отобрать и меня, если он не будет играть по её правилам. Жестоким правилам. Никакого общения ни отца со вторым сыном, ни её – со мной. Мы все – просто посторонние друг другу люди.

И он играл. По его словам – боялся потерять и меня.

Рискнула бы госпожа Одинцова претворить свою угрозу в жизнь? Не знаю. Вполне возможно, ведь суд постановил, что дети должны остаться с ней.

Но на главный вопрос отец так и не ответил: почему даже после моего совершеннолетия он продолжал скрывать правду? Чего боялся?

Выхожу из душа, одеваюсь на автомате, продолжая рассуждать обо всём случившемся.

Обычно я действую рационально. Вчерашнее спонтанное решение поехать к отцу – из ряда вон выходящий случай.

В бизнесе не место эмоциям, там действуют другие законы.

Но мне не даёт покоя одна мысль. Она прямо выжигает всё внутри, словно раскалённое лезвие острого ножа, в кровь крошит внутренности.

Стоит ли теперь, когда я узнал правду, рассказывать обо всём Ксении?

В принципе, я должен быть равнодушен к этой девушке. Но факт того, что она – мать моего племянника вызывает внутри меня противоречивые эмоции.

Относится к ней теперь просто, как к подчинённой будет сложно, она ближе что ли, роднее.

Знание о том, что я брат-близнец её погибшего мужа вряд ли как-то облегчит судьбу девушки. Скорее всего, она уже давно прошла стадию принятия и свыклась с мысль, что её муж погиб.

Но совесть не даёт мне покоя. Ведь Ксения приняла меня за Евгения, когда увидела впервые. Про сына что-то лепетала, и называла Женей.

А что, если она и дальше попытается лелеять в своей голове мысль о том, что я её муж? Мало ли какие там тараканы в её светлой голове.

Да и с пацаном контакт наладить не помешает. Но для этого опять же его мать должна понимать, что я не посторонний.

Значит, я всё-таки должен рассказать её правду. Только как?

В бесконечных размышлениях проходит дорога на работу.

Я даже не здороваюсь с Ксенией, когда вижу её на парковке.

Только в кабинете обнаруживаю, что одет в домашнюю футболку. Причём это осознание посещает меня ближе к обеду.

Вот олень…

Иду в комнату отдыха, снимаю с себя верх.

Вчера я привёз сюда пару рубашек. Очень кстати.

Вытаскиваю из шкафа вешалки и понимаю, что мне не обойтись без утюга.

В кабинете слышится какой-то лёгкий шум, звон посуды.

Наверное, Ксения принесла очередную порцию кофе.

Без него мне сегодня совершенно не работается.

– У вас есть утюг, Ксения? – войдя в кабинет, спрашиваю у подчинённой.

Девушка стоит с подносом в руках и растерянно хлопает глазами.

– У-утюг? – прилипает взглядом к моему торсу, когда поднимаю вешалки с рубашками вверх.

Её бледные щёки вспыхивают ярким румянцем.

Хм, как это мило.

Не могу сдержать усмешку, но девушка не замечает выражения моего лица.

Ксения стыдливо отворачивается.

– Одинцо… – прокашливаюсь, – Ксения, мне срочно нужен утюг!

Неожиданно ловлю себя на мысли, что не могу называть её по фамилии. Она принадлежит моему брату, а заодно и матери. Предательнице, которая смогла с лёгкостью отказаться от своего ребёнка.

Девушку словно ветром сдувает, а когда она возвращается с утюгом в руках, то любезно предлагает помочь мне с глажкой.

Соглашаюсь.

Через несколько минут надеваю идеально выглаженную рубашку.

Благодарю девушку, а она тут же норовит смыться. Я вижу, что ей некомфортно находиться рядом со мной.

Да, она имеет право знать обо всём. Чтобы уже перестала мучить себя догадками, в конце концов.

Точно, я прямо сейчас расскажу всё Ксении и покончу со своими душевными терзаниями.

– Ксения, – перехватываю тонкое запястье прежде, чем его обладательница успеет выскочить за дверь.

Пытаюсь собраться с мыслями, сложить слова в своей голове во внятные логичные предложения, но ничего не выходит.

Я тупо смотрю на Ксению и не понимаю, с чего начать разговор.

«Вы знаете, я брат-близнец вашего мужа, просто родители не сочли нужным нас познакомить, и вот, вы теперь пожинаете плоды чужой глупости».

Вроде бы всё правильно, логично, но язык не поворачивается произнести эти слова вслух.

– Егор Михайлович, отпустите, пожалуйста, – говорит тихо, но очень уверенно.

Отпускаю девушку, сам иду к рабочему столу.

Может и правильно, что не рассказал ничего. Для такого разговора нужен подходящий момент. Для начала надо немного сблизиться с Ксенией, а потом уже шокировать её новостями.

