Глава 13

Утром, когда виконтесса спустилась в гостиную, Руперта уже не было в доме. Расспросы ничего не дали, лишь один из конюхов сказал, что гнедого жеребца нет в стойле, а пошатывающийся после ночных излияний сторож припомнил, что с утра он вроде бы закрывал за лордом Сен — Клером ворота.

— Думаешь, он все — таки уехал? — обратилась Дениза к Тори, пока шла обратно по аллее к особняку. Пес бросил на нее взгляд, полный укора и негромко тявкнул.

— Ты уверен? — продолжила девушка. Терьер заворчал и слегка оскалился.

— Ладно, ладно, — она выставила вперед руки. — Поверю тебе на слово!

Тори ухмыльнулся и затрусил к дому, ничуть не сомневаясь, что Дениза последует за ним.

— Знаешь, а это уже наглость! — возмутилась Дениза, — Не хватало мне еще слушаться собаку!

Пес остановился и обернулся, слабо вильнув хвостом. Девушка вздохнула:

— Впрочем, ты прав, мне все равно некуда больше идти.

Тори насмешливо гавкнул и побежал дальше.

Виконт Сен — Клер пролежал в спальне весь день. Порридж оставался с хозяином и несколько раз предлагал позвать врача, предполагая, что хозяин серьезно заболел, но Дениза строго приказала дворецкому не говорить глупостей. В другое время она, возможно, уступила настойчивости слуги, но сейчас виконтессу беспокоило, что чары Руперта развеялись не до конца, и доктор мог определить это.

— Похоже, вы просто мечтаете остаться вдовой! — дерзко заметил слуга.

Возмущенная этой дерзостью, Дениза зло посмотрела на дворецкого.

— Мы оба прекрасно знаем, какого рода недуг настиг моего мужа, Порридж. Думаю, он справится сам! Вам же советую попридержать свой язык!

— Если виконт умрет.

— Не думаю, что это случиться в ближайшее время. Что же касается врача, то в Корнуи к пьянству относятся гораздо строже, чем в Ландау, я не хочу привлекать внимание!

— Вот как?

—Ваша хозяйка, Порридж, права! Еще не хватало, чтобы сплетни о том, что виконт пьет, как сапожник, разнеслись по всему графству! — лорд Сен — Клер вошел гостиную.

Его костюм для верховой езды был весь в дорожной пыли, сапоги заляпаны грязью, а в руках он все еще сжимал хлыст.

Дениза невольно улыбнулась, и мужчина ответил ей ободряющей улыбкой и вновь повернулся к дворецкому, все еще пытающемуся возразить:

— Господин виконт слишком плохо себя чувствует…

—Тогда ему надо опохмелится. Принесите ему эля и больше не беспокойте её светлость по этому поводу, — распорядился лорд Сен — Клер.

— Разумеется! — прошипел дворецкий, направляясь к выходу.

— Порридж, — окликнул его Руперт уже около самых дверей.

— Да? — тот обернулся.

—Должен заметить, что ваше поведение, как, впрочем, и вчерашние поступки моего кузена просто выходят за рамки приличий! Постарайтесь впредь выглядеть более благовоспитанным!

— Да, милорд! — голосу дворецкого позавидовали бы северные льды. — Хотя, по моему мнению, виконт вчера подвергся магическому воздействию.

Дениза встревожено посмотрела на Руперта, тот едва заметно пожал плечами. Глаза дворецкого торжествующе сверкнули. Это не укрылось от лорда Сен-Клера.

— Скажите Порридж, вы обладаете магическими способностями? — лениво поинтересовался он, пристально всматриваясь в мгновенно застывшее лицо дворецкого.

— Нет, милорд. Это было лишь предположение, милорд.

—Тогда не думаю, что вы правы. Ступайте! И заодно скажите, чтобы мне принесли завтрак.

Дворецкий вышел. Дениза быстро обернулась к Руперту, все еще смотревшему вслед слуге.

— Где вы пропадали все утро! — воскликнула она.

Лорд Сен-Клер, до этих слов размышлявший о странном поведении Порриджа, улыбнулся.

— Звучит так, будто вы рады меня видеть.

— О, — ее щеки слегка порозовели. — Впрочем, так оно и есть. Я весь день просидела здесь с Тори.

