Глава 6

Руперт еще немного постоял в холле, задумчиво смотря вслед жене кузена, после чего поднялся к кузену в спальню. Тот лежал, укрытый теплым одеялом. Лицо Тони было мертвенно-бледным. Верный дворецкий стоял у края кровати, ожидая распоряжений.

— Порридж, вынужден вас разочаровать, мой кузен не собирается излагать вам свою последнюю волю, — хмыкнул лорд Сен-Клер, демонстративно оставляя дверь приоткрытой.

— Милорд? — дворецкий сделал вид, что не понимает намека.

Руперт вежливо улыбнулся. Правда, улыбка не затронула глаз.

— Вы стоите, точно у смертного одра. Не думаю, что Тони собирается скоропостижно скончаться, верно, мой мальчик? — последние слова были обращены к виконту. Тот вздохнул:

— Руперт, я паршиво себя чувствую, так что твои шутки неуместны!

— Вот видите Порридж, ваш хозяин ругается, следовательно, не собирается покидать нас ради лучшего мира. Думаю, что вам лучше заняться своими прямыми обязанностями. Впрочем, возможно, у вас просто нет дел… — лорд Сен-Клер многозначительно посмотрел на дворецкого, тот поджал губы:

— Простите, ваша милость, но господин виконт не давал мне указаний удалиться.

— Просто мой кузен не видел ваше лицо! Вы вполне можете зарабатывать, идя за гробом в первых рядах похоронной процессии! — лорд Сен — Клер многозначительно посмотрел на кузена. Виконт обреченно махнул рукой:

— Идите, Порридж, займитесь чем-нибудь!

— Сэр, — поджав губы, дворецкий вышел, демонстративно очень плотно закрыв за собой дверь.

— Прекрасное напутствие слуге, — милорд придвинул стул к кровати, сел и закинул ногу на ногу, — Заняться «чем-нибудь»! И напомни мне, почему я постоянно гадаю, где я мог видеть твоего дворецкого?

— Откуда я знаю? Может ты встречал его на континенте? — раздраженно отозвался кузен.

— О нет, он не был на континенте. Я бы запомнил.

— Что ты хочешь, Руперт? — Энтони устало откинулся на подушки. — ты же пришел не для того, чтобы сказать мне, что встречал моего дворецкого раньше. — В том то и дело, что я уверен, что не встречал! Но лицо почему-то кажется мне знакомым. Где ты нашел этого слугу?

Виконт страдальчески посмотрел на кузена.

— Перед свадьбой я дал объявление в газеты, и он — единственный, кто откликнулся. Надеюсь, это все, что ты хотел узнать?

— Не совсем… на самом деле, я хотел тебя предупредить, что у меня очень хороший слух.

— Какое мне до этого дело?

— Ровным счетом ничего. Просто мне казалось, что недавно я слышал какой — то шум в холле, женские возгласы «нет!» — лорд Сен — Клер внимательно посмотрел на кузена. Тот отвел глаза. — Как я понимаю, там были только вы с Денизой.

— И какое тебе дело до того, что мы с моей женой делали в холле моего дома? — взвился Тони. Руперт смахнул невидимую пылинку с рукава.

— Видишь ли, я ненавижу насилие. Думаю, мы прекрасно понимаем друг друга.

Лорд Сен-Клер вновь пристально посмотрел на кузена. Энтони прикусил губу.

— Дениза — моя жена, — сухо заметил он. Руперт хмыкнул:

— Это не повод…

— Руперт, она чуть не убила меня!

— Признайся, что ты заслужил это. Сейчас.

— Сейчас? Что это значит?

— Ничего. Почему вместо того, чтобы потребовать развод, ты приехал в Клерхолл, Тони?

Виконт отвел взгляд. Руперт всегда напоминал ему деда. Своей силой кузен подавлял и постоянно требовал ответа, словно он сам, а не Тони был главой рода.

—Мне нужен наследник, а Дениза… — Энтони помялся. — ты знаешь, что она — потомок королей?

— Древняя кровь… — протянул Руперт, — Ребенок, зачатый на землях Корнуи… Понимаю. Этот наследник смог бы защитить тебя, дав необходимую магию, верно?

