Глава 17. Грани

Я смотрела на кафе в два этажа и не могла поверить тому, что видела. Разрослось. Кроличье кафе разрослось. От этого внутри поднималась тёплая и щемящая радость, потому что я помнила его маленьким, тесным, с парой вольеров и несколькими столиками.

— Мама, а что тут? Тут кролики? Как Персик, да? — Сын тянул меня за руку вперёд, уже совершенно захваченный неоновым кроликом и морковкой на вывеске, и я смотрела на него, сделав глубокий вдох и всё же решилась зайти.

Каин отпустил нас. И три машины охраны с нами. Мощные, молчаливые мужчины, больше похожие на машины для убийств, чем на людей. Он сказал, что часть из них люди, а часть альфы, для безопасности, и я согласилась без возражений, потому что понимала: во-первых, меня официально не существовало и все мои документы — это качественная подделка мастеров из нижнего города, а если бы меня поймали, мне бы здорово досталось. Во-вторых, со мной был ребёнок. А в-третьих, я всё ещё боялась чужих людей.

За пять лет прожитых в нижнем городе на меня три раза пытались напасть, слабые альфы срывались. Да и память о преподавателе сидела в голове крепко. Я до сих пор помнила его попытку навредить мне. Помнила и то, что с ним сделал после этого Каин.

Он сказал, что приедет позже и присоединится к нам. Когда он сказал это, у меня в душе все затрепетало от осознания, что он действительно пойдёт в кафе с нами. Такой альфа, как Каин Деза, был готов провести вечер в развлекательном месте, созданном для детей и подростков.

Зайти было сложно морально, но я пересилила себя, потому что увидеть Ролана хотела очень сильно.

Внутри было многолюдно, как и в те времена, когда я тут работала. Лёгкий шум, тёплый свет, по полу прыгали пуховые комочки, и несколько детей тихонько ходили за ними с умилительными лицами.

— Мам, он в чёрное пятнышко! — Кай вскрикнул, указывая на кролика в вольере, и немедленно рванул туда со скоростью света.

На нас не обращали внимания ровно до того момента, пока охрана не вошла в помещение, и тогда разговоры немного стихли, люди начали оглядываться и перешёптываться.

Я посмотрела за стойку, где незнакомый парень пробивал заказы. Он тоже заметил нас и, когда мы подошли, немного нервно улыбнулся.

— Добрый день, что будете заказывать?

— Два кусочка морковного торта, чай с мятой и яблочный сок.

Парень начал забивать заказ в систему, и я достала кошелёк с чёрной картой, которую мне дал Каин. Я говорила ему, что у меня были свои деньги, но он был абсолютно непреклонен, и я взяла карту.

— Подскажите, а где Ролан? — произнесла, оглядывая новую форму, в которой ходили сотрудники.

— Вы по какому вопросу? — прищурился официант, уже прикладывая карту к терминалу.

— По личному. Мы старые друзья, очень давно не виделись. Не могли бы вы его позвать?

Парень посмотрел на меня и на охрану подозрительно. Но ничего не сказал, лишь нервно кивнул и ушёл за дверь для персонала.

Мы заняли свободный столик рядом с окном. Кай вернулся к нему с маленьким серым кроликом на руках, осторожно гладил его по спинке, и тот даже не пытался вырваться. Глаза малыша светились радостью, ведь кролика он всегда хотел погладить и подержать на руках, но ему не удавалось.

Персик у нас был с характером и давался на руки исключительно Аргону. Не знала, что они там нашли друг в друге, но домашний кролик признавал авторитетным только моего брата, на всех остальных смотрел своим высокомерным кроличьим взглядом и прыгал дальше по своим делам.

Официантка принесла заказ, и я поняла, что Ролана, возможно, увижу не скоро, всё-таки кафе теперь было вдвое больше того, в котором я когда-то работала. Мы ели торт, и по виду сына я поняла, что он был в восторге. Другие посетители уже перестали обращать на нас внимание.

— Юна?.. Это... это правда ты?

Услышав шокированный вздох, я подняла голову.

Ролан стоял перед столиком, застывший как статуя, с таким лицом, словно ему показывали галлюцинацию. Он слегка постарел, на висках была хорошо заметна седина, и поправился самую малость, но это было видно.