— Вот как? — Руперт преувеличено строго посмотрел на пса, тот высунул язык, явно дразня хозяина. — Тогда я могу ему лишь позавидовать, моя компания в это утро была не столь интересна!

— Несносный человек! — с укором произнесла виконтесса. Чувствуя, как все горести отступают. — Вы шутите, а я просто схожу с ума от безделья! Раньше я хотя бы была занята: цветы, книги…

Она оборвала себя и невольно вздохнула.

— У вас все это еще будет, наберитесь терпения! — Руперт оглянулся, чтобы убедится, что никто не подслушивает, и на всякий случай прошептал заклинание. — Именно поэтому я и уезжал сегодня. Мой человек уже в графстве, и я дал ему очень четкие инструкции. Думаю, завтра — послезавтра все будет готово.

Дениза почувствовала, что сердце начинает колотиться быстрее. Она вздохнула, стараясь успокоиться.

— Завтра прием у Граффалдов, — совершенно невпопад напомнила она.

— Вы хотите туда пойти? — Руперт улыбнулся, прекрасно понимая её растерянность.

— Думаю, Энтони будет настаивать на этом визите, там же будет выпивка… и карты… — Дениза скривила губы.

— Я понимаю, что это очень тяжело, но потерпите еще немного, — ободряюще произнес лорд Сен — Клер, осторожно беря девушку за руку.

От этого прикосновения она вздрогнула и попыталась выдернуть ладонь.

— Не стоит… нас могут увидеть.

—Тори стоит на страже, к тому же я навесил чары на дверь, — напомнил Руперт, беря ее вторую руку.

— Руперт… — Дениза произносила это с укором, уже делая последний шаг между ними. Она уткнулась лбом в его плечо. — Мне страшно.

— Все будет хорошо, — лорд Сен-Клер до боли сжал девушку в своих объятиях. — У нас все получится… Просто доверься мне.

Дениза покачала головой.

— Все это неправильно: ты, я, приезд Тони… Так не должно быть…

— А как должно? — зло отозвался Руперт. — Как?

— Я не знаю… — она подняла голову, с каким — то отчаянием смотря на него. — Я просто не знаю. Я так запуталась…

В темных глазах плескалось отчаяние и, не сдержавшись, Сен-Клер привлек девушку к себе, стремясь поцелуем прогнать все сомнения и тревоги.

— Нет, — Дениза попыталась отстраниться, но ее губы уже приоткрывались навстречу его. Каждой клеточкой своего тела она жаждала этих поцелуев и объятий. Руки Руперта скользили по ее плечам и спине, сминая шелковую ткань платья.

Тори предупреждающе заворчал, и объятия разомкнулись. Лорд Сен-Клер отошел к камину, облокотился на полку, стараясь отдышаться. Дениза неуверенными шагами пересекла комнату и рухнула в кресло. Голова все еще кружилась, а колени подкашивались.

Слуга прошел мимо, но Дениза уже опомнилась. Подумать только, еще бы чуть — чуть и она… Она посмотрела на Руперта, все еще стоявшего у камина.

— Это не может продолжаться, — виконтесса постаралась, чтобы голос звучал твердо, — По крайней мере, не здесь, не в этом доме, пока я — жена Тони.

— Возможно, ты и права, — мужчина все еще смотрел в темноту камина, — Но с этим надо покончить, как можно скорее.

— И что тогда?

— Не знаю, — Руперт вновь взглянул на Денизу. — Я и сам уже не знаю…

Оборвав себя, он махнул рукой и вышел. Тори сделал несколько шагов за ним следом, но сразу же вернулся и сел рядом с девушкой. Она машинально погладила пса по голове.

— Ну, а ты что думаешь? — поинтересовалась она у Стража.

Терьер радостно навострил уши и побежал к дверям, всем своим видом показывая, что ему просто необходимо прогуляться. Денизе не оставалось ничего другого, как выйти за ним следом. Конечно, можно было просто выпустить пса, но ей самой хотелось пройтись, сбросив с себя хоть на минуту эту гнетущую атмосферу, в последнее время окружавшую Тони и всех, кто находился с ним рядом.

Обладая достаточно сильным магическим даром, она чувствовала, как тьма заползает в комнаты, клубясь в углах и улыбаясь всем своей злой ухмылкой. Интуиция подсказывала хозяйке Клерхолла, что пожар в библиотеке был лишь началом.