— Только не надо меня осуждать! — вскинулся Тони, его глаза лихорадочно заблестели, — Ребенок не пострадает! Он даже не заметит! Просто будет чуть более слабым магом!

— Если выживет. Не мне тебе рассказывать, как иссушает постоянная магическая защита.

— Ты же знаешь, что мне нельзя ее снимать! Убийцу так и не нашли!

— Тони, эта защита убьёт тебя гораздо быстрее, чем твой убийца, — Руперт насмешливо посмотрел на кузена, — Мне кажется, ты зря ты приехал сюда, мой мальчик. В Корнуи не любят чужаков из Ландау и даже камни будут защищать кровь первых королей.

— Не твоего ума дела! — огрызнулся тот, — И если ты забыл, то я — виконт Сен-Клер! И могу делать в своем доме что захочу. Ты — лишь мой гость!

Кузен неприятно улыбнулся:

— Возможно, но тогда я могу и не ссудить тебя деньгами в следующий раз.

Тони заскрежетал зубами.

— Хорошо, — выдавил он. — Я… я постараюсь уговорит Денизу…

— Рад, что мы поняли друг друга. Возможно, я своими рыцарскими порывали разрушил твои планы, но ты же не откажешь мне в гостеприимстве из-за такой мелочи, верно? К тому же я не настаиваю на оплате твоих старых долгов, — Руперт встал и направился к выходу. Глаза виконта зло сверкнули.

— Ты так и не ответил, зачем ты приехал в Клерхолл! — процедил он. Руперт обернулся:

— Разве? Мне кажется, я уже сказал, что не терплю насилия!

Выдержав нужную паузу, он вышел. Тони еще несколько секунд зло смотрел на дверь, а потом запустил в нее подушкой, выплескивая раздражение.

В сопровождении верного пса лорд Сен-Клер спустился в столовую, где, как он и ожидал, никого не было. По всей видимости, хозяйка дома заперлась у себя в комнате, наверняка навесив на двери защитные чары.

Руперт почувствовал их еще вечером, поднимаясь в гостевую спальню. Сильная магия. Магия древних, весьма схожая с той, которую отразило кольцо кузена. Именно это открытие и насторожило лорда Сен-Клера.

Руперт начал подозревать жену Тони еще находясь в Ландау. Слишком уж выгодной для нее казалась смерть неугодного мужа. Именно поэтому лорд Сен-Клер и следил за женой кузена, поставив у ее двери магический маячок — вещь почти не заметную, но весьма полезную.

Негромкие трели разбудили Руперта рано утром. Привыкший при необходимости собираться достаточно быстро, он едва успел выехать за ворота, чтобы не потерять взглядом жену кузена, во весь опор скачущую по пустошам к морскому побережью.

Всадница неслась так стремительно, что лорду Сен-Клеру пришлось несколько раз использовать магию, чтобы не потерять ее след. Пикси с интересом следили за ним из цветущего вереска, надеясь обмануть и рассеять магию, но грозный рык Стража заставил их спрятаться.

Каково же было удивление Руперта, когда магический поиск привел его к бухте, знакомой с детства. Здесь ничего не изменилось. Все те же серые скалы, покрытые ковром из вереска, белоснежный песок и… одинокая хрупкая женская фигура.

Все испортил Тори. Обрадовавшись новому развлечению, он понесся к морю, намереваясь поймать хотя бы одну волну. Пришлось спуститься с холма по едва заметной тропинке, чтобы быть встреченным взглядом загадочных темных глаз Денизы…

Руперт вдруг заметил, что уже минуты три задумчиво режет на тарелке ветчину на аккуратные маленькие кусочки. Все еще хмурясь, он подцепил один из них, положил в рот, тщательно прожевал и поморщился: ветчина была слишком грубой. Изготовленная по деревенскому рецепту, она не шла ни в какое сравнение с тем, что подавал повар в его доме.

Запив мясо чаем, лорд Сен — Клер вновь погрузился в раздумья. Он не знал, почему не рассказал кузену о том, что прогуливался с его женой по побережью. Когда Руперт вошел в комнату, где Тони страдал от похмелья, Дениза была уже там.

