Глава 33

– Съем, – плотоядно облизывается Егор и прикусывает мочку моего ушка.

Тихонько хихикаю, не в силах оттолкнуть от себя мужчину.

Немного стыдно, что в разгар рабочего дня мы закрылись в комнате отдыха и… Но Романовскому плевать, он здесь босс и вытворяет, что захочет.

Ох, что же он вытворяет…

Собираю остатки воли в кулак и упираюсь ладонями в каменную грудь, увеличивая расстояние между нами хотя бы немного. Смотрю в глаза мужчины, утопая в глубине чёрной бездны. Остатки моего и без того мягкого характера разлетаются на маленькие кусочки, когда Егор рядом. Безвольной меня делает, а я и рада. Улыбаюсь блаженно и не хочу, чтобы это всё заканчивалось.

– Люблю тебя, – произношу шёпотом, уткнувшись лицом в стальную грудь.

Так, чтобы он не расслышал.

Чувствую ли я себя предательницей по отношению к воскресшему мужу? Ни капельки. Я свой выбор сделала, и Женя должен меня понять. Три года прошло, я могла бы уже благополучно выйти замуж, например.

Конечно, я не буду против, чтобы он общался с сыном, вот только бывшему мужу это, кажется, не нужно.

Звонок моего мобильного прерывает нашу с Егором идиллию, приходится взять трубку.

– Алло, – отвечаю весело, не глядя на номер.

У меня сейчас такое настроение, что я весь мир обнять готова. Потому что счастлива.

– Что ж ты, Ксюха, при живом муже по чужим мужикам прыгаешь? – звучит вместо приветствия, и я замираю.

Мне неприятно и мерзко от его слов, а ещё возникает ощущение, что Женя подглядывает за нами. Хоть и понимаю, что это полный бред.

– Здравствуй, Женя, – выпрямляюсь и присаживаюсь на край дивана, плотнее запахивая рубашку Егора, в которую оделась всего несколько минут назад.

Мужчина напрягается, услышав имя брата, упирается локтями в колени и, подперев руками подбородок, прислушивается к разговору.

– Да я-то здравствую, – огрызается Евгений. Довольно грубо и резко. – А вот ты жёнушка, кажется, что-то перепутала.

– Жень, послушай… – хочу поставить мужчину на место.

Надо бы встретиться с ним и расставить все точки над «i», чтобы не было вопросов ко мне глупых.

Но Одинцов меня будто не слышит, изрекает какие-то ругательства, грубо затыкая и не давая сказать ни слова.

Где были мои уши и глаза, когда я замуж за него выходила? Ведь если быть откровенной, то он всегда таким был. Просто я смотрела на мужа сквозь розовые очки и отказывалась принимать правду.

Четыре года назад

– Жень, ты сможешь сегодня пораньше приехать? – улыбаюсь мужу, аккуратно поправляя воротник его рубашки. Пробегаюсь пальчиками по мощной груди, ожидая какой-нибудь реакции, но её целый ноль.

Женя работает много, наверное поэтому у него нет времени на «глупые муси-пуси», как он сам это называет.

А я, как преданная кошка, прижимаюсь к родному человеку, жду ласки, да хоть какого-нибудь внимания.

– Нет, Ксюх, сегодня я за город еду, суббота же, – равнодушно пожимает широкими плечами, так и продолжая стоять неподвижной статуей.

– Но как же… – обиженно надуваю губки.

Сегодня два года, как мы поженились. Годовщина. И я договорилась с мамой оставить Богдана у неё, впервые на ночь. Ему уже год и три месяца, совсем большой стал, а ведь как будто только родился.

– Ксения, – произносит строго и поднимает ладонь вверх, делая шаг в сторону. – Прекрати.

Отстраняется.

Женя не любит, когда я высказываю недовольство по поводу его бесконечного отсутствия дома. Иногда мне кажется, что он и вовсе меня не любит, но тогда смотрю на своего крошечного сыночка – плод нашей большой любви, и успокаиваю себя этим.

Разве у чужих друг другу людей могло родиться такое чудо?

– Послушай. Брат, – Егор вырывает трубку из моих рук, резко встаёт с дивана и идёт в сторону небольшого окошка.