Что — то страшное надвигалось на них, и Дениза понимала, что ни она, ни Руперт не остановят эту тьму. Виконтесса вдруг поняла, что уже два дня не видела броуни. Духи-хранители дома словно исчезли, предоставив смертным самим разбираться со своими делами.

Не было и малюток-пикси, обычно выглядывавших из травы. Дениза до боли в глазах всматривалась в густую зелень по обочинам тропы. Хотя, возможно, пикси спрятались, испугавшись Стража, который упорно вел Денизу за собой.

Наконец, они достигли того самого дуба, где ночью порхали эллионы. При дневном свете дерево казалось еще более грозным. Темная листва совсем не пропускала солнечных лучей, а узловатые корни впивались в землю, напоминая Денизе пальцы умирающего старика, сжимающие простыню. Листья грозно шелестели, и девушка невольно поежилась.

—Тори, — позвала она пса, — Тори, иди сюда!

Но терьер словно провалился сквозь землю.

— Ты кого — то ищешь? — раздалось за спиной. Дениза обернулась. У дерева, прислонившись спиной к стволу, сидела женщина. Ее абсолютно белые волосы рассыпались по плечам, а зеленые глаза ярко сияли. Несмотря на морщины, изрезавшие лицо, голос женщины был звонким, как у юной девушки.

— Я потеряла свою собаку, небольшого рыжего терьера, — Денизе почему — то важно было ответить незнакомке. — Вы не видели его?

— Подойди сюда, — приказала та вместо ответа.

Дениза хотела отказаться, сославшись на то, что ей необходимо найти Тори, но ноги сами подвели ее к дереву. Незнакомка встала и небрежно отряхнула траву со своего белого платья. Дениза вспомнила, что именно такие деревенские женщины носили в ночи солнцестояний, чтобы ритуальными танцами задобрить древних богам Корнуи.

—Кто вы? — запоздало спросила Дениза. — И что вы делаете в этой роще?

Незнакомка взглянула на нее своими зелеными глазами, и Дениза поняла, что точно такие же глаза были у Руперта, только у лорда Сен-Клера в них еще сверкали золотистые искорки смеха.

— Я? Я всего лишь пряха, — женщина вытянула руки, демонстрируя Денизе толстую шерстяную нить, которая была закручена и пестрела узлами. — Вот. Это твоя. Распутай ее.

— Боюсь, у меня нет сейчас времени, — попыталась отказаться Дениза, — Мне нужно найти пса.

Смех пряхи звенел, словно колокольчики. Листва на дереве шелестела, вторя ей.

—Какая ты смешная! Это все что ты хочешь? Найти пса, который бы служил тебе?

—Тори не слуга, а Страж! — возразила Дениза, чувствуя обиду за него.

— Страж? — охнула пряха, ее зеленые глаза засветились еще ярче. — Страж Грани?

— Да.

— Откуда он у тебя?

— Это собака Руперта, — начала девушка, и тут же осеклась, мысленно ругая себя, она не должна показывать посторонним, что связывает её с кузеном мужа.

Но пряха, казалось, не заметила этого.

— Сам Лэрд здесь?! — воскликнула она. — Великолепно! Он все-таки вернулся! Кровь позвала его!

— Вы про лорда Сен — Клера? — зачем — то уточнила Дениза.

— Сен — Клер… — фыркнула она, — Ненавижу язык Ландау! Грубый, тяжелый, как и сапоги захватчиков. Тех, кто прошёлся по Корнуи, сжигая, убивая, насилуя! Они разрушили мой дом и дома моих сестер…

— Про кого вы спрашиваете? — Дениза и сама не понимала, почему не повернется и не уйдет прочь.

— Мы зовем его Сын Лиира. Он — истинный Лэрд этих земель! — воскликнула незнакомка.

— Энтони? — изумилась виконтесса.

Пряха издевательски рассмеялась.

— Энтони? Этот слизняк? Он никогда не принадлежал Корнуи! Земля отвергла его. Неметон, — женщина кивнула на дуб. — Рассказал мне о нем. Захватчик из Ландау. Впрочем, его нить коротка. Скоро Корнуи будет править истинный сын Лиира!

Листья дуба согласно прошелестели в такт её словам. Дениза вздохнула. Весь этот разговор напоминал какой-то бред.