— Охренеть, я не сплю, это и правда ты.

Я встала, он шагнул ближе, потянулся обнять, но его тут же остановил охранник.

— Всё нормально, это мой старый друг.

Охранник убрал руку. Мы обнялись, Ролан похлопал меня по спине, потёр, и я почувствовала, как его руки дрожали.

— А я Кай!

Сын произнёс это с прищуром, протиснулся между нами, создавая барьер, и оглядел Ролана.

— Это... это твой сын? — тихо спросил Ролан, присаживаясь на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне, и протягивая руку, а Кай всё ещё смотрел на него подозрительно.

Мы сели за столик. Ролан на секунду отлучился и вернулся с целым тортом и ложками, официант принёс свежий чай, и мы начали говорить. Делиться тем, что прошло за эти годы.

— До сих пор не верится, что Аргон с Миреем провернули такое, — засмеялся он тихо и немного грустно, почему-то странно поглядывая на входную дверь.

— Ты кого-то ждёшь? Мы можем зайти позже.

— Нет, ничего такого, с чем мои ребята не справились бы. Доставка должна приехать. До тебя им, конечно, как до луны, но тоже неплохо работают.

— А волонтёрство до сих пор по воскресеньям? — с интересом спросила, отламывая еще кусочек от торта.

— В нём больше нет нужды. Мы больше этим не занимаемся. — Ролан странно посмотрел на меня, отпивая чай с громким звуком.

— Как это? Я же помню, тут прохода не было и...

— Клан Деза открыл три больших реабилитационных центра в городе. Медицинский, адаптационный и рабочий. Всех бездомных прикрепили, теперь они все там, им оказывают помощь, поддерживают, помогают вернуться к нормальной жизни.

Я шокировано уставилась на Ролана, не веря в услышанное. Это... это было неожиданно.

— Даже это кафе он отстроил, после того как его сожгли протестующие, — продолжал говорить, пока я молчала. — Мы теперь часть его клана. Как оказалось, твой альфа весьма деятельный парень. В этом городе ему принадлежит больше, чем правительству. И что тут греха таить, уважают его больше, чем нашего главу.

— Но зачем ему это? —Тихо спросила, оглядывая помещение. С трудом верилось в услышанное. Каин не понимал в прошлом моего стремления помогать другим, а сейчас занимался тем же.

— Кто знает? Он закрытый мужик и ни с кем не делится своими планами, но за пять лет, что тебя не было, он очень много всего сделал. Бездомные — это не самый большой его прорыв.

Ролан улыбнулся, словно намеренно нагнетая интригу, а я уже сгорала от нетерпения.

— А что ещё он сделал?..

— Юна…

Я резко бросила взгляд на дверь и увидела картину, от которой моё сердце сжалось. Кисе. Она стояла в дверях кафе, и на её груди был мягкий слинг, в котором был ребенок.

Я подскочила со своего места, и быстрым шагом мы настигли друг друга, осторожно обнявшись.

— Я так скучала по тебе, — тихо произнесла я, и с интересом посмотрела на спящую девочку, которая от звуков начала морщиться и куксить губки.

— Какая красавица.

— Ну так на меня похожа, — тихо хихикнула подруга.

Мы прошли к нашему столику, и она села рядом с Каем. С Кисе нам удавалось очень редко связываться, и всё это началось с того, что через год после того, как я официально стала мёртвой, с моим братом связался Мичел. Старший брат Кисе.

Я знала, что Аргон что-то для него сделал через свои связи в тюрьме нижнего города. Но, как оказалось, Мич точно знал, что я жива, потому что он меня видел, когда приезжал по своим делам в нижний город. Мичел настойчиво просил о возможности привезти к нам Кисе, которая, как оказалось, впала в глубочайшую депрессию после моей официальной смерти.

Вина тогда так сильно душила меня, что я согласилась и с огромным трудом уговорила брата на эту авантюру.

Кисе привезли, и, когда она увидела меня живой, то просто упала в обморок. Мы провели вместе целую неделю, и я всё ей честно рассказала и даже показала маленького Кая.

Ей всё же пришлось уехать обратно, и связывались мы не очень часто, чтобы не вызывать никаких подозрений у её мужа, который настоящим коршуном кружил над ней и дочкой.