Становится спиной ко мне, поэтому я не вижу, что выражает его лицо. Но по напряжённым мышцам нетрудно догадаться, какие чувства испытывает мужчина.

Он зол. И рассержен.

– Нет! – отрезает властно. – Ты будешь разговаривать со мной.

Напрягаюсь от его железного тона. Егор не грубит, не говорит брату гадостей, но при этом ставит на место за минуту. Не более.

– Сейчас он приедет, – разворачивается и отдаёт мне телефон.

– Женя?

– Да. Пойдём, – протягивает руку, но я не спешу вкладывать пальцы в широкую ладонь.

Мне нужно одеться, поэтому я распахиваю рубашку и опускаю её на диван. Торопливо накидываю блузку, натягиваю на ноги штаны.

Даже смущаться под пристальным взглядом босса не приходится, потому что Егор не смотрит на меня. Он погружен в свои мысли.

– Что такое? – опускаю руки на плечи мужчины, слегка надавливаю, пытаясь расслабить каменные мышцы.

– Пойдём, – повторяет, берёт меня за руку и выводит из комнаты в кабинет.

– Егор, – тихонько зову мужчину, – может, тебе тоже стоит одеться? – взглядом указываю на обнажённый торс.

Сама возвращаюсь в комнату и беру с дивана его рубашку, притормаживаю ненадолго, украдкой вдыхая запах мужчины.

Я сумасшедшая. Не умею быть осторожной с мужчинами, растворяюсь без остатка.

Преданно любила мужа, а теперь так же влипла в его брата по уши. Остаётся надеяться, что Егор ответит взаимностью и не обидит меня. И хоть умом понимаю, что нельзя безоговорочно полагаться на порядочность мужчины, ничего не могу с собой поделать.

Егор торопливыми рваными движениями облачается в хлопковую ткань рубашки, резко придвигает стоящий напротив его рабочего места свободный стул и ставит его рядом со своим креслом.

– Присаживайся, – отдаёт кресло мне, а сам опускается на стул и включает компьютер.

– Я пойду, а то Алина там одна, – не спешу садиться на предложенное место.

Романовский не отвечает, залипает взглядом на экране компьютера и вчитывается в какой-то текст.

– Присядь, Ксюш, ты должна это видеть, – коротким взмахом руки показывает на монитор.

Послушно выполняю просьбу, но ничего не понимаю из того, что прочла. Буквы плывут перед глазами, когда вижу имя бывшего мужа.

– Это что, Егор? – стыдно выглядеть в глаза мужчины дурой, но уже как есть.

– А это досье. На Одинцова Евгения Григорьевича, – отвечает тоном победителя. Почёсывает колючий подбородок и задумчиво кивает головой. – Ты знала, что у него были долги?

– Ну, он ипотеку больше года не платил, я потому от квартиры отказалась, а так… Вроде бы ничего больше.

– До смерти, – делает паузу, – то есть, до исчезновения у Жени накопились немаленькие долги из-за игровой зависимости. Слышала про букмекерские конторы?

– Мм, – отрицательно качаю головой.

– Ставки на спорт. Спасибо брату, он задолжал банкам, и после фиктивной смерти долги были списаны. Если бы он занимал у людей… – многозначительно качает головой.

Да уж, спасибо. Впрочем, Егор отчасти прав, мне бы с ребёнком пришлось несладко, окажись на моём пороге заимодавцы.

– Когда срок давности по кредитам истекает? – задаёт вопрос, как будто сам с собой разговаривает.

Вбивает запрос в поисковую систему, водит курсором мыши по экрану, что-то читает.

– Три года… – тянет задумчиво.

– Подожди, – на меня словно нисходит озарение. – Ты думаешь, Женя всё подстроил, чтобы долги не возвращать? А вернулся зачем? – нервно еложу в кресле.

Неужели муж мог так поступить со мной? С нами, ведь Богдан его родной сын.

– Подожди-подожди, Ксюш, – взмахом руки Егор остужает мой пыл. – Выводы пока рано делать, но то, что его смерть и неожиданное воскрешение выглядят странно – факт.