— Сыну Лиира нужна его королева, — пряха взглянула на Денизу и поджала губы. — Впрочем, что толку говорить с девчонкой, которая не может распутать свою нить?

— Тогда зачем вы позвали меня? — вспыхнула виконтесса.

Старуха фыркнула.

— Горяча и с норовом. Тогда, может не все потеряно… — она вновь протянула спутанную нить, — Она твоя! Распутай её!

Понимая, что женщина все равно не отстанет, Дениза взяла нить и попыталась выполнить приказ. Странно, но шерсть как будто сопротивлялась, завиваясь вновь и вновь, жесткие ворсинки так и норовили уколоть кожу.

Узелки все же развязывались, правда не все. Часть из них затянулась еще сильнее. Так и не распутав все до конца, Дениза уже хотела протянуть нить обратно, когда та вдруг выскользнула из рук и упала на землю, скрутившись, точно змея.

— Надо же, — уважительно протянула пряха, рассматривая стоящую перед ней девушку, — Кровь сестры, и как я сразу не приметила! Что ж, королева и дочь королевы… Ты сама все решила. Да будет так!

Она взмахнула рукой прямо перед лицом Денизы. От неожиданности та отшатнулась, закрыв глаза, а когда открыла, никого уже не было рядом. С оглушительным лаем Тори выскочил из кустов и кинулся к корням дуба, воздух около которых еще подрагивал и едва заметно переливался.

—Тори, ты где пропадал! — напустилась на него девушка. Пес виновато опустил уши и несколько раз вильнул хвостом, — Ладно, можешь не оправдываться! А это что?

В траве, где только что лежала нить, теперь что-то блестело. Дениза подошла и увидела браслет: тонкая золотая цепочка с неравномерно расположенным и узелками — шариками. Посередине была подвеска- трилистник.

— Наверное, пряха обронила, — Дениза подняла браслет, всмотрелась в чеканку, — Лебедь, ворон и лошадь… Айне, Морриган и Рианнон? Три древние богини Корнуи…

Она вопросительно взглянула на Тори. Тот вильнул хвостом и тявкнул, нетерпеливо посматривая на руку девушки.

—Ты хочешь, чтобы я его надела? — догадалась виконтесса. Пес завилял хвостом, — Но ведь это не мой…

Тори едва слышно заскулил. Дениза еще раз с сомнением посмотрела на украшение и решительно надела на руку. Цепочка была очень длинной, и ее пришлось несколько раз обвить вокруг запястья.

— Вот так, — защелкнув застежку, девушка продемонстрировала браслет псу, — Теперь ты доволен?

Тори наклонил голову, рассматривая цепочку, потом одобрительно тявкнул.

— Хорошо. Пойдем? — Денизе не терпелось покинуть поляну.

Пройдясь вдоль ограды, чтобы привести в порядок сумбурные после встречи с таинственной женщиной мысли, Дениза вышла к дому со стороны давно обрушившейся стены, раньше бывшей частью защитных укреплений замка Сен — Клеров. Она была разрушена так давно, что между щербатых, покрытых мхом камней кое — где даже выросли деревья.

Небольшое здание с узкими окнами и крышей, покрытой торфом, стояло неподалеку. К его деревянным, обитым железом, дверям тянулись две широкие колеи — туда Тони поставил свой олдсмобиль.

Слегка поколебавшись, Дениза подошла и подергала дверь. Она оказалась открыта, огромный замок висел открытым на одной петле. Невзирая на ворчание Тори, женщина толкнула створку и шагнула внутрь.

В нос ударил запах плесени и машинного масла. Сквозь окна — щели, расположенные под самой крышей, в амбар проникал дневной свет, и Дениза прекрасно могла рассмотреть последнее увлечение мужа.

Поблескивая хромированными частями, олдсмобиль, стоял посередине амбара на темном полу, уже просевшем под его тяжестью. Демон, заточенный внутри металлического корпуса, спал.

Доски под ногами шатались и скрипели. Дениза подошла ближе, рассматривая машину. Очень низкий, с огромными колесами и вытянутым кузовом, на котором блестели круглые стекла дорожных фонарей. Демон, почувствовав человека, заворчал. Фонари вспыхнули желтым огнем.

Виконтесса невольно вздрогнула, внезапно вспомнив пожар в библиотеке и гнусную огненную ухмылку. Страшно подумать, что будет, если это огненное существо вырвется наружу.