Она не проронила ни слова, даже не взглянула на своего утреннего компаньона, но, в тоже время, Руперт понял, что рассказать кузену о встрече в бухте было равносильно предательству. Лорд Сен-Клер смолчал, прекрасно понимая, что тайна объединит его и жену Тони, сделает сообщниками. Сейчас он не раскаивался в этом.

Тори тронул его лапой, привлекая внимание к своей персоне. Руперт протянул кусочек ветчины, который пес слизал с большим удовольствием.

— Что ж, приятель, похоже вторую половину дня нам с тобой придется провести в обществе друг друга, — протянул Руперт, смотря на небо, затягивающееся дождевыми тучами. — Надеюсь, ты не возражаешь против чтения? Как мне помнится, в охотничьей комнате был целый шкаф, набитый пыльными фолиантами. Возможно, там отыщется что-нибудь не слишком нравоучительное?

Тори застучал хвостом о пол и радостно тявкнул.

— Я так и думал, — задумчиво отозвался его хозяин и направился в охотничью комнату, распорядившись принести туда кларет.

***

Дениза вышла из своей комнаты лишь к ужину, поданному по обыкновению сельской жизни в шесть вечера. Несмотря на то, что она умылась холодной водой, глаза все равно покраснели, а веки слегка припухли. Можно было попробовать создать очередную иллюзию, но у девушки не осталось сил. К тому же она подозревала, что Руперт легко развеет её чары.

Дениза накинула шаль, скрывая синяки, проступившие на коже там, где пальцы Тони днем сжимали ее плечи, но ткань то и дело предательски сползала, открывая уродливые пятна.

Очередной раз поддернув набивной шелк, виконтесса спустилась в гостиную. Признаться, комната стала слегка уютнее, или же дело было лишь в том, что она была хорошо протоплена, а в темном чреве камина до сих пор алели угли.

Дениза села в кресло, и задумчиво посмотрела на золотистые искры, вспыхивавшие в черных трещинах почти полностью сгоревшего полена.

Дверь скрипнула, и к девушке подлетел Тори. Опасаясь, что он будет прыгать и испачкает ей платье, женщина наклонилась и погладила пса, старательно избегая смотреть на порог комнаты.

— Я приказал разжечь камин, надеюсь, вы не возражаете? — Руперт вошел в комнату. Дениза выпрямилась. Шаль вновь соскользнула, и виконтесса торопливо поправила ткань, прикрывая оголившиеся плечи:

— Ничуть.

Судя, по сузившимся зеленым глазам, лорд Сен — Клер все — таки заметил синяки, как, впрочем, и покрасневшие от слез глаза.

— Вижу, смятое платье было не единственным, что пострадало от вашего общения с мужем? — он не стал церемонится.

Дениза мгновенно вскинулась, но потом пожала плечами, давая понять, что не видит смысла отрицать очевидное.

— Энтони — мой муж. Я принадлежу ему, как и этот дом, камин, олдсмобиль…

— Вам не стоит этим оправдывать его гнусные поступки! — импульсивно возразил Руперт. Девушка вздрогнула, и он добавил уже спокойнее. — Простите, мне не стоило днем оставлять вас одних.

— Вы все равно ничего бы не смогли сделать.

— Не думаю, что при мне он бы посмел… — покачал головой лорд Сен-Клер. Он подошел к столику, где стоял кларет, налил два бокала и протянул один из них хозяйке дома, — Тони сказал, что вы из здешних мест?

Она улыбнулась и пригубила вино.

— Чуть южнее. Дейвон.

— А, — только и ответил Руперт, — Энтони говорил, кровь древних королей!

Дениза насмешливо посмотрела поверх своего бокала:

— Энтони мне польстил. Мой род — всего лишь побочная ветвь. Наш герб — мартлет: птица — вестник, перечеркнутая красной линией. Справа налево.

— Бастард… от дочери короля?

— Именно. По легенде ее облагодетельствовал не то кто-то из бесчисленных богов, не то Великий Волшебник Короля Ландау… хотя, мне кажется, что искуситель был просто крепким парнем из соседней деревни, — виконтесса Сен — Клер усмехнулась, — Я вас шокировала?

— Ничуть, — Руперт приподнял бокал в шутливом тосте, — И какая же из дочерей короля?

— Морриган.

— Воинственная дева.

— Увы. Так что вы зря сравнивали меня сегодня с Айне. Мое призвание — битва, а не любовь.