Когда она уехала, я всё-таки выпытала у Аргона правду про то, какая именно услуга была оказана её старшему брату, и от услышанного у меня на голове волосы дыбом встали.

Как оказалось, истинным Кисе был жестокий престарелый преступник. Абсолютно безжалостный человек. Он жестоко расправился со своей собственной семьёй, и за это его приговорили к очень длительному заключению, но так как родители Кисе совершенно не хотели своей любимой дочери такой страшной судьбы, её старший брат просто заказал убийство этого мужчины. И его действительно убили всего через несколько часов, как только он попал в камеру в тюрьме.

Именно тогда я наконец поняла, почему Кисе с такой невыносимой грустью смотрела на Кая. Ведь если у неё больше не было истинного, значит, своего ребёнка у неё никогда не будет.

Всегда, конечно, можно было взять малыша из детского дома, и он был бы безумно любим родителями, но всё же истинность — это было совершенно другое.

Я знала, что Кисе была на тот момент замужем за альфой. Нашим директором из института, и она рассказала мне абсолютно фантастическую историю их любви. Но так и не стала говорить, что они не истинные друг другу.

Тем более шокирующим для меня был тот факт, когда мне на телефон однажды пришла фотография с маленьким ребёнком на руках у Кисе. Я не стала тогда её допытывать, как же так вообще получилось, думала, что не стоит лишний раз сыпать соль на свежую рану.

Но сейчас, видя вживую, как безумно похож ребёнок на неё саму, у меня в голове закрались сомнения, что он не её, уж слишком сильно малышка походила на маму.

— Так вот, когда я говорил, что твой истинный много сделал, и самым главным его прорывом, конечно, был это центр «Надежда»...

Ролан начал говорить, но Кисе бесцеремонно взяла мой стакан с яблочным соком, отпила из него и, важно кивнув, нежно погладила свою дочь по спинке.

— Это центр, который позволяет неистинным парам иметь своего ребёнка, — произнесла она с гордостью в голосе. — Терапия, конечно, очень долгая и невероятно изматывающая. Она совершенно не гарантирует того, что у вас он всё-таки появится, но, как видишь, у нас получилось и он появился. Вместе с нами ещё около четырёх семей успешно прошли эту терапию, и теперь у нас всех есть свои чудесные дети.

Я не стала ничего говорить про то, что она не говорила мне о том, что она и муж не истинные. Не напоминала, что это она умолчала, а сейчас спокойно говорит. Возможно в тот момент она была не готова открыть мне эту тайну. Пусть будет так.

У меня в голове просто не укладывалось всё то, что Каин успел сделать за время моего отсутствия. Я никогда не замечала в нём тяги помогать другим людям, но по-другому всё это назвать было просто нельзя. Это была именно помощь. Искренняя поддержка тем, кто в ней действительно нуждался, тем, кто не мог позволить себе что-то сам. Бездомные, отчаявшиеся неистинные пары, для которых просто не было никаких других вариантов, кроме как остаться друг с другом и взять ребёнка откуда-то, никогда не имея возможности попробовать родить своего.

Всё это было абсолютно поразительно, но он ведь не был добряком никогда, так зачем он всё это делал?

Вопросы в моей голове множились со страшной скоростью, перерастали из одного в другой, так и не находя ни одного логичного ответа.

Мы просидели так ещё около часа, пока Кай не начал откровенно капризничать и говорить, что он очень устал, и это была чистая правда. Он уже сидел и активно тёр своими маленькими кулачками сонные глазки, а потом просто забрался ко мне на колени, положил голову прямо на грудь и начал тихонько дремать.

Мы стали говорить намного тише, чтобы не мешать ему, и в какой-то момент я заметила, как за панорамными стёклами у обочины припарковалась большая чёрная машина, из которой вышел Каин.

Несмотря на огромное расстояние, что нас разделяло, и толпу людей вокруг, он просто безошибочно нашёл мои глаза своими. И медленно двинулся прямо в нашу сторону, заходя в кафе.

Кто же ты такой на самом деле, Каин Деза? И какие ещё скрытые грани своей тёмной души ты прячешь от меня...