Сосредоточиться на работе не получается. Думаю о всяком.

Например, о том, что у меня теперь есть племянник. И с ним я тоже хотел бы как-то сблизиться. Но как? Его мать вряд ли оценит повышенное внимание к их небольшой семье. И так вон шарахается от меня.

Точно. Надо с ними как-то подружиться, в неформальной обстановке что ли. И без романтического подтекста, разумеется.

Неожиданно начинает звонить телефон. Экран высвечивает номер Инны.

Протяжно выдыхаю, выключаю звук и переворачиваю телефон экраном вниз.

Только разговоров с Кругловой мне не хватало.

Звук затихает, но через несколько секунд вновь разрезает тишину.

– Алло! – рявкаю в трубку недружелюбно. – Слушаю.

– Это я тебя слушаю, Егорушка, – звучит невозмутимый голос Инны. – Папа вчера так ждал, так ждал твоего визита.

Зажмуриваюсь.

Со всей этой круговертью я совершенно забыл про ужин у Кругловых.

– Ин, я ж не обещал ничего, – на одно мгновение теряюсь от напора этой девицы.

– Ты обещал постараться, – выдыхает в трубку обиженно.

Явственно представляю, как дует гиалуроновые губы.

Если бы она только знала, как мне плевать на её мнение и мнение её папаши сейчас.

Конечно, я не хочу наживать врага в лице Круглова старшего, но и плясать под их дудку не намерен.

– Инна! – произношу, стиснув зубы – Я. Не обещал. Быть на этом ужине. Всё.

Хочу сбросить вызов, но в последнюю секунду меня останавливают отчаянные просьбы Кругловой не делать этого.

– Ну, Егор, Егор, ну, пожалуйста, только не отключайся! – пищит, едва не плача. От её дерзкого тона, который был в начале разговора, не осталось и следа.

Играет, скорее всего, но я даю ей ещё немного времени.

– Давай встретимся, – просит умоляющим тоном.

– Ин, я работаю, – тяну устало. Как мне надоело это топтание на месте.

Я уверен, что никогда не вернусь к тем отношениям, которые у нас когда-то были с Кругловой.

Довольно коротким отношениям.

И она ведь не глупая, должна понимать, что не сработают её уловки.

Но продолжает отчаянно добиваться своего.

– А я на работу к тебе могу приехать! – воодушевляется.

– Нет! – вынуждает меня в очередной раз повысить голос.

Её только здесь не хватало.

– Ладно, – иду на уступки, – я наберу тебя вечером.

Не знаю почему, но я не хочу, чтобы Круглова приезжала в клинику.

Мне не понравилась их стычка с Ксенией в прошлый раз. Что там она обсуждала с подругой – её дело. И если мотивы подчинённой мне теперь более-менее ясны, то поведение Инны вызывает только раздражение.

Отключаю свой телефон до вечера. В конце концов, могут и на рабочий номер позвонить, кому действительно нужен буду.

Полностью погружаюсь в дела клиники. Выясняю, что в некоторых кабинетах необходимо заменить оборудование.

Прежний хозяин болел, а после его смерти до вступления родственниками в наследство и вовсе некому было следить за проблемами бизнеса.

Вечер неумолимо приближается, и мне нужно срочно придумать отмазку для Кругловой.

Не собираюсь с ней встречаться категорически.

Нет, дело не в самой Инне, а в её поведении.

Я ни одной женщине не позволю крутить мной, как вздумается. Не будь она такой настойчивой, и сам мог бы пойти на контакт, я ведь сейчас свободен. Но тотальный контроль меня раздражает.

Набираю номер Инны и сообщаю о том, что сегодня встретиться не получится. Ничего не объясняю, мне плевать, что Круглова подумает.

Моей целью было не допустить её приезда в клинику сегодня. И я с ней отлично справился.

А завтра…

Утром отправляюсь на встречу с поставщиками по поводу оборудования.

В клинику приезжаю ближе к обеду.

На подъезде к моим владениям отвечаю на звонок Селиванова.

– Романовский, где тебя носит? – возмущается друг. – Мия пригласительные развозить лично захотела, мы в клинику приехали, а тебя нет!

– Не злись, папаша, я сейчас буду, – откровенно смеюсь в трубку.

Рус очень забавный в своём бесконечном желании выполнять все прихоти своей маленькой дочки.

Паркую машину, поправляю пиджак. Сегодня, в отличие от вчерашнего дня, я выгляжу идеально для владельца частной клиники, одной из известных в городе. Тёмно-серый классический костюм, белоснежная рубашка, галстук.

Неторопливо открываю тяжёлую дверь со стороны улицы. Потом ещё одну, которая ведёт непосредственно в холл.

И возле ресепшена меня ждёт сюрприз.