– Другой вопрос, стоит ли нам в этом всём копаться, да? – глажу любимого по руке ладошкой, наслаждаясь его теплом.

Когда Егор рядом, я даже бывшего простить готова за то, что бросил меня, если он на самом деле всё подстроил. Да, это было больно, но зато теперь я получила гораздо больше. Женя на меня никогда так не смотрел, больше пользовался, как вещью.

Романовский – прямая противоположность. И я счастлива, что всё так получилось.

– Стоит, Ксюш, определённо, ведь…

– Егор Михайлович! – бесцеремонно, даже не постучавшись, Алина распахивает дверь и застывает в проходе, но больше ничего сказать не успевает.

Плавной, царственной походкой, в кабинет заходит Инна.

Прищуриваюсь недовольно, заметив бывшую Егора. Мужчина немного разоткровенничался со мной и сказал, что был в отношениях с это девушкой, но довольно давно расстался с Кругловой.

Однако по поведению Инны так не скажешь, она вьётся вокруг Егора, будто он её собственность.

– Привет, Романовский, – выдыхает томно.

Меня игнорирует, как пустое место.

Плевать, тоже делаю вид, что дверь от сквозняка открылась, и никакой высокомерной брюнетки в кабинете не наблюдается.

– Перейду сразу к делу, – вещает девушка.

Просто кайфую от выражения лица Романовского. Егор смотрит исподлобья на Инну, словно циркового представления ожидает.

– Я встретила другого мужчину и решила с тобой расстаться, – заявляет Круглова.

Чувствую, как моё лицо вытягивается от удивления. В голове мелькает неприятная мысль, что Егор обманул меня и продолжал встречаться с Инной. Но при навязчивой брюнетке устраивать разборки не хочу, потом всё выясню.

Девушка демонстративно вздёргивает подбородок, поправляет неприлично короткое синее платье и… снимает с пальца кольцо.

На этом моменте Егор прыскает в кулак, но тут же прокашливается, сдерживая смех, и обратно натягивает на лицо равнодушную маску.

– Вот! – Инна опускает колечко на стол, то звонко ударяется о деревянную поверхность, прокручивается пару раз и замирает, будто в ожидании вердикта.

– Прощай, Егор, – делает ручкой и выходит за дверь.

Мы напряжённо молчим. Я пытаюсь переварить ситуацию и понять, как стоит вести себя дальше. Егор же с каменным выражением лица упёрся взглядом в противоположную стену, и не шевелится.

– Забавно, – наконец, изрекает, а после разражается громким заливистым хохотом.

– Ты в себе? – отстраняюсь, искоса поглядывая на странного босса. – Егор?

Не реагирует. Ржёт, как дикий бизон, периодически ударяя ладонью по столу, отчего тот поскрипывает жалостливо.

Ещё бы, такой лапой по нему проходится.

– А я всё думал, как отвязаться от бесконечных звонков Кругловой, хотел поговорить с ней, чтобы в сотый раз напомнить о том, что наши отношения закончились ещё в прошлом году.

Молчу. Мне не по себе от того, что мужчина вспоминает про свои отношения с бывшей. Ревную, да, недовольно покачиваю ногой под столом и в Егора глазами стреляю.

– Она же кольцо это сама купила, чтобы перед подругами хвастаться, – косится на золотую вещицу, но не притрагивается к ней.

Скептически хмурю брови, никак не реагируя на слова мужчины.

– Ксюш? – замечает мой недовольный вид.

Касается пальцами щеки, заигрывая.

Не хочу казаться капризной, ведь мужчины этого так не любят, но не могу с собой ничего поделать. Отворачиваюсь, демонстративно вздёрнув носик.

– Ах, ты ж моя девочка, – подхватывает меня под бёдра и пересаживает к себе на колени. – Ревнуешь меня?

Нежно прикасается кончиком своего носа к моему, поглаживая.

– Егор! – выдыхаю испуганно. Не ожидала, что так сделает, поэтому предупреждаю: – даже не думай.

Резво вскакиваю и выхожу из кабинета, напоследок посылая любимому воздушный поцелуй.

Если задержусь ещё хоть на секунду, к работе сегодня вряд ли приступлю.