— Иногда любовь тоже битва, — Руперт сказал это, глядя на тлеющие угли.

Денизе показалось, что он что — то вспомнил. Виконтесса внимательно посмотрела на него, ожидая продолжения этой фразы, но лорд Сен-Клер молчал, делая вид, что увлечен огнем в камине.

— Хотите отыскать огненного демона? — спросила Дениза, желая вернуть ту легкость разговора, которая все время ускользала, словно растворяясь в тяжелой атмосфере старинного мрачного особняка, стоявшего на краю земли.

— Здесь? В углях освященного по всем правилам дома? — Руперт рассмеялся. — Нет, благодарю покорно!

— А вы их ловили?

— Кого? Демонов?

— Огненных элементалей, — с улыбкой поправила его Дениза.

— Огненных элементалей, — милорд тоже невольно улыбнулся. — Разумеется, мое университетское обучение включало в себя и столь интересное занятие, как огранка рубина, а потом и прогулка в грозу ради того, чтобы закопать в песок свою поделку и с нетерпеливым ужасом ждать, когда в него ударит молния.

— С ужасом? Почему?

— Если рубин окажется с изъяном, демон может вырваться и тогда…

Деликатное покашливание прервало рассказ Руперта. Порридж появился в дверях с известием, что ужин подан, а его честь предпочитает остаться в своей комнате по причине плохого самочувствия.

Лорд Сен-Клер допил кларет и протянул руку Денизе.

— Думаю, нам не стоит задерживаться, ведь ваша кухарка не любит разогревать еду.

— Скажу вам по секрету, она и готовить не слишком любит! — рассмеялась хозяйка дома. Её смех был очень мелодичным.

За ужином Руперт был в меру оживлен. Оставив тему огненных демонов, он с видимым удовольствием рассказывал своей собеседнице последние столичные сплетни и анекдоты. Дениза с неподдельным поддерживала разговор, вспоминая немногочисленных знакомых в Ландау и иногда отпуская остроумные комментарии.

— На этом месте я должна удалиться, оставив вас с портвейном и сигарой, — заметила хозяйка дома, когда лакеи вынесли последнее блюдо.

— Я не курю и спокойно могу выпить портвейн и в гостиной, — отозвался Руперт.

— Как пожелаете, — они встали почти одновременно и вернулись к камину. Объевшийся Тори лениво прошел за ними, запрыгнул на диван и вернулся калачиком.

Дениза села рядом с псом. Руперт занял кресло у очага, словно был хозяином дома. Огонь совсем потух, впрочем, это было и к лучшему — завывавший за окном ветер нагнал бы дыму в комнату. От сильных порывов мелкие стекла окон то и дело подрагивали, а деревья в парке скрипели так, что было слышно в доме.

— Итак, Морриган, — Руперт задумчиво посмотрел на Денизу, поглаживавшую его терьера, — Это объясняет, почему Тони выбрал именно вас. Ну а вы?

— Я? — тонкие пальцы замерли на жесткой рыжевато-коричневой шерсти.

— Почему вы вышли замуж за моего кузена? — вопрос прозвучал достаточно резко.

Женщина подняла голову. В полутьме комнаты ее глаза казались бездонными:

— Мне кажется, я уже дала понять, что не хочу обсуждать эту тему, — слишком спокойно ответила Дениза.

— Чушь. — отмахнулся Руперт, — Вы просто слишком горды и не хотите рассказывать о своих ошибках!

— А вы считаете мой брак ошибкой?

— А вы так не считаете?

Виконтесса прикусила губу.

— Вы бесцеремонны.

— Знаю. Так все же. Почему вы вышли замуж за Тони?

Дениза опустила голову и смущенно потеребила шаль. Ей не хотелось ворошить прошлое, но Руперт, несмотря ни на что, невольно вызывал доверие, и девушка решилась.

— Потому что на тот момент единственный, кто посватался ко мне и не вызвал явного отвращения, был Тони, — наконец произнесла она. Руперт хмыкнул, словно сомневаясь в правдивости её слов:

— Я слышал, что вы имели успех в свете.

— Который улетучился, как утренний туман Корнуи, как только речь зашла о моем приданном.