Перед глазами возникло видение: полыхающее пламя, языки которого вздымаются выше деревьев, тлеющий вереск, покореженное железо, колесо, все еще крутящееся по инерции… И белая, окровавленная перчатка с вышитыми инициалами «Э.С.К.».

Дениза вздрогнула. Почувствовав страх человека, демон рычал все громче, Тори моментально залаял, призывая его к порядку.

— Тише! — шикнула на него девушка, торопливо выходя из амбара.

Если её муж заметит, что она подходила к драгоценному детищу, то будет еще месяц вменять в вину любую царапину на краске этого железного монстра.

Закрыв дверь, виконтесса направилась к дому, но не успела пройти и нескольких шагов, как сопровождавший ее пес радостно взвизгнул и помчался обратно в рощу.

— Тори, кто там? — окликнула его Дениза.

В ответ ей было молчание, нарушаемое лишь шелестом листьев. Нерешительно потоптавшись на месте, девушка свернула с тропинки и сделала несколько шагов в сторону, где исчез пес.

Кусты зашелестели, и из них вышел Руперт. Он все еще был в утреннем костюме — визитке, на туфли налипла трава, а по краям брюк виднелись комья грязи.

— Руперт! — Дениза смущенно улыбнулась, — Что ты здесь делаешь?

— Тоже, что и ты, — хмыкнул он, и, видя, что она не понимает, пояснил. — Гуляю и предаюсь размышлениям.

— Почему ты решил, что я предаюсь размышлениям? — девушка вдруг поняла, что они обращаются друг к другу, словно давние друзья или… любовники?

Дениза вздрогнула. Лорд Сен-Клер бросил на нее быстры взгляд.

— Ты слишком хмурилась, пока шла по тропинке.

— Ты следил за мной? — возмущенно воскликнула Дениза. Руперт рассмеялся.

— Нет. Всего лишь заметил, что ты шла сюда, и направился следом.

— Зачем?

— Может быть, просто хотел увидеть, — он согнул руку, предлагая девушке опереться.

Дениза пожала плечами.

— Полагаешь, нам стоит идти к дому вместе?

— Почему бы и нет? — отозвался он и чуть поспешно добавил, — Если, конечно, это доставит тебе удовольствие.

Она задумчиво покусала губу, взвешивая все «за» и «против» и решительно тряхнула головой.

— Почему бы и нет? Если это доставит удовольствие вам, милорд!

Руперт усмехнулся:

—Так и знал, что ты не струсишь! Прошу вас, миледи!

Тропинка привела их к газону за домом, где еще недавно был цветник, разбитый Денизой. Взглянув на темнеющие комья земли, она вновь ощутила горечь и вздохнула. Руперт чуть сильнее сжал ее руку и ускорил шаг, стремясь пройти как можно быстрее.

— Не стоит, — тихо сказала Дениза, — Все равно скоро мне бы пришлось покинуть их.

— Ты окончательно все решила? — Руперт внимательно посмотрел на нее.

— Тони не оставил мне выбора, — виконтесса с каким — то странным выражением посмотрела на темные комья земли. — Покориться ему и исполнить свой долг для меня означает изменить себе, а я не могу этого сделать. Придется изменить своим клятвам.

— Клятвам? — Руперт обеспокоенно взглянул на девушку.

Дениза улыбнулась.

— «Беречь и любить, пока смерть не разлучит нас», — процитировала она, поправляя прядь волос, выбившуюся из прически. — К сожалению, смерть не торопится ни к одному из нас.

— А ты бы этого хотела?

— Смерти?

— Да. Не для себя, но для Тони, — лорд Сен-Клер остановился, пытливо всматриваясь в лицо женщины. Алебастрово-белая кожа, через которую просвечивали голубые нити вен, темные глаза, сейчас прикрытые длинными ресницами, точеные скулы…

«Даже если она сейчас признается, я все равно буду её любить,» — подумалось Руперту.

Дениза задумалась и вновь взглянула на остатки клумб.

— Для меня это был бы лучший выход. Наверняка, я унаследую что-то, как вдова, но… я не могу желать ему смерти… — виконтесса вдруг заметила, что Руперт как — то пристально на нее смотрит. — Что? Я шокировала тебя своими мыслями?

— Нет, — лорд Сен — Клер качнул головой. — Я понимаю…Пойдем к дому?

