27 глава. Отрава

Ее нет неделю!

Гребаную неделю зараза не отвечает на звонки и не открывает дверь в квартире!

Спокойствие?!

Этого слова не существует рядом с этой девчонкой!

Меня разрывает на атомы от беспокойства: что с ней случилось?

Караулю в холле, наматывая круги, как какой-то сталкер. Пытаюсь взять измором, но вот кто кого возьмет — вопрос остается открытым.

В голову напрашивается мысль: а если сбежала?

Куда? К тому, чей голос я слышал, однажды разговаривая с ней по телефону. Я никогда не видел этого третьего, но осознавать, что другого предпочли мне…

Подобная мысль — самоубийство. Даже думать об этом не хочу!

Вытаскиваю мобильный и набираю номер Ясмины. Со вчерашнего дня в телефоне не раздается бесящий своим пофигизмом голос автоответчика, но то, что она меня игнорит, еще неприятнее.

Может, внесла в черный список? Но с чего вдруг? За то, что не сдержал обещание не трогать ее пальцем? Но девчонка ответила на поцелуй.

С раздражением обрываю ноющие гудки.

Я уже затер до дыр память, пересматривая покадрово то злополучное утро.

Что не понравилось Ясмине? То, что я стянул с нее мешающие тряпочки и сжал грудь? Но она же не девственница и прекрасно понимает, чем заканчиваются подобные поцелуи в кровати с мужчиной.

Вздыхаю и трогаю лоб. Кажется, от нескончаемых вопросов, теснящихся в моей черепной коробке, скоро взорвется голова.

Последнее время меня вообще не покидает ощущение, что я состязаюсь с равным противником, который умело выбирается из всех ловушек. Более того, с тем, кто играет нечестно и знает мои карты.

Стоп.

Выдохни.

Это уже паранойя.

Все оттого, что никогда не встречал подобного сопротивления. Надо просто набраться гребаного терпения, и все получится.

Победа будет неповторимой!

Вздрагиваю от ожившего телефона, с надеждой смотрю на экран и морщусь — блондинка. Она, наоборот, последнюю неделю активизировалась: звонит, пишет, пытается пробраться на территорию комплекса. Хорошо хоть с охраной можно договориться и ее не впускают под благовидным предлогом: меня нет дома.

Сейчас я не в состоянии встречаться с этой особой даже для того, чтобы тупо потрахаться. Похоже, все желания свелись к одному: найти недотрогу.

Вхожу в чат телеграм и пишу надоедливой блондинке стандартную фразу: «Прости, занят. Вечером наберу».

Вероятно, не вспомню о своем обещании, но она напомнит о себе сама. Не сомневаюсь.

Убираю мобильный и, запустив пальцы в волосы, сжимаю голову. Мне так плохо, будто реально отравился.

Да, эта девчонка — отрава. Ясмина оказалась ядовитой.

Спустя минут двадцать замечаю светловолосую девушку. Она выходит из лифта и целенаправленно направляется к заветной двери.

— Вы кто? — в несколько шагов сократив дистанцию, бесцеремонно обрушиваю свой вопрос на ничего не подозревающую гостью.

Та вздрагивает, оборачивается и упирается в меня растерянными глазами, но ее взгляд мгновенно трансформируется. Теперь в нем холод, презрение и… злость.

Она точно знает Ясмину, раз так на меня реагирует. Но что я сделал?

Если бы я не помнил о произошедшем, то подумал бы, что взял соседку силой и поэтому блондинка готова заживо растерзать меня.

— Где Ясмина? — не обращая внимания на выраженную неприязнь, задаю новый вопрос.

— Понятия не имею, — отвечает стерва и демонстративно отворачивается.

Врет.

— И поэтому пришла к ней с ключами?

— Какое тебе дело, — нервно вертя связку с железками, бросает она.

— Я ее друг, — растягиваю губы, произнося ставшее неприятным слово.

— А что же «друг» не знает, где подруга?

— Всякое бывает.