Её собеседник вопросительно изогнул бровь, и Дениза поспешила пояснить.

— Видите ли, мои родители, хоть и происходили из рода королевского бастарда, не являлись слишком рачительными хозяевами. Имение, доставшееся отцу в наследство, было слишком огромным, и в то же время слишком бедным и все приданое моей матери ушло на нелепые попытки его благоустройства, — она замолчала, погруженная в воспоминания.

Руперт сидел, невольно любуясь безупречным овалом лица. Дениза обладала грацией танцовщицы, и в то же время в ней было что-то от величия королев. Древняя кровь… Она заслуживала гораздо большего, чем пьяница-кузен. В эту минуту лорд Сен-Клер вдруг понял, что готов лично придушить Энтони. Виконтесса тем временем продолжала, совершенно не догадываясь о мыслях, витавших в голове собеседника.

— Когда отец понял, что он на грани разорения, его хватил удар, и он вскоре скончался. Поскольку прямых наследников мужского пола у него не было, имение отошло его младшему брату. Моя матушка ненадолго пережила отца, и вскоре была похоронена в семейном склепе… Ну а я… я осталась на попечении двоюродной тети, у которой помимо меня было на руках еще три дочери, поэтому я посчитала своим долгом принять первое подходящее предложение и тем самым избавить тетю от исполнения сестринского долга. Виконт Сен — Клер показался мне достаточно приятным, чтобы согласиться на его предложение, — она улыбнулась, смущенная тем, что пришлось рассказывать подобное почти незнакомому человеку. — Я удовлетворила ваше любопытство?

Руперт кивнул и слегка нахмурился.

— А ваша магия?

— Магия в Ландау? Вы опять смеетесь!

— Нет, — покачал головой лорд Сен-Клер и нахмурился, явно вспоминая что-то.

— Мне кажется, я видел одну из ваших кузин. Элоизу Телог.

— Да, она старшая из сестер.

— Ужасная девица! Ни капли магического потенциала!

— Её отец из Ландау.

— Это многое объясняет. Она весь вечер преследовала меня и изводила меня рассказами, что мы с ней почти родственники! Я вынужден был бежать с бала!

Дениза рассмеялась. Впрочем, смех сразу же оборвался.

— Тете Энн приходится нелегко, — пояснила она, — К тому дядя Говард любит охотиться, и не дает продать часть леса, а расходы на кузин достаточно велики.

— Поэтому они предпочли спихнуть вас с рук, как только им представилась такая возможность?

— Вы несправедливы к ним! — запротестовала Дениза, — Дядя спросил и моего согласия. Согласитесь, он мог обойтись и без этого.

— Формальность! К тому же я более чем уверен, что пред этим ваша тетя Энн хорошо поговорила с вами и объяснила в чем состоит ваш долг? — Руперт видел, что его умышленно небрежный тон задел собеседницу.

Темные глаза полыхнули огнем, а в воздухе ощутимо повеяло магией. Девушка гордо вскинула голову, вдруг так напомнив всем своим видом изображения Морриган, которые Руперт видел в развалинах древних святилищ.

Правда у каменных идолов не было живого очарования. Воздух вокруг заискрил, и лорд Сен-Клер уже готов был выставить наспех приготовленный магический щит, но Дениза моментально взяла себя в руки.

— Не понимаю, к чему весь этот разговор? — как можно более небрежно заметила она, усилием воли подавляя в себе магию, — Если вы хотели услышать причины, по которым я вышла замуж за Энтони, то я все рассказала и не вижу дальнейшего смысла ворошить прошлое. Всего вам доброго.

Девушка встала, поправила шаль и вышла, закрыв за собой дверь. Тори поднял голову и заскулил.

— Предатель, — укорил его Руперт.

Он дождался, пока легкие шаги на лестнице стихнут и лишь потом поднялся на второй этаж.

Спальня хозяйки дома располагалась в конце коридора. Отдав Тори команду сидеть Руперт беззвучно пробрался к дверям, провел по створке рукой, удовлетворенно хмыкнул, почувствовав сильнейшие охранные чары, и направился по коридору к себе в спальню.

Там он составил несколько писем, аккуратно запечатал их, надписал и лишь после этого позвал лакея, чтобы тот помог ему раздеться.