— Конечно.

— Ты знаешь, что на Тони покушались? — вдруг спросил Руперт, когда они уже подошли к дверям.

— Да. В газете была заметка.

— Покушений было три, — лорд Сен-Клер внимательно всматривался в лицо своей спутницы.

— Вот как? Кому он перешел дорогу?

— Убийцу так и не нашли.

— Жаль, — виконтесса вздохнула и хотела еще что-то добавить, но её прервал шум и возмущенные голоса.

Затем последовал звук, словно упал шкаф. Переглянувшись, Дениза с Рупертом торопливо поднялись на крыльцо и зашли в холл.

— Что за?.. — лорд Сен-Клер остановился на пороге. Виконтессе пришлось выглядывать из-за его плеча, чтобы увидеть, что происходит.

Молли стояла у стены, ее белоснежный фартук был смят, а волосы, всегда тщательно убранные под накрахмаленный чепец — растрёпаны. Горничная всхлипывала и с ужасом смотрела на своего жениха. Оуэн, удерживаемый Томасом, все еще рвался вперед, с яростью смотря на поднимавшегося с пола виконта. На скуле у Тони наливался синяк

— Отпусти меня! — орал лакей приятелю. — я покажу этому негодяю!

— Оуэн, не надо! — Молли почти рыдала, судорожно комкая передник.

Кухарка с экономкой стояли у входа в кухню и с осуждением смотрели на то, что творилось в холле. Странно, но Порриджа нигде не было. Впрочем, дворецкий вновь мог уехать по делам своего хозяина.

— Успокойся, приятель! — Томас пытался урезонить друга. — Он все-таки аристократ и наш хозяин! Черт, да твой дом находится на его земле!

— Это не повод оскорблять мою невесту! — Оуэн еще раз дернулся, пытаясь стряхнуть удерживающие его руки.

— Что здесь происходит? — Руперт подошел как раз в тот момент, когда его кузен встал. — Впрочем, можете не отвечать! Как я понимаю, Тони, визита в деревню было недостаточно?

Лорд Сен-Клер с сочувствием посмотрел на рыдающую горничную, затем, с каким-то омерзением, на виконта. Тот гордо вздернул голову.

— Я — хозяин этих земель!

— Полагаешь, это дает тебе право зажимать в углах горничных? — Руперт покосился на Денизу.

Та стояла на пороге и с явной брезгливостью смотрела на мужа. Виконт ухмыльнулся.

— Это дает мне право первой ночи, мой дорогой кузен! Древний закон никто не отменял!

— Право первой ночи? Я пропустил чью-то свадьбу? — Руперт бросил предупреждающий взгляд на Оуэна, которого все еще сдерживал Томас.

— Свадьбу? — вопрос застал всех присутствующих врасплох.

Даже Молли перестала всхлипывать.

— Насколько я знаю, чтобы была первая брачная ночь, должна быть свадьба. В противном случае, все считается домогательствами к незамужней девице, которые древний закон карает и весьма сурово! — терпеливо пояснил лорд Сен-Клер и снисходительно посмотрел на кузена. — Надеюсь, мой мальчик, ты знал об этом?

Тот пробурчал что-то невразумительное. Руперт кивнул.

— Будем считать, что я просветил тебя на этот счет. Надеюсь, в дальнейшем ты будешь вести себя более благоразумно. А теперь, думаю, всем стоит разойтись и забыть этот инцидент!

Под строгим взглядом лорда Сен-Клера даже Оуэн притих, и второй лакей смог, наконец, отпустить его.

— Забыть? — возмущенно взвился виконт. — После того, как этот олух ударил меня?

— Вы это заслужили! — выпалил лакей, делая шаг вперед и загораживая Молли. — Когда приставали к моей невесте!

— Она всего лишь деревенская девка!

— Ах ты… — Оуэн снова замахнулся.

— Хватит! — Руперт встал между кузеном и лакеем. — Энтони, предупреждаю, еще слово — и я сам тебя побью!

— Ну попробуй! Ударь меня и вылетишь отсюда, как пробка из бутылки! — хмыкнул виконт. Руперт скривился.