— В общем так, друг, — видимо, окончательно придя в себя, решительно заявляет стоящая рядом особа. — Разговор завершен. Если сейчас не исчезнешь, наберу охрану. Понятно?

Чего уж здесь непонятного. По-хорошему ничего не узнаю. Но есть еще и другой способ, и я непременно им воспользуюсь.

Вхожу в лифт, нажимаю на минус первый этаж и направляюсь в паркинг.

Стерву караулить долго не приходится. Минут через пятнадцать она появляется с сумкой, и я почти на сто процентов уверен, что поедет к Ясмине.

Машина блондинки исчезает в паркинге дома, куда она привела меня на хвосте, а я всовываю "бэху" в случайно найденный свободный карман. Ближайшее время мне предстоит тоскливое занятие: караулить девчонку. Да, она может уехать на машине с той же подругой, но другого варианта, как ее найти, у меня все равно нет.

Безрезультатно торчу более трех часов у дома той, которая сбежала, не соизволив мне ничего объяснить, той, которую здравый смысл советует послать куда подальше, но я, уставший, голодный и злой, упрямо пытаюсь найти.

Вылезаю из тачки, чтобы размять затекшее тело, и не верю своим глазам. Ясмина выходит из чьей-то машины и, бросив взгляд на черное небо, торопливо направляется к входу на территорию дома.

Ускоряюсь, чтобы не упустить ее, и успеваю проскочить в калитку до того, как в ней сработает запирающий механизм.

— Ясмина, — окликаю недотрогу.

Оборачивается, бросает испуганный взгляд и ускоряется.

Вот уж нет! Не убежишь!

Догоняю и, схватив за руку, поворачиваю к себе.

— Давай поговорим.

Мотает головой и пытается вырваться.

— Не отпущу, пока не согласишься.

— Что ты хочешь? — восклицает она с отчаянием. — Дружбы у нас не вышло. Ничего другого я не хочу. Да и все равно не получится.

— Почему?

— Отпусти.

Убираю руку, но продолжаю держать ее взглядом.

— Я тебе не верю, — выплевывает в глаза.

— Почему?

Задумывается, смотрит на капли дождя, так не вовремя собравшегося начать свое мокрое дело, а потом с вызовом бросает:

— Скажи, что у тебя, кроме меня, больше никого нет!

— Нет. Была девушка, но я с ней расстался, — немного привираю, но я все равно собираюсь подвести черту с блондинкой в ближайшее время.

Ясмина вглядывается в меня, словно пытаясь уличить во лжи.

— Я чуть с ума не сошел, пока тебя не было, — искренне добавляю, меняя выражение лица и путая ей карты своей откровенностью.

Молчит, видимо, терзается в сомнениях, и я делаю шаг, чтобы притянуть девушку к себе и сбить с толку тем влечением, которое накрывает нас всегда от близости тел друг друга.

Отчаянно отталкивает меня, но я не собираюсь уступать. Только не сейчас. Только не в этом решающем сражении.

Тяну недотрогу в свои объятия.

— Скажи, что ты ничего не чувствуешь ко мне.

Снова давлю и требую глазами честного ответа от своего редкого цветка.

— Чувствую, — выдыхает она чуть слышно.

— Что? — продолжаю наступательную тактику.

Ясмине очень не хочется отвечать. Откровенность явно не входила сегодня в ее планы, но мой прессинг заставляет сказать то, что предпочла бы скрыть.

— Меня к тебе тянет, — наконец признается малышка.

— Вот и меня, — эмоционально выдаю я.

Она все еще сопротивляется:

— Но…

— К черту эти «но».

Девушка в явном смятении:

— Я не знаю.

— Просто не говори «нет». Дай мне шанс.

Мы смотрим друг на друга, похоже, целую вечность. Не ощущаются ни дождь, промочивший одежду, ни холод. Кажется, жар от ее близости греет не только душу, но и тело. А еще больше распаляет мерцающий взгляд, в котором хочется утонуть, и во мне крепнет надежда, что она позволит мне это.