— Не думаю, что тебе по силам выставить меня сейчас, мой мальчик. К тому же наш дет позаботился о том, чтобы Клерхолл был и моим домом, — почти примирительно произнес лорд Сен-Клер, хотя зеленые глаза насмешливо блестели. — В любом случае я планировал избавить тебя от своего присутствия после приема у Граффалдов. Но, если я не попаду на бал, соседи могут решить, что у нас с тобой разногласия.

У Денизы оборвалось сердце. Если Руперт уедет, она останется во власти мужа. Она беспомощно взглянула на лорда Сен-Клера. Он еле заметно ободряюще ей улыбнулся.

— Ты просто боишься сплетен о себе! — фыркнул Энтони, не замечая этого переглядывания.

— Возможно… Тони, ты терпел меня уже достаточно долго, чтобы потерпеть еще и до вечера, верно? А завтра меня уже не будет, — лорд Сен-Клер перевёл взгляд на слуг, — Что же касается вас, то…

— То мы с Молли ни минуты больше не останемся в этом доме! — сердито заявил Оуэн, беря горничную за руку. — Можете жаловаться на меня куда угодно, милорд, но я не позволю марать честь моей невесты!

— Похвальное намерение, — улыбнулся Руперт. — В таком случае, Оуэн, я желаю вас счастья. Свадебный подарок вам я пришлю чуть позже.

— Благодарю, милорд! — парень сдержанно поклонился. — Если вам что-то понадобиться в наших краях — можете смело обращаться ко мне! Всего доброго!

Сняв ливрею и швырнув её под ноги бывшему хозяину, лакей вышел, ведя за собой невесту. Дениза проводила их взглядом, затем с какой-то брезгливостью посмотрела на мужа.

Он стоял посередине холла, гордо вздернув подбородок и всем своим видом олицетворяя оскорбленного аристократа.

— Ты гадок! — прошептала девушка. — Как же ты гадок…

Она повернулась и направилась в свою комнату. Дверь закрывать не стала, понимая, что сейчас Тони вряд ли ворвется в ее спальню.

Упав в кресло, девушка закрыла лицо руками. Негромкое покашливание вывело ее из транса. Дениза взглянула на вход. Экономка, невысокая достаточно полная женщина стояла на пороге, раздумывала стоит ли беспокоить госпожу. Наверняка она, как и все слуги уже слышала об охранных чарах на дверях спальни виконтессы.

— Входите, миссис Хиллед! — виконтесса выпрямилась в кресле и машинально расправила складки платья.

— Миледи… — экономка шагнула в комнату и решительно посмотрела на хозяйку, — Молли — моя племянница!

— Да, я знаю, — кивнула Дениза, — и, поверьте, мне очень жаль…

— Мне тоже. Но вы же понимаете, что ни я, ни моя кузина миссис Дебби, кухарка, не можем остаться в доме, где оскорбили нашу родственницу!

—Да, я понимаю… — виконтесса с тоской посмотрела в окно, — Как и то, что мы навряд ли найдем кого-то в Корнуи, кто согласился бы служить в Клерхолле после того, что случилось…

— Вы всегда были к нам добры, ваша честь, и возможно, если ваш муж уедет…

Дениза грустно рассмеялась.

— Вы действительно думаете, что он уедет? — она сокрушенно покачала головой.

— Ну… не будет же он жить здесь вечно, — пробормотала экономка, окончательно смутившись.

Она не привыкла обсуждать с хозяевами их жизнь.

— Возможно, — Дениза встала и подошла к своей шкатулке, достала припрятанные деньги, с грустью взглянула на монеты и протянула миссис Хиллед: — Возьмите. Отдайте их Молли. Я обещала ей приданное. К сожалению, это — все, что я могу дать.

— Ваша честь, не стоило… — с укором прошептала экономка, тем не менее забирая деньги. — Спасибо. Молли — хорошая девочка. И я надеюсь, у вас тоже наладится…

— Да. Конечно, — виконтесса махнула рукой, потом, вдруг осененная идеей вновь окликнула экономку, Миссис Хиллед!

— Миледи?

— Могу я попросить вас уйти завтра утром? — девушка замолчала, судорожно придумывая причину, — Вечером бал у Граффалдов и мне не хотелось бы оставаться одной в этом доме.

— Только из уважения к вам, мидели!

— Спасибо.

Экономка вышла, а Дениза опять опустилась в кресло и усмехнулась. В любом случае, уход слуг на некоторое время спутает следы. Похоже, завтра Клерхолл полностью опустеет.